Этно-конфессиональные группы
Курдские Евреи

КУРДСКИЕ ЕВРЕИ, еврейская этнолингвистическая группа (община). До начала 1950-х гг. жили в основном в Курдистане и прилегающих к нему районах. Курдские евреи часто называют себя аншей таргум (`народ Таргума`). Курдские евреи говорят на нескольких диалектах восточной ветви новоарамейского языка , в которую также входят диалекты ассирийцев (христиане-несториане) и так называемых халдеев (несториане, вступившие в унию с Ватиканом).
Идущему от Биньямина из Туделы представлению о языке курдских евреев как непосредственном развитии языковой традиции Вавилонского Талмуда современные ученые противопоставляют мнение, что курдские евреи восприняли и видоизменили восточноарамейские диалекты окружающего населения.
Впрочем, не лишено вероятности, что какая-то часть курдских евреев могла сохранить прямую связь с вавилонским еврейско-арамейским языком. Примечательно, что курдские евреи в районах городов Урмия и Салмас (Саламас) в Иране, а также Захо и Эрбиль в Ираке (бывший Мосульский вилайет) говорили на особых арамейских диалектах, отличных от тех, что бытовали у живших рядом христиан. В Ираке арабы именуют язык курдских евреев джабали (`горский`).
К курдским евреям относят живших на протяжении многих поколений вне Курдистана евреев Иранского Азербайджана (район озера Урмия и территории к северу от него), а также часть еврейского населения провинции Дияла (Восточный Ирак, особенно в городе Ханакин), говорящих на арамейских диалектах.
В то же время евреев Мосула (Ирак, Курдистан), известных под названием миславим, а также района Урфа (Турция), так называемых урфали, близких по укладу жизни к евреям других районов Курдистана, некоторые исследователи не причисляют к курдским евреям в силу того, что они в основном пользовались в обиходе арабским языком. В среде курдских евреев, жителей города Миандоаб в Иранском Азербайджане, по всей видимости, к началу 19 в. возник местный (миандоабский) еврейский говор азербайджанского языка.
До создания Государства Израиль курдские евреи (более 200 общин) жили в Ираке (более 20 тыс. человек; главным образом в районе городов Киркук, Мосул, Сулеймания, Эрбиль), Иране (около двенадцати тысяч человек), Турции (11 общин), Сирии (в основном в районе города Камышлы), Эрец-Исраэль и других странах, в том числе Советском Союзе (в районе Тбилиси). К этому времени лишь около двадцать тысяч человек из них оставались носителями новоарамейских диалектов.
Согласно преданиям, большинство курдских евреев считают себя потомками колен исчезнувших, а часть их — колена Биньямина.
Эти предания Биньямин II дополнил версией о происхождении от колен Дана и Нафтали ассирийцев-несториан, соблюдавших некоторые еврейские обычаи.
Распространенная в Иракском Курдистане традиция утверждает, что среди ассирийцев имеется много семей еврейского происхождения, которые примерно в 15 в. были насильно обращены в христианство, но еще в начале 20 в. соблюдали часть еврейских обрядов, не ассимилировались среди других ассирийцев и сохраняли в тайне свое происхождение. Возможно, среди курдских евреев имеются потомки прозелитов эпохи Второго храма из близлежавшей Адиабены (столица Арбела [Арба-илу], ныне город Эрбиль).
В Таргуме Онкелоса (см. Онкелос и Аквила) горы Араратские (Быт. 8:4) именуются «горы Карду», а царство Араратское (Иер. 51:27) «царством Карду», у Иосифа Флавия упомянуты горы Кардухи (Древ. 1:93), а в Талмуде (Иев. 16 а) сообщается, что прозелиты из кардуинов принимаются в еврейские общины. Некоторые современные исследователи отождествляют эти названия с Курдистаном.
Первые фиксированные сведения о курдских евреях оставил Биньямин из Туделы, который около 1170 г. обнаружил в Курдистане между городом Амадия (ныне в Ираке; две тысячи еврейских жителей /в другом варианте рукописи — двадцать пять тысяч/) и Гиляном (провинция в Иране) более ста еврейских общин.
Он же первым сообщил о возникшем в среде курдских евреев мессианском движении во главе с Давидом Алрои и утверждал, что оно было подавлено около 1160 г. В начале 1180-х гг. Птахия из Регенсбурга указал, что в Мосуле (названном им Новая Ниневия) проживало шесть тысяч евреев, и отметил знание ими Библии. В 1191 г. глава общины Мосула наси Давид бен Ходая (1150?–1220) предал отлучению (см. Херем) приверженцев Маймонида.
В период крестовых походов многие евреи из Сирии и Эрец-Исраэль бежали в Вавилонию и, видимо, в Курдистан (что могло укрепить местную общину). Иехуда Алхаризи, посетивший в 1217 г. города Курдистана, в сочинении «Тахкемони» («Ты умудряешь меня»), описывая бедных духом богачей мосульской общины, в противовес им упоминает сочинителей пиютов (пайтаним) и благородных мужей города Эрбиль.
В середине 13 в. в Эрбиле поселился гаон Эли бен Зхария, а в 1275 г. Иосеф ха-Кохен бен Эли бен Ахарон переписывал труд Маймонида «Море невухим» («Наставник колеблющихся»). В послании от 1289 г. живший в Мосуле эксиларх рабби Давид бен Даниэль и 11 руководителей местной иешивы грозили отлучением рабби Шломо Пти, лидеру каббалистов Акко, вдохновлявшему оппонентов Маймонида.
В периоды опустошительных нашествий монголов (1258), а затем Тимура (конец 14 в.) и притеснений эпохи правления Тимуридов (правили до 1470 г.), часть местного населения, включая евреев, бежала в горные районы (где, видимо, укреплялись старые и возникали новые поселения). Сведений о курдских евреях в 14–15 вв. не сохранилось. В 1514 г.
Курдистан поделили между собой (в результате войн; мирный договор в 1555 г.) Османская империя и Иран. Их власть, особенно в горных районах, была номинальной (учредить там администрацию удалось лишь в конце 19 в.). В 16 в. о еврейских общинах Эрбиля, Киркука, Мосула, Нецивина (ныне Нусайбин) и Урфы писал в «Сефер ха-мусар» («Книга морали») путешественник Зхария ад-Дахири из Йемена (1519?–89?).
