Статьи
Хейран-ханум Думбули
Армянский просветитель XIX века Хачатур Абовян писал, что "каждая курдянка в душе поэт". Действительно фольклор курдского народа своим богатством красок и разнообразием, в первую очередь, обязана именно курдской женщине, которая находила нужное время и нужные слова, чтобы в песнях выразить свою горе и радость, любовь и печаль, но при этом в них вкладывала сколько чувств и душевной щедрости, что каждая произнесенная ею слова, как жемчуг, украшающее лебединое девичье шею, или же узоры на ковре, превращались в подлинное искусство. Эти скромные народные творцы, по большинству своем неграмотные, из поколения в поколение, тысячелетиями, передавали из уст в уста сочиненные ими и полюбившееся им другие песни. Из людской памяти стирались большинства их имена, но их переживания, материализованные в песни, становились достоянием широких масс и невидимыми нитями объединяли свой народ.
Но, среди них попадались и грамотные, которые в письменной форме оставляли после себя плоды своего творчество, например, известный курдский историк XIX в. Мах Шараф-ханум Курдистани.
Кроме нее и другие курдские женщины оставляли после себя богатое творческое наследие. Большинство из этих письменных рукописей или терялись, или уничтожались, или же переписывались на чужие имена. А там, где это было не возможно, в большинстве случаев их принадлежность к курдскому народу бралось под сомнения, и их выдавали за представителей, соседними с курдами, народов. Среди них такие яркие имена, как двоюродная сестра Низами Гянджави Масхати-ханум Гянджави (XII в.), дочь Мехдикули хана, внучка Карабахского хана Ибрагимхалил хана Хуршидбану Натаван (1832 — 1897 гг.) и Хейран-ханум Думбули (ок. 1758-1838гг.).
В результате проводимых исследовательских работ, как пишет Е. Васильева, "имена курдских авторов, историографов и поэтов одно за другим возвращались из забвения"(1-5).
В общем списке курдских поэтесс, по праву, должна занимать свое достойное место и одна из талантливых дочерей курдского народа Хейран-ханум Думбули.
Первая письменная короткая информация о Хейран-ханум содержится в книге "Данишмандани — Азербайджан" Иранского литературоведа Мухаммеда Тербиати, которая вышла в свет накануне Второй мировой войны.
Хейран-ханум родилась ок. 1758г., предположительно в г. Нахичеване в Северном Азербайджане, долго жила там. Еще в начале русско-иранской войны (1826-1827 гг.), когда иранская армия отступала, Хейран-ханум Думбули переселилась в Тебриз, где она в одном из своих стихотворений упоминает о страшной чуме 1827 г. в г. Тебризе. В настоящее время известны ее три рукописи, которые хранятся в Баку, Тегеране и Тбилиси. Свой поэтический дар испытывала в жанре газель, мухаммас и рубаи (любовная лирика). Ее творчество находилось под сильным влиянием курдского поэта Мухаммеда Физули. Она воспевала чистую, нежную и безответную любовь и оставила после себя "Диван" (рукопись поэтических собраний), состоящая из 4500 бейтов-двустиший. По богатому лексикону можно судить о степени ее грамотности и высокой образованности.
Косвенно становиться ясным, что она имела какое-то отношение к семье видного государственного и военного деятеля Ирана Аббаса Мирзы (1789-1833), сына Иранского Шаха Фатали шаха Гаджара (1766-1834). Предполагается, что она вышла замуж за кого-то из ближайших соратников Аббаса Мирзы, которого она очень любила. И эта любовь какое-то время была взаимной. Но, потом ее муж, из-за меркантильных соображений, берет в жены другую и покидает ее. Потом ее, против воли, выдали замуж за другого, которого она так и до конца жизни не смогла любить, в ностальгическом горе тоскуя и оплакивая прежнюю свою любовь.
Хейран-ханум умерла в 1838 г. и похоронена в г. Тебризе. Она прожила почти 80 лет, сумев до конца жизни сохранить свой поэтический дар.
