Мехмет Эмин Икбаль Дюрре, к.и.н., доцент кафедры зарубежного регионоведения МГЛУ

Аннотация: В статье рассматриваются узловые моменты отношений Российской империи и Оттоманской Порты в XIX- начале XX века. Отмечается, что Россия в своем противостоянии с турецкой империи, активно в целом использовала фактор нетурецких меньшинств Порты, и в XIX веке активно задействовала традиционно стремящихся к самостоятельности курдов. Средствами дипломатии, в том числе и конфиденциальной, России удалось привлечь на свою сторону несуннитские курдские кланы и добиться нейтральной позиции значительной части курдских племенных объединений. Важным результатом русско-турецких отношений в этот период стало переселение части курдов на территорию Российской империи. Что положило начало курдской диаспоре будущего СССР.

Данная статья (доклад) подготовлена нами в рамках научно­-исследовательского проекта «дипломатическая история курдского вопроса», реализуемого в настоящее время. В истории и современном положении курдского народа, как наверное мало какого другого, важна именно историко-дипломатическая составляющая. Ведь то обстоятельство, что курды — это самый многочисленный народ в мире и поныне не имеющий своей государственности, разделенный между несколькими странами, во многом является следствием особенностей исторического развития курдов, чьи территории оказались, начиная со средневековья ареной соперничества между двумя ведущими державами Ближнего Востока — османской Турцией и шахским Ираном. В новейшее время к этому раскладу добавились еще и колониальные интересы европейских стран. Это только усложнило ситуацию с курдами, сделав ее очень проблемной для всей обстановки в регионе. И вплоть до настоящего времени она остается таковой.

Актуальна в познавательном и практическом смысле для курдов, особенно бывшего СССР, эта тематика еще и потому, что курдская диаспора в России и странах бывшего СССР образовалась именно в результате военного, политического и дипломатического взаимодействия Российской и Османской империй. Его непростая история восходит к XVI веку, но только в позапрошлом столетии Россия укрепилась на Кавказе, близ границ «сердца» Османской империи — Анатолийского полуострова и изложена в нашей недавно вышедшей монографии 1. [Дюрре, 2023]. Но именно в рамках этого процесса и началось непосредственное взаимодействие России с курдами, поскольку большая часть традиционно курдских земель вошла именно в Османскую империю.

Здесь мы рассмотрим историю взаимодействия Российской, Османской империи и курдов, начиная с середины XIX столетия и до прекращения существования обеих империй в начале ХХ века. Считаем что события этого исторического периода могут многое дать и для понимания современного состояния курдского вопроса, в том числе в бывшем СССР.

Россия, Османская империя и курды в XIX веке

В течение всего позапрошлого столетия Россия четыре раза воевала против Османской империи и два раза — против шахского Ирана. Важно отметить то, что все эти войны велись на Кавказе, Закавказье и в примыкающих к нему с юга регионах Турции и Ирана являющихся исторически курдскими землями. Это наглядно демонстрирует геостратегическое значение региона для всех трех империй. Однако, по мнению турецкого историка Селил Ченик 2. [Ченик,2010], главной политической целью России на Кавказе отнюдь не была территориальная экспансия. Россия преследовала две основные цели, определять свою стратегию на Кавказе и противостоять британскому влиянию на Ближнем Востоке и в Центральной Азии. Это в целом верно, хотя и вполне известно, что и экспансия России отнюдь не исключалось. Другое дело, что усиление Российской империи на Кавказе и в Закавказье отнюдь не означало тотальной ассимиляции и русификации этого специфического и очень отличного от России в культурно-этническом смысле региона. Скорее речь шла о протекторате над ним с сохранением прав, статуса и правления местных национальных элит.

