Свяжитесь с нами

Культура

Здесь курдов очень уважают и ценят за их труд…

Опубликованный

вкл .

Интервью с Савто Джафари, президентом региональной езидско-курдской общественной организации «Шумер»

Л.М.: Уважаемый Сафто Джафари, пожалуйста, в целях ознакомления расскажите немного о себе.

Я родился в 1939 г. в селе Кондаксаз Армянской ССР. Начальное образование получил в родном селе. Среднюю школу окончил в соседнем селе Алагяз, С 1958 по 1962 г. служил в армии. С февраля 1963 г. заведовал сельским клубом в родном селе Кондаксаз. В 1966 г, поступил в Московский художественный институт и окончил его в 1970 г. После окончания института был направлен на работу в Курскую область — сначала в совхоз -Тимский" директором Дома культуры и художником, а потом меня перевели в г, Курск — художником в областной Художественный фонд. В 1979 г. поступил VI в 1984 г, окончил исторический факультет Курского педагогического института.

С 1983 по 1990 г. работал заместителем генерального директора «Курсктарэ". Нас всех потрясло страшное землетрясение 1989 г. в Армении, унесшее в одночасье десятки тысяч человеческих жизней и причинившее много разрушений. Вся наша великая страна, которую мы так легко потеряли, жила бедой Армении и армянского народа, туда потянулись десятки тысяч добровольцев для ликвидации последствий землетрясения. Вместе с интеллигенцией из Курска я также уехал в Армению. В Армении нам были искренне рады и меня назначили директором школы в селе с курдским названием Амре-таза, где я на практике много времени уделял укреплению дружбы братских народов — армян, курдов и русских, потому что наша школа была интернациональной. В Армении я работал почти 11 лет. У нас действительно был дружный и интернациональный коллектив. В 1999 г. нашей школе присвоили имя курдского педагога Сайда Мурадова, который за долгие годы труда в родной школе внес огромный вклад вдело воспитания подрастающего поколения. В 2001 г., по многим объективным и субъективным причинам, я вернулся в Курск и меня назначили директором Лисовской средней школы Курска, где и работаю по настоящее время.

Л.М.: Какими проблемами живет курдская общественность Курской области? Как вы строите взаимоотношения с местным населением и руководством? Есть ли взаимопонимание?

После развала СССР Закавказье превратилось в «горячую точку», многие, боясь за своих родных и близких, вынуждены были искать счастья и благополучия в России, и это не спонтанное решение. Многие курды, как и 200 лет тому назад бежавшие от турецкого ятагана под надежное покровительство России, ныне все свои надежды связывают с Россией и русским народом. Многие курдские переселенцы выбрали для себя местом жительства Курскую область и в данный момент живут они в основном в селах и районных центрах и занимаются сельскохозяйственными работами. Сюда курды переселились из Армении и Грузии. Курдов в Курской области около десяти тысяч человек. Занимаются в основном скотоводством и земледелием, но и работают в торговле. Все они в настоящем понимании этого слова труженики. В общине нет выделяющихся своим богатством людей. Здесь курдов очень уважают и ценят за их труд. Большинство курдского населения — граждане России, старики получают пенсию, женщины — пособие на детей. А тем, кто еще не является гражданами России, стараются помочь в рамках российского законодательства.

Высокое чувство гуманизма, действительное желание помочь людям, оказавшимся в беде, — основной принцип руководства Курской области. Именно благодаря усилиям администрации все вопросы в пределах их компетенции решаются оперативно и без волокиты. Отношения с местным населением стабильные и хорошие и обоюдно делается очень много для их поддержания и развития. Областная администрация во главе с губернатором А. Михайловым определила для курдов село в Хамутовском районе Курской области. В колхозе заняты скотоводством и свиноводством, имеем 2600 гектаров земли для пахоты, а также лес и даже озеро. Село — с развитой инфраструктурой, есть двухэтажная средняя школа, дом культуры, столовая, магазин, мастерские. Областной отдел образования разрешил преподавать в школе курдский язык. В той школе, где я работаю, вместе с русскими детьми учатся курды, армяне, украинцы, грузины, татары и узбеки. Коллектив большой, люди работают дружно, нет разницы, кто какой национальности.

Л.М.: Когда и для каких целей была создана региональная езид-ско-курдская общественная организация «Шумер»?

