Свяжитесь с нами

Культура

О книге Азиз Аскарян «Профессия – обезьяний папа»

Опубликованный

вкл .

ВЛЮБЛЕННЫЙ В ПРОФЕССИЮ, В РОДИНУ, В ЖИЗНЬ…

 

            После долгого ожидания, растянувшегося на несколько месяцев, я наконец получила обещанную книгу, которую давно хотелось прочитать и добавить в свою домашнюю библиотеку.

      Речь идет о книге дрессировщика обезьян, артиста Московского цирка Никулина на Цветном бульваре, народного артиста России Азиза Аскаряна «Профессия – обезьяний папа» (Москва, 2008).

       С обложки на меня смотрел обаятельный, благообразный и интеллигентный мужчина среднего возраста, который держит на руках маленькую обезьяну, очень симпатичную, забавную и трогательную, одетую в детский комбинезончик.

       Приятно отметить, что А.Аскарян по национальности курд, по вероисповеданию езид, и мы гордимся, что сын нашего народа достиг таких высот в цирковом искусстве и удостоен высокого звания «Народный артист России».

Я получила книгу и прежде всего прочла аннотацию, где в самом конце отмечалось, что книга написана «чуть иронично». Заинтригованная, я принялась за чтение и по мере перелистывания каждой страницы все больше и больше убеждалась в том, что книга у меня в руках написана не «чуть» иронично, а очень, очень иронично, более того – с невероятным чувством юмора, местами с легким сарказмом и даже с нет-нет, да и проскальзывающей самокритикой.

Я прочитала книгу за один день, но если быть более точной – не считая текущих повседневных дел, за несколько часов. И, закрыв последнюю страницу, поймала себя на том, что хочу написать о ней, об этой замечательной и доброй книге, оставившей на меня большое и очень позитивное впечатление. Мне захотелось поделиться с другими потенциальными читателями своими чувствами, рассказать об этой новинке (хотя, по большому счету, какая это новинка, когда уже 5 лет, как она вышла из-под типографского станка и имеет право на жизнь?) и чтобы им тоже захотелось достать и прочитать то, что действительно заслуживает права на прочтение, внимание и потраченное (замечу – с большой для себя пользой!) время.

Написанная в жанре, близком к воспоминаниям, книга охватывает почти полувековой период нашей истории и представляет читателю не только интересный рассказ о минувшей советской эпохе и наших днях, но и позволяет автору с ее страниц говорить о многих простых, но важных вещах, понятных и близких каждому человеку. Это и любовь к свои родным (особенно трогательны рассказы о матери Айше Юсуповне, рано ушедшем из жизни отце Михаиле Авдоевиче и погибшем совсем молодым брате Джемале), и крепкая дружба с одноклассниками и ребятами по двору, и искренняя благодарность соседям за их терпение и снисходительность к «домашнему зоопарку» автора, и теплые воспоминания о самых разных людях, с кем свела его судьба на пути к цирку на Цветном бульваре: начиная с простой и добрейшей супружеской пары Дубровиных, сдававшей ему комнату в Москве, и заканчивая такими известнейшими именами, как Никулин, Запашные, Дуровы…

Я не стану даже пробовать перечислить хотя бы часть остальных имен, которые упоминает автор в своей книге, потому что там их великое множество (и это при относительно среднем ее объеме – 224 страницы). Важно одно – о каждом из них Аскарян говорит с любовью, уважением, почтением, и даже в отношении тех немногих, кто сыграл далеко не положительную для артиста роль в том или ином эпизоде (например, пара импресарио и организаторов гастролей Московского цирка по Латинской Америке и странам Азии), А.Аскарян избегает использования резких выражений и заслуженных негативных оценок.

