Лятиф Маммад

      Название Шахразур данное этим территориям, совсем не случайно, а в курдской среде обосновано исторически. Именно эти территории стали одной из трех мест сложения ядра курдского этноса. По мнению академика А. Л. Вильчевского, территории, охватывающие треугольник Эрбиль — Киркук — Сулеймания в горах Загроса стали одной из мест формирования современного курдского этноса из живущих здесь иранских (Мидийских) племен. 

      Шахразур в настоящее время название маленького окруженного с трех сторон горами курдского городка в районе Халабджа (Halepçe)[1]  между городами Сулеймания (Silêmanî)  и Дербендихане (Derbendihan) на территории Южной (иракской части) Курдистана.

      Абу-л Фазл дает Шахразур как название местности, которое обозначает город Зура — сына Зохака, мидийского царя и основателя города. Курдская народная мольва основание города Шахрезур связывается мидийским царем Дайоком (Дей(и)ок, Дайукку, ок. 670 до н. э. — 647 до н. э.). По свидетельству Геродота, Дайукку (др.-греч. Δηϊόκης) отличался справедливостью и завоевал большой авторитет среди своих соплеменников, разрешая их споры по различным вопросам, в то время как по всей Мидии царило полное беззаконие. За эти качества жители деревни, где жил Дайукку, избрали его судьёй. Честно исполняя эту должность в течение нескольких лет, он заслужил громкую славу своей справедливостью.

     Между тем, беззакония в стране (недавно освободившейся от власти ассирийцев) усиливались. Мидийцы собрались на сходку и избрали Дайукку царём. Сделавшись правителем, тот объединил в единый союз шесть мидийских племён — бусов, паретакенов, струхатов, аризантов, будиев и магов. В качестве своей резиденции Дайукку велел построить город Экбатану.

     Возможно, этимология курдского слова «dad» («справедливость») связана с именем этого первого мидийско-курдского царя Дайока.

     Центром царства Шахрезур была историческая провинция Карка-бет-Селох — современный Киркук, позже вошедшей в состав современной Сулейманийской[2] области.

  

      В найденном пергаменте, датируемой VII веком н.э. сохранился отрывок самого древнего курдского письменного литературного памятника, где повествуется о разорении и уничтожении арабами храмов Огня по всему Курдистану и в частности, в области Шахрезур (древнего царства Карка де бет Солох сирийских источников):

 

Храмы разрушены, огни погашены,

Великие из великих спрятались.

Угнетатели-арабы разрушили

Крестьянские деревни до Шахрезура

Женщины и девушки попали в плен

Храбрые мужи лежат в крови.

Вера Зардушта осталась покинутой

Ахурамазда никому не делает добра[3]

 

       Археологические раскопки на территории Киркук и Йорган-тепе в 1925 году и найденные артефакты шумеро-аккадского и хурритского (хурриты известны с середины 3-го тыс. до н. э.) слоя указывали на наличие здесь индоевропейских (хурритские, эламские, кутийские и  касситские) элементов, что свидетельствует в пользу протокурдского характера населения.

      Известный археолог Гернот Вильхельм ономатический материал из Гасура (во второй половине III тыс. до н.э. поселение так называлось) напрямую связывает «с языком народов,  обитавших в горах Загроса», т. е. с курдами[4]. Позже это  поселение стало называться Нузи — возможно, от эпонима шумерского бога подземного царства Ниназу («госпож знание»); в государстве Эшнунна (начало III тыс. до н.э.), населенном протокурдскими племенами, поклонялись также богу Ниназу («знающий воду»)[5].

       Из архивных материалов известно и о  враждебном отношении к Нузи Ассирии. Несмотря на разрушительные набеги Ассирии, нузийцы сумели сохранить свою независимость.