В ходе этой российской экспансии возник и усилился интерес Российской империи к курдам и Курдистану. Российские дипломаты, такие как офицер по особым поручениям на Кавказе Иван Федорович Паскевич, и российские военнослужащие, такие как князь Павел Дмитриевич Цицианов, главнокомандующий в Грузии, рассматривали курдов, будучи в курсе противоречий между ними и османским режимом, как потенциальных союзников, с которыми Россия могла бы сотрудничать либо путем обеспечения их нейтралитета, либо путем сотрудничества во время войн как с Каджарами, так и с Османской империей. Для достижения этой цели российские власти «предложили курдским лидерам российское гражданство, пообещали им защищать их власть среди собственного народа и предоставить им достаточное количество лошадей. Они также всеми силами старались не раздражать курдских лидеров какими-либо военными действиями. В то же время они не позволяли курдам безнаказанно совершать какие-либо нападения или грабежи на российских границах. К союзу с Россией были склонны, в первую очередь, курдские племена «кизилбашей», исповедующие шиитскую ветвь ислама и этноконфессиональная группа иезидов. Эта исповедальная разница с суннитским большинством Османской империи ставила эти группы, в отличие от курдов-мусульман в дискриминируемое положение, что и стимулировало их ориентацию на Россию

Во время Русской войны 1806-1812 годов, чтобы добиться нейтралитета людей, проживающих в османских вилайетах (провинциях) в Восточной Анатолии, Паскевич написал письмо, в котором пообещал этим людям, что русская армия никому не причинит вреда, особенно безоружным гражданским лицам, и не конфискует их имущество.

Не секрет, что Россия использовала в своих действиях по отношению к курдам, прежде всего, к их клановым лидером такой испытанный инструмент тогдашней дипломатии, как подкуп. В ходе русско-турецкой войны 1827-1828 гг Иван Паскевич по своей инициативе запросил из казны выделить 100 тыс. золотых червонцев для того, чтобы обеспечить либо выступление курдских племен на стороне России, или, хотя бы, их нейтралитет. Император Николай I оперативно дал свое согласие и средства были выделены. В рамках этой дипломатической акции Паскевич послал капитанов российской армии Вачнадзе и Корганова к влиятельному губернатору Муша Эмин -паше, курду по национальности, а также вождям курдского клана зиланли Хусей-аге и Спико. За переход на российскую сторону им были обещаны земли в Фирате, в пашалыке Баязид, либо близ Эривани (Ереван). Однако реальным результатом этой миссии было то, что большинство курдских племен соблюли нейтралитет, но не выступили на стороне России, а племя зиланли, жившее на ирано­-турецкой границе, откочевало в Иран и вернулось в Османскую империю только спустя десять лет.

Как отмечал тогда же русский дипломатический агент Карцев в ходе этой войны, на курдов больше влияли конкретные победы русского оружия, а не денежные подношения. Так уже с самого начала этой войны несколько курдских вилайетов (провинций Османской империи), такие как Бохтан, Равандуз, Бехдинан и Хаккари провозгласили свой нейтралитет, а некоторые группы, например, иезиды под водительством Хасн-аги согласились выступить на российской стороне. 3. [Wadie Jwaideh . 2006pp. 50-62].

Во время Крымской войны 1853-1855 гг Россия воевала не только с Османской империей, но и с Англией и Францией, которые вступили в войну в марте 1854 года после того, как российские военно-морские силы уничтожили османский флот в Черном море и таким образом создали угрозу проливам. Чтобы еще более ослабить позиции османов и получить преимущество также и на Восточном фронте, Россия активно обрабатывала Йезданшира, влиятельного курдского эмира, недовольного османским правительством из-за того, что оно использовало его против его дяди, а затем через три месяца сместило его с поста эмира (губернатора). Российская сторона уговаривала его восстать против османов. 20 августа русский главнокомандующий в Эривани написал письмо Йезданширу, в котоЬюм его назвал его «честным и преданным человеком» и пообещал ему, что Россия всегда будет поддерживать его и защищать его контроль над своим народом в случае, если он поднимет восстание против Порты или поддержит Россию во время войны. Поддавшись на эти заверения? Йезданшир и его племена в Хаккяри и Бохтане подняли восстание в декабре1854. Во время своего восстания Йезданшир получил поддержку от иезидов и взял под свой контроль обширный регион от Бохтан-Джизре-Хаккари до Битлиса. В то же время он обратился к России с просьбой поддержать его в борьбе с империей, как она и обещала ранее, но внятного ответа на свою просьбу так и не получил. Таким образом, несмотря на некоторые достигнутые ранее успехи, Йезданшир потерпел поражение в 1855 году.

