Другой вариант этого мифа изложен в священной книге зороастрийцев — «Авесте» («Видевдат» 2.1-43. «Миф о Йиме»).

      Также вариант этого мифа имеется в Библии и Коране.

В  пехлевийском сочинении «Ривайат» и «Шахнаме» А .Фирдоуси прообразом Йима выступает Джамшид.

        Несколько вариантов данного мифа подробно анализируются в статье «Древняя мифология и курды. Арарат или Джуди?», где автором рассматривается та этническая почва, на которой первоначально был и  создан  этот миф.

 

 

СКАЗАНИЕ О ПОТОПЕ

 

 

 

                          (ИЗ ГИЛЬГАМЕША)

 

 

Гильгамеш говорит отшельнику Ут-Напиштиму:

«О, Ут-Напиштим, я тебя созерцаю,

Твой облик не страшен, ты мне подобен,

Ты мне подобен, со мной не различен.

Твое сердце годится, чтоб смеяться в сраженьи,

Как все, когда спишь, ты ложишься на спину!

Почему ж ты так вознесен, добыл жизнь в собраньи бессмертных?»

Ут-Напиштим говорит Гильгамешу:

«Я открою тебе, Гильгамеш, тайное слово,

Тайну богов тебе расскажу я:

Шуриппак, город, который ты знаешь,

Который стоит вблизи Евфрата,

Старинный город, обитают в нем боги,

И сделать потоп подтолкнуло их сердце, богов великих.

Был среди них отец их, Ану,

Бел-воитель, их советник,

Эннуги, их начальник,

И Ниниб, их вестник,

Эа-мудрейший восседал с ними;

Их слова повторил он изгороди тростниковой:

«Изгородь, изгородь! Ограда, ограда!

Слушай, изгородь! Понимай, ограда!

Человек Шуриппака, сын Убара-Туту,

Разрушь свой дом, выстрой судно,

Оставь богатства, думай о жизни,

Ненавидь богатства ради жизни,

Погрузи семена всей жизни во внутренность судна.

Пусть они будут вымерены, его размеры,

Размеры судна, которое ты построишь,

Пусть ширина и длина отвечают друг другу!

Тогда лишь можешь спустить его в море!»

Я понял и молвил Эа, моему господину:

«О, мой властитель, все, что сказал ты,

Внял я сердцем и все исполню,

Но что расскажу толпе и старцам?»

Эа уста отверз и мне ответил,

Своему слуге он так ответил:

«Вот, что расскажешь ты толпе и старцам:

— Я ненавистен Белу и жить не буду в городе вашем,

Я спущусь к океану, буду жить с Эа, моим господином.

А на вас он нашлет в изобилии воды,

Добыча птиц и рыб добыча,

На вас нашлет он дождь нечистый».

Чуть утро блеснуло, я начал работать,

На пятый день чертежи закончил:

В сто двадцать локтей должны быть стены,

И крыши объем тоже в сто двадцать,

Я очертанья наметил, нарисовал их после;

Я шесть раз покрыл обшивкой судно,

Я на семь частей разделил на девять,

В середине его поставил распоры,

Я руль устроил и все, что нужно,

Шесть мер смолы на дно я вылил,

На дно я вылил три меры дегтя;

Носильщики мне принесли три меры масла:

Одну меру оставил я для священной жертвы,

Лодочник спрятал других две меры.

Для народа быков я резал,

Каждый день по козлу убивал я,

Соком ягод, вином и маслом

Я поил его, как простой водою;

Я устроил праздник, как в день новогодний,

Открыл кладовые, достал драгоценную мирру,

Раньше заката солнца было окончено судно,

Принесли строители мачту для судна,

Все, что имел, на него погрузил я,

Все, что имел серебра, на него погрузил я,

Все, что имел золота, на него погрузил я,

Все, что имел, нагрузил я, все семя жизни

Заключил я во внутренность; родных и семейство,

Скот полевой и зверей полевых, всех погрузил я.

Шамаш мне час назначил:

— Вечером мрака властитель пошлет нечистые воды,

Войди во внутренность судна и дверь захлопни, —

Час наступил предрешенный!

Вечером мрака властитель пролил нечистые воды;

На образ дня посмотрел я,

И я испугался этой погоды,

В судно вошел и двери захлопнул;

Управлять кораблем, лодочнику Пузур-Белу

Я доверил постройку со всем погруженным.

Едва рассвет засветился,

Из глуби небес поднялась черная туча,

Адад рычал в ней,

Набу и Царь вперед выступали;

Вестники, шли они через гору и поле;

Нергал опрокинул мачту.

Он идет, Ниниб, он бой ведет за собою;

Факелы принесли Ануннаки,

Их огнями они освещают землю.

Грохот Адада наполнил небо,

Все, что было блестящим, превращается в сумрак.

Брат не видит более брата,

Люди в небе друг друга узнать не могут,

Боги боятся потопа,

Они убегают, они поднимаются на небо Ану.

Там садятся, как псы, ложатся на стены.