Наша организация была создана 14 марта 2002 г. при поддержке местного руководства и призвана удовлетворить духовно-культурные запросы курдской общины Курской области. Поощрение, сохранение и развитие национальных традиций, культурно-духовных и религиозных ценностей курдского народа, обучение детей курдскому языку, конкретная помощь нашим соотечественникам в адаптации к местным условиям совместного проживания, ознакомление наших соседей с курдской культурой, содействие укреплению мира и дружбы между народами, расширение культурных связей с зарубежными соотечественниками, организация культурно-просветительской работы, привитие членам диаспоры чувства гражданской ответственности и уважения законов, любви к России — вот наши основные цели и задачи.

Я надеюсь, что при поддержке областного руководства и при помощи нашей организации проживающие в Курской области курды станут примерными гражданами и совместно с российским народом будут трудиться на благо России и курдской диаспоры.

Л.М.: Мы также являемся частью наших зарубежных соотечественников и рады приветствовать их представителя в вашем лице здесь, в России. Что бы вы хотели сказать читателям нашего журнала?

Несомненно, то, что вы делаете — очень нужное и благородное дело. Хотя это очень трудоемкая и тяжелая работа. Но она нам всем очень необходима. Особенно нашему народу. Работа журнала "Дружба" очень полезна, и я ее приветствую. Десятилетиями многие наши недруги в своих интересах использовали курдскую карту. Нас разобщили, сказав нам: "ТЫ — мусульманин", «ты — езид», "ты — алавит» и т.д. Но никто ни разу не сказал нам: "Ты — курд!» и "Объединяйтесь, станьте единым народом!" И за кого только нас, курдов, за всю нашу историю ни выдавали: турок, арабов, персов, азербайджанцев и даже армян. Целые тысячелетие мы были объектом всяких грязных игр. Цель — разъединить и сделать нас чужими, отдалить друг от друга и использовать в своих целях. И во многом это им удавалось. Но с началом деятельности РПК все резко изменилось. РПК объединила всех нас и помогла нам постепенно избавиться от наших тысячелетних болезней, от которых мы обязательно излечимся.

Каждый курд вправе придерживаться определенной религии, и он волен в свободе совести. Но мы, курды, должны отстаивать и свою национальную принадлежность. Я уверен в проживающих здесь соотечественниках. И где бы я ни был, у кого бы ни гостил, хоть у мусульманина, хоть у езида, я одинаково пользуюсь курдским гостеприимством и чувствую себя как дома. Мы должны быть более организованными и сплоченными. Ни один народ без организации, без общепризнанного национального лидера не может достичь своих стратегических целей. Курды должны придерживаться того, что их объединяет, а не разъединяет. Мы народ, обладающий богатой культурой и древней историей. Мы все должны придерживаться своих национальных корней. Проживающие в странах СНГ курды — часть нашего многомиллионного народа. Мы надеемся, что курды СНГ будут пользоваться теми же правами, что и коренные народы этих республик, и будут жить без проблем, без особых трудностей. Я очень счастлив и горд, что мне удалосьеще раз посетить проживающих здесь курдов и поделиться с ними жемчужиной нашего фольклора. Будьте счастливы!

Лятиф Маммад

Журнал Дружба. Ноябрь 2002 г

Культура

Хранители гор: курдская притча как документ коллективного самосознания

Опубликованный

вкл .

Автор:

В далёкие 1980-е годы в Армении, в горах Агриджа, у подножья плато Heylo, на стоянке Zeyan/Zeylî, ночью, у мерцающих, как звёзды на небе, огнищ из дубовых дровишек костра, в полнолуние, при фантастическом очертании гор рассказ отца про притчу о горах я воспринял как свершившийся факт договора между Богом и курдами.
Потом всё это забылось и куда-то отложилось. Но, спустя годы, та самая притча, рассказанная отцом, всплыла в дремлющей памяти как свет от молнии на ночном небе… И я понял, почему эти притчи обречены на вечность, пока жив народ, который воспринимает эти горы как живых, наделённых душой творений и получает от них силы духа, несгибаемости, стойкости, терпения. А красота горных пейзажей с их скалами, родниками, поющими ручьями, полевыми цветами обогащает духовно-культурный код народа. Поэтому неудивительно, что у курдов, без ложной скромности, общепризнанно самый богатый фольклор во всей Передней Азии и на Ближнем Востоке.