       В одном из документов начала II тыс. до н.э. мы уже встречаем закрепившееся за этой областью впоследствии хурритское название города Аррапха (АРРАПХЭ), которая к этому времени уже была военно-административным и религиозным центром одноименной области. Профессор Эгон фон Эльктедт население Аррапхи считает  «важным с точки зрения выяснения корней курдов»[6]. Этого же мнения придерживается и Ботан Амеди[7].

      Из истории хорошо известно, что в рассматриваемый период три субэтнических групп доминировали в регионе и между собой оспаривали жизненное пространство: семиты в лице Ассирии (арабы, аккадцы, евреи, сирийцы и др.), хурриты-митаннийцы — в лице ирано-мидийцев-курдов (за исключением персидских племен, которые появились на территории Иранского плато в VII веке) и хетты (эллины, позже современные греки)[8].

      Аррапха входила в состав государство Митанни (Ханигальбат, XVII—XIII вв. до н. э.)  — древнее государство на территории Северной Месопотамии и прилегающих областей.

 

      Благодаря тому, что войско Митанни владело высокой техникой коневодства и колесничного боя, им удалось укрепить свое влияние и расширить границы государства между Загросскими и Аманосскими горными линиями. В XV в. до н.э. митаннйский царь Шаушаттар (Сауссадаттар, ок. 1450—1410) разгромил Ассирию. Но, позже, ослабленная внутридинастиными распрями и постоянных противостояниях с ассирийскими царями и хеттами царство Митанни при царе Шульмануашареде I (Саламансар I, 1274-1244 гг. до н.э.) было полностью разгромлено. Как писал Шульмануашаред, он взял все 180 митаннийских городов, «засыпал их развалинами», а остатки «сжег огнем». На этом самостоятельная история Митанни окончилась. И с этого времени ассирийские источники начинают сообщать об их противостояниях с мидийцами. После разгрома хеттами Митанни и усиления Ассирии Аррапха надолго подпадает под влияние последней. И только в октябре-ноябре 615 г.до н.э. мидийские войска во главе с Киаксаром отвоевали Аррапху у Ассирии. А в 612 г.до н.э. мидийцы положили конец Ассирийской державе. 

        Эти мидийцы и были потомками кутиев-хурритов. И. М. Дьяконов полагает, что Ханигальбат было названием страны, а Митанни — одного из хурритских племен и его династии.

      Немецкая исследовательница А. Камменхубер пытается доказать, что все индоиранские термины и имена собственные, выявленные в митаннийской традиции, отражают не индоиранское, а хурритское произношение. По ее мнению, хурритская династия и ее сторонники сохраняли индоиранские обычаи и заимствования из индоиранского языка, но сами говорили уже только по-хурритски. А это указывает на ее происхождение из районов, где возможны были контакты с подлинными носителями индоиранского языка, к числу которых, очевидно, относились и основатели династии. И  на этой основе она в качестве наиболее вероятной альма-матерью правящей хурритской династии размещает в районе около оз. Урмия в Северо-Западном Иране, в области, которую еще греческие историки и географы второй половины I тысячелетия до н. э. называли Матианой или Матиеной[9].

       Ошибочность суждений А. Камменхубер заключается в том, что хурриты не сохраняли «индоиранские обычаи и заимствования из индоиранского языка», а были подлинными ее носителями и позже в исторической арене стали известными как мад(а), мед и производные от этих этнонимов мата, матиены.

      Выводы И. М. Дьяконова не без основания и можно предположить, что название Митанни (маитанне или митанни, как их стали называть) — этническое и производное от этнонима мад, мед (мид) — мидийцев.

