Культура
ДЫЛОВАН: НАРОДНЫЙ ПЕВЕЦ, СЫН ДАНГБЕЖА
Mы, несколько членов Езидской общины Нидерландов (в дальнейшем – ЕОН) встретились с ним месяц назад, в городе Роозендаал, Нидерланды. Интервью, любезно данное певцом и частично переработанное нами в очерк, предоставляется вниманию читателей ниже.
ДЫЛОВАН (Михаил Дилован) — известный курдско-езидский певец, исполнитель народных песен, родился 1-го августа 1953-го года, в Ереване. Отец его, Рашидэ Басо работал на фабрике. Однако данный труд, давая средства к физическому существованию, являлся лишь внешней оболочкой этого человека. Подлинная же миссия Рашидэ Басо, лицо его души, его истинное назначение — заключались в том, что он был известным дангбежем. Поскольку музыкальная и, главным образом, духовная атмосфера, создававшаяся дангбежами, бесспорно оказала плодотворное влияние на будущего певца, попробуем уяснить — кто же такие дангбежи.
У каждого народа, во время расцвета устной традиции, существуют яркие личности, являющиеся в равной мере творцами фольклора и его песенно-музыкальными исполнителями. Культура древних греков непредставима без аэдов (странствовавших сочинителей-певцов, которые аккомпанировали себе на кифаре), в более поздней их модификацией стали рапсоды (исполнители, большей частью, эпических поэм), у славян повсеместно известны были гусляры и сказители, у турков — ашики (или ашуги), у тюркоязычных народов Средней Азии (казахов, киргизов) — акыны. Соответственно, у курдов — это дангбежи.
Удивительно, что самые настоящие дангбежи существовали в Ереване ещё в 50-е — 60-е годы прошлого века (это было время, на которое пришлось детство Дилована). А именно: они жили в столице республики, со всеми её базисными урбаническими чертами. Дангбежей можно было пригласить на свадьбу, день рождения, любое иное семейное торжество. И это при том, что культура дангбежей, по словам Дилована, естественно зарождалась и вызревала, главным образом, в горных селениях, где закалке духа и его художественному развитию способствовали суровые условия жизни (долгая зима, труднодоступность районов) — в сочетании с плодотворной оторванностью от суетного мира «торговых» долин.
Осмелимся утверждать, что, в самом начале пути, Диловану повезло — причём дважды. Во-первых, несмотря на жизнь в крупном городе, у него, через отца-дангбежа, произошло естественное соприкосновение с корнями курдского народного мелоса. Что и до настоящего времени, оставаясь животворным источником вдохновения, составляет основу его творчества. Во-вторых… Вторым везением Дилована оказалось как раз его — только что упомянутое — городское происхождение. Именно благодаря жизни в городе, он выучился играть на удде и джюмбуше. А это умение, оттачиваемое с детства, расширило границы не только его личных возможностей, но породило и развило на основе курдской музыкальной культуры Кавказа (забежим немного вперёд) специфический жанр — городской фольклор, в котором, главным образом, и работает Дилован.
Дангбежи (да во многом езиды как таковые) традиционно использовали для музыкального сопровождения глиняные или тростниковые (камышовые) дудки. На смену дионисийской культуре приходит аполлоническая.
Она более индивидуализирована — и в музыкальном искусстве связана с переходом от примитивных духовых инструментов к усложнённым струнным.
Вышеупомянутый удд, традиционный арабский инструмент, попавший в Европу с арабами через Испанию, известен на этом материке как лютня. Джюмбуш — инструмент (как считается) традиционно турецкий. Чтобы познать собственную культуру, необходимо, как минимум, вникнуть в культуру соседей. А у курдов, в силу множественных миграций и специфики расселения (точнее сказать, рассеяния), соседей — хоть отбавляй.
Во время учёбы в ереванской музыкальной школе Дилован осваивал греческие, турецкие (которые ему до сих пор более других нравятся из «иностранных»), русские, армянские и грузинские, национальные песни. После службы в армии, проходившей на Черноморском флоте, он поступил работать в Армянскую филармонию — и, одновременно с этим, занялся самообразованием…
ЕОН. Расскажите, пожалуйста, об этом периоде немного подробней.
