Mы, несколько членов Езидской общины Нидерландов (в дальнейшем – ЕОН) встретились с ним месяц назад, в городе Роозендаал, Нидерланды. Интервью, любезно данное певцом и частично переработанное нами в очерк, предоставляется вниманию читателей ниже. 

     ДЫЛОВАН (Михаил Дилован) — известный курдско-езидский певец, исполнитель народных песен, родился 1-го августа 1953-го года, в Ереване. Отец его, Рашидэ Басо работал на фабрике. Однако данный труд, давая средства к физическому существованию, являлся лишь внешней оболочкой этого человека. Подлинная же миссия Рашидэ Басо, лицо его души, его истинное назначение — заключались в том, что он был известным дангбежем. Поскольку музыкальная и, главным образом, духовная атмосфера, создававшаяся дангбежами, бесспорно оказала плодотворное влияние на будущего певца, попробуем уяснить — кто же такие дангбежи.

    У каждого народа, во время расцвета устной традиции, существуют яркие личности, являющиеся в равной мере творцами фольклора и его песенно-музыкальными исполнителями. Культура древних греков непредставима без аэдов (странствовавших сочинителей-певцов, которые аккомпанировали себе на кифаре), в более поздней их модификацией стали рапсоды (исполнители, большей частью, эпических поэм), у славян повсеместно известны были гусляры и сказители, у турков — ашики (или ашуги), у тюркоязычных народов Средней Азии (казахов, киргизов) — акыны. Соответственно, у курдов — это дангбежи.

     Удивительно, что самые настоящие дангбежи существовали в Ереване ещё в 50-е — 60-е годы прошлого века (это было время, на которое пришлось детство Дилована). А именно: они жили в столице республики, со всеми её базисными урбаническими чертами. Дангбежей можно было пригласить на свадьбу, день рождения, любое иное семейное торжество. И это при том, что культура дангбежей, по словам Дилована, естественно зарождалась и вызревала, главным образом, в горных селениях, где закалке духа и его художественному развитию способствовали суровые условия жизни (долгая зима, труднодоступность районов) — в сочетании с плодотворной оторванностью от суетного мира «торговых» долин. 

     Осмелимся утверждать, что, в самом начале пути, Диловану повезло — причём дважды. Во-первых, несмотря на жизнь в крупном городе, у него, через отца-дангбежа, произошло естественное соприкосновение с корнями курдского народного мелоса. Что и до настоящего времени, оставаясь животворным источником вдохновения, составляет основу его творчества. Во-вторых… Вторым везением Дилована оказалось как раз его — только что упомянутое — городское происхождение. Именно благодаря жизни в городе, он выучился играть на удде и джюмбуше. А это умение, оттачиваемое с детства, расширило границы не только его личных возможностей, но породило и развило на основе курдской музыкальной культуры Кавказа (забежим немного вперёд) специфический жанр — городской фольклор, в котором, главным образом, и работает Дилован. 

     Дангбежи (да во многом езиды как таковые) традиционно использовали для музыкального сопровождения глиняные или тростниковые (камышовые) дудки. На смену дионисийской культуре приходит аполлоническая.

     Она более индивидуализирована — и в музыкальном искусстве связана с переходом от примитивных духовых инструментов к усложнённым струнным.

     Вышеупомянутый удд, традиционный арабский инструмент, попавший в Европу с арабами через Испанию, известен на этом материке как лютня. Джюмбуш — инструмент (как считается) традиционно турецкий. Чтобы познать собственную культуру, необходимо, как минимум, вникнуть в культуру соседей. А у курдов, в силу множественных миграций и специфики расселения (точнее сказать, рассеяния), соседей — хоть отбавляй.

     Во время учёбы в ереванской музыкальной школе Дилован осваивал греческие, турецкие (которые ему до сих пор более других нравятся из «иностранных»), русские, армянские и грузинские, национальные песни. После службы в армии, проходившей на Черноморском флоте, он поступил работать в Армянскую филармонию — и, одновременно с этим, занялся самообразованием… 

ЕОН. Расскажите, пожалуйста, об этом периоде немного подробней.

