Лятиф Маммад
Чингиз Ильдрым — курдский советский государственный деятель
В истории Азербайджана курды как одной из ее автохтонов, всегда играли ключевую роль. Среди известных советских курдских деятелей начала XX века особое место принадлежит и Чингизу Ильдрым.
Настоящая фамилия Чингиза — Султанов, но так как по курдской традиции он представлялся как "Чингизе Ильдрым", его в документах так и записали.
Родился он 10 июля 1890 г. в селе Губатлы Елизаветопольской (Гянджинской) губернии. Принадлежность к курдскому старинному аристократическому роду Султановых в Кавказском Курдистане открыл ему путь к получению образования.
Его отец Ильдрым добился открытия в Губатлах школы, куда и определил своих двух сыновей — Чингиза и Джаббара. После окончания сельской школы он учился в Шушинском реальном училище, а после ее закрытия — с 1906 по 1909 г.во Владикавказе (Северная Осетия) получил среднее образование. 19-летним юношей, в 1909 г. Чингиз поехал в Санкт-Петербург и поступил в горнопромышленное отделение Политехнического института.
В осуществлении этого намерения помогла Чингизу его старший брат Джаббар, который к этому времени стал врачом и поступил в хорошо оплачиваемую военную службу.
В Политехническом институте недюжинные способности и прилежность Чингиза Ильдрым привлекли внимание профессора И.Есьмана и М.Павлова, которые и рекомендовали перейти ему на факультет металлургии.
После окончания института в мае 1916 г. с дипломом инжинера-металлурга, он устраивается инженером на Петроградском механический завод «Айваз» (1916-1918 гг.). Живая и работая в Петербурге, с его импульсивным и деятельным характером он также попал в орбиту революционных событий, был участником штурма Зимнего дворца в Петербурге.
В 1917–1919 годах Чингиз Илдырым работал в народном комиссариате национальностей России и руководил бюро по делам мусульман России при Совете Народных Комиссров РСФСР. В мае того же года его утверждают председателем отдела комиссариата по делам национальностей Союза коммун Северной области. Чингиз Ильдрым также руководил мусульманской военной коллегией при Петроградском военном комиссариате. В июне 1918 г. Ч. Ильдрым впервые создает в Петербурге и Северной области мусульманский военный эскадрон, окрещенный впоследствии красноармейцами в «Ильдрымийе».
За высокий авторитет и деловые качества он был избран в Петербургский Совет рабочих и солдатских депутатов.
В начале 1919 г. Чингиз возвращается в Азербайджан и назначается членом Совета при Карабахском Генерал-губернаторстве в Азербайджанской Демократической Республики. Карабахским Генерал-губернатором (1919-1920) был его двоюродной брат Султанов Хосров-бек Паша-бек (10 мая 1879—1947).
В августе 1919 г. Чингиз назначется главным помощником начальника Бакинского порта и одновременно заместителем начальника военного порта. К середине 1919 г. он также по совместительству был назначен особо уполномоченным министра путей сообщения по водному транспорту. В 1919 году по заданию партии большевиков он организовал в Баку Особую морскую экспедицию, занимавшуюся отправкой нефти в Россию. После установления советской власти в Азербайджане, в первом советском правительстве, сформированным 28 апреля и возлагаемое Нариман Наримановым, Чингиз Ильдрым стал первым народным комиссаром по военным и морским делам (28 апреля 1920 — 26 июня 1920). Он приложил много сил и энергий по созданию вооруженных сил Азербайджана, организацию азербайджанских советских национальных воинских частей.
В 1922 г. Чингиза утвердили на чрезвычайно опасную и неблагодарную должность — чрезвычайным уполномоченным Совнаркомом и ЦИК Азербайджана по сбору продналога. Он на этой должности сделал все возможное, чтобы как то помочь голодающим Повольжя Царицынской губернии…
Непосредственно руководил строительством железной дороги Баку-Джульфа, завершенный весной 1924 г. Сыграл важную роль в строительстве в 1923 г. в Баку городской электрической трамвайной линии, сданный в эксплуатации в феврале 1924 г. Это был первый трамвай, сооруженнеы в советские годы. В дальнейшем он возглавлял строительство первой в Советском Союзе электрифицированной железной дороги Баку–Сабунчи в 1926 г. В апреле 1924 г. Чингиз назначается заместителем председателя Высшего Совета народного хохяйства Азербайджана (до 1928 г.).