Дылован. Я был фольклористом, анализировал армянские, грузинские, азербайджанские, турецкие, арабские, иранские — и наши песни. Думаю, пока человек не знаком с культурой смежных этносов, он не сумеет правильно исполнять родное. Сегодняшние наши певцы смешивают песни различных народов…
Но как определить конкретную национальную принадлежность песни? Да хотя бы по ритму. Для курдской музыки характерны ритмы 3/4 (три четверти), 4/4 (четыре четверти), 5/8 (пять восьмых) и 6/8 (шесть восьмых). Pитм 2/4 (две четверти) — это тоже наше. В таком ритме написано не только множество курдских песен, но и музыка для наших народных танцев, например, для говенда (хороводного танца). А вообще у нас существуют, как минимум, 56 различных народных танцев, но молодёжь этого мало знает…
ЕОН. Нам бы хотелось узнать что-либо ещё о дангбежах из Армении…
Дылован. Их привечали, награждали, одаривали… Диалект, на котором говорят езиды, называется курманджи; песни дангбежей из Армении исполнялись именно на этом диалекте курдского языка. Одним из самых известных дангбежей Армении, которого я ещё застал (он скончался в 1976-м году), был мой родной дядя, Начоэ Джамал. Я до сих пор сокрушаюсь, что мы не удосужились записать голос этого человека. Особенно приходится сожалеть об том, если учесть, что исполнял он, в основном, песни эпического характера — об истории курдов, о событиях национального масштаба…
На любом празднике, любом торжестве дангбежи традиционно являлись почётными гостями, их усаживали за один стол с ага (вождями племён, главами родовых кланов) и даже иноземными королями.
ЕОН. Насколько широк интерес к народному курдскому творчеству в Армении?
Дылован. Всплеск активности «армянских» дангбежей и, соответственно интереса к ним (в новейшие времена), произошёл в 1962-63-м годах, когда в Армении организовывались даже шевберги (то есть песенные вечера, на которые дангбежи собирались специально).
Интерес к ним проявляла и официальная культура. В Армении работал Радиокомитет, благодаря которому сохранились многие курдские национальные песни и мелодии. На радио Еревана приглашались такие дангбежи как Шароэ Бро, Рашиде Басо, Агитэ Тэджер, Карапетэ Хачо и другие.
Именно благодаря этим радиотрансляциям искусство дангбежей оказалось известным самым широким массам Армении. В архивах Ереванского радио на сегодняшний день хранится до трёх тысяч двухсот народных курдских песен.
Кроме того, при Ереванском университете работал факультет Курдоведения. В школах тех районов, где компактно проживали езиды, преподавался курдский язык. Но почему-то, примерно с 1983-го года, интерес ко всему этому пошёл на спад.
ЕОН. Можно ли где-нибудь встретить дангбежей в настоящее время?
Дылован. Сейчас среди eзидов нет почти ни одного дангбежa, — вернее, их очень мало. Могу назвать только Мамэ Сло: он живёт в Ярославле, ему уже около 75-ти лет. А здесь, в Европе, я настоящих дангбежей не вижу вообще, это просто исполнители. Природа дала им хорошиe вокальные возможности, вот они и поют — например, песню «Хекимо», автором которой является Шароэ Бро. Многие сейчас поют эту и другие песни великого Шаро, но разве можно сопоставить с «оригиналом» — их энергетику, их ауру, их воздействие на зрителя?
Иметь хороший голос — это одно, быть дангбежем — это совсем другое. Быть дангбежем — это высокая духовная миссия, которая обеспечивается значимостью и совокупной величиной самой личности. Например я — известный певец, исполнитель народных песен, — никогда себя не считал дангбежем.
ЕОН. Если говорить о тематике эпических дангбежских песен, то она чрезвычайно разнообразна… Отражает размах исторических катаклизмов, а также «географические» (миграционные) последствия… Здесь и гонения на курдов-езидов, и русско-турецкая война, и борьба курдов против турецкого ига, и национально-освободительная борьба курдов…
Дылован. …плач о погибших повстанцах, трагедия армян в Османской империи, события Первой и Второй мировой войн…
ЕОН. В книге по этой теме известнейшего историка, Ордихана Джалилова, поражает (а, с другой стороны, является закономерным) тот факт, что наибольшее количество исторических песен приходится на тему «междоусобные распри»… Но давайте поговорим о лирических песнях дангбежей. Перескажите, пожалуйста, хотя бы два типичных сюжета.
Дылован. Конечно, как и у любых других народов, у курдов-езидов традиционны песни о трагической любви двух молодых людей, соединить судьбы которым не позволяет имущественное неравенство их семей. Однако форма художественной разработки у каждого народа своя.
Для курдов-езидов, например, показательна песня «Хассо и Залхе». Хассо, простой пастух, и Залхе, дочь богатого купца, любят друг друга, но, по сути, обречены. Их свадьбе не бывать, потому что отец Залхе, человек бессердечный, бесчестный, изобретает для жениха испытание, который тот заведомо не сможет исполнить.
А именно: Хассо, стоящий на вершине горы, своей искусной игрой на пастушеской дудке, должен приманить к себе стадо своих овец. Но деревянную лестницу, по которой это стадо могло бы подняться к своему пастуху, подлый богатей незаметно подпиливает. Таким образом, все овцы, привлечённые прекрасной мелодией, одна за другой, срываются в пропасть. А вслед за ними, взявшись за руки, сознательно бросаются туда и отчаявшиеся влюблённые.