Вне всякого сомнения, это показатель доброты нрава артиста. А еще между строк, в мелких, кое-каких деталях улавливается другая положительная черта его характера – это скромность. Взять хотя бы подтекстовку к одной из старых фотографий, когда будущему дрессировщику было 4 годика: «Я и мой друг детства Тигран Серопян (слева)». Ну, скажите-ка откровенно: что в принципе мешало автору немного сместить акценты и дать несколько другую формулировку, например: «Я (справа) и мой друг детства Тигран Серопян»? На мой женский взгляд, такие нюансы говорят сами за себя, так же как и то, как непосредственно, очень легко и без малейшего бахвальства автор рассказывает о своем знакомстве и сложившихся вполне обычных человеческих отношениях со многими российскими звездами, совместные снимки с которыми дополнили и украсили комплект размещенных в книге замечательных фотографий.

Любовью к животным, самым разным, с какими сводила судьба автора – будь то подопечные его коллег и знакомых или свои собственные – дышит чуть ли не каждая строчка. Например, меня потрясла мысль, высказанная автором в самом начале книги, – звери среди людей беззащитны, даже если это хищники, они все зависят от человека, они беззащитнее даже сирот. Яркой иллюстрацией к данному суждению является, в частности, эпизод с болезнью и лечением одного из питомцев Аскаряна – шимпанзе по кличке Бим, где для его экстренного приема в реанимационное отделение Костромской городской больницы дрессировщику пришлось обратиться за помощью к Никулину, а тому, в свою очередь, среди ночи звонить главврачу той больницы и лично просить, нет, «умолять» положить четвероногого артиста в «человеческую» реанимацию. Здесь не могу удержаться от того, чтобы не процитировать тот отрывок, где говорится о реакции главврача: «Главврач смотрит на Бима, восхищенно улыбается и бормочет: «Господи, мне же сам Никулин звонил!.. Показалось, что поехала крыша – ночью, сам Никулин – я, говорит, умоляю вас и прошу… Да как отказать после такого звонка? Ведите вашего артиста в реанимацию… Пусть увольняют!» И далее: «В общем, отнеслись к Биму как к номенклатурной шишке: выделили отдельную палату, личного врача, поставили капельницу, раздобыли бананы и мандарины. Сделали переливание крови, ради чего поставили на уши пол-Костромы – у Бима оказалась вторая группа, довольно редкая (да-да, у них та же кровь, полная совместимость с человеческой, если кровь той же группы)…».

 

 

 

А поразительные тонкости обезьяньей психики, в которые нас посвящает автор? Взять хотя бы рассказ о том, как шимпанзе Джульетта не переносила присутствие в зале темнокожих зрителей и проявляла такие приступы агрессии, что в те дни дрессировщику приходилось работать с ней исключительно на поводке. Объяснение такому «расистскому» поведению обезьяны дал один профессор-физиолог, который сказал следующее: «Должно быть, животное контрабандное, а забрать малышку-шимпанзе у матери угрозами нельзя, и отнять детеныша можно только одним способом – убить мать. Вероятно, так оно и было, и в ее памяти навсегда зафиксировался образ врага-убийцы – чернокожего человека».

Или же трогательная история про странную любовь шимпанзе Микки к солдатам? Как позже открыл для себя дрессировщик мотивацию этого чувства, вся разгадка заключалась в военном камуфляже и резиновых сапогах, в которые одеты и обуты работники зоопарка, потому что это самая удобная одежда для человека, который ежедневно чистит клетки, возится с едой, водой и грязью. Людей же, одетых и обутых таким «солдатским»  образом, Микки ассоциировал с зоопарком, откуда вышел, он видел в них свое детство и явно скучал по нему. «Все оказалось просто, понятно и до такой степени человечно, что прямо не знаю», – растерянно подытожил автор.