Помимо Йезданшира, российские официальные лица различными методами пытались привлечь на свою сторону некоторых других курдских беев и племена. Русский полковник и одновременно влиятельный военно-политический деятель М.Т. Лорис-Меликов «предложил привлекать курдскую знать подарками и офицерскими чинами». Этот совет был поддержан многими высокопоставленными офицерами, а также российскими чиновниками, служившими на Кавказе. Чтобы достичь этой цели, на самом раннем этапе войны генерал-лейтенант Бебутов, главнокомандующий русской армией на кавказско-османской границе, в ноябре 1854 года связался с Касым-ханом, полагая, что сможет убедить такого влиятельного курдского вождя, как Касым- хан,который обладал большим влиянием «не только на турецких курдов, но и на их союзников. его собственный народ и народы соседей, но также и окружающие племена». Несмотря на то, что он не смог убедить Касым-хана выступить с оружием в руках против Османской империи, Бебутов добился нейтралитета курдов Карса, Беязида и Вана. Важную роль в этом сыграли победы русских в Восточной Анатолии, особенно при Кючукдаре и Чингил Тепе в июле 1854 года. После этих побед некоторые курды присоединились к русским в борьбе против османов. Например, в начале войны османские чиновники сформировали кавалерийское подразделение из курдских племен на границе, включая зилан, хайдеран и сипки, но как только османы потерпели первые поражения, курды отказались от поддержки османов.

Российские военачальники также связались с вождями курдов Диядина, Алешкерта и Хамура и попытались убедить их сражаться в их войсках. Но из-за их удаленности от российского фронта командующий российскими войсками в Эривани Лихутин написал, что курды в этих вилайетах отказались присоединиться к российским войскам. Несмотря на некоторые неудачи, российские военные и политические лидеры продолжали свои усилия по привлечению курдов. Рассматривая вооруженную поддержку курдов Россией как «вопрос первостепенной важности2, военный министр России Долгоруков в своем письме генералу Муравьеву от 6 апреля 1855 года он советовал ему «использовать все возможные средства и не беспокоиться о деньгах». Воодушевленный этим, 13 августа 1855 года Муравьев поручил генералу Бартовлуми вручить курдским вождям несколько ценных подарков, таких как два золотых и пять серебряных часов, три кольца с бриллиантами и т.д.. включая Кафера и Али Ага. Однако серьезными достижениями эта акция не завершилась. Большинство курдских племен восточной Анатолии сохранили нейтралитет, а меньшинство либо сохранили верность османам, либо перешли на российскую сторону. 4. [Kezban Acar 2016].

Русско-османская война 1877-1878 годов, главным результатом которой можно назвать обретение независимости или повышение уровня самостоятельности многих нетурецких народов Османской империи, прежде всего ее европейско-балканской части, стала также стала еще одним испытанием для соперничающих держав в борьбе за Курдистан. В то время как официальные лица Османской империи и России пытались привлечь курдов на свою сторону или добиться их нейтралитета, курдские лидеры/племена пытались добиться большей независимости или привилегий. Во время войны российские официальные лица сосредоточили особое внимание на «кызылбашах» в Дерсиме, казе (подразделении санджака) в Эрзинджан-санджаке (провинциальном административном округе, состоящем из каза) и Эрзурумском вилайете (провинции), известном своими восстаниями против Порты. Несмотря на то, что османские чиновники, особенно губернатор Эрзурума Семих Паша, пытались проводить политику заигрывания с курдами, например, раздавать подарки и медали курдским лидерам и облегчать их налоговое бремя, а также в некоторой степени укреплять свои связи с ними, им не удалось полностью заручиться лояльностью и поддержкой курдов Дерсима в как в мирное, так и в военное время.

Русский агент, живший в Эрзуруме с 1876 по 1877 год, писал в марте 1876 года, что главной причиной этого была разница в их религиозных убеждениях. Кроме того, он утверждал, что курды Дерсима рассматривали османов как оккупантов и поэтому были готовы сотрудничать с русскими против Порты. Полковник Карцов писал, что еще в 1876 году, накануне войны, шесть дерсим-беев и четыре племенных вождя из вилайетов Битлис и Ван предложили российскому консулу в Эрзуруме свои вооруженные силы. поддержку, но Россия отклонила это предложение. Похоже, что Россия хотела — по крайней мере, в то время — не вооруженной поддержки, а нейтралитета. В ноябре 1876 года Ьюссийский посол в Стамбуле Игнатьев посоветовал царским чиновникам на Кавказе установить контакт с курдами, чтобы предотвратить любую деятельность турецкой администрации и «британские интриги» среди них. Он также писал, что, согласно полученным им сообщениям, курдские лидеры уже пообещали турецкому правительству собрать огромную армию (60 тысяч человек)». Генерал М.Т. Лерисов, который не разделял опасений Игнатьева, писал, что некоторые курдские вожди из Карса и Беязид Пашалыка отправили своих людей в российскую штаб-квартиру в Александрополе и пообещали не участвовать ни в каких военных действиях против России. Фактически, во время войны некоторые курдские племена, включая курдов Дерсима, которых привлекла Россия, и племена зиланлы, которые позже мигрировали в Россию, а также курдов Джемадинли и Касканлы, все-таки отказались воевать на стороне России.