Или вот другой лирический сюжет. Сидит на перепутье дорог глубокий старец. И подходят к перепутью три прекрасных девушки: одна краше другой. Они направляются куда-то по своим делам. Старец влюбляется в них — и начинает воспевать красоту каждой. Для каждой девушки них он находит особые слова, поразительные сравнения, яркие образы; он раскрывает свои нежные мечтания о том, как бы любил каждую, будь он молодым. Он импровизирует. Музыка и поэзия рождаются прямо на глазах изумлённых красавиц. Здесь и магия лирики, и вкрадчивая страстность музыки, и блистательный артистизм самого исполнения… Всё это, буквально, околдовывает девушек. Забыв о своих делах (и о летах старца), они начинают соперничать друг с другом за любовь этого преображённого искусством человека. Стоит ли пояснять, что им повстречался настоящий дангбеж!
ЕОН. Несказанно красиво!.. А можете ли Вы вкратце сказать, какой именно вид Вашей деятельности может трактоваться как новаторский?
Дылован. Я уже говорил об освоении удда (лютни). А, например, в Радиокомитете Армении я играл на джюмбуше. Армяне традиционно играли на этом инструменте, но из езидов до меня на нём не играл никто. Это радиовещание широко велось на Армению, Грузию. Кроме того, я давал многочисленные уроки игры на этом инструменте. И ещё: я отправил полтора десятка джюмбушей детям «грузинских» езидов. То есть, по мере сил, я внедрял этот инструмент в езидский музыкальный уклад, прививал джюмбуш к ветви «кавказских» езидов.
ЕОН. Вы помните, как и когда впервые вышли на сцену?
Дылован. Конечно! Впервые я вышел на сцену в 1969-м году, в Москве, когда мне было 16 лет. Случилось это на празднике Навроза. До этого времени езиды нигде не праздновали этот день. А мне удалось три года подряд отмечать этот праздник в Москве.
ЕОН. Как Вам приходилось зарабатывать себе на жизнь — в периоды между официальной занятостью?
Дылован. Я на свадьбах хорошо подрабатывал. В месяц у меня возникало примерно по 4-5 заказов. Были влюблённые пары, говорившие, что без Дилована они отказываются свадьбу играть…
ЕОН. Какой период из армянской жизни был наиболее счастливым для Вас в творческом смысле?
Дылован. Работа в песенно-танцевальном ансамбле «Парвана» (по-русски это — «наделение», «одаривание»). Она длилась 10 лет: с 1985-го по 1995-й. Это было золотое время. Я тогда пел песни народов мира на 16-ти языках…
ЕОН. Каких?
Дылован. Это были песни грузин, армян, азербайджанцев, афганцев, турков, иранцев, иракцев, греков, испанцев, индусов, украинцев, русских, цыган… В этом ансамбле мы исполняли также и курдские песни — из уважения ко мне и к моему народу.
ЕОН. Кто был солистом в этом ансамбле? Или солисткой?
Дылован. Нашей солисткой была Сусанна Геворкян (ученица Аревика Багдасаряна), а я был одним из четырнадцати музыкантов. Каждый из нас владел четырьмя-пятью инструментами.
ЕОН. Ансамбль гастролировал?
Дылован. Да, конечно. Мы начинали наши гастроли в Грузии, а продолжили по российскому побережью Кавказа: в Анапе, Сочи, Сухуми. Что касается Тбилиси, то там, в 1989-м году, мы выступали дважды в день — и вот, 17 дней подряд, был аншлаг! Потом нам начали приходить приглашения уже из-за рубежа…
ЕОН. Когда вы начали самостоятельно выступать в Европе?
Дылован. С 1989-го года. Это организовали различные курдские организации — главным образом, общины. Как вы знаете, они существуют в Европе повсюду, особенно они многочисленны в Германии; центр их расположен в Бонне. Так вот: представители этих европейских общин регулярно посещали советские республики Кавказа. В Армении они однажды попросили порекомендовать им наиболее профессионального курдского певца. Порекомендовали меня. Хочу подчеркнуть, что местные музыкальные круги рекомендовали меня именно как певца и музыканта, но не дангбежа!
Как следствие этого приглашения, в 1989-м году, я, каждую субботу, давал сольный концерт. В целом я выступил в пяти странах…
ЕОН. В каких?
Дылован. В Германии, Франции, Бельгии, Голландии и Швейцарии… Я выступал перед курдскими общинами. Это моё первое турне длилось три месяца.
ЕОН. Сами ли вы сочиняете слова и музыку для своих песен?
Дылован. Я часто исполняю песни на сочинённую мной музыку — такие, например, как «Даика мн Курдистан», «Аи Cлeман Cлeман», «Домаме», «Хаса мн»… Начал с того, что сочинял музыку вообще, а уже потом стал сочинять музыку именно к песням — примерно с 70-х годов… Иногда и слова сам сочинял. А затем уже стабильно писал музыку на слова профессионалов — таких, например, поэтов как Микаилэ Рашид, Ишханэ Аслан и других. К настоящему дню у меня в репертуаре — 112 песен на мою музыку.