В 1928-1929 гг. быль начальником народного комиссара почты и телеграфа Азербайджана. Параллельно был назначен и на должность чрезвычайного комиссара текстильной фабрики имени В. И. Ленина.
17 января 1929 года на совместном заседании Совета народных комиссаров и Совета труда и обороны было принято решение о строительстве на Урале Магнитогорского металлургического комбината. И уже с 10 марта в окрестностях Магнитки появились первые строители, которые забивали колышки. А 2 января 1930 года Чингиз Ильдрым был назначен заместителем начальника строительства Магнитогорского металлургического комбината. 16 февраля 1930 года постановлением ЦК ВКП(б) Магнитогорский комбинат должен был стать крупнейшим предприятием мира и ежегодно давать стране 2,5 миллиона тонн чугуна.
Но, через несколько дней после прибытия Чингиза на стройку управляющего вызвали в Москву, и все руководство стройкой легло на плечи Чингиза Ильдрыма.
5 июля 1930 г. состоялось рождение города Магнитагорск. Акт, под которым стояла подпись Ч. Ильдрыма, гласил: «В дни XVI съезда ВКП(б) на северном склоне горы Кара-Дыр в присутствии 14 тысяч рабочих произведена закладка Магнитагорска».
Ч. Ильдрым поддерживал со многими видными советскими государственными деятелями дружеские отношения, в том числе и с соратником, единомышленником И. В.Сталина, его "правой рукой" С.М. Кировым (с 1926 г. первый секретарь Ленинградского губкома (обкома) и горкома партии и Северо-Западного бюро ЦК ВКП(б) и одновременно в 1934 г. секретарь ЦК ВКП(б). Член ВЦИК и ЦИК СССР).
Ч. Ильдрым из Магнитагорска ему телеграфировал:
«Дорогой Мироныч!
Рапортует курд из Азии. На великой стройке температура ниже нуля — 23-25 нрадусов. Выносливость курда по пятибалльной системе — 4-5. Питание не оргнаизовано. Квартиры нет. Живет в гостинице пока…»[1].
Накануне первомайского праздника 1930 г. Чингиз Ильдрым сообщал С.М. Кирову:
«Дорогой Мироныч! Вот уже 2 месяца, как от тебя не имею ни строчки. Как нехорошо забывать курда, заброшенного в морозный угол Урала. Конечно, исправишь ошибку… Приевт Марии Львовне. Твой Чингиз[2]».
14 июня 1930 г. Чингиз Ильдрым писал новому председателю ВСНХ СССР Г.К. Орджонокидзе:
«Дорогой товарищ Серго! Со дня отъезда в Урал 2 раза был в Москве…
Одну десятую бы внимания Днепропетровского нам, азиатам, «Магнитострою»! Полная противоположность Днепрострою. Там цвет механизации и избыток ее, — у нас здесь музейные виды, кустарщина от Пензы, Вологды почти до Курдистана (нет еще транспорта — ишаков)»… Твой Чингиз. 14 июля 1930 г.»[3].
Магнитка во многом была зависима от зарубежных поставок, которые задерживались. Поэтому советское правительство командировало Чингиза Ильдрыма в Америку, наделив его большими полномочиями. Ему так и сказал Серго Орджоникидзе: «В Америке пока у нас нет посольства. Ты и будешь Чрезвычайным и Полномочным Послом Магнитки».
Штаб-квартира фирмы «Мак-Ки» находилась в Кливленде, в это время США переживали период экономического спада и финансового кризиса. Этим и решил воспользоваться Чингиз в своих нелегких переговорах с фирмой.
