Свяжитесь с нами

История

КУРДИСТАН ПО «ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ»

Опубликованный

вкл .

     

Чарказе Раш, кандидат филологических наук

 

     
       В знаменитом русском письменном памятнике "Повести временных лет" (XII в.) в традиционном пересказе библейской легенды не раз упо­минается страна курдов. В начале этого произведения представлена кар­тина разделения земли после потопа между сыновьями Ноя Симом, Хамом и Яфетом. Замечено, что эта часть "Повести временных лет" связывается с хроникой византийского историка Георгия Амартола (IX в), а последняя с хроникой тоже византийского историка Иоанна Малалы. Во всяком случае знаменательно, что уже в Древней Руси в письменной традиции (но в качестве поучения) бытует наименование страны курдов.         
     Отрывки даются по изданию: "Повести Древней Руси (XXII века)". Лениздат, 1983 (пер. Д.С.Лихачев), стр. 124. 

       По Потопе трое сыновей Ноя разделили землю — Сим, Хам, Иафет1. И достался восток Симу2: Персия3, Бактрия4), даже и до Индии в долготу… И Сирия, и Мидия до река Евфрат5, Вавилон, Кордуна6, ассиряне, Месопотамия, Аравия Старейшая… 

 

1.По традиции также в науке приняты названия трех семей языков мира по этим именам: семитская ( от имени Сима), хамитская (от имени Хама) и яфетическая (от имени Иафета). Последняя изве­стна под названием индоевропейская, в которую входит и курдский язык. Семитская и хамитская иногда соединяются (семито-хамитская семья язы­ков).

2.Нетрудно заметить, что в этом контексте стра­ны и регионы разделяются абсолютно по географическо-территориальному "принципу". Разумеет­ся, здесь речь не может идти о том, чтобы учи­тывать различительные и объединительные при­знаки языков и расовых общностей. Даже в XVIII веке в лингвистической науке выдвинулась географическая классификация языков. Только в XIX веке сформировалась генеалогическая класси­фикация, которая уже определяет научную картину расстановки вещей.

3.До 1935 года Иран назывался Персией. Это переименование явно продиктовано националистическо-политическими, далеко идущими, особенно в историко-этнокультурном аспекте, экспансиони­стскими мотивами. Дело в том, что персы в Иране

не составляют большинства населения. Иранцами (иранскими) являются десятки народов на терри­тории (и вне) этой страны (не говоря уж о мно­гочисленном тюркоязычном населении). Они офи­циально вместе с персами считаются иранцами, то есть не рассматриваются как инонациональные общности. Национальными меньшинствами назы­ваются только иноверцы — армяне, айсоры, евреи и др. Отсюда видно, что в качестве давно испы­танного и вполне оправдавшего себя средства сли­яния осмотрительно и дальновидно используется также фактор единоверия (мусульманство узако­нивается как общий единый этноним). Нельзя иг­норировать и то, что Иран ныне — мусульманско-теокретическое государство. В мире вообще не существует "иранский язык", а есть десятки род­ственных, но определенно отличающихся языков. Персы считаются господствующей нацией, а их язык — персидский — имеет статус государствен­ного языка. "Применение прилагательного "иран­ский" создает ложное впечатление, что речь идет о языке государства Иран, то есть персидском (фар­си)". Наименование "Иран" служит надежным вол­шебным занавесом, за которым персидское господ­ство последовательно реализует свою ассимилятор­скую политику. В таких условиях персы безого­ворочно присваивают также историю и культуру других иранских народов. А в неосведомленных кругах думают и пишут, что в Иране живут просто иранцы (то есть монолитная нация) и, мол, ни­каких национальных проблем там не существует. Руководящие круги Персии (династия Пехлеви), видимо, в 30-х годах следовали заразительному примеру соседнего Советского Азербайджана (а тот — старшему брату Турции), где взяли неуклонный курс на выращивание из разных этнических общностей нового этноса — азербайджанцев (то­поним искусственно и насильно превращается в этноним). Но в Азербайджане эта принужденная этническая фильтрация не дошла до конца (также часть курдов сохранила свою национальную само­бытность). А колонизованная Турцией северная часть Курдистана (с более чем 20-миллионным кур­дским населением) героически ознаменовывает свое национальное пробуждение и во главе с ПКК, через всякие антикурдские кровавые и идеолого-политические заграждения твердо устремляется к созда­нию не только своей локально разобщенной, но и общекурдской государственности.