ЕОН. Как определить их жанр?
Дылован. Это, скорее всего, городской фольклор. Такой современный стиль, проявляющий себя в органическом сочетании гитары с традиционными курдскими инструментами. А в плане тематики — я исполняю песни любовные, лирические, патриотические… очень разные!
ЕОН. Патриотизм… Как возникло в Вас это ощущение? Без него, полагаем, невозможно исполнять песни такой тематики?
Дылован. До 1989-го года, то есть до встречи с делегацией курдских общин Европы, я, в целом, конечно, знал, что существует на земле Курдистан, но… не особенно углублялся в эту тему. Однако в результате упомянутой встречи направленность моих интересов резко изменилась. Я серьёзно заинтересовался курдскими певцами, а до этого я знал только, скажем Мейрам Хан, Кавус Ага… У меня сформировалось осознанное желание встретиться с кем-либо из профессиональных курдских певцов. И судьба подарила мне возможность узнать такого певца как Шван Первар — и даже сблизиться с ним…
ЕОН. То есть этот год оказался для Вас в некотором роде поворотным…
Дылован. Да, именно так. С 1989-го года в моём творчестве возникла новая ступень. Я начал всерьёз интересоваться курдской историей и культурой…
ЕОН. Расскажите, пожалуйста, о Вашей семье.
Дылован. У меня есть жена (медсестра), четверо детей, пятеро внуков. Все мои дети родились в Ереване…
ЕОН. Есть ли музыканты среди Ваших потомков?
Дылован. Есть! Дочь, Нуре, закончила консерваторию во Франкфурте. Она скрипачка, работает сейчас там же — как исполнитель и педагог. Сын, Рашид, играет на дудуке. Он закончил Армянский колледж имени Саят-Новы. На данный момент он довольно часто выступает по курдскому телевидению. Некоторые из внуков также всерьёз занимаются музыкой.
ЕОН. В итоге на сегодняшний день, получается, что уже четыре поколения семьи Дилован вовлечены в музыкальное искусство…
Дылован. Да: мой отец, я сам, мои дети, мои внуки…
ЕОН. Кто именно помогает Вам в продвижении Вашего искусства?
Дылован. В основном, это курдские общины. Например, начиная с 1990-го года, благодаря их финансовой поддержке, я выпустил восемь кассет. А теперь, с их помощью, я записал вот этот CD (показывает). Также помогает и курдское телевидение: такие каналы как Рож TV и Курд-1 и MMC: они предлагают организацию гастролей.
ЕОН. Что бы Вы посоветовали молодёжи, живущей в Европе?
Дылован. По возможности противостоять процессу ассимиляции. Необходимо держаться друг друга, сохранять национальную идентификацию и единство. И, конечно, следует знать историю своего народа, его религию; ценить и любить его искусство, культуру.
ЕОН. А какие у Вас были мечты в юности?
Дылован. Побывать во всех краях земли — и заниматься моим любимым делом. Они во многом сбылись… И продолжают сбываться.
Роозендаал, Нидерланды. Ноябрь, 2009
***
P. S. На прощание Дилован подписал и подарил нам свой новый CD "Ах Тамар". Диск включает в себя известные песни «гула мн», «кания дла», «каче джанэ»…
Mala Ezdiya "Ronahî" li Hollanda
Tel.: 0031(0)642594445 / 0031(0)612309858
E-mail: malaezdiya@gmail.com
http://forum.kurd.ru/index.php?s=187685802b534bfda86e94f69b9d2b98&showtopic=11771&pid=77029&st=0&#entry77029
Культура
АСКЯРЕ БОИК – 85 ЛЕТ!
Жизнь, посвящённая курдскому слову, литературе и исторической памяти
31 августа 2026 года исполняется 85 лет Аскяре Боику – выдающемуся представителю курдской литературы, поэту, писателю, исследователю и публицисту.
В истории каждого народа есть люди, чья деятельность выходит далеко за рамки одной профессии или одного поколения. Их невозможно назвать только писателями, только учёными или только общественными деятелями. Они становятся хранителями культурной памяти, связующим звеном между прошлым и будущим.
Именно к таким людям относится Аскяре Боик.
Его долгий жизненный путь тесно связан с историей курдской культуры XX и начала XXI века. Родившийся в 1941 году в Армении, получивший образование в Ереване, начавший литературную деятельность ещё в советские годы, а затем продолживший свою работу в Германии, он на протяжении десятилетий оставался верен главному делу своей жизни – развитию курдской литературы, сохранению языка, исследованию истории и культуры курдов-езидов.
Сегодня, отмечая его 85-летний юбилей, важно говорить не только о прожитых годах, но и о большом культурном наследии, которое он создал.