Несмотря на некоторые недовольства и попытки установить контакт с русскими, а также сотрудничество некоторых курдских племен с русскими, курды в целом оставались лояльными Порте во время войны 1877-1878 годов. Одной из причин этого было то, что Порта продолжала свою политику «разделяй и властвуй». Соответственно, он назначил на важные посты нескольких курдских беев, которые были либо потенциально мятежными, либо лояльными. Например, Абдулхамид II в 1876-1896 гг. назначил Османа и Хусейна беев, сыновей Бедирхан-хана, командующими определенными силами, состоявшими из курдов. Это назначение обеспечило лояльность племени Бохтан к империи, по крайней мере, на короткое время, во время войны. Кроме того, военная пропаганда, которой довольно успешно манипулировал Абдулхамид II все время своего правления( 1876-1909), сыграла важную роль в поддержке или лояльности некоторых курдских племен империи. В связи с еще свежими воспоминаниями о восстании Йезданшира в 1854-55 годах Абдулхамид II назвал войну святым делом и обратился к влиятельным курдским лидерам, таким как шейх Накшбенди Убейдуллах, который позже восстал против него, с призывом бороться с неверными.

Несмотря на относительно успешную политику, проводимую Абдулхамидом II, некоторые курдские племена, такие как курды Дерсима, поддерживали Россию во время войны. Учитывая давнее противостояние курдов Дерсима османскому владычеству, с 1860-х по 1877 год Порта построила два военных квартала, один в Хозате, а другой в Мазгирте, чтобы внимательно следить за ними. Кроме того, он назначил «потенциально» лояльных курдских агов, таких как Нафиз бей, губернаторами Дерсима. Однако эти аги были первыми, кто выступил против политики Османской империи и даже предложил помощь русским, когда началась русско-османская война 1877-78 годов. В этом важную роль сыграла деятельность российских консулов и агентов, которые хорошо изучили курдские племена, детально знали их различия и довольно успешно использовали эти различия для того, чтобы настроить их против империи. В результате Нафиз-бей и Мунзур-бей, вожди курдов Дерсима, обратились в российское консульство в Эрзуруме и предложили помощь России во время русско-османской войны. Кроме того, восстали беи Осман и Хусейн, которых Абдулхамид II назначил командующими специальными подразделениями османской армии в начале войны. Поддержанное езидами и курдами Хаккари, восстание за короткое время распространилось на обширную территорию, включая Ван, Муш, Битлис, Хаккари, Бохтан и Имадие.

Кроме того, российские консульства в Курдистане оказали неофициальную поддержку восстанию. Среди них важную роль сыграли российские консульства в Ризе, Эрзуруме, Карсе, Ване, Беязиде и Диярбакыре, открытые в 1879 году. Эти консульства действовали как российские агентства, влияющие на политику России в регионе., С 1850 по 1914 год Россия открыла 22 консульства в Османской империи, в том числе в Адрианополе, Александрии, Алеппо, Багдаде, Бассоре, Бейруте, Битлисе, Битоле, Ване, Дамаске, Джидде, Иерусалиме, Каире, Конье, Митровице, Призрене, Ризе, Самсуне, Ускюдаре (Скутари), Трабзоне, Скопье (Юскюп) и Эрзурум( АВПРИ (Архив внешней политики Российской империи), оп., 502/2б цит).