      В иранском (Восточном) Курдистане проживает более чем 8 млн.курдов, национально-освободи­тельное движение которых всякий раз тонет в реках собственной крови. Но рано или поздно наступит день распада персидской узурпаторской империи. Кстати, термин "Иран" в своей древней форме — "Ариана" (арийцы) не охватывал Фарса (собст­венно Персию). Слово "перс" (<парс<парсу) эти­мологизируется на основе материала курдского язы­ка (индийского) и означает "окраинный". (В со­временном курдском языке слово "парсу" сохра­нилось в некоторых фразеологизмах, например, Parsua flankese xare — "Кто-либо изменник, ко­варный", буквально — "у кого-либо нет ребра (бо­ка)", а "ребро" также означает "край, сторона"). Соответственно, Персия (Парс (Фарс) <Парсуа<Парсу) означает "край", "окраина" (чего-то, здесь — Курдистана). Историко-типологическим аналогом этого может служить термин "Украина" в значении "окраинная территория" (соответственно и слово "украинец").

4.Историческая страна в верхнем и среднем течении реки Амударьи (на юге современного Тад­жикистана и Узбекистана, на севере Афганистана). В первой половине II в. до н.э. Бактрия как го­сударственно-политическая сила перестала суще­ствовать (ее сменило Кушанское царство). Любо­пытно, что в древних источниках иногда под Бактрией подразумевается Мидия.

       Следует уточнить, то и в "Повести временных лет", и в ее первоисточниках (И. Малала, Г.Амартол) исторические реалии появляются по совокуп­ности дихронических и синхронических отрезков, то есть давным-давно уже не существующие страны (в номинальном смысле) и народы выступают вме­сте с бытующими в их временах странами и на­родами.

5.В историко-географическом подтексте этого выражения можно определить какую-то долю па­радоксальности. В действительности собственно мидийское государство образовалось на северо-западе Иранского нагорья. Западная часть Мидии заняла бассейн озера Урмия (Резайе) и горную цепь За-гроса (Восточный Курдистан). А бассейн реки Ев­фрат находится далеко на западе. Если имеется в виду период царствования Киаксара (625—585 гг. до н.э.), то тогда западные границы влияния Мидии дошли до реки Галис (Кызыл-Ирмак) в Малой Азии (то есть уже намного западнее от течения реки Евфрат).

В этом контексте также четко не различается, о каком разделе течения Евфрата идет речь. Но упоминания Вавилона, ассирян, Месопотамии по­могают кое-что уточнить. Месопотамия — чисто географическое, а не политико-этническое понятие. В истории никогда не существовало никакого го­сударства под названием Месопотамия (в древне­греческом языке означает "междуречье"). Она в основном занимает территорию, расположенную между реками Евфрат (запад) и Тигр (восток). Сомнений нет, что здесь имеется в виду верхнее (северное) течение Евфрата.

6.Это центральная часть Курдистана. Топоним этот происходит от этнонима "курд" (кути). В древних источниках встречаются его разновидности Kοrδoυα, Гoρδ (ηνή) Гордец (греческ,), Corduena (лат.), Kardu, Qardu, Qardo (ассирийск.), Qarda (арабск.), Корду (к') (армянск. — морфема к' в армянском языке является указателем множест­венного числа, то есть не представляет корневую частицу). История этого важнейшего этнокультур­ного центра курдской нации требует более осно­вательного и детального исследования.

 

 Журнал Курдистан Рапорт. №3. 1993. СС. 46-47. Г. Москва.

История

Опубликованный

вкл .

Автор:

Тонкое перо в руке мастера — это не просто инструмент, а дирижерская палочка, заставляющая немые чернила звучать симфонией смыслов

В этом материале я хочу оставить небольшую рецензию о поистине титаническом труде Лятифа Маммада Бруки, который в своей книге «Курды: начало исторического пути» подробно реконструирует ранние этапы этногенеза курдского народа.

Автор исследует начальный исторический путь курдского этноса, многое посвящает топонимике и этногенезу народа. Историк избегает излишней мифологизации, характерной для многих работ по национальной истории, придерживаясь строгой академической линии — за что автору отдельная благодарность. Я с особым почтением отношусь к трудам, фундамент которых основан на широком спектре научных источников.

Работа состоит из 8 глав, каждая из которых демонстрирует свое содержание в полном объеме. Автор последовательно проводит читателя через эпохи: от раннего периода и становления цивилизации курдов до раскрытия темы курдских племен и героев. Особое внимание Лятифом Маммадом уделено тому, как внешнее именование «курды» постепенно трансформировалось во внутреннее самоощущение народа. Автор анализирует, как ранняя историография фиксировала переход от племенной раздробленности к первым зачаткам государственной общности.