       На идентичность мидийцев с хурритами указывает и собственные имена митаннийских царей:

 

Кирта (ок. 1520)

Шуттарна I, сын Кирты Шуттарна I (или Сударна, от санскр. su-dharana — «тот, кто поддерживает благо»)

Парраттарна (П/Барат(т)ама), сын Кирты (ок. 1500—1470)

Парша(та)тар (возможно идентифицируется с Парраттарной) (ок. 1470—1450)

Сауштатар (Шаушаттар, Сауссадаттар), сын Парша(та)тара (ок. 1450—1410)

Артадама I (ок. 1410—1400; в некоторых источниках 1480-1460)

Шуттарна II (ок. 1400—1375)

Арташшумара, сын Шуттарны II (ок. 1375 v. Chr. — 1370)

Тушратта (ок. 1370 — 1350; по другим источникам 1438-1400)

Артадама II

Шуттарна III

Шаттиваза (Маттиваза/Куртиваза, Кили-Тешшуб), сын Тушратты (ок. 1350—1320)

Шаттуара I (ок. 1320—1300), зависел от Адад-нирари I

Васашатта, сын Шаттуары (ок. 1300—1280)

Шаттуара II, сын или племянник Васашатты (ок. 1280—1267), побежден Салманасаром I, царём Ассирии) 

 

       Ирано-курдский характер этих имен очевиден. Кирта – от ирано-курдского Gir – «Великан» («великий», «гигант», «колосс»); это имя Gir (Кир) носил Кир II Великий (559 — 530 годах до н. э., сын Камбиса I и царевны Манданы, дочери царя Мидии Астиага (Иштувегу). «АРТА» В царских династийных именах Артадама, Арташшумара означает «ДУХ ОГНЯ», которая нашло свое отражение в священной книге зороастрийцев «Авесте». В надписи царя Шамши-Адада V (823-810 гг. до н.э.) на монолите из Калху (Нимруда) упоминается имя Артасирар — один из царей Наири в районе озера Ван. 

       Другое хурритское имя Шаушаттар — явно ирано-курдское имя и сопоставимо с мидийскими (древнекурдскими) именами Киаксара (Huvaxştra), Haşatriti (в вавилонской версии Бехистунской надписи). В письме ассирийского царя Саргона II (722/1-705 гг. до н.э.) к богу Ашшуру с описанием похода против Урарту 714 г. в упоминается начальник поселения области в Мидии восточнее современного Хамадана некто Уксатара (закономерная ассирийская передача ирано-курдского Huxşatra). Во время  похода в 827 г. до н.э. ассирийского царя Салмансара III (859-824 до н.э.) в страну маннеев упоминается город Шаттуариа (по имени хурритского царя Шаттуара II, сына или племянника Васашатты (ок. 1280—1267)) на границе с Парсуа (область в верховьях реки Диялы), заселенный кутиями.  В одном из писем из ассирийского царского архива периода Саргона II упоминается поселение Шаттера в районе современного Ревандуза и  долине Большого Заба.  В зороастризме одно из божеств носит эпоним Хшатра Вайрья (авест. «желанная власть»).  Все эти имена и названия содержат в своем составе компонент эпонима богини Иштар (Star, Ster(k)), культ которой среди курдов всех конфессий сохраняется до сих пор.

      На территории исторического Шахрезур, в Джармо — ранненеолитическом (7 тыс. до н. э.) поселение к востоку от города Киркук в Иракском Курдистане были найдены орудия труда каменные, в том числе из обсидиана, который добывался в 300 км на берегах озера Ван[10]. Это также свидетельствует в пользу того, что с древнейших времен на территориях, прилегающих к озерам Ван и Урмия, Каспийским морем и верховьям рек Тигра и Евфрата шел процесс сложения общества людей с общей культурой, языком и традицией, то есть, современных курдов. Есть многочисленные письменные исторические свидетельства о притоке на указанные территории персов (V век до н.э.), армян (V век до н.э.), арабов (после 640 г. н.э.), турок: хазары (V в.н.э.) огузы (VII—XI вв. н.э.), сельджуки (XI в.н.э.) и пр., но нет ни единого источника о пришлости в данный регион курдов. Да и у самих курдов, к примеру, как у тех же тюрок-огузов-сельджуков («Огуз-наме») отсутствуют предания об их передвижении из одного региона в другой.   