Кличет Иштар, как поденщица, громко,

Голосом дивным царица богов возглашает:

«Пусть тот день рассыплется пылью,

День, когда я злое сказала перед богами,

Потому что сказала я злое перед богами,

Чтобы людей погубить и потоп накликать.

Для того ли взлелеяла я народ мой,

Чтобы, как выводок рыб, они наполнили море?»

По вине Ануннак, боги плачут с нею,

Боги подавлены и в слезах восседают,

Губы их сжаты, и тело трепещет.

Шесть дней, шесть ночей бродят ветер и воды, ураган владеет землею.

При начале седьмого дня ураган спадает,

Он, который сражался, подобно войску;

Море утишилось, ветер улегся, потоп прекратился.

Я на море взглянул: голос не слышен,

Все человечество стало грязью,

Выше кровель легло болото!

Я окно открыл, день осветил мне щеку,

Я безумствовал, я сидел и плакал,

По щеке моей струились слезы.

Я взглянул на мир, на пространство моря,

В двенадцати днях пути виднелся остров,

К горе Низир приближается судно,

Гора Низир от себя не пускает судна.

День, и второй, и третий его не пускает,

Четвертый, пятый, шестой день его не пускает.

День седьмой загорелся,

Я взял голубку, пустил наружу,

Улетела голубка и возвратилась,

Словно места себе не нашла, возвратилась.

Я ласточку взял, пустил наружу,

Улетела ласточка, возвратилась,

Словно места себе не нашла, возвратилась.

Я ворона взял, пустил наружу,

Умчался ворон, ущерб воды он увидел;

Он ест, он порхает, он каркает, он не хочет вернуться.

Я оставил его четырем ветрам, я совершил возлиянье,

Я жертву поставил на горной вершине.

Четырнадцать жертвенных урн я поставил,

Мирт, кедр и тростник разостлал под ними.

Боги почуяли запах,

Боги почуяли добрый запах,

Боги слетались, как мухи, над приносящим жертву,

Только царица богов примчалась,

Украшенья она вознесла, что сделал ей Ану:

«О, боги, стоящие здесь, как я не забуду моего ожерелья из ляпис-лазури,

Так же и этих дней не забуду, всегда буду помнить!

Пусть боги подходят к жертве!

Но пусть Бел не подходит к жертве!

Потому что он не размыслил, потоп устроил,

Людям моим он назначил гибель».

Только бог Бел примчался,

Судно увидел он, Бел, и сделался гневным,

Гневом исполнился против Игиги:

«Разве какой-нибудь смертный спасся?

Жить человек не должен среди разрушенья!»

Ниниб уста отверзает,

Говорит он герою Белу:

«Кто, кроме Эа, творец созданья?

Эа один знает все дело».

Эа уста отверзает,

Говорит он герою Белу:

«Ты — мудрец средь богов, воитель,

Как не размыслил ты, потоп устроил?

Грех на грешного возложи ты!

Вину на виновного возложи ты!

Но отступи, прежде чем он уничтожен будет!

Почему ты потоп устроил?

Пусть бы лев пришел и людей пожрал он!

Почему ты потоп устроил?

Пусть бы пришел леопард и людей пожрал он!

Почему ты потоп устроил?

Пусть бы голод явился, разорил бы землю!

Почему ты потоп устроил?

Пусть чума бы явилась, разорила бы землю!

Тайну великих богов не открыл я людям,

Мудрый, я сон им послал, и сон поведал им тайну».

Боги спросили тогда совета у Бела;

Бел поднялся на судно,

Взял меня за руку, вознес высоко;

И жену мою он вознес, поставил нас рядом;

Наших лиц он коснулся, стал между нас, благословил нас:

«Прежде Ут-Напиштим был смертным,

Ныне и он, и жена нам, бессмертным, подобны:

Пусть он живет, Ут-Напиштим, в устье рек далеко!»

Взяли меня и в устье рек поселили.

 

                                               Миф о Йиме

 

 

 1. Спросил Заратуштра Ахура-Мазду:

 

«Ахура-Мазда, Дух Святейший, Творец плотского мира, истинный, с кем впервые из смертных говорил ты, Ахура-Мазда, кроме меня, Заратуштры? Кого наставлял ты Вере ахуровской, заратуштровской?»

2. И так молвил Ахура-Мазда:

«С Йимой прекрасным, владетелем добрых стад, о праведный Заратуштра. С ним первым из смертных говорил я, Ахура-Мазда, кроме тебя, Заратуштры. Его наставлял я Вере ахуровской, заратуштровской».

3. Так сказал ему, о Заратуштра, я, Ахура-Мазда:

«Стань для меня, о Йима прекрасный, сын Вивахванта, хранящим и несущим Веру!»

Но так ответил мне на это Йима прекрасный, о Заратуштра:

«Не создан я и не обучен хранить и нести Веру».

4. И тогда ему, о Заратуштра, сказал я, Ахура-Мазда:

«Если ты не станешь для меня, о Йима, хранящим и несущим Веру, то ты мне мир приумножай, ты мне мир взращивай! Ты стань мира защитником, хранителем и наставником!»