В 1961 г. в Республике Азербайджан был издан Диван ее стихотворений, в переводе с персидского языка. Естественно, в Азербайджане считают ее своей народной поэтессой, а ее этническую принадлежность указывают как азербайджанка (турчанка). В Азербайджанской Советской Энциклопедии, посвященной Хейран-ханум Думбули статье сказано, что "Азербайджанская поэтесса, родилась в конце XVIII века в семье Кенгерлинских ханов"(2). Общеизвестно, что кенгерли известное азербайджано-тюркское племя, которое осело в Нахичевани.
В действительности, она была дочерью Керим-хана Думбули(3-40). В курдском языке ее имя "Heyran" означает "Очарование".
В одной из своих газелей она пишет:
Спросишь, какова рода несчастный Хейран ,
Она, передай всему миру, одна из слуг Али[1].
Хотя и выпала на ее долю город Нахичевань,
Но, если быть точным, ее племя – Думбули (4-56).
Ее ближайшие родственники жили в Хое, Урмии, Мараге, Тебризе и Нахичевани. И это не удивительно, так как Хойское ханство охватывала области Хой, Салмас, Аваджык, Котур, Аланд, Чалдыран, Чорс, Каракоюнлу, Сокманабад, Даргах и др., граничила с ханствами Тебриз, Урмия, Маку, Нахичевань и Османской Турцией и была под контролем курдского племени Думбули. Город Хой был известен с VI века как г. Хувей. Средневековым арабским источникам племя думбули была известна, как "ад-дабибала" (5-79). С XVI века, при Иранских шахах из династии Сефевидов (1501-1736), основу Хойского ханства положили наследственные правители Хоя из племени Думбули. Известный курдский историк Шараф-хан Бидлиси в своем известном труде "Шараф-наме" посвятил целую главу этому курдскому племени.
Как он сообщает, «ашират думбули следовали езидской вере, но впоследствии их эмиры и часть аширатов отказались от той ереси и обратились на путь людей сунны и общины" (6-362), то есть, приняли ислам. «Под сунной и общиной» Шараф-хан Бидлиси подразумевал соответственно «суннизм» и «шиизм» в исламе. А часть племени продолжали исповедовать езидизм.
Султан Мухаммед передал пост эмира думбули Султан Али-беку и пожаловал ему округ Сулейман-сарай и половину округа Хой, соединив их воедино. Резиденцией он себе избрал Шарур. После его смерти предводителем племени стал его сын Назар-бек (6, 357-362).
При Сефевидах, по сообщению Эвлия Челеби, уже существовавла Эмиратства Думбули (3-63).
Турецкие султаны и Иранские шахи использовали любую малейшую повод, чтобы натравливать курдских эмиров друг на друга. Турецкий Султан наградил золотым мечом главу племени Махмуди Гасан-бека, убившего в 1552 г. Гаджи-бека Думбули(3-80). В годы правления Шаха Тахмасиба I (1513- 1576), из-за малейшего подозрения о том, что племя Думбули приближается с османами, были казнены свыше 400 человек из этого племени и 30 человек шахских царедворцев из этого жи племени (6-76, 313; 3-84).
Наибольшего могущества Хойское ханство достигло при Ахмед-хане Думбули (1736-1786 гг.). Ахмед-хан, создав союз с Карабахским ханством, сумел подчинить себе Ереванское и Нахичеванское ханства. Прекратил свое существование во время правления сына Ахмед-хана Гусейнкули-хане (1786-1813 гг.).
В это же время в Тебризе правил другой представитель этого племени Наджафкули-хан Думбули. Его сын Абд ур-Раззаг (1762/3,Хой-1828,Тебриз) был известным историком. Его перу принадлежат исторические труды "Меасир-и Султанийа" (Султанские памятники) и "История племени Думбули". Он также оставил после себя поэтический сборник, которых писал под псевдонимом "Мафтун".
Из этого рода вышли видные полководцы, государственные деятели и многие представители интеллигенции[2].
В ХIX в. часть племени думбули жили в области Битлис (7-24) и находилось в подчинении эмиратства Бохтан (7-28). Петр Лерх пишет о племени думбули, живущих на юге Диарбакыра и на севере от Хоя в уезде Сокманабад (8-71,96). Среди курдских племен Ирана источник указывает и на племя думбули (9-631).
Представители курдского племени думбули продолжают ныне жить и в восточной (иранской), и северной (турецкой) части Курдистана.
