В одном из предыдущих номеров газеты «Новый Курдистан» была опубликована статья г-на Арьяна о курдах Хорасана (северо-восточной провинции Ирана), в которой содер­жались сведения из истории хорасанских курдов, их численности и терри­тории расселения.  Однако в статье ничего не говорится о курдах, выход­цах их Хорасана, проживающих на территории Туркмении. Между тем в отечественной литературе курдам Туркмении посвящен ряд работ, ка­сающихся их истории, этнографии, языка и культуры. По данным их ав­торов в Туркмению хорасанские кур­ды попали в конце XIX века.

     По сви­детельству Ч.Х. Бакаева, одна из ра­бот которого посвящена описанию языка курдов Туркмении, курды на­званного региона проживают « в г. Ашхабаде, в деревне Багир, городке Фирузе, поселке Ванновское, а так­же в аулах и местечках Ямбаше, Чули, Куши, Геок-Тепе, Корезаке, Гармаве, Ялькыме, Куртли, Первомайске, Нухуре, Кызыл-Арваде, Кипчаке, Ак-Мейдане… Кроме того, курды живут в ауле Маныш Кахкинского района, в городе Байрам-Али и его окрестно­стях, в Тедженском районе, а также в г. Мары и его окрестностях». Общая численность курдов Туркмениив 60-70 годах прошлого века совтавляла 20 тысяч человек. Как следует из ис­точников, хорасанские курды не ас­симилируются с местным населением и продолжают хранить свой язык, традиции и устное народное творче­ство.

      Изучение языка хорасанских кур­дов, представляющего собой разно­видность северокурдского наречия курманджи, было начато еще в середине XIX века известными русскими ориенталистами И.Н.Березиным и В.А. Ивановым. Языку курдов Турк­мении (выходцев из Хорасана) посвя­щены труды вышеназванного Ч.Х. Бакаева, представляющие собой ре­зультаты поездок автора в Туркмению в 1954, 1957 и 1959 гг., а также извест­ного ученого-курдоведа И. И.Цукермана.

      Если работа Ч.Х. Бакаева по описа­нию говора курдов Туркмении осно­вана на фольклорных текстах, запи­санных им во время пребывания в Тур­кмении, то главным объектом иссле­дования И.И.Цукермана был курдс­кий язык школьных учебников, издан­ных в первой половине 30-х годов XX столетия в Ашхабаде и являющихся на сегодняшний день библиографической редкостью. Ценность этих учебников, составленных на основе латинской графики, как справедливо заметил ав­тор исследования, заключается преж­де всего в том, что «это единственная печатно зафиксированная попытка литературной обработки хорасанского курманджи». Особую ценность в работах указанных авторов представ­ляют записи текстов, свидетельствую­щих о богатом и разнообразном фоль­клоре курдов Хорасана и Туркмении. Здесь уместно вспомнить имя замеча­тельного курдского поэта Джафарку-ли, стихи которого до сих пор пользу­ются большой популярностью у кур­дов Хорасана и Туркмении. Стихи Джафаркули, жившего, согласно пре­даниям, в XVIII веке, известны толь­ко в устной традиции. Ниже приводят­ся образцы стихов этого поз га. услы­шанные из уст курдов Туркмении А. Мамедназаровым (носителем говора курдов Туркмении) и приведенные в статье «Неопубликованные стихи, приписываемые курдскому поэту Джафаркули», написанной им в со­авторстве с М. Б. Руденко (стихи да­ются в переводе авторов):

В голове не осталось разума,

В глазах не осталось света,

В ногах не осталось силы,

В сердце не осталось терпенья!

Стан твой высок как райский кипарис,

Глаза — словно темные нарциссы,

А черные косы, словно повитель,

Обвились вокруг прекрасной шеи.

От востока до запада

Пылает огонь моего сердца,

Ни море, ни озеро

Не потушат пламени в моем сердце.

О, утренний ветер! Если ты пролетишь

Мимо моей прекрасной возлюбленной,

Скажи ей, что я лишь несчастный влюбленный.

Почему же она так жестока?

Своим кокетством и игривостью

Ты вселила в меня надежду!

Расстегни пуговицы на вороте –

Ты навлекла на меня беду!

Сжалься надо мной! Я — пленник,

Вечно лишенный терпенья и покоя!

Я не пьян и не трезв –

Любовь к тебе сделала меня безумным!

О сердце, не преисполняйся гордости!

Лучшие годы молодости прошли!

Нет прежних дней!

Богатырская сила ушла!

     Хоросанский Курдистан охватывает Буджнурдское, Кучанское, Дерегезское, Келатское, Родканское хх. Ирана и состоявший из двух крупных племенных группировок: зафаранлу и шадилу. В 18 в. курды жили в Туркменистане, в р-не Абиверда. В конце 19 в. поток переселенцев в Туркменистан усилился в связи с «саранчовым» годом и неурожаем. В нач. 1920-х большое число курдов получила право жить в аулах Багир, Бекрова, Маныш, Карадамак, Геокча, Гяурс Ашхабадского этрапа, в нескольких аулах Каахкинского этр. и незначительно в Бахарденском и Каракалинском этр. Позднее отмечены в г. Ашхабаде, в пос. Фирюзе (вместе с молоканами), Чули, Гермаб (вместе с молоканами) и др.). В период коллективизации и в годы ВОВ (1941-45) часть переселилась в Туркменкалинский и Байрамалийский этрапы Марыйского велаята и в г. Мары. Во время переписи 1959 в число курдов попали говорящие на курдском яз. «тюрки» Фирюзы и Гермаба. Общ. числ. курдов в СССР в 1959 составляла 59 тыс. В ТССР 2263 чел. В знач. части туркменизированы. Библ.: Народы Средней Азии и Казахстана, т. 2-й, М., АН СССР, 1963, с. 649-661; Аристова Т. Ф., Васильева Г. П. Об этнических процессах на территории Южной Туркмении. (О сближении курдов с туркменами).