Начало жизненного и творческого пути
Аскяре Боик родился 31 августа 1941 года в селе Кундахсаз (Qundexsaz, ныне Рйа Таза) в Армении, в семье курдов-езидов. Начальное образование он получил в родном селе, среднее – в соседнем селе Алагяз. Впоследствии судьба привела его в Ереван, где он продолжил образование в области экономики и в 1966 году окончил факультет экономики Ереванского института сельского хозяйства.
В научных работах раннего периода он исследовал экономические проблемы сельской местности, писал книги, брошюры и статьи на армянском и русском языках. В 1974 году защитил кандидатскую диссертацию по экономике, а впоследствии занимался преподавательской и научной деятельностью.
Но параллельно с научной работой постепенно формировался другой, чрезвычайно важный мир Аскяре Боика – мир литературы.
Уже в 1960-е годы его стихи и статьи начали появляться в периодической печати и звучать по радио. Так молодой исследователь и специалист по экономике постепенно становился писателем и поэтом, а его интерес к курдскому языку и литературе превращался в дело всей жизни.
Поэт своего времени
Аскяре Боик принадлежит к поколению курдских литераторов Советской Армении, для которых литература была не просто формой художественного самовыражения. Она была способом сохранить язык, передать память, рассказать о человеке и его земле.
Его поэзия отличается особой интонацией – лирической, эмоциональной, но одновременно глубоко связанной с окружающим миром. Природа, горы, любовь, родная земля, человеческая судьба, память, одиночество и надежда становятся постоянными мотивами его творчества.
Первый поэтический сборник «Şiverê» («Тропа») вышел в Ереване в 1966 году, а второй – «Kulîlkên çiya» («Цветы гор») в 1975 году.
В 1987 году появилась книга «Tîrênc» («Луч»), а в 1997 году – сборник «Duaya serê sibê» («Утренняя молитва»). В 2009 году вышла книга «Ez kilameke melûlim» («Я – грустная песня»).
Особое место в его поэтическом наследии занимают книги «Kulîlkên birîndar» («Раненые цветы», 1998) и «Êzdîxana min» («Мой Езидхан», 2022).
Уже сами названия этих книг чрезвычайно созвучны образной системе поэта. В его художественном мире красота и боль, любовь и утрата, природа и человеческая судьба существуют рядом.
Советские исследователи творчества Аскяре Боика отмечали своеобразие его поэтического голоса и языка. Его стихи узнаваемы по собственной лексике, образности и интонации; в них чувствуется тесная связь с природой и народной культурой.
Это важнейшее качество настоящего поэта – создать такой художественный мир, который невозможно спутать с другим.
Литература для детей и будущих поколений
Значительная часть литературного наследия Аскяре Боика связана также с детской литературой.
В 1997 году был опубликован сборник стихов «Oda çîrokan» («Комната рассказов»), включавший произведения для детей. Позднее появились и другие сборники, адресованные юным читателям, среди них «Govenda herfan» («Хоровод букв») и «Perî û rovî» («Фея и лиса»).
Для писателя, посвятившего жизнь языку и культуре, ребёнок – это будущий носитель культурной памяти. Поэтому литература для детей становится не менее важной, чем научная монография или историческое исследование.
Через понятный и художественный язык ребёнку передаются слова, образы, традиции и представления о родной культуре.
И в этом смысле детские произведения Аскяре Боика следует рассматривать как часть его большой культурной миссии.
Драматургия: возвращение к классическим сюжетам
Аскяре Боик проявил себя не только как поэт, но и как драматург.
В 1980 году в Ереване вышла пьеса «Sinco keça xwe dide mêr» («Синджо выдаёт дочь замуж»). В 1989 году в Стокгольме была опубликована его пьеса «Mem û Zîn» («Мам и Зин»), обращающаяся к одному из важнейших произведений классической курдской литературы – поэме Ахмади Хани.
Для современного автора обращение к этому сюжету – одновременно диалог с литературной традицией и попытка представить её новым поколениям.
Таким образом, драматургия Аскяре Боика соединяет прошлое и настоящее, классическое наследие и современное художественное восприятие.
Проза: от рассказа к роману
Творческая палитра Аскяре Боика значительно шире поэзии.
В 1991 году в Ереване вышел его сборник «Li çiya» («В горах»), относящийся к жанру короткого рассказа. Позднее появились другие прозаические произведения.
В 2004 году был опубликован сборник «Çîrokên oda me» («Рассказы нашей комнаты»), а также роман «Xezeba Xwedê» («Гнев Божий»). В 2004 году появился и роман «Xezeb» («Гнев»). Через три года вышел роман «Bahoz» («Бахоз»).
В 2019 году увидел свет новый роман автора «Evîna qedexe» («Запрещённая любовь»), а через год – сборник рассказов «Pêneber» («Эмигрант»).
Особого внимания заслуживает роман «Bahoz», опубликованный издательством «Avesta» в Стамбуле в 2011 году. Позднее роман был переведён на русский язык и опубликован в Санкт-Петербурге в 2018 году.