Таким образом, мы сегодня можем говорить о курдском племени думбули, столетиями контролирующими Хойское ханство, в политческие границы которой входил и г. Нахичевань, где долго жила и писала курдянка Хейран-ханум, дочь Керим-хана Думбули. Выше сказанное дает веское основание, чтобы вновь восстановленные страницы курдской истории выписать имя одной из ее талантливейших дочерей — Хейран-ханум Керим-хан Думбули.
[1]Али — четвертый арабский халиф (656-661), зять и двоюродной брать Мухаммеда. Хейрна-ханум намекает на то, что она придерживается шиитского толка в исламе.
Литература:
1. Васильева Е.И. Юго – Восточный Курдистан в XVII — начале XIX вв. Очерки истории эмиратов Арделан и Бабан. М., 1991.
2. Энциклопедия Советского Азербайджан(АСЕ).Ф-Ш.Х том, Баку,1987 г.(на азербайджанском языке).
3. Шамси М.И. Книга Шараф-хана Бидлиси “Шараф-наме” как источник изучения истории курдского народа. Баку, 1972 (на азербайджанском языке).
4. Херан Ханум. Избранные произведения. Баку, 1961 (на азербайджанском языке).
5. Поладян А. Курды в VII — X веках (по арабским источникам).Ереван, 1987 г.
6. Шараф-хан ибн Шамсаддин Бидлиси. “Шараф-наме”.1 том. М. 1967.
7. Celile Celil. XIX yüzeıl Osmanlı imparatorlugunda kürtler. Ankara, 1992 (на турецком языке).
8. Лерх П. В.. Исследования об Иранских курдах и их предках, северных халдеях. Книга 1. Спб., 1856.
9. Современный Иран. Справочник. М., 1957.
www.kurdist.ru
Статьи
Отзыв Камиза Шеддади на книгу «КУРДЫ начало исторического пути»
Уважаемый Лятиф Маммад Бруки!
Примите мои самые искренние слова восхищения и глубокой благодарности за Ваш фундаментальный труд «КУРДЫ начало исторического пути». Знакомство с этой монографией, вобравшей в себя всю Вашу сознательную жизнь, посвященную научному поиску, стало для меня событием огромной важности. Эта работа представляет собой не просто академическое исследование — это настоящий интеллектуальный и гражданский подвиг.
Будучи знаком с Вашими исследованиями с начала 2000-х годов по публикациям в журнале «Дружба», главным редактором которого Вы были, а также на портале kurdist.ru, я с самого начала как читатель мог оценить системность и глубину Вашего подхода. Эти две платформы стали в буквальном смысле школой истории для русскоязычной курдской общины постсоветского пространства, а со временем — наиболее цитируемыми источниками для всех, кого интересовала непредвзятая история курдов, Ближнего и Среднего Востока. В ходе собственных изысканий я постоянно обращался к Вашим трудам, а Вы не раз любезно делились со мной ценными источниками, за что приношу свою особую признательность.
Однако именно в этой книге, объединившей все Ваши предыдущие работы — как опубликованные, так и долгие годы хранившиеся в рукописях, — Вы создали поистине энциклопедический труд. Это всеобъемлющее исследование, где каждая глава, каждый вывод становятся частью целостной картины многовековой истории курдского народа.
Особое значение имеет то, как Вы последовательно и доказательно восстанавливаете историческую преемственность курдского этноса. Опираясь на авторитет таких учёных, как М. С. Лазарев, Н. Я. Марр, В. Ф. Минорский, а также привлекая целый корпус средневековых источников — от трудов арабоязычных курдских, арабских и персидских авторов до свидетельств сирийских, армянских, албанских и грузинских хронистов, — Вы создаёте неопровержимую цепь доказательств, простирающуюся от древних цивилизаций (кутии, луллубеи, хурриты) до современности. Такой многоуровневый подход, синтезирующий данные различных историографических традиций, придает Вашим выводам исключительную убедительность. Ваш анализ «Страны Карда» как исторического сердца Курдистана и прослеживание территориальной преемственности от Мидии до современного расселения курдов представляет особую научную ценность.