Дылован. Я был фольклористом, анализировал армянские, грузинские, азербайджанские, турецкие, арабские, иранские — и наши песни. Думаю, пока человек не знаком с культурой смежных этносов, он не сумеет правильно исполнять родное. Сегодняшние наши певцы смешивают песни различных народов…

     Но как определить конкретную национальную принадлежность песни? Да хотя бы по ритму. Для курдской музыки характерны ритмы 3/4 (три четверти), 4/4 (четыре четверти), 5/8 (пять восьмых) и 6/8 (шесть восьмых). Pитм 2/4 (две четверти) — это тоже наше. В таком ритме написано не только множество курдских песен, но и музыка для наших народных танцев, например, для говенда (хороводного танца). А вообще у нас существуют, как минимум, 56 различных народных танцев, но молодёжь этого мало знает… 

ЕОН. Нам бы хотелось узнать что-либо ещё о дангбежах из Армении…

Дылован. Их привечали, награждали, одаривали… Диалект, на котором говорят езиды, называется курманджи; песни дангбежей из Армении исполнялись именно на этом диалекте курдского языка. Одним из самых известных дангбежей Армении, которого я ещё застал (он скончался в 1976-м году), был мой родной дядя, Начоэ Джамал. Я до сих пор сокрушаюсь, что мы не удосужились записать голос этого человека. Особенно приходится сожалеть об том, если учесть, что исполнял он, в основном, песни эпического характера — об истории курдов, о событиях национального масштаба…

     На любом празднике, любом торжестве дангбежи традиционно являлись почётными гостями, их усаживали за один стол с ага (вождями племён, главами родовых кланов) и даже иноземными королями.  

ЕОН. Насколько широк интерес к народному курдскому творчеству в Армении?

Дылован. Всплеск активности «армянских» дангбежей и, соответственно интереса к ним (в новейшие времена), произошёл в 1962-63-м годах, когда в Армении организовывались даже шевберги (то есть песенные вечера, на которые дангбежи собирались специально).

     Интерес к ним проявляла и официальная культура. В Армении работал Радиокомитет, благодаря которому сохранились многие курдские национальные песни и мелодии. На радио Еревана приглашались такие дангбежи как Шароэ Бро, Рашиде Басо, Агитэ Тэджер, Карапетэ Хачо и другие.

     Именно благодаря этим радиотрансляциям искусство дангбежей оказалось известным самым широким массам Армении. В архивах Ереванского радио на сегодняшний день хранится до трёх тысяч двухсот народных курдских песен. 

     Кроме того, при Ереванском университете работал факультет Курдоведения. В школах тех районов, где компактно проживали езиды, преподавался курдский язык. Но почему-то, примерно с 1983-го года, интерес ко всему этому пошёл на спад. 

ЕОН. Можно ли где-нибудь встретить дангбежей в настоящее время?

Дылован. Сейчас среди eзидов нет почти ни одного дангбежa, — вернее, их очень мало. Могу назвать только Мамэ Сло: он живёт в Ярославле, ему уже около 75-ти лет. А здесь, в Европе, я настоящих дангбежей не вижу вообще, это просто исполнители. Природа дала им хорошиe вокальные возможности, вот они и поют — например, песню «Хекимо», автором которой является Шароэ Бро. Многие сейчас поют эту и другие песни великого Шаро, но разве можно сопоставить с «оригиналом» — их энергетику, их ауру, их воздействие на зрителя?

     Иметь хороший голос — это одно, быть дангбежем — это совсем другое. Быть дангбежем — это высокая духовная миссия, которая обеспечивается значимостью и совокупной величиной самой личности. Например я — известный певец, исполнитель народных песен, — никогда себя не считал дангбежем. 

 ЕОН. Если говорить о тематике эпических дангбежских песен, то она чрезвычайно разнообразна… Отражает размах исторических катаклизмов, а также «географические» (миграционные) последствия… Здесь и гонения на курдов-езидов, и русско-турецкая война, и борьба курдов против турецкого ига, и национально-освободительная борьба курдов…

Дылован. …плач о погибших повстанцах, трагедия армян в Османской империи, события Первой и Второй мировой войн…

ЕОН. В книге по этой теме известнейшего историка, Ордихана Джалилова, поражает (а, с другой стороны, является закономерным) тот факт, что наибольшее количество исторических песен приходится на тему «междоусобные распри»… Но давайте поговорим о лирических песнях дангбежей. Перескажите, пожалуйста, хотя бы два типичных сюжета.

Дылован. Конечно, как и у любых других народов, у курдов-езидов традиционны песни о трагической любви двух молодых людей, соединить судьбы которым не позволяет имущественное неравенство их семей. Однако форма художественной разработки у каждого народа своя.

     Для курдов-езидов, например, показательна песня «Хассо и Залхе». Хассо, простой пастух, и Залхе, дочь богатого купца, любят друг друга, но, по сути, обречены. Их свадьбе не бывать, потому что отец Залхе, человек бессердечный, бесчестный, изобретает для жениха испытание, который тот заведомо не сможет исполнить.