В 1931 г. Чингиз Ильдрым по заданию правительства СССР побывал в Германии в городах Берлине и Габурге, потом едет в США в Кливленд для ведения переговоров с фирмой «Мак-Ки», побывал в Детройте, Дирборне. 20 августа 1931 г. Ч. Ильдрым из США пишет Г.К. Орджонокидзе:
«Дорогой товарищ Серго! Обращаюсь к тебе не потому, что будучи курдом иду по стопам моих предков, которые имели привычку всегда, и теперь также, обращаться по всякому роду вопросов к самому старшему, хотя, казалось, бы, старшим есть что делать, и для маловажных вопросов существует особые штабы, полагая, что должен я хоть чем-нибудь отличаться от своих сородичей, сначала обращался по прямому начальству и если вынужден теперь тебя побеспокоить, то, поверь, что исчерпаны мною все пути, и не получив должного ответа, считаю своим долгом обратиться лично к тебе…»[4].
Из письма Ч. Ильдрыма Семушкину А.Д., помощнику наркома тяжелой промышленности, старому приятелю по Баку, бывшему работнику политотдела Красной Армии: «…Я уже колякаю по-английски. До чего дожили? И курд заговорил по английски…»[5].
Курды, по оценкам исследователей и этнографов, лучшие полиглоты Передней Азии. Чингиз Ильдрым кроме родного курдского, владел азербайджанским, турецким, армянским и русскими языками[6]
Кливлендское общество бизнесменов, среди членов которых были такие светилы американского экономического небосвода, как Рокфеллер, Морган, Дюпон и др., пригласило Ч. Ильдрым в свой Клуб, где его выступление встречен с большим интересом. Куда бы не ехал, Ч. Ильдрым своим обаянием приобретал много друзей и симпатизирующих ему людей, среди которых и был американский художник Рольф Стол, который взялся писать портрет Ч. Ильдрыма.
Чингиз Ильдрым вернулся из Америки в январе 1932 года. А потом предпринял еще одну поездку в США (Нью-Йорк-Чикаго-Кливленд-Питсбург-Детройт).
Чингиз Ильдрым был первым из местных жителей Азербайджана, который стал кавалером боевого ордена Красного Знамени.
В 1934 г. после успешного завершения строительства Магнитогорска правительство СССР Ч. Ильдрыма отправляет на строительства Криворожского металлургического металлургического комбината (1934–1937 гг).
7 июля 1937 года в Днепропетровске органы НКВД арестовали Чингиза Ильдрыма, и завели уголовное дело, поставив на обложке его папки с уголовным делом гриф — «Хранить вечно». Ему предъявили обвинение на связях с участниками контрреволюционного заговора, который, был «раскрыт» в Баку, подвели под статью «вредительство, диверсии» за аварии и пожары во время строительства Магнитогорска, шпионаже в пользу США (якобы во время пребывания в Америке он был «завербован иностранной разведкой»). Его тесная дружба с Г.К. Орджоникидзе и С.М. Кировым также был «замечен». Допросы велись в Днепропетровске и в Баку (Баиловской тюрьме в камере-одиночке), которого между допросами неоднократно возили в зарешеченном вагоне из Днепропетровска в Баку, где держали, а потом в Москву (Лефортовской тюрьме), потом обратно в Баку и так несколько раз. Позже его перевели в самую адскую тюрьму России — бывший монастырь Суханова, где и приговорили к высшей мере наказания – расстрелу, а родственникам сказали, что он приговорен к 10 годам в изолированном лагере, без права переписки. Он как «враг народа» был расстрелян в начале Великой отечественной войны…
[1]Полонский Лев. Чингиз Ильдрым. Баку, 1986. С. 232.
[2]Он же, с.240-241.
[3]Он же, с. 246-247.
[4]Он же, с.273-274
[5]Он же, с.275-276.
[6]Он же, с.9.
Источники:
1.Кятибли М. Чингиз Ильдрым. Баку, 1964.
2. Комиссар Ильдрым. Политиздат. Москва,1969.
3. Лев Полонский. Чингиз Ильдрым. Баку, 1986.
Лятиф Маммад,
История
Новая книга: Бруки Л.М. «КУРДЫ начало исторического пути»
Уважаемые читатели и исследователи!
Сообщаем о выходе фундаментальной работы Л. М. Бруки — книги «КУРДЫ начало исторического пути», посвящённой истокам формирования одного из древнейших народов Ближнего Востока.