Кстати, не знаю, кто и как, но лично я, читая про любимцев Аскаряна, впервые узнала то, что обезьяны, оказывается, очень любят кока-колу…

Кроме, без всякого сомнения, интереснейших историй, связанных с животными, читатель, взявший в руки книгу Азиза Аскаряна, сможет узнать и увидеть многое, причем глазами автора, весьма искренне увлеченного тем или иным предметом своего рассказа. И не только узнать и увидеть, но и проникнуться теми же чувствами, с которыми писал свои строки автор. Скажу прямо: определенная (и немалая!) часть книги – это настоящая ода городу Тбилиси, воспевающая его жителей, отношения между людьми, атмосферу, кривые улочки, булыжные мостовые, «тихие» спальные районы и т.д. Сколько экспрессии, позитива и ностальгии в каждом слове автора, влюбленного в родной город! «Тбилиси, молодость, семидесятые годы. Золотой листопад. Вечное солнцестояние». Или: «Город укрывал дружбой, как шубой, под этой шубой мы жили…».

Книга «Профессия – обезьяний папа» – это ода не только городу Тбилиси, но и Его Величеству Цирку, в который на протяжении многих лет стремился автор. Считая его совершенно уникальным по сравнению с другими видами искусства (в частности, театром, кино, литературой, живописью, музыкой), он так и говорит: «Цирк – не театр, здесь слова играют второстепенную роль. Чувства – важнее». Читаем далее: «В цирке нет фальши… Нельзя сфальшивить с животными… Нельзя вполсилы жонглировать горящими булавами. Нельзя обмануть циркового зрителя, потому что наш зритель идет в цирк, чтобы своими глазами увидеть настоящее чудо. Таковы законы жанра – полная отдача, предельная искренность, горение всерьез, а не понарошку. Только так». И, продолжая рассуждения о цирке, выводит, на мой взгляд, совершенно замечательную мысль: «Если семья идет в цирк – в этой семье все в порядке. Значит, живы традиции, значит, люди думают о положительных эмоциях и правильно воспитывают детей».

Можно было бы привести еще множество примеров, свидетельствующих о глубоком взгляде А.Аскаряна на самые разные стороны и проявления нашей действительности, взгляде, который полон мудрости, большого жизненного опыта и серьезного философского подхода. Однако не хотелось бы полностью приоткрывать эту завесу и лишать наших потенциальных читателей прелести новизны при прочтении книги. А читается она действительно легко и быстро, автор замечательно, метко и лаконично выражает свои мысли, подводит итог и дает оценку тому или иному событию. Язык и логика изложения находятся в тесной и неразрывной связи, и прежде всего поражает невероятное количество экспрессии. Например, вот как рассказывает Аскарян о своих мытарствах в хождениях по официальным инстанциям, когда добивался изменения своей специальности с «артиста оригинального жанра» на «дрессуру животных»: «Я дошел, добрел, дополз до вершины, с которой направлялась культура (имеется в виду министерство культуры СССР – примеч. Н.С.) доброй половины земного шара (а злая курировалась из Вашингтона). Дополз и долго скребся в министерские двери…». Или же взять, к примеру, следующий фрагмент, где автор, наконец вырвавшийся из заколдованного круга и цепи неудач, пишет о своем душевном состоянии: «У меня было роскошное ощущение человека, выскочившего наконец на белую полосу своей жизни. Все, что требовалось от меня, – давить на газ без оглядки, пока ветер удачи не переменился. И я давил». Ну, признайтесь сами: разве можно, дочитав до этого места, закрыть книгу и отложить ее в сторону? Лично я не смогла.