    На курдов как на непосредственных потомков хурритов-мидийцев указывает и названия столицы Митанни.        

     Столицей хурритского государства Митанни была Вашшукканни (Васугани, Усукани, Хошкани, Сикани), которая располагалась на источнике реки Хабур. Столица Митанни поддается четкой и уверенной локализации на месте современного курдского города Сарекани (курд. Serê Kaniyê — «У истока») в провинции Хасаке на сирийской части.  Фактически город Сарекани расположен на нулевой отметке сирийско-турецкой границы и разделен между Сирией и Турцией по Багдадской железной дороге[11]. В 1962 году 20% населения этнических курдов Сирии были лишены сирийского гражданства после спорной переписи населения. В 70-е годы XX века в курдских районах на границе Сирии с Турцией властями Сирии в целях ассимиляции курдов был создан так называемый «арабский пояс» с протяженностью 375 километров длиной и 15 км. шириной. Курды с этих земель депортировали вглубь страны и вместо них были поселены арабы из провинции Ракка. Всего было депортировано 140 тысяч курдов из 332 курдские деревень. Многие населенные пункты, в том числе и курдское Сарекани был переименован в  арабское «Рас-эль-Айна» (араб. «У истока»).  Другой[12] часть этого разделенного курдского города турецкие власти еще раньше переименовали в Джейланпинар («Олений родник»)[13].

 

      Несмотря на переименование и арабско-турецкое засилье, основными жителями разделенного города по-прежнему остались курды (в Serê Kaniyê-Рас-эль-Айне — свыше 50 тысяч, Джейланпынаре – свыше 44 тысяч курдских жителей). Примечательно что, арабы и турки, как бы не старались, древняя столица хурритской Митанни сохранила свое название именно на языке своих прямых наследников-курдов.

     Многие ученые, касаясь  этногенеза курдов, указывают их в качестве прямых наследников мидийцев. Известный английский курдовед начала ХХ века Э.Б. Сон, путешествовавший по Курдистану, в своём сочинении «О курдах и их стране» пишет: «Эта же страна, где позже помещалась непобедимая Гордиэна, название которой появилось немедленно после исчезновения имени мидян, в середине царствования в Персии Ахеменидов (около 400 г. до Р.Х.) и применялось к расам, обитавшим земли современного Курдистана, то есть бывшей Мидии. И вот с того времени это был Курдистан, родина «диких народов», говоривших на языке, чистота древних форм которого является одним из лучших доказательств, что курды занимают свои высокие горы с того времени, когда арийские орды двинулись из своей «земли Восхода».[14]      

       В древних письменных  источниках область Аррапха упоминается и как Бит-Гармай, т. е. «3емля (или царство) Гармай», а город — не иначе как Карка де Бет Селох — о чем свидетельствует древняя сирийская хроника «Карки де Бет Селох»[15].

     Проход через Джибал (Царская дорога» из Истахра в Ктесифон проходил через весь Джибал) — территорий курдских племен всегда был проблематичным для царей ассирйских, династии Ахаменидских, войск Александра Македонского и Селевкидов. Поэтому для безопасного прохода следовало заранее договариваться этими племенами.

       Примечательно, что укрепляя власть на отвоеванных у селевкидов землях, второй по списку царь из династии Сасанидов, Шапур I (241—272) в 266 г. основал столицу своей империи «Бишапур» (названную в свою честь) на месте компактного проживания курдов — в Эламе (позднее столица переместилась в Ктесифон), что на перекрестке древней  дороги через Джибаль, соединяющей Истахр и Ктесифон — между Персией и Эламом. Если бы населяющие эти территории курды не были лояльными и родственными Сасанидам, то о строительстве города на таком опасном участке даже и речи не могло бы. С другой стороны, столица с его не сметной царской казной был под надежной охраной. При Сасанидах ядром области May — Мидия были Арделан и Нихавенд[16]. Арделан — это область на северо-западе Ирана, в западной части Иранского Курдистана. Центр — город Сенендедж. Область и поныне населен преимущественно курдами.