Вот эта рассказанная отцом, притча:

Когда Всевышний сотворил горы, они обратились к нему с мольбой:
«О, Создатель! Ты сделал нас такими величественными, снежными, холодными и неприступными. Кому мы нужны в таком виде?»
В ответ на их мольбу Господь создал курдский народ и, указав на горы, произнёс:
«Я поручаю вам эти горы! Отправляйтесь к ним! Они так одиноки и беззащитны… Будьте им опорой и защитой!»
С тех пор курды стали хранителями этих гор. И они никогда не покинут их, ведь Бог доверил их нам.

Народ, живущий у подножия гор, может рассказывать о них по-разному: как о препятствии, как о границе, как о руднике, кормящем металлургию. Курдская традиция выбирает четвёртый путь — гора в ней не объект, а персонаж, с которым заключён договор. Горы, созданные величественными и неприступными, тревожатся о собственной нужности — и получают ответ в виде народа, которому поручено быть им опорой.


В этой короткой притче сосредоточено всё, о чём пойдёт речь в настоящей статье: идентичность, не отвоёванная, а доверенная; ландшафт, не покорённый, а принятый на попечение; и особая фигура — хранитель, чьё право на землю неотделимо от обязанности перед ней.

Притча даётся здесь не как «сказка», а как документ коллективного самосознания: народ сам формулирует, кто он и зачем. Обратите внимание на саму конструкцию сюжета: горы не жалуются на свою судьбу — они жалуются на одиночество. Создатель не смягчает их, не делает ниже и теплее — он присылает им попечение. Народ здесь не просит изменить среду — напротив, среда сама доверяется людям. Так отношение к горам закрепляется не как завоёванное владение, а как принятое поручение.
Горы у курдов как культурный код: Загрос, Кандиль, Хекари, Агри/Арарат, Сипан, Савалан, Агриджа, Ахманган (от Ах и Маг — «Земля магов/мидийцев») — для курда это не просто названия хребтов и местностей. Гора в курдской культуре не фон, а субъект отношений. Курдское слово çiya (гора) живёт в поэзии, в топонимике, в эпосе: гора зовётся, оплакивается, наследуется.

Она — не «место, где живём», а «тот, с кем живём».

В легенде горы наделены голосом и эмоцией — одиночеством и беззащитностью. Ландшафт антропоморфизируется и становится участником договора. Отсюда — этика отношения к месту: «своего» не разоряют. Идентичность здесь вторична по отношению к сакральной легитимации: народ не присваивает горы, а принимает их из рук Создателя. Это принципиально отличается от логики территориального освоения.

Архетип хранителя. Формула «Бог доверил» соединяет право и обязанность в одно целое: курд остаётся на своих горах не потому, что он их покорил, а потому, что ему вверено быть им опорой. Служение вместо владения — таков стержень образа.
Кросс-культурная рамка делает уникальность курдского варианта наглядной. В мифологиях горных народов фигура хранителя — стража перевала, хозяина вершины — одна из базовых: кавказская традиция знает образ «гостеприимного хозяина», альпийская — «жителя долины». Но там хранитель — отдельный герой, дух или община, оберегающая свой дом.


Курдский вариант уникален тем, что хранитель — не отдельный герой и не сверхъестественное существо, а весь народ как коллективный персонаж. Не покорение, а опека.

От ландшафта к памяти. Перевал, где встретились путники. Родник, у которого сидели до рассвета. Пещера, где хранили зерно и слова. Устная традиция курдов привязывает мораль к местам: география работает как мнемоническая структура, как коллективная память, вписанная в рельеф.


Археологические материалы это подтверждают. Святилище у Гыре Мыраза (турки храмовый комплекс называют Гёбекли-тепе), пещерные комплексы Загроса, Зиярат на горах Ахмангана (в советские годы Армении Ахманган переименовали в «Гегамские горы») — это не случайные точки на карте, а «опорные камни» культурного ландшафта: места, где ритуал, хозяйство и память сходились в одном пространстве. Притча о горах — не просто красивое сказание. Это карта: она объясняет, почему горы в курдской поэзии, песне и топонимике живут как родня, а не как рельеф.
Современное звучание. Легенда, сформулированная веками назад, сегодня читается двояко.


Как экологический императив: горные экосистемы хрупки, перевалы вытаптываются, родники пересыхают. Тот, кто считает себя хранителем, отвечает за тропы и вершины — не только в метафоре.


Как культурный: сохранение языка, песни и памяти — это и есть та самая «опора», о которой говорит Создатель. Пока живёт слово — горы не одиноки. Сохранить колоритный курдский язык, который звучит как струны гитары, — курманджи, сорани, зазаки, авромани, леки, лури, бахтияри — значит сохранить тропу к горам.