В своей книге Лятиф Маммад использует значительное количество первоисточников: труды российских и зарубежных историков, обзоры и хроники, сочинения и отрывки из научных журналов, а также бесценные полевые материалы. Он успешно переводит сложные реалии на современный язык, сохраняя при этом научную строгость. Труд насыщен иллюстрациями, картами и таблицами, что помогает читателю визуализировать описываемые события.

Мне, как человеку, интересующемуся искусством, было весьма любопытно ознакомиться с материалами духовной и материальной культуры курдов: увидеть образцы древнейших рукописей и барельефов, узнать нюансы курдской мифологии. Значительную часть этого раздела Лятиф Маммад справедливо посвятил фрагментам «Эпоса о Гильгамеше». А на обложке книги, словно на пьедестале, изображено эламское достояние искусства — портрет правителя Элама, выполненный из бронзы. Изделие демонстрирует высокую технику металлообработки и невероятный талант мастеров Эламского царства. Наряду с этим, было очень интересно увидеть результаты исследований автора относительно образа коня в курдской культуре и историографию коневодства. Курдская конница на протяжении веков считалась одной из самых эффективных и мобильных военных сил на Ближнем Востоке. Её история неразрывно связана с горным рельефом Курдистана, который способствовал формированию особого стиля кавалерийского боя.

Заслуживает высокой оценки раздел с красивым названием «Курды: народ меча, пера и науки», в котором отражены имена курдских деятелей музыкальных, научных, художественных и других областей. Приятно было увидеть в списке многоуважаемого мной и талантливейшего публициста Азу Авдали, обладающую потрясающе красивым слогом, научного исследователя и молодого профессора Пакизар Шамои, трудами которой я искренне восхищаюсь, а также религиоведа Ханну Омархали (в свое время ее книги по йезидизму оказали на меня неизгладимое впечатление).

Книга «Курды: начало исторического пути» является важным академическим вкладом в изучение курдской истории в наше время, что делает её бесценной для сохранения и развития историографии курдов. Работа представляет собой уникальный ресурс для всех, кто интересуется историей Ближнего Востока, предлагая взглянуть на «начало курдского пути» через призму серьезного, но доступного исторического анализа. Для русскоязычного востоковедения данный труд является важным вкладом, восполняющим дефицит современной литературы по ранней курдской историографии.

Лятифу Маммаду я хочу выразить благодарность за этот объёмный труд. Верю, что в ближайшем будущем мы увидим второй том курдской истории. Пусть ваше перо будет острым, как ум, и легким, как вдохновение.

Кочоян Джамиля Усубовна (Cemîla Ûsiv Koçoyi)

Продолжить Чтение

Исторические портреты

Камиз Шеддади: Курдское происхождение византийской династии Ласкаридов

Опубликованный

вкл .

Автор:

Красным цветом - Никейская империя


Лашкари ибн Муса (1034–1049) — эмир Гянджи, представитель младшей ветви Шеддадидов, брат Абул Асвара. Имел четырех сыновей с иранскими именами, включая Ардашира (Минорский, 1953, с. 49; Кесреви, 1308/1929–1930, т. 3, с. 17–30).

В 1048–1049 годах византийский полководец Никифор предпринимает поход против Абул Асвара, дяди Лашкари. Условием мира становится выдача знатного заложника (Скилица, ок. 1100/2010; цит. по Минорскому, 1953, с. 64).

Ардашир, сын Лашкари ибн Мусы и внучатый племянник Абул Асвара, отправляется заложником в византийский лагерь (Минорский, 1953, с. 64–66).

Ардашир остается в Византии, принимает христианство, вступает в брак с представительницей византийской знати.

В честь своего отца он называет сына Лашкари (Λάσκαρις). Это имя становится родовым.

Потомки этого Лашкари, уже как византийский аристократический род Ласкаридов, возвышаются в XII веке, породнившись с династией Комнинов и Ангелов.

В 1204 году Феодор I Ласкарис, потомок Ардашира в пятом или шестом поколении, основывает Никейскую империю (Angold, 1975; Kazhdan, 1991).

Его преемники — Иоанн III Дука Ватац (1222–1254) и Феодор II Ласкарис (1254–1258) — укрепляют государство и создают предпосылки для освобождения Константинополя (Vasiliev, 1952).

В 1261 году никейская армия, созданная Ласкаридами, освобождает Константинополь и восстанавливает Византийскую империю (Ostrogorsky, 1969).

Позиция редакции может не совпадать с точкой зрения автора...

Продолжить Чтение

Популярные публикации