Российский консул в Эрзуруме в своих донесениях в Санкт- Петербург подчеркивал необходимость усиления российского влияния среди османских курдов, которые были и все еще могут оказать большую помощь российской армии на Кавказе и в Восточной Анатолии.78 Аналогичным образом, генерал Маевский, российский военный эксперт, заявил, что консульство в Ване собрало подробную информацию о курдах, их деревнях, населении, этнических группах и культуре и представило ее вместе с картой, охватывающей обширную территорию Кавказа, Восточную Анатолию, Ближний Восток и, через залив Искендерун, Средиземное море, Санкт-Петербург. Он также рассказал о том, что должно сделать российское правительство, чтобы наилучшим образом использовать эту информацию для своей политики в регионе.Эта информация, которую предоставляли российские консульства, помогала России и работала против империи во время русско-османских войн. 5. [Халфин 1963]

На закате империй: Россия Турция и курды в конце XIX — начале ХХ столетия

Итак, в качестве промежуточного вывода необходимо отметить, что XIX век стал временем непосредственного соприкосновения России с историческим Курдистаном, а курдского народа — с русским

Первые серьезные контакты между русскими и курдами были установлены в ходе русско-иранской (1804-1813), русско-османской (1806-1812) и русско-иранской войн (1826-28) войн. Гюлистанское соглашение было подписано между Ираном и Россией в 1813 году в результате войны между двумя государствами в начале 19 века. Этим соглашением Россия отделила большую часть Южного Кавказа от Ирана и включила его в свои границы. С распространением влияния России на Кавказе некоторые курды в Карабахе и езиды в Ереване перешли под власть России.

В XIX веке Россия стремилась обеспечить, по крайней мере, нейтралитет курдов и езидов в своих войнах с Османской империей и Ираном. Россия предложила курдским лидерам принять их в гражданство с сохранением прав и привилегий. Россия планировала привлечь на свою сторону курдов, поселившихся на границах Османской и Иранской империй, и заручиться их поддержкой в будущих войнах. Точно так же во время войны с османами в 1828-1829 годах Россией делались попытки привлечь на свою сторону Сулеймана и Хасана агасов из буланикской ветви курдского племени зиланлы. Кроме того, хотя племя Бедирхан-бей и не поддерживало русских, оно не оказывало военной помощи Османской империи и пыталось помешать курдским племенам, которые хотели это сделать. Неустойчивые отношения османов с семьей Бедирхан-бея в восточных провинциях всегда вызывали любопытство России, и во время Крымской войны 1853-1856 годов царская Россия убедила некоторые курдские племена на востоке Османской империи сохранять нейтралитет. Позже, после подписания Берлинского мирного договора по результатам русско­османской войны 1877-1878 годов города Карс, Ардаган, Артвин, Батуми и южные районы Армении отошли к России. курды, проживающие в этих регионах под контролем России, увеличили число курдов, проживающих в пределах российских границ.

В 19 веке в результате различных сражений большое количество курдов перешло под власть русских, но на первом этапе русские, как правило, не поддерживали тесных контактов с курдами. Первая причина заключалась в том, что в этих регионах наряду с курдами проживали армяне. Русские предпочитали устанавливать отношения с армянами, исповедующими ту же религию, что и они, а не с курдами, большинство из которых были мусульманами. Таким образом, царская Россия ставила армян, а не курдов, во главу угла при планировании и контроле над регионом. Вторая причина, по которой русские ограничили свои отношения с курдами, находившимися под их властью, заключалась в том, что некоторые курды поддержали восстания, начатые имамом Шамилем в середине XIX века против России. Восстание имама Шамиля против российского господства на Кавказе было поддержано лидерами курдских племен, такими как шейх Саид Таха, что привело к предубеждению русских против курдов. [Gammer, 1991]

С другой стороны, следует отметить, что хотя русские начали контактировать с курдами с начала 19-го века, численность курдов в России в начале 20-го века была незначительной. В ходе переписи 1912 года, проведенной в поздний период царской России, было установлено, что на Южном Кавказе проживало около пятидесяти тысяч курдов, девятнадцать тысяч из которых были езидами. 7. [Gafarli,Guc]

В то время как Россия (да и другие европейские державы) действовали против османской империи, используя противоречия между турецкими большинством и различными национальными группами, проживающими в Порте стамбульский двор также применял свои контрмеры.

В этом смысле особенно важным было правление Абдулхамида II (1876-1908), во время которого Порта проводила как можно более гибкую политику по отношению к курдам.