О чём книга
Издание представляет собой масштабное историко‑этнографическое исследование, в котором:
- реконструируется ранний этап этногенеза курдского народа;
- анализируются ключевые исторические источники о предках курдов;
- прослеживается взаимосвязь культурных и языковых традиций региона;
- рассматриваются социально‑политические структуры, предшествовавшие
формированию курдской этнической общности.
Почему это важно
Курды — крупнейший этнос мира, не имеющий собственного государства, — на протяжении тысячелетий играли значимую роль в истории Передней Азии.
Понимание их истоков позволяет глубже осмыслить как региональные процессы
древности, так и современные геополитические реалии.
Для кого эта книга
Издание будет полезно:
- историкам и этнографам;
- востоковедам и политологам;
- студентам профильных специальностей;
- всем, кто интересуется историей народов Ближнего Востока.
Ключевые особенности
- опора на первоисточники и новейшие археологические данные;
- системный анализ этнокультурных процессов;
- доступное изложение сложных исторических проблем;
- обширный справочный аппарат.
Выход в свет
Б89 КУРДЫ начало исторического пути / Бруки Лятиф Маммад. — Тула: «Аквариус»,
2025. — 924 с. : ил., 1000 экз.
ISBN 978-5-6055201-0-8
Книга доступна и в специализированных библиотеках (через Книжную Палату, 16 экз.: Москва, Санкт-Петербург, Крым).
Электронный вариант готовиться к размещению на ведущих платформах цифровой литературы.
Книга выпущена за личные средства автора.
Книгу можно приобрести по почте с наложенным платежом исключительно в пределах Российской Федерации и стран СНГ.
Для этого желающие могут обращаться непосредственно в адрес сайта по е-меил: info@kurdist.ru; Letifmam@mail.ru
Стоимость книги: 2 тыс. руб. (по себестоимости) — деньги можно перевести по телефону: 89183640866 (Сбербанк) – только исключительно гражданами Российской Федерации и стран СНГ. Указать свой адрес и телефон.
Книга будет отправлено посредством российского маркетплейса Wildberries (желательно указать ближайшее к Вам ее отделение)
Исторические документы
КУРДСКИЙ СУДЕБНИК САСАНИДСКОГО ПЕРИОДА: «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN»(«Книга тысячи судебных решений»)
Лятиф Маммад
Согласно курдской народной традиции и историческим преданиям, династию Сасанидов можно с полным основанием считать курдской. Многие известные курдские личности, культурные и духовные достояния курдского народа, которые ранее намеренно и целенаправленно приписывались соседним народам, а также ценные источники, имеющие непосредственное отношение к курдскому этносу, постепенно обретают свой курдский облик из тени безмолвия и преднамеренного умолчания.
Одной из таких значимых фигур в курдской истории является Фаррахвмарт, сын Вахрама (Parraxvmart I Vahraman), автор фундаментального юридического документа — «Сасанидского судебника» «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN» («Книга тысячи судебных решений»), написанного на пехлеви[1]. Лингвисты относят пехлеви к одному из курдских диалектов. До VII века курды использовали арамейскую (пехлевийскую) письменность, которая была утрачена после арабского[2] завоевания курдских территорий.
Пехлевийский язык, также известный как парфянский, имел тесную связь с парфяно-курдским языком и, по некоторым лингвистическим классификациям, может рассматриваться как его разновидность[3]. Большинство лингвистов классифицируют пехлеви как среднеперсидский язык. В период правления сасанидского шаха Бахрама Гура (420/421-440 гг.) пехлеви использовался в Иране как официальный, литературный и разговорный язык. Современные курдские исследователи (А. Хассанпур, Джамал Небез, М. Изади и другие) справедливо рассматривают пехлеви как диалект курдского языка[4]. По самим же Иранским источникам, «иранские курды разговаривают на староперсидском диалекте и по существующей версии луры являются ответвлением древних курдов. Оба племени считаются истинными потомками мидийцев»[5].
«Сасанидский судебник», также известный как «Книга тысячи судебных решений», является единственным сохранившимся ираноязычным правовым памятником династии Сасанидов. Его создание датируется ок. 620 годом. Основные темы сборника включают имущественное право, право наследования, обязательственное право, систему наказаний и порядок судопроизводства.