      Город «Бишапур» (Bishâpûr) сохранял значение вплоть до арабского завоевания в VII веке, а жители в нем оставались до X века.

      В  «Книге климатов» арабоязычного средневекового курдского историка Истахри, написанной в середине X в. сообщается, что во времена Истахри, как и в наши дни, пограничные районы между Персией и Месопотамией были заселены арабами и курдами…На родине автора, в Фарсе, столько курдов[17], что он отказывается привести какую-то цифру; они расселились по всей провинции, а количество войлочных палаток доходило до 500 тыс. штук. Даже в Дарабгирде персидское население незначительно[18].  Шахрезур населен курдами[19].

      Арделан в XVIII—XIX вв. представлял собой обособленную область на границе Ирана и Турции и относился к Ирану, хотя турецко-иранское разграничение оставалось весьма спорным вплоть до второй половины XIX в. Область сохранила свою целостность в административном и хозяйственном отношении после смещения Бани Ардаланов и к настоящему времени образует Сенендеджский шахристан пятого астана в Иране.

      Арделан — единственная из заселенных курдами областей, которая именовалась Курдистаном. Некоторые авторы склонны считать этот регион центром курдского этнообразования — колыбелью всего курдского племени, населяющего обширную территорию в трех смежных государствах: Иране, Ираке и Турции.

       Независимые курдские княжества Шахрезур и Мерванидов были разгромлены монголами и турками-сельджуками.

        В XVIII — первой половине XIX в. Арделанское княжество состояло из семи булуков, или провинций: Джаванруд, Авроман, Мариван, Бане, Саккыз, Хасанабад, Исфандабад. Каждый из семи булуков был разделен на четыре или пять махале, или мелких районов.

        Позже Соран как историческая область в Курдистане, охватывает современные районы Шахрезур, Гярмисир, Гярмиян (Киркук), Хавлер, (Эрбиль),  Сулеймания, Пешдер (Ранийа, Кала-Диз, Хаджи-Ава и др.), Диян (Диян,  Ревандуз, Хаджи-Имран, Сидикан, Гасре Ширин и др.), Даште Харир, Керманшах, Мукринский Курдистан (Мехабад, Миандуаб, Сердешт, Хакурке, Шаклава, Дукан, Шино и др.), Синэ, Сакккыз, Брадость и др. — эти названия этимологически связаны с  носителями курдского диалекта Соран(и).

       Шахрезур является родиной выдающихся историков, ученых, поэтов, философоф, государственных деятелей, суфийских   теологов и исламских богословов и все они известны с нисбой «Шахрезури» (то есть «Шахрезурец»).

       

       В X—XI веках фактически огоромные территории были под контролем соперничающих между собой независымых курдских династий и курдское правление до селджугского завоевания смело можно назвать «курдской племенной империей».

         Об этом ясное представление дает и династийный список курдских правителей Верхней Месопотамии, Азербайджана, Армении, Джибала (Аратта шумерских источников), Ирака, Исфахана, Рея, Фарса, Хамадана, Хорасана и других сопредельных территорий.

 

 

     Древняя карта о курдских поселениях, составленная великим курдским путешественником и географом Ибн Хаукаль (Ibn Hawqal) во второй половине X века. Выделенные на карте зеленым цветом левее дороги Хамадан — Рей территории Ибн Хаукаль указал, как: «Летовья и зимовки курдов».