С середины 16 в. у евреев Курдистана и близлежащих областей пользовались известностью раввины из семейств Баразани, Мизрахи, Харири и их иешивы. Среди них: духовный глава курдских евреев раввин и каббалист Шмуэль бен Нетан’эль ха-Леви Баразани (1560–1630?) — автор такканот, мидрашистских произведений и пиютов, вошедших в литургию курдских евреев; его дочь Аснат (1590?–1670?) — автор пиютов, ставшая после смерти мужа Я‘акова бен Аврахама Мизрахи (руководитель иешив городов Амадия и Мосул) во главе иешивы Мосула; рабби Ицхак бен Моше Харири (17 в.) — автор каббалистического сочинения «Нахалат ха-Шем» («Достояние Господне»); его сын Пинхас, близкий к саббатианству (см. Саббатай Цви) каббалист и литургический поэт; сыновья последнего Хаим и Ицхак, раввины в городе Ревандуз, и другие.
Потомки семьи Баразани-Адони были раввинами в Багдаде около 150 лет (до 1743 г.), а в Мосуле до середины 20 в., так же как в Курдистане раввины и каббалисты из рода Харири — до конца 19 в. – начала 20 в. Около 30 курдских евреев известны как авторы пиютов и светской поэзии (на иврите и арамейском языке). В 17–18 вв. курдские евреи страдали от продолжительных войн между Ираном и Османской империей (возобновлены в Иранском Курдистане также в 1905–11 гг.) и от столкновений между центральным правительством Турции и курдскими беями вплоть до начала 1-й мировой войны.
Так, например, лишь при восстании курдов во главе с Бадрханом в 1843–47 гг. были убиты тысячи курдских евреев, а многие еврейские общины исчезли.
Курдские евреи также часто становились жертвами местных междоусобиц (например, в 1832 г. при разрушении Амадии агой Ревандуза из тысячи еврейских семей в городе осталось около 250, остальные бежали; в 1913 г. еврейская община Нирвы была рассеяна при захвате населенного пункта шейхом Барзани), а также набегов и грабежей (например, в 1891 г., 1892 г. нападения курдов на евреев Захо, а в 1893 г. на еврейскую деревню Битанура, или Бар-Тануро, и другие).
Страдали евреи и от издевательств турецких солдат (например, эксцессы в 1895 г. в Эрбиле, которые были прекращены лишь благодаря вмешательству хахам-баши Багдада рабби Ицхака Аврахама Соломона), от частых стихийных бедствий (наводнения, саранча, град) и связанного с ними голода (1871 г. — в районе Урмии; 1880, 1888, 1889, 1892 гг. — в Иракском Курдистане), от эпидемий (например, чума в конце 1880-х гг.). Все это не могло не влиять на экономическое положение курдских евреев, среди которых многие жили в нищете.
Основными занятиями курдских евреев в городах были ремесла (ювелирное дело, крашение, плотничество, дубление кож, лесосплав, сапожное дело и т. п.; среди женщин — ковроткачество и выделка шерстяных изделий) и торговля (главным образом вразнос), в сельской местности — земледелие (выращивание злаков, табака, винограда и других сельскохозяйственных культур) и скотоводство, в том числе отгонное и кочевое. Среди курдских евреев изредка встречались и крупные землевладельцы. В восточном Курдистане евреев-купцов было больше, чем ремесленников и крестьян.
Большинство курдских евреев оказались разбросанными по многочисленным деревням и мелким поселениям и жили среди представителей различных мусульманских и христианских сект и течений. Отношение мусульман к курдским евреям было в целом лучше, чем ассирийцев-несториан (насильственные крещения 15 в. и, позднее, кровавый навет в Урмии около 1826 г. и другие).
Каждый набег, разгром или стихийное бедствие вызывали временное бегство местных евреев в соседние общины. Неустойчивое экономическое и политическое положение курдских евреев также приводило к их миграции из деревень в селения, а оттуда в большие города (например, в Багдад, где они занимались мелкой торговлей и неквалифицированным трудом), и даже к эмиграции (в Эрец-Исраэль, на Кавказ, в Афганистан).
Так, приблизительно с начала 1880-х гг. до конца 1-й мировой войны на Кавказе (главным образом в районе Тифлиса) обосновались так называемые лахлухи (самоназвание сраэль; в Израиле стали называться «арамейские евреи»), курдские евреи из Иранского Азербайджана и Иранского Курдистана. Для обеспечения своей безопасности курдские евреи (особенно жители горных районов) вынуждены были искать покровительство у местного аги (часто главы племени) и платили ему особый налог.
От аги зависели их жизнь и имущество, что практически превращало евреев в полурабов (такое положение существовало вплоть до начала 20 в.). Путешественники Давид де-вет-Хиллел (в 1827–28 гг.) и Биньямин II (в 1848 г.) застали курдских евреев малочисленными.
До середины 19 в. во главе крупных общин курдских евреев стоял наделенный широкими полномочиями носи, ведавший также разверсткой податей. Более мелкие (подчиненные крупным) общины возглавлял хахам, который был также ее казначеем, хаззаном, мохелом, учителем, шохетом, изготовителем амулетов (пользовавшихся популярностью и среди курдов). Многие хахамы курдских евреев занимались также практической каббалой. По всем сложным вопросам Галахи хахамы обращались к раввинам Багдада.
В крупных общинах курдских евреев было несколько синагог, в том числе относительно древние (например, первой половины 13 в. в Мосуле и Амадии). Курдские евреи совершали ежегодные паломничества (иногда и курды-мусульмане) к гробницам и могилам почитаемых ими чудотворцев, а также к принимаемым за захоронения библейских пророков. Большинство курдских евреев к 19 в. было неграмотно, но твердо придерживалось мицвот, заповедей, традиций и предписаний, передававшихся устно в синагогальных проповедях (обычно в субботу после Минхи).
Некоторые религиозные традиции и обычаи курдских евреев восходят к библейским временам (так, до начала 20 в. во многих районах Курдистана совершали обряд общественного жертвоприношения) и к периодам Вавилонского Талмуда и гаонов. Существуют у курдских евреев и самобытные праздники, как например, Сахаране , отмечавшийся в Курдистане в один из дней Песаха, а в Израиле обычно в Суккот. Однако многие обычаи были восприняты курдскими евреями из фольклора и суеверий христиан-несториан и мусульман. Своеобразием одежд, танцев, пищи отличаются свадьбы и другие праздники, а также похоронные и траурные обряды курдских евреев.
В основном после 17 в. письменная литературная традиция курдских евреев была прервана. Однако существует устный перевод Библии на основные диалекты курдских евреев Ирака и Ирана (урмийский и захо). Устно передавались из поколения в поколение рассказы для женщин на Девятое ава (например, о еврейке, утопившейся во время насильственного крещения) и различные сказания, литургические и обрядовые песни. Своеобразный мелос курдских евреев развился под прямым влиянием многонационального и многоязычного населения Курдистана.
