Уважаемый Лятиф Маммад Бруки!

Примите мои самые искренние слова восхищения и глубокой благодарности за Ваш фундаментальный труд «КУРДЫ начало исторического пути». Знакомство с этой монографией, вобравшей в себя всю Вашу сознательную жизнь, посвященную научному поиску, стало для меня событием огромной важности. Эта работа представляет собой не просто академическое исследование — это настоящий интеллектуальный и гражданский подвиг.

Будучи знаком с Вашими исследованиями с начала 2000-х годов по публикациям в журнале «Дружба», главным редактором которого Вы были, а также на портале kurdist.ru, я с самого начала как читатель мог оценить системность и глубину Вашего подхода. Эти две платформы стали в буквальном смысле школой истории для русскоязычной курдской общины постсоветского пространства, а со временем — наиболее цитируемыми источниками для всех, кого интересовала непредвзятая история курдов, Ближнего и Среднего Востока. В ходе собственных изысканий я постоянно обращался к Вашим трудам, а Вы не раз любезно делились со мной ценными источниками, за что приношу свою особую признательность.

Однако именно в этой книге, объединившей все Ваши предыдущие работы — как опубликованные, так и долгие годы хранившиеся в рукописях, — Вы создали поистине энциклопедический труд. Это всеобъемлющее исследование, где каждая глава, каждый вывод становятся частью целостной картины многовековой истории курдского народа.

Особое значение имеет то, как Вы последовательно и доказательно восстанавливаете историческую преемственность курдского этноса. Опираясь на авторитет таких учёных, как М. С. Лазарев, Н. Я. Марр, В. Ф. Минорский, а также привлекая целый корпус средневековых источников — от трудов арабоязычных курдских, арабских и персидских авторов до свидетельств сирийских, армянских, албанских и грузинских хронистов, — Вы создаёте неопровержимую цепь доказательств, простирающуюся от древних цивилизаций (кутии, луллубеи, хурриты) до современности. Такой многоуровневый подход, синтезирующий данные различных историографических традиций, придает Вашим выводам исключительную убедительность. Ваш анализ «Страны Карда» как исторического сердца Курдистана и прослеживание территориальной преемственности от Мидии до современного расселения курдов представляет особую научную ценность.

Ваша работа — это не просто изложение фактов, а смелый вызов сложившейся историографической традиции, десятилетиями игнорировавшей или сознательно искажавшей курдскую историю. Вы убедительно показываете, как политические интересы государств, разделивших Курдистан, привели к системному уничтожению исторической памяти целого народа. Ваше исследование становится актом восстановления исторической справедливости.

Глубоко тронул проведенный Вами анализ положения курдов как «пасынков истории». Вы не просто используете этот емкий образ, но и наполняете его горьким содержанием — от запрета родного языка до физического уничтожения. При этом Вы избегаете эмоциональных оценок, позволяя фактам говорить самим за себя, что делает Вашу работу особенно убедительной.

Особо хочу отметить значимость Вашего методологического подхода. Вы не только вскрываете проблемы историографии, но и предлагаете конкретные пути их решения. Ваш тезис о том, что объективное изучение курдской истории может стать основой для межнационального согласия на Южном Кавказ и на Ближнем Востоке, представляет не только научный, но и практический интерес.

Эта монография, без преувеличения, открывает новую страницу в курдоведении. Вы не только подводите итог многолетним исследованиям, но и задаете новый вектор для будущих изысканий. Ваш труд — это мощный ответ тем, кто пытается отрицать автохтонность и историческую значимость курдского народа.

Уверен, что эта книга станет настольной для всех, кто серьезно интересуется историей Ближнего Востока и Кавказа. Она бросает вызов не только историкам-курдоведам, но и всей современной исторической науке, призывая к пересмотру устоявшихся, но неверных концепций.

С глубоким уважением и благодарностью,

Камиз Шеддади

член Международной федерации журналистов (IFJ) и Союза журналистов РФ,

переводчик, лингвист, историк, публицист.

В конце 1945 года СССР был в одном шаге от войны с Турцией...

Несмотря на то, что Турция формально не принадлежала к числу сателлитов фашистской Германии, СССР на протяжении всей Великой Отечественной войны рассматривал южного соседа как потенциального противника.

Показательно, что германо-турецкий договор о дружбе и сотрудничестве был подписан 18 июня 1941 года – за 4 дня до нападения на СССР. Некоторые историки, в том числе турецкие, утверждают, что обе стороны устно тогда же договорились о вступлении Турции в войну против СССР при максимальном приближении войск Германии и ее союзников к Закавказью и Каспию.

Как отмечается в мемуарах бывшего начальника советского генштаба С.М. Штеменко, осенью 1941-го и в середине 1942 года никто не мог поручиться, что Турция не выступит на стороне Германии: на границе с советским Закавказьем сосредоточились 26-28 турецких дивизий, оснащенных в основном германским оружием. На случай, если турецкое вторжение пойдет через Иран на Баку, на ирано-турецкой границе стоял советский кавалерийский корпус, усиленный стрелковой дивизией и танковой бригадой. Пропуск Турцией через Дарданеллы-Босфор германских и итальянских военно-морских сил в июне 1941 года в Черное море, а в 1944-м – в обратном направлении, также до предела обострили взаимоотношения СССР и Турции.