Вместо заключения
Притча оставляет нам один простой вопрос.
Когда Создатель указывает на горы и говорит «поручаю вам» — он доверяет не землю, а людей. И хранить приходится не только вершины, но и самих себя — теми, кто рядом с этими вершинами остался: КУРДЫ…

Бруки Л. М.

Продолжить Чтение

Культура

ПАШАЕ АФО: «НЕ СМОТРИ НА МЕНЯ ТАК!..»

Опубликованный

вкл .

Автор:

(Его памяти)

Не смотри на меня так, не смотри на меня так,
Без дыма, без дыма — сердце моё горит!..

Три года назад, почти в эти же сентябрьские дни, тысячи поклонников народного певца Пашае Афо услышали эти строки его песни — но на этот раз не так, как обычно. В тот день они звучали с особой грустью и состраданием.

К тому времени он уже несколько месяцев тяжело болел. Сердце этого певца, автора песен и обладателя тонкого, мягкого голоса горело — без дыма, без конца…

В начале сентября 2023 года мне позвонил мой друг Хачое Коте и сообщил, что Пашае Афо очень тяжело болен: у него онкологическое заболевание. Он отгородился от всех — от друзей, родственников, от окружающего мира. Отключил телефон и ни на чьи звонки не отвечал.

У меня были два его номера телефона. Я звонил ему, набирал снова и снова, но, увы, ответа не было. И тогда я погрузился в тяжёлые раздумья: «Эх, коварная судьба!..»

Да, этот мир не является чьей-либо собственностью, и жизнь человеческая не вечна. Но болезнь приходит внезапно, не выбирая людей, не зная ни границ, ни времени года…

И вот 22 сентября пришла печальная весть: по милости Божией Пашае Афо скончался.

С грустным и тоскливым сердцем, с глубокими и тревожными мыслями я мысленно вернулся в середину 1970-х годов, когда песни Пашае звучали в эфире нашего ереванского радио.

Царство ему Небесное! Халиле Чачан Мурадов в своё время пригласил Пашае Афо и записал несколько его песен, которые до сих пор хранятся в золотом фонде радио: «Wisa nenêr tû li min», «Ax, nazikê, nazdarê», «Ez werdeka gola şînim», «Giryê saz».

В последние годы Пашае Афо сочинял песни на стихи Аскяре Боика, Хачое Каро и автора этих строк и публиковал их в социальных сетях.

Он был очень добрым человеком и хорошим другом. Мы часто созванивались. Паша говорил, что по музыкальному стилю, особенно по характеру аранжировок, его творчество близко к пению Араме Тикрана. И в этом действительно была своя истина: Арам играл на сазе, а Паша пел.

Однажды он позвонил мне, и мы долго разговаривали о народном фольклоре, музыке и песнях. В конце нашей беседы он спел мне одну историческую песню.

Паша также сочинял песни на собственные стихи. Он знал множество хороводных песен. В минуты радости он пел, пел и танцевал на свадьбах, радуя людей своим мягким и проникновенным голосом.

Пашае Афо родился 11 сентября 1956 года в селе Кибихтапа Талинского района Армении. После окончания школы два года служил в Красной Армии. После военной службы получил высшее образование в Ярославском педагогическом университете в России. В течение многих лет преподавал русский язык в соседнем селе Сорик. Долгое время был главой своей родной деревни.

После распада Советского Союза Паша вместе с семьёй уехал в Россию и поселился в Ярославле. В этом городе проживает большая езидская община.

Именно в Ярославле, 22 сентября 2023 года, после непродолжительной болезни Пашае Афо ушёл из жизни.

В течение трёх дней перед его домом было многолюдно: поклонники, друзья, земляки и знакомые приходили проститься с любимым певцом.

Пашае Афо был похоронен на Ездском кладбище Ярославской области.

Сегодня ему исполнилось бы 70 лет.

И сегодня, в день рождения Пашае Афо, в наших ушах вновь звучат строки его песни. Но теперь они звучат иначе — с глубоким волнением, светлой грустью и чувством благодарности за его жизнь, его творчество и память, которую он оставил после себя.

Не смотри на меня так, не смотри на меня так,
Без дыма, без дыма — сердце моё горит!..

Приск Мгои
Россия, Ижевск, 11 сентября 2026 года

Продолжить Чтение

Популярные публикации