«Сасанидский судебник» представляет собой важный источник информации о правовой культуре Ирана сасанидского периода. Эта культура отличалась высоким уровнем развития, сопоставимым с античной и арабской цивилизациями. Сборник представляет собой компиляцию юридических казусов, включающую комментарии к наскам Авесты, а также правовые и процедурные нормы, основанные на многовековой судебной практике.
Интересно отметить, что «Судебник» охватывает преимущественно гражданское и частное право. Это объясняется тем, что нормы родового права зороастрийцев могли быть неизвестны знатным чиновникам во всех деталях. Поэтому основными темами сборника стали имущественное право, право наследования, обязательственное право, система наказаний и порядок судопроизводства.
В преамбуле к тексту «Судебника» (см.79, 3-13) автор указывает своё имя — Фаррахвмарт, сын Вахрама, а также название своего труда — «Книга тысячи судебных решений» («MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN»). Фаррохмард Варахрам был главным зороастрийским судьёй (Herbadan Herbad/Хербадан Хербад) и представителем династии Сасанидов. Его деятельность охватывала период VI-VII веков и была связана с областью Ардашир Хурра в провинции Фарс. Фаррохмард, вероятно, проживал в Фарсе, на что указывают топонимы, упоминаемые в тексте, большинство из которых локализуется в этой области. Его основной резиденцией был город Гор (современный Фирузабад)[6].
Источники также подтверждают, что «Книга тысячи судебных решений» была написана около 620 года н. э. Фаррохмарт, сын Вахрама, проживал в городе Гор провинции Арташахр-Хваррэ и был современником царя Хосрова II Апарвеза (591-628)[7].
Область Ардашир Хурра в Фарсе получила своё название в честь Ардашира, который основал здесь город, по преданию названный им «Хурра».
О курдских племенах Фарса подробно сообщают средневековые арабские источники X века, такие как Масуди, Ибн Хордадбех, Истахри, Ибн Хаукал и Мукаддаси.
Согласно Ибн Хордадбеху[8], в Фарсе насчитывается пять областей: Истахр, Сабур, Ардашир Хурра, Дарабаджирд, Аррадджан и Фаса[9].
В Фарсе также выделяются четыре зуммы[10] курдов.
Из них: Зумм ал-Хасан бен Джилуйа — его называют ал-Базанджан[11] (в 14 ф.[12] от Шираза). Ибн ал-Факих (V, 203) именует его раиса Хусайном ибн Джилавайхом. По ал-Истахри (113) и ал-Мукаддаси (447), этот зумм в их время был известен как «зумм Шахрийара». По своему местоположению совпадает с совр. Бадинджаном южнее Шираза.
Зумм Ардама бен Джуванаха — расположенный в 26 ф. от Шираза. У Ибн ал-Факиха (V, 203) отсутствует название этого зумма. По ал-Истахри, зумм Джилавайха был известен как ар-Рамиджан. Эта область находилась между ал-Байдой, Исфаханом, Хузистаном и Сабуром.
Зумм ал-Касима ибн Шахрабараза, называемый ал-Курийан. Этот [зумм] в 50 ф. от Шираза. У ал-Истахри и у ал-Мукаддаси — ал-Карийан; согласно им, раисом этого зумма, расположенного на территории области Ардашир Хурра, был Ахмад б. ал-Хасан. По местоположению вероятна его тожественность с Курдийаном, расположенным между Найризом и Фасой.
Зумм ал-Хасана ибн Салиха, называют его ас-Суран, он расположен в 7 ф. от Шираза, который территориально относился к Ардашир Хурра. Ас-Суран — у ал-Истахри (114) и у ал-Мукаддаси (447) — ад-Диван; ал-Истахри (см. также: Ибн ал-Факих) раисом этой области называет Хусейна ибн Салиха, а ал-Мукаддаси — Ахмада б. Салиха. Последний же считает ад-Диван самым большим зуммом в Фарсе, пределы которого с одной стороны доходили до Ардашир Хурры, а с остальных — до Сабура.