Во-первых была активизирована контрразведывательная деятельность на всех уровнях.Губернаторы и командиры были особенно обеспокоены действиями России в отношении некоторых курдских племен, таких как кызылбаши и зиланлы в Курдистане. С другой стороны, для укрепления лояльности курдских племен к Стамбулу и позиций центральной власти в Курдистане, Абдулхамид II использовал панисламизм и в 1890-х годах основал «хамидийские алаи» (полки Хамидие) и «аширет мектепы» (племенные школы). Этот правитель стремился таким образом включить курдов и арабов, особенно их элиту/лидеров, в имперскую систему, укрепить их преданность государству и, таким образом, усилить центральную власть на периферии. В случае с «Хамидие» государство, как разъясняется в низамнаме (правилах), устанавливающих основные правила вербовки солдат и офицеров для Алаев, также ставил своей целью «защищать империю от нападений и давления иностранных держав и включать в состав армейских корпусов тех, кто не завершил или уклонялся от военной службы, и давать им возможность выполнять свои военные обязанности».

Численность полков должна была быть не менее 4 и более 6, а каждый полк состоял не менее чем из 512 и максимум из 1152 человек. Несмотря на то, что в нем говорилось о том, что в состав полков должны входить не только курды, но и туркоманы (туркмены), каракалпаки и арабы, на практике они состояли в основном из курдов. Более крупные племена должны были основать один или несколько полков, в то время как более мелкие должны были основать несколько полков. С помощью этого запрета, похоже, Стамбул стремился предотвратить создание единого курдского фронта против государства. 8. [Джелиле Джелиль,1997]. Помимо полков «хамидие»,созданных во многом по образцу российских казачьих соединений, Абдулхамид II стремился укрепить лояльность курдских, а также арабских племен к государству через «Аширет Мектеби» (племенную школы). Открытие «Аширет Мектеби», как и организация «хамидие», было результатом как националистических движений арабов и курдов, так и потерь, которые империя понесла , в соответствии с Берлинским договором, заключенным Портой по итогам русско- войны 1877-78 годов.

По этому договору «Османская империя потеряла около двух пятых его территории и одной пятой его населения», причем это были именно «национальные окраины». Потеряd преимущественно славянские Балканы, турецкий султан стремился не допустить национал-сепаратизма в восточной части империи. И «Аширет Мектеби» был вторым важным столпом этой политики. С 1892 года до своего закрытия в 1907 году «Аширет Мектеби» предоставила образование сотням курдских и арабских племен, которые позже служили государству в качестве военного и административного персонала и в некоторой степени способствовали лояльности и преданности этих племен государству. Отчасти из-за этой «относительно успешной политики Абдулхамида II», а также укрепления центральной власти, в Курдистане не было крупных восстаний до начала XX век. Но «младотурецкая революция» 1908 года, взявшая курс на тотальную «тюркизацию» ( в противовес «панисламизму» султана) стала главным внутренним фактором, которая вместе с Первой мировой войной способствовал сначала ослаблению, а позднее уходу Османской империи из исторической действительности.

Заключение

Курдистан был стратегически важным регионом, который Османская империя пыталась держать под своим полным контролем, чтобы сохранить свою целостность и мощь. Он также был важным местом для великих держав для поддержания или установления/увеличения своего влияния на Анатолию, Кавказ и Восток. Для достижения этой цели имперские державы сосредоточились на курдах и Курдистане.

Россия и Оттоманская Порта пыталась добиться союза или хотя бы нейтралитета курдских племен во время войн, в общем-то схожими Способами обещая или предоставляя привилегии, такие как автономия и богатство, курдским беям и курдским племенам. Как подтверждает история, эта политика хорошо работала, особенно в отношении несуннитских курдские групп, таких как иезиды и кызылбаши, а также некоторые суннитских курдских племен, проживавших на османско-российской границе.

Курды же рассматривали свою отношения с российскими военными и политическими властями на Кавказе как возможность отвергнуть османское правление и восстановить свою автономию. Они также использовали соперничество между великими державами за Курдистан, чтобы получить некоторые привилегии и права, такие как офицерские звания, земли, оружие и освобождение от военной службы. Тем не менее, отношения между имперской Россией и курдами не носили принципиального, «стратегического». Поэтому Петербург не поддержал восстания курдов с целью обретения независимости, например. восстание шейха Убейдуллы в последнем десятилетии XIX- первой декаде XX столетия.