Существует связь между языком исполнения и стилем музыкального переложения текстов. Например, иврит используется в синагогальном литургическом речитативе; новоарамейский язык — главным образом в хедерах при распевах парафраз священных текстов и т. д.; арабский язык — в светских песнях, а курдский язык (диалект курманджи) — при исполнении героического эпоса, народных баллад, а также песен для сельских танцев. Первые современные еврейские школы в Курдистане и в районах расселения курдских евреев были открыты Альянсом в городах Мосул (1900, 1906), Сенне (ныне Сенендедж, 1903), Керманшах (1904), Ханакин (1911), Киркук (1912).
1-я мировая война навлекла новые беды на курдских евреев — голод, эпидемии, военные погромы (например, в 1915 г. русские войска осквернили синагогу, ограбили и разогнали общину Ревандуза), а в результате поражения Османской империи прибавилось еще разделение ее бывших подданных между Турцией, Ираком и Сирией.
В Эрец-Исраэль (главным образом в Цфате) курдские евреи стали селиться еще в 16 в. Многие посланцы Эрец-Исраэль в 18–19 вв. собирали пожертвования среди курдских евреев. В 19 в. в числе прибывших в Эрец-Исраэль восточных евреев были и курдские евреи. В начале 20 в. в Иерусалиме (в районе нынешнего рынка Махане-Иехуда) обосновалась община курдских евреев со своей синагогой (построена в 1908 г.). Они занимались преимущественно физическим трудом; и поныне их число среди грузчиков в Иерусалиме значительно. После убийства в 1912 г. в Курдистане 12 евреев алия курдских евреев усилилась.
К 1916 г. в Эрец-Исраэль их насчитывалось 8560 человек. В 1920–26 гг. в Эрец-Исраэль поселились 1,9 тыс. курдских евреев. Антисионистская пропаганда в Ираке в конце 1920-х – начале 1930-х гг. усилила новую волну репатриации. В 1935 г. в страну прибыли 2,5 тыс. курдских евреев. В том же году часть их основала мошав Алрои. Нелегальная алия курдских евреев продолжалась и позднее. В 1950–51 гг. почти все евреи Иракского Курдистана репатриировались в ходе операции «Эзра и Нехемия» и поселились в основном в Иерусалиме и его округе.
В те же годы из двенадцати тысяч курдских евреев, проживавших в 15 общинах Ирана (наиболее крупные — в городах Сенендедж, четыре тысячи человек, и Саккыз, 1,3 тыс. человек), восемь тысяч выехали в Израиль. В их числе, видимо, была некоторая часть курдских евреев, покинувших Грузию в середине 1930-х гг., когда советское правительство потребовало от жителей с иностранными паспортами либо принять советское гражданство, либо выехать из страны. Тем не менее, в 1951 г. оставшиеся в Тбилиси курдские евреи (лахлухи) в числе «бывших иранских подданных» были депортированы в Сибирь и Восточный Казахстан.
Начиная с 1956 г. некоторые из сосланных возвратились в Грузию. К середине 1980-х гг. в Тбилиси и Алма-Ате (ныне Алматы) насчитывалось около двух тысяч курдских евреев. Незначительное число курдских евреев проживает поныне также в Турции и Сирии. После падения шахского режима в Иране (1979) в Израиль переселилось большинство из оставшихся там курдских евреев, и к середине 1980-х гг. их в стране насчитывалось около восьмидесяти тысяч человек.
http://www.eleven.co.il/article/12263
Езидизм
«Рожа Мазала/Марзала» или День поминовения душ усопших у курдов-езидов
Анкоси Ишхан Асланович, член Национального Конгресса Курдистана, Бывший председатель Краснодарской краевой курдскойнационально-культурной автономии «МИДИЯ»,член Российского Авторского Общества вместе с семьей в день Скорби и памяти по усопшим на кладбище. Именно благодаря усилиям Ишхана Анкоси данный земельный участок и был выделен городскими властями г. Краснодара под захоронения .
У курдов, независимости от конфессий, как и у многих народов, существует множество религиозных праздников и святых дней. Среди них особое место занимает культ поминания могил родных и близких – внешнее проявление скорби.
В соответствии с зороастрийской традицией, последний вторник перед самым значительным весенним курдским праздником Навроз 21 марта — отмечается особый зороастрийский праздник под названием «Cejna Reş» (букв. «Черный Праздник» — «Праздник Душ Усопших»)(https://kurdist.ru/2025/03/18/18-марта-праздник-души-усопших/).
Исповедующие езидизм курды Курдистана (Ирак, Иран, Сирии, Турции) этот день отмечают в день Сарсала/Нового года (в курдском месяце нисан/апрель по старому стилю и эти поминальные скорбные дни в обеих случаях не связаны с исламом.
Но, часть исповедующих ислам курдов посещают могилы в день Курбан-Байрам (Ид аль-Адха) — второго после Уразы главного праздник ислама в память жертвоприношения пророка Ибрахима(Авраам в Библии). В 2025 году Курбан-байрам выпал с четверга на пятницу (в ночь) с 5 на 6 июня.
У исповедующих езидизм курдов бывшего СССР таким памятным святым днем является «Рожа Мазала/Марзала» и приходится на первый четверг месяца хазиран (июнь) по восточному календарю (соответствует юлианскому календарю), которую в 2025 г. отмечают вечером (эварин) с четверга на пятницу 19 июня.

Кладбище в Краснодаре
«Этот день не является каноническим днем в езидском религиозном календаре и характерен только для отдельной езидской общины, т.е. является днем регионального характера. Четверг, точнее вечер с четверга на пятницу, «эварин» (по езидской традиции после захода солнца уже начинается другой день) — это день усопших, в который езиды выносят хлеб или же какое-то блюдо (рожа нане мрия) на имя своих покойных. Считается, что в каждый «эварин» — вечер с четверга на пятницу – души усопших родственников ожидают своей доли, которая доходит к ним через езидского святого Мир Эздина (Эздинамир), который сидит у святого источника Каниа Спи. До сих пор в Лалыше каждый «эварин» служители храма приносят пищу к месту Мир Эздина. Раздавать пищу на имя покойных родственников символизирует делать добро (пожертвования) и тем самым почтить их память. Поэтому четверг был выбран езидами Сархада как день посещения могил усопших.

Езиды связывают «Рожа Мазала» с появлением свежих фруктов «нубар», «эмише таза», которые обязательно надо первым долгом вынести на имя покойных. Существует обычай, по которому, езиды не едят новые фрукты, до тех пор, пока не вынесут одну тарелку этих фруктов к соседям на имя своих усопших. Только после этого они прикасаются к новым фруктам. В июне месяце появляется множество новых фруктов, которые езиды раздают соседям, и идут на кладбище. Как известно, этот день раньше для езидов бывшего СССР не был общим. В основном эта традиция выходить на кладбища в четверг июня существовала у давно осевших у подножия горы Алагяз, которые известны как эздие Ахбаране (езиды Апарана). Со временем это день стал общим для всех езидов Армении и Грузии.