 

       Согласно Абд Ар-Рашид ал-Бакуви, Сухравард — городок в ал-Джибале, близ Занджана[20]. Из этого городка был выдающийся средневековый курдский суфийский философ XII в. (его известный трактат — «Акаид ал-хукама» «Воззрения философов») и основатель и шейх ОРДЕНА «ИШРАКИЙЙА» Шихаб ад-Дин Абу-л-Футух Йахйя Сухраварди (1183-1191). Его учеником был известный курдский  философ Шамс ад-Дин Мухаммад Шахразури (?-1250) — видный представитель ишракизма. Создал биографическое сочинение о 122 философах античности и исламского периода (Нузхат ал-арвах ва равдат ал-афрах фи та’рих ал-хукама’ ва ал-фаласифа «Отрада душ и источник радостей, повествующий о жизни мудрецов и философов»), которое служит основным источником сведений о жизни ас-Сухраварди. Написал комментарии к Хикмат ал-ишрак «Мудрость озарения» и ат-Талвихат ал-лавхиййа ва ал-‘аршиййа «Заметки Скрижали и Трона» последнего. Считал себя «хранителем» (каййим) знания, содержащегося в Хикмат ал-ишрак. Создал также Раса’ил аш-шаджара ал-’илахиййа «Трактаты божественного древа» — сочинение, в котором изложил сумму современного ему философского и научного знания.

      Саади Ширази (1184 — 1291), член суфийского ордена Накшбандийя, автор двух знаменитых суфийских знаменитых произведений («Гулистан» («Розовый сад») и «Бустан» («Фруктовый сад»)), формировавших и формирующих моральные и этические воззрения миллионов людей в Индии, Иране, Пакистане, Афганистане и Центральной Азии, поддерживал тесную связь с шейхом Шахбуддином Сухраварди, основателем школы Сухравардийя, со «Столпом Века» и одним из величайших суфиев всех времен Наджмуддином Кубра. 

     Из Шахрезура был выдающийся государсвенные деятели Наджиб ад-Дин аш-Шахразури ал-киссадар[21] и его сын Баха ал-Мулк Хаджи — везиры и правители султана Ала ад-Дина Мухаммада II (1097 — 1231), в 1200—1220 гг. хорезмшах в Дженде. Дженд (также Джанд), город описываемый географами одинадцатого и двенадцатого веков как один из крупных городов Туркестана и Аральское море часто называется в этот период море Дженда. Город был разрушен монголами и сейчас это пришедшая в упадок  деревня Жанкала который располагается на правом берегу Жаныдарьи, в 115 км к западу от современного г. Кзыл-Орда Республики Казахстан. Государство Хорезмшахов (перс. خوارزمشاهیان‎ — Khwārazmshāhiyān) — среднеазиатское ирано-курдское государство в низовьях Амударьи. Наивысшего расцвета достигло в начале XIII века при Ала ад-Дине Мухаммеде II. Этот великий расцвет стал для империи кануном исчезновения под натиском нового врага, пришедшего с востока. Хорезмская империя пала от монголов. Наличие двух поколоений везиров из числа курдских знатных лиц также указывает на наличие и присутствия влиятельной курдской военно-политической власти в государсве Хорезмшахов.

     Из шахрезура был и Абу Амр Усман бин Абд ар-Рахман аш-Шахразури, известный как Ибн ас-Салах (1181—1265), шафиит, изучал фикх, хадисы, тафсир, филологию. Преподавал хадисы, его занятия пользовались большой популярностью. Возглавлял Дар ал-хадис в Дамаске. Опубликованы сочинения по хадисам и фетвы (Каир, 1348). Его труд, который известен и под другим названием – «Мукаддимат Ибн ас-Салях», является одним из лучших трудов по терминологии хадисов. В нём Ибн ас-Салях собрал разрозненные материалы из сочинений аль-Хатиба и более ранних авторов, создав по сути энциклопедический труд по хадисам.

    Среди шахрезурцев — Усман бин Абд-ар-Рахман аш-Шахразури; Шамсаддин Шахразури ( 1250-1310), который стоял у истоков линии ирано-курдских платоников; Aбд ал-Кадир аш-Шахразури; кади Баха аль-Дин Ибн аль- Шахразури; аш-Шахразури ИБН СИНА; аль-Курди аш- Шахразури аль-Мусили аш-Шафии, автор «Улюм аль-Хадис(наукам о хадисе).