Соран — историческая область в Курдистане, охватывает современные районы Шахрезур, Гярмисир, Гярмиян (Киркук), Хавлер (Эрбиль), Сулеймания, Пештер (Ранийа, Кала-Диз, Хаджи-Ава и др.), Диян (Диян, Ревандуз, Хаджи-Имран, Сидикан, Гасре Ширин и др.), Даште-Харир, Керманшах, Мукринский Курдистан (Мехабад, Миандуаб, Сердешт, Хакурке, Шаклава, Дукан, Шино и др.), Синэ, Сакккыз, Брадость и др. — эти названия этимологически связаны с носителями курдского диалекта Соран(и). Пятый зумм, упомянутый ал-Истахри (114) и ал-Мукаддаси (447), — ал-Лавалиджан, раисом которого был Ахмад б. ал-Лайс; располагался он на территории области Ардашир Хурра и с одной стороны примыкал к Персидскому заливу.
Город Истахр, родовое гнездо Сасанидов, в настоящее время административно входит в шахрестан Марвдашт провинции Фарс, недалеко от города Марвдашт. А город Марвдашт расположен в 45 км к северу от Шираза, который, как выше было указано, в период возвышения Сасанидов территориально относился к области Ардашир Хурра, в период арабского завоевания в VII веке полностью заселенный зуммой (курдским племенем) ал-Курийан[13].
В контексте анализа этнополитических процессов в древней Персии, следует обратить внимание на фигуру Арташира I, который, будучи претендентом на единоличное владение Истархом, вступил в конфликт со своими братьями. В результате, в 220 году н.э., Арташир одержал победу и приступил к консолидации своей власти. В регионе Гур, на территории курдского племени Кур, он основал город, возвел дворец под названием Тарбал, что в переводе с курдского означает «Великий Орел», и построил храм огня.
Однако его действия вызвали недовольство царя Ардавана, который отправил гонца с письмом, в котором выразил свое недовольство: «Ты перешел свой предел и навлек на себя рок, курд, рожденный в кочевье курдов. Кто тебе позволил возлагать на себя корону, захватывать земли, подчинять их царей и жителей, кто приказал тебе возводить город… Если мы позволим тебе спокойно продолжать строительство, то выстрой-ка лучше себе город величиной в десять парасангов[14] и назови его Рам-Ардашир» [15]»[16]. («Карнамаг», I, 6)[17].
В ответном письме Ардавану Арташир выразил свою решимость покорить Ардавана и посвятить его «голову вместе со всеми владениями храму огня», который он построил в Ардашир-Хурре[18]. Это свидетельствует о его стремлении укрепить свою власть и легитимизировать свои действия в глазах как своих подданных, так и внешних противников.
Анализ Сасанидского Судебника «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN» позволяет сделать вывод о четком разграничении между этнонимом «курд» и существительным «кочевник» в VII веке — kurt/курд и viSanmanlh/кочевье, где viS – мидийско-курдское шатры/дома, an — ирано-курдский суффикспринадлежности;man – от курдского остаться, manih — временноразмещаться и складываются в понятие «кочевье»:
99,8-13'
Anl Pusanveh ī Azatmartan guft ku kurt harv (9) ka rasend ka-=5
пё pat viSanmanlh rasēt be ka. hakurč о (10) an gyak pat vi^an-
manlh ne mat hend u=S heune(v) dataparan dataparīh pat-i5. (11)
Apak anī pat hamēmarlh kart I martohm ī kurt nipiŠt ku pat vi-
5anmanih (12) apar an gyak raft estet ut en ne nipiŠt kd nun
pat an gyak viSanmānih (13) mat eetet.
Перевод: «»Пусанвех, сын Азатмарта, сказал также, что каждый курд, (9) прибывающий в (данную местность), пусть даже не на кочевье, -разве что если в (10) данную местность они никогда не прибывали на кочевье — (попадает) под юрисдикцию судей (этой местности); … «(курд, который), на кочевье (12) в ту местность отправляется»; … «в настоящее время туда на кочевье (13) прибыл»» (99, 8-13)[19].
В судебнике указывается, что «каждый курд, прибывающий в данную местность, пусть даже не на кочевье, — разве что если в данную местность они никогда не прибывали на кочевье — попадает под юрисдикцию судей данной местности» (99, 8-13).