Появление переводов произведений Аскяре Боика свидетельствует о том, что его творчество вышло за пределы исключительно курдоязычной литературной среды.
Исследователь и историк культуры
Однако было бы неправильно видеть в Аскяре Боика только писателя.
Вторая большая составляющая его деятельности – исследование истории и культуры курдов-езидов.
Его научные и публицистические работы посвящены различным сторонам общественной и культурной жизни курдского народа. Особенно значительный интерес представляет его многолетнее обращение к истории курдов Советского Союза.
Одной из главных работ этого направления стала книга «Çanda kurdên Sovyetê» – «Культура курдов Советского Союза».
Первое издание появилось в 2012 году, а второе издание вышло в 2019 году и насчитывает 598 страниц.
Советский период занимает особое место в истории курдов Закавказья. В Армении существовали курдская печать, радио, образовательные и культурные учреждения, формировалась собственная интеллектуальная среда. В этой среде выросло несколько поколений курдских писателей, учёных, журналистов и общественных деятелей.
Сам Аскяре Боик был не только свидетелем этого периода, но и его непосредственным участником.
Поэтому книга о культуре курдов Советского Союза представляет собой одновременно исследование и память поколения.
История езидов Армении
Другим важнейшим направлением научной деятельности Аскяре Боика стало изучение истории езидов. Этой теме посвящены, в частности, работы «Bi kurtayî dîroka êzdiyên Ermenîstanê» («Краткая история езидов Армении»), «Êzdîyatî» («Езидство»), «Êzdî û bawerîya wan» («Езиды и их вера») и другие исследования.
Эта тема закономерно занимает важное место в творческом и исследовательском наследии автора.
Сам Аскяре родился в езидской семье в Армении. Поэтому обращение к истории езидов для него – не отвлечённый академический интерес. Это одновременно исследование собственной культурной среды и стремление сохранить память о судьбах поколений.
В своих работах он обращается к истории, культуре, религии и общественной жизни езидов, стремясь систематизировать сведения и сделать их доступными для последующих поколений.
В прошлом году вышли его воспоминания «Rêya jîyana min» («Мой жизненный путь»), которые с большим интересом читаются.
Литература как объект исследования
Среди работ Аскяре Боика есть и произведения, непосредственно посвящённые литературе и литературоведению.
Особое место занимают исследования «Nûra Elegezê» («Свет Алагяза», 2004) и «Cegerxwîn û Evdalê Zeynikê» («Джагархун и Авдале Зайнике», 2022).
Само существование таких работ показывает широту интеллектуального диапазона автора. Он выступает не только как художник, но и как исследователь и хранитель литературного наследия.
Культурная жизнь диаспоры
Распад Советского Союза стал важным переломом в судьбе миллионов людей. Для Аскяре Боика новый этап жизни начался в 1995 году, когда он переехал в Германию и поселился в Ольденбурге. Однако смена страны не означала прекращения его литературной и общественной деятельности. Напротив, Германия стала новым пространством для продолжения его работы.
Аскяре Боик состоял в Союзе писателей Армении, позднее стал членом Союза писателей Советского Союза и курдского PEN-клуба.
Особенно значимым стало его участие в деятельности культурного центра «Mala Êzdiyan» («Езидский дом») в Ольденбурге.
В 2012 году, занимая должность председателя Комитета интеллектуалов этого центра, он основал Исследовательский центр езидологии. Центр постепенно превратился в важное пространство для изучения и сохранения национальной духовной культуры езидов.
Редакторская и просветительская работа
Вклад Аскяре Боика не ограничивается книгами, написанными им лично. Он также принимал участие в подготовке и издании других культурных трудов.
Под его редакторством и при его ответственном участии были опубликованы, в частности, несколько выпусков литературного альманаха «Bahara teze» («Новая весна», Ереван), книги «Mêrxasên Êzdiyan / Yezidische Helden» («Езидские герои», 2011), «Çejnên Êzîdîyan» («Езидские праздники», 2013) и «Şîxadî» («Шихади», 2016). Эти работы имеют глубокое духовное значение.
Культура существует не только благодаря авторам, которые создают новые произведения. Она существует также благодаря людям, которые собирают, редактируют, систематизируют и передают накопленное наследие.
Именно такую роль на протяжении многих десятилетий выполняет Аскяре Боик.
Слово, которое переживает время
Если попытаться определить главное в творческом пути Аскяре Боика одним понятием, таким понятием, пожалуй, станет память.
Память о родной земле.
Память о языке.
Память о людях.
Память о литературе.
Память о судьбе курдов-езидов.
Память о поколении, которому пришлось пережить огромные исторические перемены. В этом отношении поэзия, проза и исследования Аскяре Боика образуют единое целое.
Вместо заключения
За плечами юбиляра – более шести десятилетий литературной и интеллектуальной деятельности. За это время он прошёл путь от молодого поэта, публиковавшего свои первые произведения в Советской Армении, до зрелого писателя, исследователя и одного из представителей курдской интеллектуальной среды в Европе.