Езиды Араратской долины в основном занимались скотоводством и летом поднимались высоко в горы со своим скотом на пастбища «зозан», и называли это «хелгера чйа», а когда осенью спускались с гор, называли «дагер». В горы начинали подниматься в мае месяце, следовательно, часть езидов не могла в июне выйти на кладбище. Возвращались с гор в середине сентября, и не все сразу. Каждое селение и племя выбирало любой четверг сентября для посещения кладбища. Это сохранилось до сих пор в некоторых езидских селениях. Но, у езидов Апарана этот день никогда не менялся, и всегда приходился на первый четверг июня по восточному календарю. Большинство езидских праздников попадает на первую неделю месяца по восточному календарю. Так, Айда Эзид попадает на первую пятницу декабря (по юлианскому календарю), т.е. после 13 декабря первая пятница (по григорианскому календарю). Рожа Мазала также отсчитывается после 13 июня, но попадает на первый четверг.
В Тбилиси, одно время, Рожа Мазала отмечался два раза. В первый четверг июня на кладбище выходили все езиды, родственники усопших, а на неделю раньше на кладбище выходили «хае мрие таза» только те, у кого в семье были покойные, после смерти которых еще не прошло одного года. Позже в конце 60-х решили оставить только один день.
Обряды.
На «Рожа мазала» езиды покупали фрукты, готовили мясные блюда, выносили соседям, а потом поднимались на кладбище. В основном на Лоткинское кладбище, Кукийское кладбище, Дампало (Кладбище III-массивское), в последние 30 лет на Мухатгвердское кладбище тоже.
С утра на кладбище было уже многолюдно, каждый у могил своих родственников. Шейхи и пиры – представители духовенства – посещали могилы своих мридов, где они читали поминальную молитву (кавл и таркин), после чего родственники покойных давали им пожертвования «маше таркине» или же «хера мри». Сначала тарики (шейх и пир) по пришествии на кладбище читают общую молитву за упокой душ покойных во имя Шихади (хера наве Шихади), а потом уже обходят своих мридов.


Езидское кладбище в Ганновере, Германия
После распада СССР и сложного политического и социально-экономического положения значительная часть езидов покинула Грузию и перебралась в Россию, Украину и страны Западной Европы. Многие из них ежегодно приезжают в Тбилиси для того чтобы почтить память своих усопших родственников (Пир Дима. «Рожа Мазала» или День поминовения усопших.https://www.ezidipress.com/ru/2014/06/19/рожа-мазала-или-день-поминовения-ус/).
От имени редколлегии сайта www.kurdist.ru в этот памятный скорбный день выражаем соболезнование всем родным и близким наших усопших —
Rema Xudê rih’ê wan be!
Пусть покоятся миром!
Лятиф Маммад
Езидизм
О ПОХОРОННЫХ ОБРЯДАХ КУРДОВ-ЕЗИДОВ КАВКАЗА
Караме Анкоси
Предлагаемые статьи были прочитаны на международной научной конференции по курдоведению в г. Эрбиле (Иракский Курдистан) в апреле 2006 г.
Езиды являются частью многомиллионного курдского народа. Они смогли в течений религиозного многовекового преследования и гонения сохранить и донести до наших дней собственно религиозное курдское национальное учение -Езидизм. Езидское вероисповедание восходит своими корнями к глубокой древности. Несмотря на насильственную исламизацию курдов езидская цивилизация сохранилась во многих уголках Курдистана.
Курды-езиды не давали возможность полностью ассимилировать Курдистан, они стояли до конца на пути экспансии мусульманских завоевателей, защищая свободу и независимость своей религии и родины — Курдистана. Врагам курдского народа не удалось добиться от курдов-езидов отречения от своей исконно курдской религии и курдского национального самосознания (3,стр. 15). Правда, на протяжении многих веков отношения между курдами-езидами и курдами-мусульманами на религиозной почве были искусственно обострены, но в науке давно доказано, что как курды-езиды, так и курды-мусульмане, наряду с курдами-христианами и курдами-иудеями, являются представителями одного народа, курдского и с генетической, и с языковой точек зрении. Религиозная иерархия и культ курдов-езидов были строго регламентированы, что способствовало созданию значительной крепкой общинной организации постоянного объединения и этнической стойкости езидов.
Езидизм, как в прошлом, так и сегодня, продолжает служить сильным средством воздействия на верующих курдов-езидов и, поэтому, этим средством необходимо правильно пользоваться для укрепления единства курдского общества. Езидское религиозное учение наравне с другими религиями в Курдистане является важным социальным и политическим фактором, который может сыграть немалую роль в деле достижения целей курдского народа — федерации и автономного суверенитета. Общеизвестно, что сохранившиеся в быту и культуре народа этнографический материал играет большую роль в исследовании проблем древней истории народа.Поэтому, ученные курдоведы, изучая вопросы истории курдского народа, его духовности и культуры, должны уделить надлежащее внимание сбору и исследованию тех народных религиозных представлении, поверий и обрядов, которые до сегодняш¬него дня сохранились в курдском обществе, в частности, среди курдов езидского вероисповедания. Древнее самобытное езидское вероучение курдского народа давно привлекает внимание ученых востоковедов и теологов многих стран. О езидах и их религии имеется большая литература на разных языках. Однако многие вопросы езидского вероучения всё ещё продолжают оставаться неясным. Кроме того, часть авторов этих научных трудов, ещё не смогли полностью освободиться от устаревшей, по нашему мнению, точки зрения о доминирующем влиянии Зороастризма в вопросах происхождения езидской религии. Езидское религиозное учение, как собственно курдское вероисповедание, является ценным историческим источником для изучения древнего мировоззрения курдского народа, его культуры и народных верований.
Езидская религия, обычай, обряды и ритуалы последователей этого вероучения, содержат немало конкретных данных, отображающие религиозное прошлое не только курдских племён, но, и, в целом, всего Востока. В религиозном учении езидов, в их обрядах и ритуалах, хорошо сохранились многие сведения о доисламских верованиях и культе у курдов, сравнительное научное изучение которых ясно указывают на общность культурно-исторической и религиозной жизни курдских племён в старину. Для изучений истории духовной культуры курдского народа, наравне с письменными источниками, археологическими памятниками, языковыми, фольклорными и этнографическими материалами важное значение имеют сбор и описание тех сохранившихся до наших дней среди курдов-езидов погребально-поминальных традиций, которые связаны с культом мёртвых; так как обще признано, что «культ, как правило, более стоек, чем религиозные представления»(8, стр.10). С этой точки зрения большую научную ценность могут представлять бытующие среди курдов-езидов Кавказа те религиозные представления, ритуалы и обряды, которые исполняются в процессе похорон покойника. История поселения религиозной общины курдов-езидов на Кавказе насчитывает не более 150 лет. В этом регионе курды-езиды оказались в результате русско — персидской и русско — турецких войн и религиозного преследования. На Кавказе курды-езиды переселились в основном из районов Вана, Карса, Баязида. Сурмали, Ерзерума Османской империи Турции и приграничных районов Ирана. На Кавказе курды-езиды проживают как в его южной части, в Грузии и Армении, так и в разных районах Северного Кавказа (3, стр. 17-20, 64-65).