 

 

 

И еще несколько слов о книге. Во-первых, хочется поблагодарить автора за множество интереснейших фотографий, среди которых старые черно-белые снимки по понятным причинам, несомненно, вызывают огромный интерес. Во-вторых, структура книги отличается такой же четкостью, ясностью и лаконизмом, как и изложенное в ней повествование. Тем, кто еще не брал это издание в руки, будет интересно узнать, что в нем 6 частей, каждая имеет свое название и состоит из нескольких эпизодов, также имеющих меткое и говорящее название. И, наконец, в-третьих. Я не знаю технических подробностей, как писалась эта книга. Кто набирает текст сразу на компьютере, кто по старинке пишет от руки (и, по моему мнению, это не самый плохой вариант, поскольку мысль, преодолевая расстояние от глубин головного мозга до кончика ручки, имеет время и возможность стать более отшлифованной и, что более важно, – прочувствованной), кто надиктовывает на диктофон, а потом расшифровывает свои голосовые записи… Лично у меня сложилось впечатление, что книга Азиза Аскаряна была написана именно таким, третьим способом, потому что при ее прочтении ты словно наяву слышишь задорный тон рассказчика, его яркую речь, замечаешь характерный для разговорной речи несколько смещенный порядок слов в предложении и… И еще чувствуешь, что эту книгу писал вполне счастливый в прямом смысле этого слова человек, который стремился поделиться с каждым из нас кусочком своего счастья и весьма мощным по своей энергетике оптимизмом.

 

Нуре САРДАРЯН (Нура Амарик),

член Союза писателей Армении

Культура

ЖАРКОЕ ЛЕТО ПАРИЖА

Опубликованный

вкл .

Автор:

Аза Авдали, публицист

В силу многих обстоятельств, очень непростых, давно не была в Париже. И вот в июле я наконец-то приехала в город, который очень люблю. Люблю по многим и важным для меня причинам. Да, было очень и очень жарко в Париже, впрочем, как и во всей Франции и во всей Европе. А в некоторые дни температура просто зашкаливала, доходило до 40 градусов. Для города, особенно для такого как Париж, это, поверьте, многовато. При том, что в городе много парков — больших и маленьких, есть Булонский лес, Венсенский, но, к сожалению, большинство парижских улиц не обрамлены деревьями, как в Москве, например. Это, конечно же, усиливало невыносимость жары. Однако, тому есть веская причина: это старейший европейский город с очень длинной и невероятно захватывающей историей, а парижские улицы, которые в большинстве своем довольно узкие, ну, не считая Елисейских полей и многочисленных красивых бульваров, а потому там нет, совсем нет места даже для самых низкорослых деревьев или хоть каких-то кустарников. Ну, а Париж — такой величественный и прекрасный как всегда, да, именно как всегда, радовал глаз своей абсолютно гениальной, фантастической архитектурой, несомненным парижским шиком, который уже привычно называют давно ставшим клише выражением — «праздник, который всегда с тобой», а душу многих продолжает ласкать и возвышать той самой чарующей атмосферой, которая есть особенность, отметина и шарм этого великого города.
Почему я решилась на написание этой статьи? Попытаюсь объяснить… Да, кто-то скажет или подумает, что такая статья — совсем не формат для курдского сайта. И в каком-то смысле это правда. И тем не менее… Общеизвестно, что Париж всегда был многолюден, но сейчас он уж очень, ну очень перенасыщен людьми. Это настоящий Вавилон: много разных народов, народностей, этносов, рас, культур, традиций, образов жизни, систем ценностей. Что меня всегда поражало в этом городе? Ну, во-первых, весь этот разношерстный Вавилон говорит или хотя бы неплохо понимает по-французски. И это очень, очень круто. Да, не все, далеко не все, изъясняются на высоком французском, что, конечно же, вовсе и не обязательно, но говорят и понимают буквально все. А это чрезвычайно важно, потому что способствует далеко не хрупкому единению и несомненной общности. Эта проблема давно уже решается и поддерживается на государственном уровне. Но я тревожусь и задумываюсь вот по какому поводу: сможет ли и захочет ли этот такой радикально разношерстный Вавилон сохранить то, что есть величие и уникальность французской культуры, характера, тонкого французского юмора и изящной сатиры, особенностей французского духа, изящного и изысканного, такого отличного, не присущего иным культурам и традициям, а также иным духовностям таких высоких и значимых ценностей как восприятие и понимание красоты, свободы, в том числе и свободы личности и самовыражения? Не знаю, не уверенна. И что тогда? Нет ответа… Вернее, он есть, но, как мне, увы, представляется, он драматичный. А с другой стороны, давайте вспомним и признаем, что такие значимые и высокие понятия как Свобода, Равенство и Братство — есть суть и смысл именно французского духа, этого великого народа. Во всяком случае, это ведь Франция возвела столь высокую идею на главный пъедестал нации и держится этого важнейшего ориентира неукоснительно.
Полагаю, всем будет интересно узнать, что число курдов, как мусульман так и езидов, живущих в Париже и в его многочисленных пригородах, превышает сто тысяч. А по всей стране число живущих там курдов превышает уже двести сорок тысяч. И прибыли все эти люди во Францию из-за очень драматических и даже трагических причин. Вы знаете, вы все, конечно, знаете все кровавые страницы нашей курдской истории, все гнусные попытки уничтожить курдов, переписать и перечеркнуть значимость, роль и достижения нашего древнейшего народа, попытки многих присвоить наше искусство, многие главы нашей истории и культурных достижений. Курды помнят все, каждая страница их непростой истории навсегда в их нестираемой памяти. О чем хотелось бы напомнить и поведать всенепременно? О том, что во Франции с очень большой симпатией и несомненным уважением относятся к народу курдскому. И это факт очевидный и непреложный. Франция была первой страной, где открылся Курдский институт культуры. Курдская молодежь из всего Большого Курдистана уже многие десятилетия привлекается для участия в важнейшей программе государства и получает статус стипендиата французского правительства.
И коротко вот о чем хотела бы напомнить: впервые курдские рабочие-иммигранты из Турции прибыли во Францию во второй половине 1960 годов. А уже в 70-х годах и позже во Францию бежали тысячи политических беженцев из всего Большого Курдистана, расчлененного еще в начале 20 века между Турцией, Ираном, и на скорую руку слепленных Ираком и Сирией. Очередная драма и трагедия нашего несломленного народа. И сегодня во Франции проживает одна из самых крупных курдских диаспор Европы.
Несколько слов хотелось бы сказать о бывшем мэре Парижа мадам Анн Идальго…
В 2019 году Анн Идальго посетила Иракский Курдистан и в рамках этого визита она встретилась с губернатором Эрбиля Навзадом Хади. Стороны обсудили двустороннее франко-курдское сотрудничество и подписали ряд документов. И, кстати, это был ее не первый визит в Курдистан. Еще в 2014 году она посетила Эрбиль с бывшим президентом Франции Франсуа Оландом.
2014 год… Пришествие ИГИЛ в Курдистан. Время, когда буквально весь мир повернулся лицом к курдам, понимая, что в создавшихся обстоятельствах только курдам под силу сломить ИГИЛ. Собственно, что и произошло. И с тех самых пор гуманитарные организации Франции оказывают курдам всестороннюю поддержку. И огромная заслуга в этом принадлежит Анн Идальго. И курды Европы чрезвычайно политически активны. Но не забывая о своих курдских корнях, о своей исторической родине, они направляют весь свой интеллектуальный и гражданский потенциал на благо той страны, которая протянула им руку. Напомню, что в 2014 году во Франции и других и других европейских странах сотни тысяч курдов прошли маршем протеста против очень тесного сотрудничества Турции и ИГИЛ.
А в 2015 году был очень впечатляющий марш в Париже против турецких авиаударов Башура — Иракского Курдистана. Ни одна попытка кого-бы то ни было против курдов не проходит без ответной реакции курдов. Думаю, все помнят тот протест курдов 24 декабря 2022 года накануне Рождества, когда многие тысячи людей вышли на площадь Республики в Париже, чтобы выразить свое негодование против трех курдов убитых одним психом-расистом в 10 округе Парижа. А президент Франции Эммануэль Макрон назвал стрельбу в Париже гнусной атакой против курдов. И завершая эту статью, хотела бы вспомнить некоторые имена курдов, ставших известными за пределами Курдистана, во Франции: великий курдский поэт и исполнитель Ахмед Кайа, талантливая и известная французско-британская актриса кино Амира Казар, гениальный режиссер Йылмаз Гюней, бессменный директор Курдского института культуры Кендал Незан, Хинер Салим — талантливый кинорежиссер. Конечно, их гораздо больше, людей, прославивших свой курдский народ и страну, в которой они состоялись как личности.