     А именно: Хассо, стоящий на вершине горы, своей искусной игрой на пастушеской дудке, должен приманить к себе стадо своих овец. Но деревянную лестницу, по которой это стадо могло бы подняться к своему пастуху, подлый богатей незаметно подпиливает. Таким образом, все овцы, привлечённые прекрасной мелодией, одна за другой, срываются в пропасть. А вслед за ними, взявшись за руки, сознательно бросаются туда и отчаявшиеся влюблённые. 

     Или вот другой лирический сюжет. Сидит на перепутье дорог глубокий старец. И подходят к перепутью три прекрасных девушки: одна краше другой. Они направляются куда-то по своим делам. Старец влюбляется в них — и начинает воспевать красоту каждой. Для каждой девушки них он находит особые слова, поразительные сравнения, яркие образы; он раскрывает свои нежные мечтания о том, как бы любил каждую, будь он молодым. Он импровизирует. Музыка и поэзия рождаются прямо на глазах изумлённых красавиц. Здесь и магия лирики, и вкрадчивая страстность музыки, и блистательный артистизм самого исполнения… Всё это, буквально, околдовывает девушек. Забыв о своих делах (и о летах старца), они начинают соперничать друг с другом за любовь этого преображённого искусством человека. Стоит ли пояснять, что им повстречался настоящий дангбеж! 

ЕОН. Несказанно красиво!.. А можете ли Вы вкратце сказать, какой именно вид Вашей деятельности может трактоваться как новаторский?

Дылован. Я уже говорил об освоении удда (лютни). А, например, в Радиокомитете Армении я играл на джюмбуше. Армяне традиционно играли на этом инструменте, но из езидов до меня на нём не играл никто. Это радиовещание широко велось на Армению, Грузию. Кроме того, я давал многочисленные уроки игры на этом инструменте. И ещё: я отправил полтора десятка джюмбушей детям «грузинских» езидов. То есть, по мере сил, я внедрял этот инструмент в езидский музыкальный уклад, прививал джюмбуш к ветви «кавказских» езидов.

ЕОН. Вы помните, как и когда впервые вышли на сцену?

Дылован. Конечно! Впервые я вышел на сцену в 1969-м году, в Москве, когда мне было 16 лет. Случилось это на празднике Навроза. До этого времени езиды нигде не праздновали этот день. А мне удалось три года подряд отмечать этот праздник в Москве.

ЕОН. Как Вам приходилось зарабатывать себе на жизнь — в периоды между официальной занятостью?

Дылован. Я на свадьбах хорошо подрабатывал. В месяц у меня возникало примерно по 4-5 заказов. Были влюблённые пары, говорившие, что без Дилована они отказываются свадьбу играть…

ЕОН. Какой период из армянской жизни был наиболее счастливым для Вас в творческом смысле?

Дылован. Работа в песенно-танцевальном ансамбле «Парвана» (по-русски это — «наделение», «одаривание»). Она длилась 10 лет: с 1985-го по 1995-й. Это было золотое время. Я тогда пел песни народов мира на 16-ти языках…

ЕОН. Каких?

Дылован. Это были песни грузин, армян, азербайджанцев, афганцев, турков, иранцев, иракцев, греков, испанцев, индусов, украинцев, русских, цыган… В этом ансамбле мы исполняли также и курдские песни — из уважения ко мне и к моему народу.

ЕОН. Кто был солистом в этом ансамбле? Или солисткой?

Дылован. Нашей солисткой была Сусанна Геворкян (ученица Аревика Багдасаряна), а я был одним из четырнадцати музыкантов. Каждый из нас владел четырьмя-пятью инструментами.

ЕОН. Ансамбль гастролировал?

Дылован. Да, конечно. Мы начинали наши гастроли в Грузии, а продолжили по российскому побережью Кавказа: в Анапе, Сочи, Сухуми. Что касается Тбилиси, то там, в 1989-м году, мы выступали дважды в день — и вот, 17 дней подряд, был аншлаг! Потом нам начали приходить приглашения уже из-за рубежа…

ЕОН. Когда вы начали самостоятельно выступать в Европе?

Дылован. С 1989-го года. Это организовали различные курдские организации — главным образом, общины. Как вы знаете, они существуют в Европе повсюду, особенно они многочисленны в Германии; центр их расположен в Бонне. Так вот: представители этих европейских общин регулярно посещали советские республики Кавказа. В Армении они однажды попросили порекомендовать им наиболее профессионального курдского певца. Порекомендовали меня. Хочу подчеркнуть, что местные музыкальные круги рекомендовали меня именно как певца и музыканта, но не дангбежа!