В апреле 1945-го СССР денонсировал советско-турецкий договор 1931 года о ненападении и нейтралитете и перестал юридически признавать существовавшую на тот момент советско-турецкую границу. Затем Сталин официально заявил на Потсдамской конференции, что Турция должна вернуть Армении и Грузии их территории, захваченные в период военно-политической слабости Советской России. Речь шла, как минимум, о восстановлении российско-турецкой границы на август 1914 года. Кроме того, СССР потребовал международного контроля за маршрутом Босфор – Мраморное море – Дарданеллы и поддержал претензии Греции на центрально- и южноэгейские острова (бывшая итальянская колония Додеканес), на которые претендовала и Турция, потерявшая их из-за поражения в итало-турецкой войне 1911-1912 гг. В конце 1946 года Москва и Анкара приближались к военному конфликту. СССР стянул до 30 дивизий к турецкой границе, советские военно-морские базы в 1945-1946 гг. появились в Румынии и Болгарии.

Одновременно СССР задержал вывод своих войск из Северного Ирана, а советской прессе с апреля 1946-го, когда отмечалась 31-я годовщина турецкого геноцида армян, началась кампания в поддержку «справедливых требований армянского народа», подразумевавшая предстоящее признание Советским Союзом геноцида армян в Турции.

Затем, после перехода весной 1947 года ирано-азербайджанской границы отрядами курдских повстанцев и беженцев во главе с Мустафой Барзани, у СССР появился новый рычаг давления на Турцию. Сталин поручил разработку новой политики в курдском вопросе руководителям Азербайджана, где в 1922-1931 гг. был курдский автономный округ (сейчас это Лачинский район, находящийся с мая 1992 года под контролем армянских формирований Нагорного Карабаха), и Узбекистана – Джафару Багирову и Усману Юсупову. В августе 1947-го Сталин назначил Юсупова ответственным за подготовку курдских военных отрядов в Узбекистане для последующих их действий в Турции и Иране. Силы Мустафы Барзани были в 1948 году передислоцированы в Узбекистан, где находилось большинство депортированных в конце 1930-х из Закавказья в Среднюю Азию курдов. В свою очередь, Джафару Багирову было поручено разработать предложения по воссозданию курдского национально-автономного округа. В тот же период были установлены постоянные контакты с курдскими партизанами в Турции и даже с зарубежной антибольшевистской партией армянских националистов «Дашнакцютюн», имевшей свои подпольные структуры на Северо-Востоке Турции.

В конце 1947 года Джафар Багиров предложил создать курдский автономный округ не на прежнем месте, а на севере Нахичеванской АССР Азербайджана – в Норашенском районе, граничащем с Арменией и Турцией. По его мнению, такое расположение округа помогло бы установить более тесные связи с курдами Турции и Ирана. Затем автономию планировалось расширить за счет курдских районов Игдыр и Нор-Баязит в турецкой части Западной Армении, которую намечалось вернуть Армянской ССР. Переселение курдов в Азербайджан началось в 1946 году и продолжилось в 1947-1948 гг. Отметим, что в современном Азербайджане, по оценкам российского агентства Regnum , проживает как минимум 150 тысяч курдов. Курдская община представлена и в азербайджанском истеблишменте, занимая важные государственные посты. Этническими курдами являются, в частности: гендиректор государственной нефтяной компании Азербайджана Ровнаг Абдуллаев, мэр Баку Гаджибала Абуталыбов, начальник личной охраны президента страны Ильхама Алиева Бейляр Эйюбов, председатель государственной телерадиокомпании Ариф Алышанов, руководитель крупнейшей в Азербайджане многопрофильной корпорации «Азерсун» Абдулбары Гезал.

Однако в том же 1947 году в ситуацию вмешались США, которые разместили на турецкой территории свои военные и разведывательные базы. Значительная часть таких объектов находилась в непосредственной близости от советской границы. Еще раньше Гарри Трумэн отказался выполнять обещания, данные Сталину Рузвельтом, о размещении советских баз на ливийской и турецкой территории. В этот же период конфликт СССР с титовской Югославией ослабил позиции Сталина на южном направлении, что также не могло не отразиться на «курдском проекте». Вывод советских войск из Ирана в январе 1948 года еще более усугубил ситуацию.

Между тем, осенью 1951-го ВМФ США и Великобритании получили право использовать, случае угрозы безопасности Турции и обороноспособности НАТО, турецкие порты на Черном море. Однако Анкара продолжала требовать от США дополнительных гарантий безопасности, которые и были даны ей весной 1952 года, когда Турция вступила в НАТО. После смерти Сталина «курдский проект» был надолго законсервирована Советским Союзом. Уже в мае 1953 года Москва объявила о признании советско-турецкой границы, а впоследствии Никита Хрущев лично извинился перед послом Турции в СССР за «сталинские несправедливости».

Источник: yasen-krasen.ru

https://www.oboznik.ru/?p=23388

     Ивое Асо и Шака Араб со своими  детьми – Заво, Бондо, Зано ( Зейнава Иво) и        Паришан проживали  в деревне Энгук Карской области.

     В годы первой мировой войны, спасаясь от турецких аскяров, сеявших всюду смерть, деревня Энгук опустела..

     Семья Ивое Асо  вместе с неколькими oдносельчанами  находят убежище в одном из армянских сел, где он нанимается  пастухом. Как-то банда  нападает на  пастухов и  уводит весь скот… Вскоре, после случившегося,   Ивое Асо, тяжело заболев, уходит из жизни, оставив   Шаке одну с четырьмя детьми…  

     Узнав об отходе турецких аскяров, жители Энгук возвращаются в родное село. Но через год, увы, нашествия турецких банд возобновляются. И вновь жители деревни вынужденно спасаясь от преследований, убийств и грабежей,   покидают родное село …

     Они с трудом добираются до города Эчмиадзин (Армения). Там односельчане узнают, что в Аштараке открылся детдом для курдских  детишек- сирот.

(далее…)