Бежавшие из своей исторической родины курды-езиды привезли собой на Кавказ и смогли сберечь вместе с родным язиком и старинные обряды, народные верования, ритуалы, поверия, религиозное учение, предания, мифы, легенды, фольклор, песни и танцы своих предков, большая часть которых, в полне вероятно, не сохранилась среди курдских племён современного Курдистана. Поэтому научное изучение быта и культуры, религии курдов-езидов Кавказа имеет немалое значение для решения общих вопросов курдоведения. Предлагаемая работа составлена на основе собранного автором 40-45 лет тому назад полевого этнографического материала, имеющейся научной литературы по интересующей теме и личных наблюдении. Сведения по культе мёртвых у курдов-езидов Кавказа были собраны по специальному вопроснику, рекомендованного автору известным грузинским учёным этнографом, академиком Г. Читая. Материалы по теме записывались от представителей разных племён курдов-езидов Кавказа. Эти материалы до сих пор хранились в личном архиве автора в рукописьном виде и впервые используются для публикации. Цель данной статьи, насколько позволяют рамки настоящего доклада, ввести в научный оборот новые сведения о погребаль¬ных обрядах курдов-езидов, об их представлениях о душе, смерти и загробной жизни, привести в систему все имеющие по данной теме материалы. Считаем, что без учёта этих материалов невозможно дать всесторонний анализ и реальное полное представление о похоронных обрядах у курдов-езидов Кавказа связанных с культом мёртвых.
По похоронным и траурным обрядам курдов-езидов специальная литература небогата. По отдельным проблемам культа мёртвых у курдов-езидов имеются интересные и ценные сведения в работах известных курдоведов С.Е.Егиазарова (13), А.Авдала (1,2), О.Л.Вильчевского (9), В.П.Никитина (17), Т.Ф.Аристовой (5), М.Б.Руденко (18,19), О. и Дж.Джалила (12), Л. Пашаевой (21) и др., которые, вместе с тем, не дают полного, обобщенного представления о погребальной и траурной системе у курдов-езидов Кавказа, о том, как она складывалась, как постепенно развивалась и изменялась. Из существующих научно-исследовательских работ по погребальным обрядам курдов-езидов Кавказа большую ценность с научной точки зрения представляет труд М.Б. Руденко «Курдская обрядовая поэзия»(19). В ней привлекает наше внимание богатое конкретное содержание, дающее представление о догматике, обрядности и веровании курдов-езидов Кавказа. Интересные суждения о происхождении похоронной песни, её формах, содержании, классификации, исполнении и связанных с ней обрядов культа мёртвых у курдов-езидов мы находим в богатой по своему содержанию книге учёных курдоведов братьев Ордихан и Джалил Джалила «Курдский фольклор» (12).
В остальных публикациях описание погребального обряда связанных с культом мёртвых дано в общих чертах. Безусловно, признавая заслуги выше перечисленных учёных в изучении похоронных обрядов курдов-езидов Кавказа, тем не менее, нельзя не отметить, что многие важные вопросы, связанные с культом мёртвых и представлением курдов-езидов о смерти и душе, по разным причинам, остались недоступными для них. Кроме всего этого, одна часть приведённых указанными авторами сведений касательно погребальных обрядов курдов-езидов Кавказа, требуют дальнейшего уточнения. Некоторые из этих фактов не являются характерными, традиционными обрядами курдов последователей Езидской религии и, они, эти обычаи, восприняты небольшой частью курдов-езидов за последнее время под влиянием христианских народов Кавказа. Приведённые нами в данной работе новые этнографические материалы по похоронным и траурным обрядам курдов-езидов связанных с культом мёртвых, по нашему убеждению, станут хорошей основой для дальнейшего более широкого и полного исследования сложной проблемы происхождения культа мёртвых у курдов. Следует отметить, что культ мёртвых у курдов-езидов, правда, в прошлом испытал определённое влияние мусульманства, а последнее время и некоторых обрядов христианских народов Кавказа и России, но, в основном, они мало затронули основы народных поверий и обрядов.
Анализ существующих у курдов-езидов Кавказа обрядов и поверий, относящиеся к культе мёртвых, показывает, что они носят обще курдский характер и, вместе с тем, содержат ряд особенностей связанных со спецификой езидской религии. Среди курдов-езидов в культе мёртвых (в погребальных и траурных обрядах, представлении о смерти и душе) сохранились черты древних обрядов и веровании, характерные для всех курдских племён в старину. Существующие материалы о культе мёртвых у курдов-езидов отражают те культовые действия, которые совершаются во время смерти человека, похорон, оплакивания, поминок, траура и т.д. Похоронный и траурный обряд курдов-езидов представляет по существу целый цикл действий, обычаев, запретов, которые последовательно совершаются с момента смерти человека до его погребения и следующих за ним поминок включительно.
В похоронном обряде условно можно выделить три цикла. Первый — это обычай и обряды, соблюдавшиеся с момента смерти до погребения умершего; второй включает все обычаи и обряды, выполняемые во время выноса покойника, по пути на кладбище, при самих похоронах и во время возвращения соблюдаемые после похорон до годовщины смерти человека (10, стр. .9.0). По езидской религиозно-философской традиции к смерти, также как и жизни, необходимо относиться совершенно сознательно. На это указывают бытующие среди езидов известные выражения о требовании сознательного отношения к смерти человека и осмысленного исполнения похоронных и траурных обрядов. Такие выражения, как, «Шине ра шурат лазема» или «Шин бе шурат наба» («К трауру необходимо сознательное отношение») и др., определяют действия и поведения членов семьи и родственников покойника в процессе исполнения погребальных обрядов. Езиды верят в неизбежность смерти. Они считают, что смерть исходит от доброй воли Бога («Мрн амре Худея», «Мрн крара Худея» — «Смерть-это веление, решение Бога»). По верованиям езидов в мире только Бог бессмертен и вечен. Все остальные, и пророки, и божества, и ангелы смертные. Человек живёт столько, сколько времени ему на жизнь определяет Бог. Этот срок у человека с рождения на лбу написан.