И сегодня, когда Аскяре Боику исполняется 85 лет, его творческий путь можно рассматривать как своеобразную летопись нескольких поколений.
Он принадлежит к той плеяде курдских интеллектуалов, которые своим трудом доказали: культура живёт до тех пор, пока находятся люди, готовые её изучать, создавать, защищать и передавать дальше.
Пусть же 85-летний юбилей Аскяре Боика станет не только данью уважения к его многолетнему труду, но и новым поводом открыть его книги, перечитать его стихи, обратиться к его исследованиям и познакомить с его наследием молодое поколение.
Желаем Аскяре Боику крепкого здоровья, долгих лет жизни, новых творческих сил, вдохновения и благополучия.
Пусть его слово продолжает звучать – на родном курдском языке, в книгах и памяти читателей, в исследованиях будущих учёных и в сердцах тех, для кого культура, язык и историческая память являются величайшим достоянием народа.
С 85-летним юбилеем, дорогой наш Аскяре Боик!
Приск Мгои
поэт, писатель, переводчик,
Заслуженный журналист Удмуртской Республики (Россия).
Ижевск, 30.08.2026
Уважаемый Мам Аскяре Боик!

От лица редакции сайта www.kurdist.ru выражаем Вам свои поздравления с 85-летием!
Вы являетесь выдающимся представителем курдской литературы, чьи произведения занимают важное место в культурном наследии курдского народа. Ваши литературные труды отражают глубинные аспекты курдской идентичности, богатство культурных традиций и исторические реалии. Ваши произведения пробуждают в людях гордость за свои корни и веру в светлое будущее.
Ваш художественный талант и многогранность творчества оказывают значительное влияние на молодых авторов и всех ценителей курдской литературы. Вы по праву признаны классиком курдского литературного искусства.
Желаем Вам крепкого здоровья, благополучия и больше положительных эмоций в повседневной жизни. Пусть Ваши идеи продолжают находить отклик в сердцах читателей, а Ваше творческое наследие будет сохранено и востребовано будущими поколениями.
С глубоким уважением и наилучшими пожеланиями,
редакция сайта www.kurdist.ru
главный редактор Бруки Л.М.
Культура
ЖАРКОЕ ЛЕТО ПАРИЖА
Аза Авдали, публицист
В силу многих обстоятельств, очень непростых, давно не была в Париже. И вот в июле я наконец-то приехала в город, который очень люблю. Люблю по многим и важным для меня причинам. Да, было очень и очень жарко в Париже, впрочем, как и во всей Франции и во всей Европе. А в некоторые дни температура просто зашкаливала, доходило до 40 градусов. Для города, особенно для такого как Париж, это, поверьте, многовато. При том, что в городе много парков — больших и маленьких, есть Булонский лес, Венсенский, но, к сожалению, большинство парижских улиц не обрамлены деревьями, как в Москве, например. Это, конечно же, усиливало невыносимость жары. Однако, тому есть веская причина: это старейший европейский город с очень длинной и невероятно захватывающей историей, а парижские улицы, которые в большинстве своем довольно узкие, ну, не считая Елисейских полей и многочисленных красивых бульваров, а потому там нет, совсем нет места даже для самых низкорослых деревьев или хоть каких-то кустарников. Ну, а Париж — такой величественный и прекрасный как всегда, да, именно как всегда, радовал глаз своей абсолютно гениальной, фантастической архитектурой, несомненным парижским шиком, который уже привычно называют давно ставшим клише выражением — «праздник, который всегда с тобой», а душу многих продолжает ласкать и возвышать той самой чарующей атмосферой, которая есть особенность, отметина и шарм этого великого города.
Почему я решилась на написание этой статьи? Попытаюсь объяснить… Да, кто-то скажет или подумает, что такая статья — совсем не формат для курдского сайта. И в каком-то смысле это правда. И тем не менее… Общеизвестно, что Париж всегда был многолюден, но сейчас он уж очень, ну очень перенасыщен людьми. Это настоящий Вавилон: много разных народов, народностей, этносов, рас, культур, традиций, образов жизни, систем ценностей. Что меня всегда поражало в этом городе? Ну, во-первых, весь этот разношерстный Вавилон говорит или хотя бы неплохо понимает по-французски. И это очень, очень круто. Да, не все, далеко не все, изъясняются на высоком французском, что, конечно же, вовсе и не обязательно, но говорят и понимают буквально все. А это чрезвычайно важно, потому что способствует далеко не хрупкому единению и несомненной общности. Эта проблема давно уже решается и поддерживается на государственном уровне. Но я тревожусь и задумываюсь вот по какому поводу: сможет ли и захочет ли этот такой радикально разношерстный Вавилон сохранить то, что есть величие и уникальность французской культуры, характера, тонкого французского юмора и изящной сатиры, особенностей французского духа, изящного и изысканного, такого отличного, не присущего иным культурам и традициям, а также иным духовностям таких высоких и значимых ценностей как восприятие и понимание красоты, свободы, в том числе и свободы личности и самовыражения? Не знаю, не уверенна. И что тогда? Нет ответа… Вернее, он есть, но, как мне, увы, представляется, он драматичный. А с другой стороны, давайте вспомним и признаем, что такие значимые и высокие понятия как Свобода, Равенство и Братство — есть суть и смысл именно французского духа, этого великого народа. Во всяком случае, это ведь Франция возвела столь высокую идею на главный пъедестал нации и держится этого важнейшего ориентира неукоснительно.