      Другой известной личностью из числа шахрезурцев был и выдающийся курдский мыслитель и философ Мелае Горани (Мела Шахабаддин Ахмад Горани), углубившие свои научные и философские знания в Багдаде, Дамашке, Кудсе (Иерусалиме) и Каире, по возвращению в Курдистан основавший учебное заведение, известной как «Медресе Мела» в окрестностиях Халабджи. Слава о курдском мудреце дошла и до турецкого султана Мурада II (Мура́д II (осм. مراد ثاني‎ — Murâd-ı sânî, тур. İkinci Murat; июнь 1404 — 3 февраля 1451) — султан Османской империи, правивший в 1421—1444 и 1446—1451 годах. Сын Мехмеда I, которому наследовал в 1421 году.), который в 1441 году пригласил к себе в дворец и через год направил его в город Бурса, назначив отвественным учителем за образование своих детей. Одновременно он давал частные уроки еще в малолетнем возрасте назначенного правителем области Маниса Мехмеду II (Мехме́д II Завоева́тель (Фати́х) (осм. محمد ثانى‎ — Mehmed-i sânî, محمد الفاتح‎ — Mehmed ül-Fâtih, тур. İkinci Mehmet, Fatih Sultan Mehmet), также известный как Мехмед эль-Фатих, Магомет Великий, Магомет Завоеватель (30 марта 1432 — 3 мая 1481) — османский султан в 1444—1446 и 1451—1481) и одновременно был его советником. Историки утверждают, что именно Мела Горани Мехмеду II подал идею завоевания Константинополя. После завоевания Константинополя Мела Горани был назначен в Румелинский военный гарнизон на должность судьи по шаритаскому и обычному праву, на должности которой прослужил почти 30 лет, а в 1480 году стал Шейхулисламом Османской империи. Мела Горани на этой должности умер в 1488 г. в годы правления Явуз Султан Селима (Сели́м I Гро́зный (Яву́з) (осм. سليم اول‎ — Selîm-i evvel, тур. Birinci Selim, Yavuz Sultan Selim; 10 октября 1465 — 22 сентября 1520) — девятый османский султан и 88-й халиф с 1512 года). Из его трудов самый известный   —  Интерпретация Мелае Горани (Melayê Goranî Tefsiri, написанный на старотурецком (османском) язык. В Истамбуле  его имя носит мечет («Мечет Мела Горани») и есть мовзолей (гробница) Мела Горани[22].

 

       Мовлана Шейх Халид аш-Шахразури аль-Курди аль Багдади аш-Шами (Хусейн-е Зияддин-е Ахмад, 1792-1827)  из курдского племени Джаф также прославил свою малую родину. Он основатель суфийского ордена Накшбанди.  Мавлана Халид был учеником известного курдского ученого суфия Абдулкарима Барзанджи (Abdulkerim Berzenci). В XVIII веке многие ученые теологи из курдского племени Барзанджи как призанные авторитеты в исламском мире, по праву занимали высокие должности кадий (шариатский судей)  в Мекке и Мадине. 

       Мовлана Халиди обладал поэтическим даром и после себя оставил диван стихов лирического, любовного и философско-религиозного содержания. Даже несколько его стихотворений дают представления о нем как о действительно талантливом курдском поэте:

 

 

 Ода Пророку Мухамеду

 

(Mewlana Xalid dema li Hecê bûye, vê helbesta li ser Pêxember (s.s.x.l.) rêstîye:

 

Ha miseran neseb, ha miseran neseb

Mehbûbim, henşayê ´alîneseb.