Интересные сведения о появлении смерти на земле имеются в текстах религиозных молитв и мифах курдов-езидов. По представлениям одних езидов появление смерти на земле связано с положением небесных светил. В одном религиозном предании езидов говорится, что «До этого Солнца, которого мы сегодня видим на небе, Луна занимала место Солнца. Когда умер божество Луны Фарх, тогда и Луна погасла. Со смертью Фарха в мире появилась смерть» (14,стр.18). Эти и другие пережиточные материалы, засвидетельствованные у курдов-езидов, ещё раз указывают на сохранение астральной ступени развития древне курдской езидской религии. Езиды не испытывают страх перед смертью. По их понятиям смерть избежать невозможно. Об этом свидетельствуют те предания, в которых говорится о попытке избежать смерти и отказ подчиниться ей пророком Муса (Моисей) и божеством (ангелом) Фархом. По поверьям курдов-езидов душу у человека забирает Амин Джибраил. Амин Джибраил находится на земле. У него имеется бумага повелений Бога. Рука у Амин Джибраила длинная, всех достигает. В руках у Амин Джибраила имеется какой-то предмет, душа человека любуется им. Амин Джибраил этот предмет показывает душе, и душа за ним уходит, покидает тело человека. По поверью езидов, придёт время, и Амин Джибраил тоже умрёт.
Душу никто не видит. Душа в виде пара выходит со рта человека. Душа бессмертна. Душа уходит в Кандил (Дом. божий, место нахождение Бога), по дороге нигде не останавливается. Душа уходит, а тело человека остаётся на земле. По понятиям курдов-езидов человек сотворен из земли и вновь, становиться землёй. Езиды верят, что душа человека, после того, как она покидает тело, должна пройти через мост «Сарат». Здесь, у моста, душу покойника задерживают два ангела («накин»), посланники «Палача» (Бога). Ангелы требуют от души произнести слова исповедания ею веры «Свидетельство о религии», дабы узнать какое религиозное учение признавала она на этом свете. Только после произнесения данной молитвы Бог (Божество, Пророк) езидов сможет узнать в ней езида и принять душу под своим вечным покровительством (11,стр.4).
В похоронных обрядах курдов-езидов прослеживаются следы ранних форм религии — астральных, анимистических и магических религиозных веровании, наличие которых указывают на древность существования культа мёртвых среди курдских племён. Из анимистических представлении о душе, как двойнике живого человека и её материализации у курдов-езидов особо надо выделить обряд посвящения коня, который езиды называют «Котал». Важность этого обряда в погребальном обычае курдов-езидов достаточно подробно описано в специальной литературе (4,5,7,16,17,18,19). Сравнительное изучение материала о обряде посвящения коня мёртвому — «Котал», указывает на её древнее происхождение. Обряд посвящения коня покойному наряду с курдами, широко был распространен и среди индоиранских и кавказских народов (10, стр. 11-14).
В некоторых погребальных обрядах связанных с культом мёртвых у курдов-езидов сохранились также пережитки характерные для астральной ступени развития езидского вероучения. Таковым является обычай захоронения мёртвого до захода солнца. Можно предположить, что в этом обряде отражено поверие, согласно которому покойник на тот свет следует за солнцем. Это соображение было характерно, как отмечено в со¬ответствующей литературе, для древних мировоззрении многих народов мира (10,15,20). В связи с этим, необходимо также отметить, что курды-езиды в случае смерти хозяина дома или хозяйки, в день погребения покойника, пекут круглые ритуальные лепешки — 7 штук — в честь семи астральных божеств езидов. На кладбище эти лепешки ломают на куски и раздают присутствующим. По поверий некоторых езидов, это делается для того, чтобы исчез страх перед покойником. Другие считают, что эти ритуальные лепешки приносятся в жертву во имя ангела покровителя-хранителя земли Давреше бн ард или Пир Манде Гор. Как бы то ни было, указанные обряды, наряду с другими пережиточными традициями, каковыми являются обычай возложение на груди усопшего сито для облачения, зажигание огня на могиле после погребения и др. свидетельствуют о астральном характере происхождения езидской религии курдов.
В погребальных обрядах связанных с культом мёртвых у курдов-езидов сохранены и другие элементы ранних форм религии, в частности магических веровании. Это, например, отражается в обычаях, когда гроб покойника перед выносом из дома и на могиле три раза поднимают и опускают на землю, когда могильщики прежде чем передать лопату из рук в руки, кладут её на землю, когда жители деревни разбрасывают землю за покойником со словами, чтобы он унёс собой болезни и горе деревни («Еш — джане гунд пе та бе!»). Отголоски этих верований сохранились и в обычае, когда во время закапывания покойника каждый присутствующий при этом бросает в могилу горсть земли или когда перед мёртвым (неженатым) по пути к кладбище рассыпают хну со словами «Ветер унёс твою хну» («Хна та бар бе чу, хорто!») и др. Необходимо также отметить, что среди курдов-езидов Кавказа сохранились ряд священных молитв, мифов, предании, гимнов, легенд и песнопении, в которых отражены мировоззрение и отношение езидов к смерти. Содержание этих священно служебных текстов передавались устно из поколения в поколение служителями религиозных культов езидов — шейхами и пирами и только в последнее время стало возможным их запись и опубликование ( 2,14 и др.). Среди них необходимо выделить молитвы: «Шада дин» -«Свидетельство о принадлежности к езидской религии», «Сара марге» — «Молитва над могилой», «Кавле Фархадин» — «Гимн о Фархадине», предания «О пророке Моисей» («Муса пехамбар»), «Об ангеле Фархадин» и др.
С точки зрения понятия содержания обычаев и обрядов, связанных с культом мёртвых у курдов-езидов, особенно ценным представляются религиозные молитвы «Сара марге» и «Кавле Фархадин». В указанных молитвах подробно описываются процессы омовения, погребения и оплакивания покойника, поведения родственников, говорится о неизбежности смерти, об отношении езидов к смерти и т. д. Ввиду своей значимости, эти молитвы требуют отдельного религиозно-философского изучения и анализа. В них засвидетельствовано много данных о мировоззрениях, характерных для курдов в доисламскую эпоху. В похоронном обряде важным моментом является процесс омовения покойника, который совершают два езидских родоплеменных священнослужителя — шейх и пир. Имеющиеся в специальной литературе сведения о процессе омовения мёртвого (19), требуют дальнейшего уточнения и изучения. В связи с этим, здесь мы постараемся кратко описать те моменты процесса омовения покойника, которые отсутствуют в публикациях. Во время омовения покойника несколько человек вокруг покойника держат занавесы. Обычно мёртвого моет пир, а шейх поливает три кружка тёплой воды. На омовение покойника смотрят те, кто держит занавес или же близкие родственники. Мёртвого во время обмывания раньше клали на сено (теперь на тахту). По езидским традициям, три кружки воды обязательно должен поливать шейх из рода Шейха Иен. Если шейх из указанного рода не присутствует, то родовой шейх «Бре ахрате» поливает воду. Если же и шейх отсутствует, то пир поливает воду, предварительно произнеся следующие слова: «Вода из руки шейха Шейха Иен». Во время омовения покойника произносится молитва омовения («Деа мри шуштне»). Эту молитву произносит тот, кто поливает воду (шейх или пир).