Продолжить Чтение

Культура

Хранитель памяти Красного Курдистана: к юбилею ГАЖАРА ШАМИЛ (HEJARÊ ŞAMIL)

Опубликованный

вкл .

Автор:

16 июля 2026 года курдская интеллигенция, историки и журналисты отмечают знаменательную дату — 60-летний юбилей известного писателя, публициста и исследователя истории курдов Кавказа Гажара Шамила (Гажара Шамиловича Аскерова). Его многолетний жизненный путь и творчество стали прочным мостом, связывающим трагическое прошлое курдской общины на постсоветском пространстве с ее современным развитием в странах СНГ и Европы.

Родники курдского просвещения

Судьба Гажара Шамиловича была предопределена с самого рождения. Он появился на свет 16 июля 1966 года в Кельбаджаре — живописном крае, который в 1920-е годы являлся сердцем легендарной курдской автономии, известной как Красный Курдистан. Мальчик вырос в семье выдающегося курдского мыслителя, поэта, этнографа и просветителя Шамила Селима Аскерова и его супруги Назили Манафовой. Отец бережно закладывал в сына основы национальной гордости и уважения к корням. Даже имя «Гажар», означающее в переводе «скромный», было выбрано неслучайно: Шамил Селимович назвал сына в честь великого курдского поэта Абдуррахмана Шарафканди (Хажара), посещавшего Баку в те годы.

Родительский дом в Кельбаджаре был наполнен редкими рукописями и книгами. Шамил Аскеров, долгие годы руководивший местным краеведческим музеем, спас от забвения огромный пласт курдской культуры, построил множество школ и перевел на курдский язык классическую поэму Ахмеда Хани «Мам и Зин». Атмосфера постоянных дискуссий о судьбе разделенного курдского народа и бережное отношение к фольклору сформировали мировоззрение юного Гажара. Свои первые стихотворения под псевдонимом Гажар Шамилоглу он опубликовал еще на школьной скамье… Некоторые его поэтические строки впоследствии легли в основу популярных песен.

Становление и журналистский путь

После прохождения срочной службы в рядах Советской Армии с 1984 по 1986 годы, Гажар Шамил окончательно связывает свою жизнь со словом. В 1989 году он успешно оканчивает филологический факультет Азербайджанского педагогического института имени В. И. Ленина и начинает работать в престижном бакинском издательстве «Язычы». В начале переломных 1990-х годов его профессиональный талант находит применение в большой политике — он становится парламентским корреспондентом официальной газеты Верховного Совета Азербайджана «Хаят».

Однако главным делом жизни для Гажара Шамиловича всегда оставалась курдская национальная печать. В 1992 году в Баку он выступает соучредителем и редактором азербайджанского раздела независимой газеты «Dengê Kurd» («Голос курда»), которая сплотила вокруг себя курдскую интеллигенцию в сложнейший исторический период конфликтов на Кавказе. В середине 1990-х годов его журналистский путь продолжается в Москве, где он активно пишет для общественно-политического журнала «Kurdistan Raport». Позже судьба забрасывает его на историческую родину, в Южный Курдистан (Ирак), где он выполняет обязанности заместителя редактора газеты «Махмур». Весь накопившийся опыт и глубокое понимание региональных процессов позволили ему стать ведущим колумнистом и главным редактором авторитетного европейского портала Kurdistan-post.eu. В этот период он некоторое время пишет статьи для курдского раздела французской газеты «Le Monde Diplomatique»