 

Îsmeş Muhemmed, Qureyşî û Ereb

Edaş namîne kenaçeyê Weheb

 

Temamî ´umruş şeşsed û sê salen

Bab û bapîriş bê terz û halen:

 

Ebdulla, Ebdulmutelib, Haşim

Ebdulmenafen, bizaneş lazim

 

Ne tûta û ne berz, sipî û gendimgûn

Ne kewten sayeş, ne rûyî dinya dûn

 

Be weledî biyen ce Mekkeyî enwer

Çil sal çagemend bî be peyxember

 

We sêzdeyî henî ew xworcemîne

Rahî bî, koç kerdeşî we Medîne

 

Ço ge muqîm bî ta mudeyî deh sal

Mergişpeyî amace alayî bêzewal

 

Berşîce dinyayî fanî bê binyad

Ebleh kesê wen dil pêş kerr û şad

 

Sed û bîst û çar hezar pêxember e

Sêsed û sêzdeh resûlên rehber e:

 

Îbrahîm û Nûh, Mûsa ûlul´ezm

Îsa û Muhemmed bizaneş we cezm

 

Seyîdulkewneyn,xetmulmurseln

Ce masîwa heq bihter cegerdîn.

 

 

 

Стихи о любви

 

(Ev helbesta Mewlana Xalid a li ser evînê hatiye nivîsandin):

 

Dîsa diyarê dilberê wek meş´elîstan da diyar

Nûr bûn le ser Kûyê Uhud, tomar be tomar aşîkar

 

Xweş xweş nesîmê ´enberîn, bênxweş dekatin ser zemîn

Ema nebûyî ´enberîn, ya nafe yî mişkî Tetar

 

Bêwade îmşew roj helat, ya nûrî canan sat be sat

Rewşen dekatin ser bîsat (fîlleylî yûlîcun`nehar)

 

Pir bû le nûr deştî feqa, go ya hebîbî xweş lîqa

(Leylen ´elessel´î irteqa, mîn nûrîhî ilqa´û îstîna).

 

 

Газел

 

(Mewlana Xalid di Heca xwe de gava çûye bajarê Medîneyê jî, vê helbesta li jêrê nivîsiye):

 

We ewdal nekem, we ewdal nekem

Ta key xwem çun Qeys we ewdal nekem

 

Bazuwê derwêş im pir xerxal nekem

Poşakê ce lonik şa desmal nekem

 

Çenî deyriyan mal be çol nekem

Tehsîlî rûzî be keşkol nekem

 

Fenayim be xak sehrayî ber nekem

Bew kanî û sêlaw dîdem ter nekem

 

Bêx rêşey nexl zewqim pey nekem

Çargoşey cîhan mesken tey nekem

 

Perê bext wêm xak we ser nekem

Ya men ho pey sed Skender nekem

 

Ce qewm û eşîret xwom bêzar nekem

´Ezm we ey Kabil û Qendehar nekem

 

Xalid, bê refîq roj we şew nekem

Çûn tav awan terkî xew nekem

 

Çi tedbîr, ey musulmanan

Kî men xudra nemîdanem

 

Ne tersa me, yahûdîyan

Ne gebr û ne misilman im

 

Ne berrî yem, ne behrî yem

Ne şerqî yem, ne xerbî yem

 

Ne ez erkanê tebhî yem

Ne ez eflaqê gerdan im

 

Ne ez Çîn im, ne ez Hind im

Ne Bulxar û Maçîn im

 

Ne ez milkê Îraqê me

Ne ez xakê Xurustan im

 

Ne ez av im, ne ez ba me

Ne ez xak im, ne ez ateş

 

Ne ez dinya, ne ez ´iqba

Ne ez Fîrdewsê Ridwan im

 

Nîşan im, bê nîşan başed

Mekan in, Lamekan başed

 

Ne ten başed, ne can başed

Ne men ez canî canan im[23]

  

       Таким образом, Шахрезур — как одна из трех очагов сложения  курдского этноса был и родиной выдающихся творческих личностей, внесших огромный вклад в культуру, развитие философской мысли, суфизма и исламского  богословского учения.

  

---