Но для сегодняшних курдов важно, что именно благодаря этой конкретной ситуации в отношениях между Российской и Османской империей образовалась курдская диаспора в дореволюционной России, которая получила возможности для своего национального развития, когда Россия стала СССР и в стране началась кардинальная перестройка общества на качестенно совершенно новых основах.

Литература
1.Дюрре М.Э.И. «Российская внешняя политика в свете турецкого фактора», M 2023.
2. Селил Ченик. «Введение» в книге. И. Аверьянова, «Курды в Османской, Иранской,
Русской войнах». Стамбул: Авеста, 2010, с. 9.
3.Wadie Jwaideh. The Kurdish National movement: its Origins and DevelopmentNY,
Syracuse University Press. 2006 pp. 50-62
4.Kezban Acar “ Imperial Rivalry between Russia and Ottoman Empire over Kurdistan in
the Niniteenth century, History Studies, Volume 8, issue 3, September 2016,pp 3-7.
5. Халфин Н.А. Борьба за Курдистан (Курдский вопрос в международных отношениях
XIX века), М. «Восточная литература 1963 сс 88-92).
6.Gammer, Moshe, (1991), “Imam Shamil and Shah Mohammed: Two Unpublished
Letters,” Central Asian Survey, 10/(1-2), pp. 174-175.
7.Russia’s kurdish policy from the tsardom to the Soviet Union (Dr. Orhan Gafarli Öğr. Gör.
Dr. Kürşad Güç https://dergipark.org.tr/tr/download/article-file/2029347)
8.Джелиле Джелиль. Из истории политической жизни курдов в конце XIX- начале ХХ
вв. СПб «Наука» 1997 г, с 13-20

KURDÊN QEFQASYAYÊ: Perspektifên Neteweyî. Konferansa zanistî, civakî û pratîkî
15-16 Tebaxê 2024.
Tiblîsî, Gurcistan. 2024. R. 155-168.

Гамар ханум Думбули (1881–1933) — курдская поэтесса и драматург, чьи произведения стали важной частью культурного наследия Кавказского Курдистана.

Она родилась в 1881 году в городе Шуше под именем Гамарниса, что в переводе означает «Луналикая». Её отец, Ата Хан (1827–1885), был влиятельным помещиком Карабаха, а мать, Беюк-ханум Джаваншир, происходила из могущественного курдского племени Думбули. Гамар ханум была правнучкой Джафара Кули-хана Хойского и Ибрагима Халил-хана (1732–1806), последнего хана Карабахского ханства, который правил с 1759 (или 1763) по 1806 год.

       Отец Гамарниса скончался в раннем возрасте, и её воспитанием стал заниматься старший брат, Махаммад. Он организовал обучение сестры, наняв квалифицированного педагога, а затем направил её в Шушинскую школу. С ранних лет у Гамарнисы проявился поэтический талант. В подростковом возрасте она приняла участие в поэтическом собрании «Меджлиси-унс», где познакомилась с курдской поэтессой Хуршидбану Натаван, с которой имела родственные связи. Натаван, распознав потенциал Гамарнисы, предоставила ей возможность выступать со своими произведениями на «Меджлиси-унс» и дала ей псевдоним «Шейда», который был принят. В дальнейшем творчество Натаван оказало значительное влияние на поэтическую манеру Шейды.

Шейда была замужем за Садыг беем Везировым. В их семье было шестеро детей: два сына и четыре дочери.

Шейда скончалась в Баку в 1933 году, оставив после себя значительное количество рукописей. Однако до наших дней сохранились лишь некоторые из них.

В своём поэтическом наследии Шейда особенно прославилась созданием газелей. Кроме того, она занималась драматургией, и её пьеса «Поток угнетения», написанная в 1918 году, хранится в Институте рукописей Национальной академии наук Азербайджана. Также в архиве института находится копия её газелей.

По материалам:

1.ХАНЫ КАРАБАХСКИЕ И ИХ ПОТОМКИ Поколенная родословная роспись старшей линии рода Эльдар Эльхан оглы ИСМАИЛОВ, Москва Продолжение. Начало см. IRS –Наследие, 5 (83), 2016

^{2. Gamar Sheyda/Гамар Шейда. https://en.wikipedia.org/wiki/Gamar_Sheyda}

Подготовил Бруки Л.М.

[1] ^{https://irs-az.com/new/files/2017/193/2489.pdf}