Летописец разорванной диаспоры

Научные и публицистические труды Гажара Шамила, издаваемые на курдском, русском, турецком и азербайджанском языках, всегда были сосредоточены на одной главной теме — феномене выживания, сохранения идентичности и интеграции курдского этноса за пределами исторической родины. Его монументальное исследование «Diaspora Kurdan» («Курдская диаспора в странах СНГ»), впервые увидевшее свет в Стамбуле в 2005 году и значительно расширенное при переиздании в Бишкеке в 2007 году, прочно вошло в золотой фонд современной курдологии. В этой книге автор с научной точностью и глубоким сопереживанием описал волны миграции, трагические сталинские депортации кавказских курдов в Центральную Азию, а также проанализировал динамику сохранения родного курдского языка в современных реалиях СНГ.

Перу Гажара Шамила принадлежат и другие знаковые исторические работы. Среди них — книга «Knyaze İbrahim ve Kürtler» («Князь Ибрагим и курды», 2007), посвященная жизни выдающегося лидера курдской общины академика Князя Ибрагима Мирзоева, политологический анализ «Gülnar ve Öcalan» («Гюльнар и Оджалан», 2004), а также геополитическое исследование «Şerê eqilan» («Война разумов», 2000), изданное на турецком языке.

На службе обществу

Общественная деятельность юбиляра всегда шла рука об руку с его творчеством. На протяжении последних двадцати лет Гажар Шамил выступал ключевой связующей фигурой для курдских общин России, Казахстана, Киргизии и Грузии. С 2004 по 2010 годы он входил в редакционную коллегию казахстанского курдского литературного журнала «Нубар» занимал должность ответственного редактора, а в период с 2005 по 2010 год он работал редактором в курдской редакции Государственного радио Кыргызстана, даря соотечественникам возможность слышать родную речь на государственном уровне.

В конце 2000-х годов, он был одним из основателей и движущих сил «Инициативы интеллектуалов Курдистана», которая организовала широкомасштабные конференции в Алматы, Бишкеке, Брюсселе, Стамбуле и Эрбиле и объединила 300 курдских интеллектуалов со всего мира, а также был редактором связанного с этой инициативой интернет-портала «rewşenbir.com».

Важнейшей вехой его организаторской деятельности стало создание научно-исследовательского центра и издательства «Зангезур» («Weşanxaneya Zengezûrê»), ориентированного на выпуск исторической литературы о курдах Кавказа.

В 2024 году Гажар Аскеров основал в Тбилиси, столице Грузии, «Кавказский курдский институт». Именно благодаря активному участию этого института удалось провести Первую (2024) и Вторую (2025) Кавказские курдские конференции.

Сегодня Гажар Аскеров принимает активное участие в деятельности Национального движения Курдистана и выступает в качестве представителя во многих курдских организациях и изданиях. Например, он активно работает в правлении Движения за внутренний мир в Курдистане (BAN), имеющего филиалы во многих странах мира.

На протяжении всей своей общественной деятельности Гажар Шамил последовательно и жестко отстаивал на международных площадках единство курдского народа, выступая против любых попыток его искусственного дробления в официальных государственных переписях на постсоветском пространстве.

Сегодня, встречая свой 60-летний юбилей, Гажар Шамилович Аскеров полон творческих сил и планов. Редакция портала Kurdist.ru от всего сердца поздравляет юбиляра с этой знаменательной датой. Мы желаем Гажару Шамиловичу крепкого кавказского здоровья, неиссякаемого вдохновения, долгих лет жизни и новых глубоких открытий на благо курдской науки, просвещения и национальной культуры!

Редколлегия сайта www.kurdist.ru

Продолжить Чтение

Популярные публикации