Ваша работа — это не просто изложение фактов, а смелый вызов сложившейся историографической традиции, десятилетиями игнорировавшей или сознательно искажавшей курдскую историю. Вы убедительно показываете, как политические интересы государств, разделивших Курдистан, привели к системному уничтожению исторической памяти целого народа. Ваше исследование становится актом восстановления исторической справедливости.
Глубоко тронул проведенный Вами анализ положения курдов как «пасынков истории». Вы не просто используете этот емкий образ, но и наполняете его горьким содержанием — от запрета родного языка до физического уничтожения. При этом Вы избегаете эмоциональных оценок, позволяя фактам говорить самим за себя, что делает Вашу работу особенно убедительной.
Особо хочу отметить значимость Вашего методологического подхода. Вы не только вскрываете проблемы историографии, но и предлагаете конкретные пути их решения. Ваш тезис о том, что объективное изучение курдской истории может стать основой для межнационального согласия на Южном Кавказ и на Ближнем Востоке, представляет не только научный, но и практический интерес.
Эта монография, без преувеличения, открывает новую страницу в курдоведении. Вы не только подводите итог многолетним исследованиям, но и задаете новый вектор для будущих изысканий. Ваш труд — это мощный ответ тем, кто пытается отрицать автохтонность и историческую значимость курдского народа.
Уверен, что эта книга станет настольной для всех, кто серьезно интересуется историей Ближнего Востока и Кавказа. Она бросает вызов не только историкам-курдоведам, но и всей современной исторической науке, призывая к пересмотру устоявшихся, но неверных концепций.
С глубоким уважением и благодарностью,
Камиз Шеддади
член Международной федерации журналистов (IFJ) и Союза журналистов РФ,
переводчик, лингвист, историк, публицист.
Статьи
«Курдский Проект» Иосифа Сталина
В конце 1945 года СССР был в одном шаге от войны с Турцией...
Несмотря на то, что Турция формально не принадлежала к числу сателлитов фашистской Германии, СССР на протяжении всей Великой Отечественной войны рассматривал южного соседа как потенциального противника.
Показательно, что германо-турецкий договор о дружбе и сотрудничестве был подписан 18 июня 1941 года — за 4 дня до нападения на СССР. Некоторые историки, в том числе турецкие, утверждают, что обе стороны устно тогда же договорились о вступлении Турции в войну против СССР при максимальном приближении войск Германии и ее союзников к Закавказью и Каспию.
Как отмечается в мемуарах бывшего начальника советского генштаба С.М. Штеменко, осенью 1941-го и в середине 1942 года никто не мог поручиться, что Турция не выступит на стороне Германии: на границе с советским Закавказьем сосредоточились 26-28 турецких дивизий, оснащенных в основном германским оружием. На случай, если турецкое вторжение пойдет через Иран на Баку, на ирано-турецкой границе стоял советский кавалерийский корпус, усиленный стрелковой дивизией и танковой бригадой. Пропуск Турцией через Дарданеллы-Босфор германских и итальянских военно-морских сил в июне 1941 года в Черное море, а в 1944-м — в обратном направлении, также до предела обострили взаимоотношения СССР и Турции.
В апреле 1945-го СССР денонсировал советско-турецкий договор 1931 года о ненападении и нейтралитете и перестал юридически признавать существовавшую на тот момент советско-турецкую границу. Затем Сталин официально заявил на Потсдамской конференции, что Турция должна вернуть Армении и Грузии их территории, захваченные в период военно-политической слабости Советской России. Речь шла, как минимум, о восстановлении российско-турецкой границы на август 1914 года. Кроме того, СССР потребовал международного контроля за маршрутом Босфор — Мраморное море — Дарданеллы и поддержал претензии Греции на центрально- и южноэгейские острова (бывшая итальянская колония Додеканес), на которые претендовала и Турция, потерявшая их из-за поражения в итало-турецкой войне 1911-1912 гг. В конце 1946 года Москва и Анкара приближались к военному конфликту. СССР стянул до 30 дивизий к турецкой границе, советские военно-морские базы в 1945-1946 гг. появились в Румынии и Болгарии.