Из той же материи, из которой шьётся саван, шьют две рукавицы, которых надевает пир. Одной рукавицей пир обмывает покойника от пупка выше, а второй рукавицей -ниже пупка. В случае, если покойник не подвергнут обрезанию, то обряд обрезания совершает пир во время омовения. После омовения покойника, шейх и пир облачают его в одежду полностью белого цвета. Сначала надевают «Чара бчук» или «Каркар», потом саван «Кафан», а поверх всего этого «Чара мазн». Саван «Чара мазн» цельное одеяние, на голове завязывают узлом. Этот узел, перед тем, как покойника опустить в могилу, развязывает или шейх или пир. Здесь же на кладбище, берут немного земли из вырытой могилы, обматывают в кусок материи от савана, делают вроде подушки и кладут покойнику под голову. Она называется «Земля покойника» («Аха мри»). Согласно поверьям одной части езидов, езиды своих покойников в могилу должны положить на правый бок. После усопший сам в могиле поворачивается на спину. По сообщениям некоторых езидских информаторов, в одно время покойнику на ноги надевали шерстяные носки, непременно белого или красного цвета. Вполне вероятно, что в цветах одеяния умершего (белый, красный) отразились древние представления курдов-езидов о загробном мире.
Значительное место в культе мёртвых занимает обряд оплакивания. Покойника оплакивают как женщины, в основном, так и мужчины. О похоронных песнях у курдов-езидов написано немало (4,12,18,19). Здесь, считаем нужным, отметить, что похоронные песни имеют веками выработанные стабильные тексты, передаваемые устно от поколения к поколению. Похоронные песни исполняет любой из присутствующих (и мужчина, и женщина), знающих их, и при этом никакой последовательности по родственной иерархии не существует.
Дошедшие до нас обрядовые песни курдов-езидов имеют различное содержание. Их анализ показывает, что в обрядовой песне вскрывается древнее народное верование и связь культа мёртвых у курдов-езидов с астральной религией. Одним из основных элементов похоронных обрядов являются поминки, которые у курдов-езидов называются «Хера мри» — «Милостыня мёртвых». В течении года после смерти человека справляются следующие поминки: «Нане табркола»(обед могильщикам) — поминки в день похорон, «Серожк» — на третий день, «Хавтрожк» — на седьмой день, который также именуется как малая поминка («Хера бчук»), «Хера сале — хера мазн» (большая поминка) — в годовщину смерти. В день похорон, во время справления поминки «Нане табркола», езиды режут одного барана для могильщиков и отправления души. На третий день после смерти человека, езиды раздают трём семьям езидов три порции обеда. Наиболее значительными являются поминальные ритуальные трапезы, устраиваемые на седьмой день и в годовщину смерти, так называемые «малая и большая поминки». На седьмой день езиды раздают также семи семьям езидов семь порции обеда, который называется «Хавтка мри». Езиды считают, что в этот день лицо(рот) покойника освобождается от земли («Даве мри ж ахе дархстн»). В годовщину смерти человека духовным лицам покойника, шейху и пиру, отдают одежду и постельные принадлежности мёртвого. Во время малой и большой поминки убивают животного (корову) после освятительной молитвы, которую читают священнослужители, шейх или пир.
В день, когда устраиваются традиционные поминальные трапезы, поминки, езиды, как правило, на кладбище не ходят. Обычай произношения тостов за поминальным столом во главе духовного лица, о котором подробно пишет М. Руденко (19, стр. 63-64), также и поминки на сорок дней, абсолютно не соответствуют езидским религиозным предписаниям связанных с культом мёртвых. Эти обычаи, в том числе и пить спиртные напитки во время поминок, езидами усвоено недавно от христианских народов Кавказа и России и, поэтому, их нельзя принимать как традиционные обряды езидов. Курды-езиды, кроме этого, совершают приношения умершим каждый четверг в течение первого года после смерти человека, Поминки покойникам езиды устраивают также в дни празднования езидских религиозных праздников. У курдов-езидов существуют специальные поминальные дни посвящённые культу мёртвых — «Рожа мриа» или «Рожа мазала», который раньше отмечали в году два раза — ранней весной, перед уходом на высокогорные пастбища, и осенью, после возвращения с гор. В эти дни курды-езиды посещали могилы своих близких, несли на кладбище еду и там раздавали её бедным, шейхи и пиры читали поминальные молитвы. Сейчас курды-езиды Кавказа и России этот священный день отмечают лишь только летом, в июне месяце. По представлениям курдов-езидов поминки рассматриваются не только как «кормление души» и обеспечение пищей умерших, но и как средство, дающее возможность добиться их доброго расположения. По верованиям езидов душа тоже нуждается в пище. По поверьям некоторых езидов, душа близких во сне приходит к человеку и напоминает о себе. В таких случаях обязательно надо устроить поминки и раздать еду. Курды-езиды веруют, что поминки, устроенные в честь покойника, в виде паракартинки доходят душе усопшего.
Во время ритуальных трапез курды-езиды, по обычаю, готовят еду лишь только из говядинного мяса, зерна и риса. Фрукты и сладости не надлежат приносить и раздаче как поминки. В похоронных обрядах курдов-езидов значительное место занимает траур, как внешнее выражение скорби. Обрядовое проявление скорби у курдов-езидов выражается в разных формах, как, например, в ношении траурной одежды, отпускании мужчинами бороды и волос, в разнообразных запретах, ограничениях и т.д. В знак траура мужчины покрывали свой головной убор («Колос») платком любого цвета. Этот обычай назывался «Колос гртн». Приезжие на похороны родственники и знакомые также придерживались к обряду «Колос гртн», в знак скорби и сочувствия. Члены семьи усопшего эту форму выражения траура носили 3-4 дня, а приезжие его снимали во время отъезда. Кроме того мужчины в течение 9-10 дней не брели бороду. Женщины в знак траура повязывали голову чёрным платком. При том, пожилые женщины, в знак особого уважения к близкому покойнику, сверху надевали чёрного цвета халат («Аба»). Абу женщины носили в течений года. Молодые девушки скорбили, обвязав себе лоб платком зеленного цвета как ленточку. С наступлением темноты, после захода солнца, женщины, по установленной традиции, снимают с головы чёрное покрывало и до утра голову повязывают платком белого цвета.