Полагаю, всем будет интересно узнать, что число курдов, как мусульман так и езидов, живущих в Париже и в его многочисленных пригородах, превышает сто тысяч. А по всей стране число живущих там курдов превышает уже двести сорок тысяч. И прибыли все эти люди во Францию из-за очень драматических и даже трагических причин. Вы знаете, вы все, конечно, знаете все кровавые страницы нашей курдской истории, все гнусные попытки уничтожить курдов, переписать и перечеркнуть значимость, роль и достижения нашего древнейшего народа, попытки многих присвоить наше искусство, многие главы нашей истории и культурных достижений. Курды помнят все, каждая страница их непростой истории навсегда в их нестираемой памяти. О чем хотелось бы напомнить и поведать всенепременно? О том, что во Франции с очень большой симпатией и несомненным уважением относятся к народу курдскому. И это факт очевидный и непреложный. Франция была первой страной, где открылся Курдский институт культуры. Курдская молодежь из всего Большого Курдистана уже многие десятилетия привлекается для участия в важнейшей программе государства и получает статус стипендиата французского правительства.
И коротко вот о чем хотела бы напомнить: впервые курдские рабочие-иммигранты из Турции прибыли во Францию во второй половине 1960 годов. А уже в 70-х годах и позже во Францию бежали тысячи политических беженцев из всего Большого Курдистана, расчлененного еще в начале 20 века между Турцией, Ираном, и на скорую руку слепленных Ираком и Сирией. Очередная драма и трагедия нашего несломленного народа. И сегодня во Франции проживает одна из самых крупных курдских диаспор Европы.
Несколько слов хотелось бы сказать о бывшем мэре Парижа мадам Анн Идальго…
В 2019 году Анн Идальго посетила Иракский Курдистан и в рамках этого визита она встретилась с губернатором Эрбиля Навзадом Хади. Стороны обсудили двустороннее франко-курдское сотрудничество и подписали ряд документов. И, кстати, это был ее не первый визит в Курдистан. Еще в 2014 году она посетила Эрбиль с бывшим президентом Франции Франсуа Оландом.
2014 год… Пришествие ИГИЛ в Курдистан. Время, когда буквально весь мир повернулся лицом к курдам, понимая, что в создавшихся обстоятельствах только курдам под силу сломить ИГИЛ. Собственно, что и произошло. И с тех самых пор гуманитарные организации Франции оказывают курдам всестороннюю поддержку. И огромная заслуга в этом принадлежит Анн Идальго. И курды Европы чрезвычайно политически активны. Но не забывая о своих курдских корнях, о своей исторической родине, они направляют весь свой интеллектуальный и гражданский потенциал на благо той страны, которая протянула им руку. Напомню, что в 2014 году во Франции и других и других европейских странах сотни тысяч курдов прошли маршем протеста против очень тесного сотрудничества Турции и ИГИЛ.
А в 2015 году был очень впечатляющий марш в Париже против турецких авиаударов Башура — Иракского Курдистана. Ни одна попытка кого-бы то ни было против курдов не проходит без ответной реакции курдов. Думаю, все помнят тот протест курдов 24 декабря 2022 года накануне Рождества, когда многие тысячи людей вышли на площадь Республики в Париже, чтобы выразить свое негодование против трех курдов убитых одним психом-расистом в 10 округе Парижа. А президент Франции Эммануэль Макрон назвал стрельбу в Париже гнусной атакой против курдов. И завершая эту статью, хотела бы вспомнить некоторые имена курдов, ставших известными за пределами Курдистана, во Франции: великий курдский поэт и исполнитель Ахмед Кайа, талантливая и известная французско-британская актриса кино Амира Казар, гениальный режиссер Йылмаз Гюней, бессменный директор Курдского института культуры Кендал Незан, Хинер Салим — талантливый кинорежиссер. Конечно, их гораздо больше, людей, прославивших свой курдский народ и страну, в которой они состоялись как личности.
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Исторические документы1 год назадКУРДСКИЙ СУДЕБНИК САСАНИДСКОГО ПЕРИОДА: «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN»(«Книга тысячи судебных решений»)
-
Курдские племена,кланы,роды.18 лет назадThe Kurdish tribes of the Ottoman Empire
-
Страницы истории13 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История13 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История15 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
История15 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра

Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий Вход