Это свидетельствует о том, что курды могли быть как кочевниками, так и оседлыми жителями, что подтверждается и в письме Ардавана к Арташиру, где делается акцент на этническом «курде, рожденном в кочевье».
Таким образом, можно сделать вывод о том, что с высокой долей вероятности ДИНАСТИЯ Сасанидов, были этническими курдами.
В Фарсе и области Ардишир Хурра, где осуществлял свою деятельность главный зороастрийский судья Фаррахвмарт I Вахрам, автор Сасанидского Судебника, курды составляли основное население.
Фаррахвмарт, будучи представителем династии Сасанидов и этническим курдом, внес значительный вклад в научное, культурное и духовное наследие курдского народа.
Автора «Сасанидского судебника» «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN» (“Книги тысячи судебных решений”) Фаррахвмарт I Вахрам и самого «Сасанидского судебника» по праву следует отнести к научному, культурному и духовному наследию курдского народа.
[1] Сасанидский судебник. «Книга тысячи судебных решений». АН АрмССР. Ереван. 1973(пер. А. Г. Периханяна). С.5, VII.
[2] Г. Б. Акопов. Еще о Сулейманийском пергаменте, №8. — Ереван: Вестник обществ. наук. — С. 94—108.
[3] Широков О.С. Введение в языкознание. — Изд-во Московского университета, 1985. — С. 156. — 262 с.
[4] Kurdish Language.
http://www.kurdist.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=544&Itemid=1.
Dr. A. Hassanpour, Nationalism and Language in Kurdistan 1918 – 1985, Mellen Research University Press, USA, 1992
Jemal Nebez, Toward a Unified Kurdish Language, NUKSE 1976
Prof. M. Izady, The Kurds, A Concise Handbook, Dep. of Near Easter Languages and Civilization Harvard University, USA, 1992.
[5] Иран и Иранцы. Мехди Санои, руководитель Культурного Представительства при Посольстве Исламской Республики Иран в Казахстане. http://www.iran.ru/rus/irantsi.php
[6]Сасанидский Судебник, XIII.
[7]Сасанидский судебник, [XIV].
[8]Ибн Хордадбех. Книга путей и стран. Китаб ал-масалик ва-л-мамалик. Ибн Хордадбех. М. 1986, с.28.
[9]Ибн Хордадбех, ук.соч, с.48.
[10]Зумма — «места [поселения] курдов».
[11] Базанджан, Базикан – название курдского племени.
[12]Фарсах — мера, длинны равная 5760 м.
[13]Ибн Хордадбех. Книга путей и стран. Китаб ал-масалик ва-л-мамалик. М. 1986, с.28.
[14]Парсанг, храсах — принятая в дренвем Иране мера длины, равная 5250 м.
[15] Рам-Ардашир — игра слов. В курдском языке ram — прирученный, ручной, послушный, подчиненный, покренный. Название области «Гур» с курдского можно перевсти и как «волк». Поэтому Ардаван ему презрительн предлагает свой город назвать «Рам-Ардашир» – «Цепной Ардашир».
[16] Ат-Табари. История пророков и царей (Фрагмент о первых Сасанидах). С.278. Текст переведен по изданию: The Eastern Roman Frontier and the Persian Wars A.D. 226-363. A Documentary History. Ed. M. H. Dodgeon, S. N. C. Lieu. London, 1991. http://www.vostlit.info/Texts/rus5/Tabari/per1.phtml?id=1374
[17]«Карнамаг» (с курдского «Книга Деяний»), в переводе на русский язык выполненные иранологом О.М.Чунаковой. Цитируется по книге С. Галлямов. Древние арии и вечный Курдистан. С.308-313. М., 2007.
[18]Ат-Табари, ук.соч, с. 279.
[19]Сасанидский Судебник, с.286.
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Страницы истории12 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История13 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История14 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра
-
История15 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
Культура6 лет назадТемур Джавоян со своим новым клипом «CÎnar canê («Дорогой сосед»)»
-
Археология16 лет назадКурдистан — колыбель цивилизации. Хамукар.

Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий Вход