Раньше на могилу известных и уважающих людей сестра, дочь или двоюродная сестра (со стороны отца) отрезали себе косу в знак траура и принесения их в жертву покойному. Отрезанную косу оставляли на могилу до следующего дня. По словам некоторых наших информаторов, жене усопшего не разрешали отрезать себе косу, так как, по их понятиям, коса жены покойника равна была одному мужчине. Во время похорон молодые девушки, кроме дочери и сестры, не шли на кладбище. Присутствовать в момент погребения разрешалось лишь только пожилым женщинам. Заслуживает внимания и обычай курдов-езидов, согласно которого, в доме, где лежит покойник, не рекомендуется готовить пищу. Это на себя берут соседи и близкие родственники, которые приглашают к себе членов семьи мёртвого и приезжих гостей. Одним из проявлений культа мёртвых у курдов-езидов являются устройство могил и надгробных памятников, о чём подробно написано в научных трудах Т. Аристовой, М. Руденко и др. (5, 19 и др.). Это касается устройства над головой покойника плоского камня — «Кавре салиме», постановка на могиле два высоких камня — «Кавре келике», фигурки лошади, барана, башни «Кумаит» и т.д.
Со своей стороны, считаем нужным, добавить, что курды-езиды, по установленным у них традициям, могилу для мужчины роют в глубину до пупка, а для женщины роют в глубину до груди. В этой традиции, видимо, сохранилось древнейшее представление о женщине, как о нечистом существе, которое было характерно для многих народов в старину (6, стр.59). В религиозных верованиях курдов-езидов, наряду с божествами, знамя занимало важное место. Знамя выносили как в дни «великих» религиозных праздников, например, во время праздника посвященного езидскому храму Лалыш, так и в процессе исполнения похоронных обрядов. Во время исполнения погребального обряда курды-езиды сооружают знамя покойника, которое представляет пику или палку с привязанным к ней платком красного, чаще всего зеленного, цвета. Такие же знамена привозят собой и прибывшие на соболезнование группы людей из соседних деревень («Хавари»). По всей вероятности, в своё время, эти знамена являлись отличительными знаками отдельных курдских общин и племён и играли важную роль в жизни народа. Обычай выноса знамени во время похоронного обряда существовал и у других древних народов. Погребальные обряды связанные с культом мёртвых у курдов-езидов включают в себе не только чисто религиозные действия, но они также играют важную роль в быту и жизни езидской общины (племени). Культ мёртвых содержит ряд обычаев, которые определяют поведения родственников и соседей, налагающие на .них ряд обязанностей, связанных с погребением и подготовкой к нему.
Анализ бытующих среди курдов-езидов обычаев и обрядов, связанных с культом мёртвых, ещё раз убедительно подтверждает о древнем происхождении езидской религии и о их обще курдском характере. В этой связи, считаем необходимым, обратить внимание учёных курдоведов на народное обрядовое искусство, которое пока ещё сохранилось среди курдов-езидов Кавказа. Речь идёт о ритуале, когда перед езидским религиозным праздником «Хи-дир-Наби» езидки на внутренних стенах дома, покрытой сажей, рисуют с помощью пшеничной муки разнообразные обрядовые религиозно-символические и магические рисунки. Необходимо также заметить, что оторванные от своего религиозного центра Лалыша, курды-езиды Кавказа и России, особенно городские жители, под натиском цивилизации и пропаганды других религиозных учении, к сожалению, постепенно теряют свои традиционные обряды и обычай, связанные с культом мёртвых. Поэтому, считаем неотложной задачей, своевременно зафиксировать бытующие до сих пор среди курдов-езидов Кавказа старинные похоронные ритуалы и верования, а также и другие обряды, относящиеся в целом к езидскому вероучению. Их изучение и анализ имеет не только научное, но и общеноциональное практическое значение для раскрытия отдельных проблем генезиса курдского народа и происхождения езидской религии. В конце, считаем нужным, сказать и о том, что мы были бы довольны, если данная работа в какой-либо мере поможет правильному решению стоящих перед курдоведением актуальных культурно — исторических задач.
ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА
1.А. Авдал. Быт курдов Закавказья. Ер., 1967, на арм. яз.
2.А. Авдал. Родственные отношения у курдов. Ер., 1965, на курд. яз.
3.К. Анкоси. Племена курдов-езидов на Южном Кавказе и в Германии. Тб., 2004.
4.К. Анкоси. Некоторые замечания к работе М. Руденко о курдах-езидах. «Мацне», Тб., 1972, №2.
5.Т.Ф. Аристова. Курды Закавказья. М., 1966.
6.В.В. Бардавелидзе. Древнейшие религиозные верования и обрядовое графическое искусство грузинских племён. Тб., 1957.
7.Мала Махмуд Баязиди. Нравы и обычай курдов. М., 1963.
8.М. Бойс. Зороастрицы. М., 1987.
9.О.Л. Вильчевский. Мукринские курды. -Переднеазиатский этнографический сборник. Т. 1. М., 1958.
10.Д. Гиоргадзе. Погребальные и траурные обряды в Грузии. Тб.,1987, на груз. яз.
11.Главная молитва езидов — Свидетельство о принадлежности к езидской религии. Тб., 2005.
12.О. и Дж. Джалил. Курдский фольклор. Ер.,1978, на курд. яз.
13.С.Е. Егиазаров. Краткий этнографическо-юридический очерк езидов Эриванской губерний. — «Записки Кавказского отдела Императорского Русского географического общества». Кн. !3. вып.2. Тифлис, 1891.
14.Езидские религиозные мифы, легенды, молитвы, гимны. Тб., 2001. На курд. яз.
15.В.Ф. Миллер. О некоторых древних погребальных обрядах на Кавказе. ЗО, кн. 88-89, М.,1911.
16.А. Мирази. Мои воспоминания. Ер.,1965. На курд. яз.
17.В.П. Никитин. Курды. М.,1965.
18.М.Б. Руденко. Похоронные песни курдов-езидов Закавказья. — «Палестинский сборник». Вып. 21(84). Л., 1970.
19.М.Б. Руденко. Курдская обрядовая поэзия. М., 1982.
20.Л.Н. Штернберг. Первобытная религия. Л., 1936.
21.Л. Пашаева. Погребальные традиции курдов. Этнологический сборник Кавказа. №8. Тб., 2003., стр. 191-198.
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Страницы истории12 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История13 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История14 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра
-
История15 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
Культура6 лет назадТемур Джавоян со своим новым клипом «CÎnar canê («Дорогой сосед»)»
-
Археология16 лет назадКурдистан — колыбель цивилизации. Хамукар.

Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий Вход