Одновременно СССР задержал вывод своих войск из Северного Ирана, а советской прессе с апреля 1946-го, когда отмечалась 31-я годовщина турецкого геноцида армян, началась кампания в поддержку «справедливых требований армянского народа», подразумевавшая предстоящее признание Советским Союзом геноцида армян в Турции.
Затем, после перехода весной 1947 года ирано-азербайджанской границы отрядами курдских повстанцев и беженцев во главе с Мустафой Барзани, у СССР появился новый рычаг давления на Турцию. Сталин поручил разработку новой политики в курдском вопросе руководителям Азербайджана, где в 1922-1931 гг. был курдский автономный округ (сейчас это Лачинский район, находящийся с мая 1992 года под контролем армянских формирований Нагорного Карабаха), и Узбекистана — Джафару Багирову и Усману Юсупову. В августе 1947-го Сталин назначил Юсупова ответственным за подготовку курдских военных отрядов в Узбекистане для последующих их действий в Турции и Иране. Силы Мустафы Барзани были в 1948 году передислоцированы в Узбекистан, где находилось большинство депортированных в конце 1930-х из Закавказья в Среднюю Азию курдов. В свою очередь, Джафару Багирову было поручено разработать предложения по воссозданию курдского национально-автономного округа. В тот же период были установлены постоянные контакты с курдскими партизанами в Турции и даже с зарубежной антибольшевистской партией армянских националистов «Дашнакцютюн», имевшей свои подпольные структуры на Северо-Востоке Турции.
В конце 1947 года Джафар Багиров предложил создать курдский автономный округ не на прежнем месте, а на севере Нахичеванской АССР Азербайджана — в Норашенском районе, граничащем с Арменией и Турцией. По его мнению, такое расположение округа помогло бы установить более тесные связи с курдами Турции и Ирана. Затем автономию планировалось расширить за счет курдских районов Игдыр и Нор-Баязит в турецкой части Западной Армении, которую намечалось вернуть Армянской ССР. Переселение курдов в Азербайджан началось в 1946 году и продолжилось в 1947-1948 гг. Отметим, что в современном Азербайджане, по оценкам российского агентства Regnum , проживает как минимум 150 тысяч курдов. Курдская община представлена и в азербайджанском истеблишменте, занимая важные государственные посты. Этническими курдами являются, в частности: гендиректор государственной нефтяной компании Азербайджана Ровнаг Абдуллаев, мэр Баку Гаджибала Абуталыбов, начальник личной охраны президента страны Ильхама Алиева Бейляр Эйюбов, председатель государственной телерадиокомпании Ариф Алышанов, руководитель крупнейшей в Азербайджане многопрофильной корпорации «Азерсун» Абдулбары Гезал.
Однако в том же 1947 году в ситуацию вмешались США, которые разместили на турецкой территории свои военные и разведывательные базы. Значительная часть таких объектов находилась в непосредственной близости от советской границы. Еще раньше Гарри Трумэн отказался выполнять обещания, данные Сталину Рузвельтом, о размещении советских баз на ливийской и турецкой территории. В этот же период конфликт СССР с титовской Югославией ослабил позиции Сталина на южном направлении, что также не могло не отразиться на «курдском проекте». Вывод советских войск из Ирана в январе 1948 года еще более усугубил ситуацию.
Между тем, осенью 1951-го ВМФ США и Великобритании получили право использовать, случае угрозы безопасности Турции и обороноспособности НАТО, турецкие порты на Черном море. Однако Анкара продолжала требовать от США дополнительных гарантий безопасности, которые и были даны ей весной 1952 года, когда Турция вступила в НАТО. После смерти Сталина «курдский проект» был надолго законсервирована Советским Союзом. Уже в мае 1953 года Москва объявила о признании советско-турецкой границы, а впоследствии Никита Хрущев лично извинился перед послом Турции в СССР за «сталинские несправедливости».
Источник: yasen-krasen.ru
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Страницы истории12 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История13 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История14 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра
-
История15 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
Культура6 лет назадТемур Джавоян со своим новым клипом «CÎnar canê («Дорогой сосед»)»
-
Археология16 лет назадКурдистан — колыбель цивилизации. Хамукар.

Обратный вызов: حیران خانم دنبلی - لطیف ممد؛ برگردان: کامران امین آوە - اخبار روز - سايت سياسی خبری چپ