     Как следствие этого приглашения, в 1989-м году, я, каждую субботу, давал сольный концерт. В целом я выступил в пяти странах… 

ЕОН. В каких?

Дылован. В Германии, Франции, Бельгии, Голландии и Швейцарии… Я выступал перед курдскими общинами. Это моё первое турне длилось три месяца.

ЕОН. Сами ли вы сочиняете слова и музыку для своих песен?

Дылован. Я часто исполняю песни на сочинённую мной музыку — такие, например, как «Даика мн Курдистан», «Аи Cлeман Cлeман», «Домаме», «Хаса мн»… Начал с того, что сочинял музыку вообще, а уже потом стал сочинять музыку именно к песням — примерно с 70-х годов… Иногда и слова сам сочинял. А затем уже стабильно писал музыку на слова профессионалов — таких, например, поэтов как Микаилэ Рашид, Ишханэ Аслан и других. К настоящему дню у меня в репертуаре — 112 песен на мою музыку.

ЕОН. Как определить их жанр?

Дылован. Это, скорее всего, городской фольклор. Такой современный стиль, проявляющий себя в органическом сочетании гитары с традиционными курдскими инструментами. А в плане тематики — я исполняю песни любовные, лирические, патриотические… очень разные!

ЕОН. Патриотизм… Как возникло в Вас это ощущение? Без него, полагаем, невозможно исполнять песни такой тематики?

Дылован. До 1989-го года, то есть до встречи с делегацией курдских общин Европы, я, в целом, конечно, знал, что существует на земле Курдистан, но… не особенно углублялся в эту тему. Однако в результате упомянутой встречи направленность моих интересов резко изменилась. Я серьёзно заинтересовался курдскими певцами, а до этого я знал только, скажем Мейрам Хан, Кавус Ага… У меня сформировалось осознанное желание встретиться с кем-либо из профессиональных курдских певцов. И судьба подарила мне возможность узнать такого певца как Шван Первар — и даже сблизиться с ним…

ЕОН. То есть этот год оказался для Вас в некотором роде поворотным…

Дылован. Да, именно так. С 1989-го года в моём творчестве возникла новая ступень. Я начал всерьёз интересоваться курдской историей и культурой…

ЕОН. Расскажите, пожалуйста, о Вашей семье.

Дылован. У меня есть жена (медсестра), четверо детей, пятеро внуков. Все мои дети родились в Ереване…

ЕОН. Есть ли музыканты среди Ваших потомков?

Дылован. Есть! Дочь, Нуре, закончила консерваторию во Франкфурте. Она скрипачка, работает сейчас там же — как исполнитель и педагог. Сын, Рашид, играет на дудуке. Он закончил Армянский колледж имени Саят-Новы. На данный момент он довольно часто выступает по курдскому телевидению. Некоторые из внуков также всерьёз занимаются музыкой.

ЕОН. В итоге на сегодняшний день, получается, что уже четыре поколения семьи Дилован вовлечены в музыкальное искусство…

Дылован. Да: мой отец, я сам, мои дети, мои внуки…

ЕОН. Кто именно помогает Вам в продвижении Вашего искусства?

Дылован. В основном, это курдские общины. Например, начиная с 1990-го года, благодаря их финансовой поддержке, я выпустил восемь кассет. А теперь, с их помощью, я записал вот этот CD (показывает). Также помогает и курдское телевидение: такие каналы как Рож TV и Курд-1 и MMC: они предлагают организацию гастролей.

ЕОН. Что бы Вы посоветовали молодёжи, живущей в Европе?

Дылован. По возможности противостоять процессу ассимиляции. Необходимо держаться друг друга, сохранять национальную идентификацию и единство. И, конечно, следует знать историю своего народа, его религию; ценить и любить его искусство, культуру.

ЕОН. А какие у Вас были мечты в юности?

Дылован. Побывать во всех краях земли — и заниматься моим любимым делом. Они во многом сбылись… И продолжают сбываться.

Роозендаал, Нидерланды. Ноябрь, 2009

***

P. S. На прощание Дилован подписал и подарил нам свой новый CD "Ах Тамар". Диск включает в себя известные песни «гула мн», «кания дла», «каче джанэ»…

 Mala Ezdiya "Ronahî" li Hollanda 

Tel.: 0031(0)642594445 / 0031(0)612309858

E-mail: malaezdiya@gmail.com

http://forum.kurd.ru/index.php?s=187685802b534bfda86e94f69b9d2b98&showtopic=11771&pid=77029&st=0&#entry77029