5. И так ответил мне на это Йима прекрасный, о Заратуштра:

«Я тебе мир приумножу, я тебе мир взращу, я стану мира защитником, хранителем и наставником. Не будет при моем царстве ни холодного ветра, ни знойного, ни боли, ни смерти».

6. И тогда два орудия дал ему я, Ахура-Мазда: золотой рог и кнут, украшенный золотом.

7. Йиме принадлежат два царства.

8. И вот царству Йимы триста зим настало. И тогда эта земля наполнилась мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находилось места для мелкого и крупного скота и людей.

9. И тогда оповестил я Йиму:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, наполнилась эта земля мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находят места мелкий и крупный скот и люди».

10. Тогда Йима выступил к свету в полдень на пути Солнца. Он этой земле дунул в золотой рог и провел по ней кнутом, говоря:

«Милая Спэнта-Армайти, расступись и растянись вширь, чтобы вместить мелкий и крупный скот и людей!»

11. Вот так Йима эту землю раздвинул на одну треть больше прежнего, и нашли себе здесь пристанища мелкий и крупный скот и люди по своему желанию и воле, как им хотелось.

12. И вот царству Йимы шестьсот зим настало. И тогда эта земля наполнилась мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находилось места для мелкого и крупного скота и людей.

13. И тогда оповестил я Йиму:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, наполнилась эта земля мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находят места мелкий и крупный скот и люди».

14. Тогда Йима выступил к свету в полдень на пути Солнца. Он этой земле дунул в золотой рог и провел по ней кнутом, говоря:

«Милая Спэнта-Армайти, расступись и растянись вширь, чтобы вместить мелкий и крупный скот и людей!»

15. Вот так Йима эту землю раздвинул на две трети больше прежнего, и нашли себе здесь пристанища мелкий и крупный скот и люди по своему желанию и воле, как им хотелось.

16. И вот царству Йимы девятьсот зим настало. И тогда эта земля наполнилась мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находилось места для мелкого и крупного скота и людей.

17. И тогда оповестил я Йиму:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, наполнилась эта земля мелким и крупным скотом, людьми, собаками, птицами и красными горящими огнями. Не находят места мелкий и крупный скот и люди».

18. Тогда Йима выступил к свету в полдень на пути Солнца. Он этой земле дунул в золотой рог и провел по ней кнутом, говоря:

«Милая Спэнта-Армайти, расступись и растянись вширь, чтобы вместить мелкий и крупный скот и людей!»

19. Вот так Йима эту землю раздвинул на три трети больше прежнего, и нашли себе здесь пристанища мелкий и крупный скот и люди по своему желанию и воле, как им хотелось».

20. Собрание устроил Творец Ахура-Мазда вместе с небесными божествами на славном Арианам-Вайджа у Вахви-Датии. Собрание устроил Йима великолепный, владетель добрых стад, вместе с лучшими смертными на славном Арианам-Вайджа у Вахви-Датии.

21. На это собрание пришел он, Творец Ахура-Мазда, вместе с небесными божествами на славном Арианам-Вайджа у Вахви-Датии. На это собрание пришел он, Йима великолепный, владетель добрых стад, вместе с лучшими смертными на славном Арианам-Вайджа у Вахви-Датии.

22. Так сказал Ахура-Мазда Йиме:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, на этот плотский злой мир придут зимы, а от них сильный смертельный холод. На этот плотский злой мир придут зимы, и сначала тучи снега выпадут снегом на высочайших горах на глубину Ардви.

23. Третья же часть, о Йима, скота останется в живых в ужаснейших местах, которые на вершинах гор или в долинах рек в крепких жилищах.

24. Перед зимой будут расти травы этой страны, потом из-за таяния снегов потекут воды, и чудом, о Йима, для плотского мира покажется, если увидят где след овцы.

25. И ты сделай Вар размером в бег на все четыре стороны и принеси туда семя мелкого и крупного скота, людей, собак, птиц и красных горящих огней. Сделай же Вар размером в бег на все четыре стороны для жилья людей и размером в бег на все четыре стороны для помещения скота.

26. Там воду проведи по пути длиною в хатру, там устрой луга, всегда зеленеющие, где поедается нескончаемая еда, там построй дома, и помещения, и навесы, и загородки, и ограды.

27. Туда принеси семя всех самцов и самок, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие. Туда принеси семя всех родов скота, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие.

28. Туда принеси семя всех растений, которые на этой земле высочайшие и благовоннейшие. Туда принеси семя всех снедей, которые на этой земле вкуснейшие и благовоннейшие. И всех сделай по паре, пока люди пребывают в Варе.

29. Пусть там не будет ни горбатых спереди, ни горбатых сзади, ни увечных, ни помешанных, ни с родимыми пятнами, ни порочных, ни больных, ни кривых, ни гнилозубых, ни прокаженных, чья плоть выброшена, ни с другими пороками, которые служат отметинами Анхра-Манью, наложенными на смертных.

30. В переднем округе [Вара] сделай девять проходов, в среднем — шесть, во внутреннем — три. В проходы переднего [округа] принеси семя тысячи мужчин и женщин, среднего — шестьсот, внутреннего — трехсот. Сгони их в Вар золотым рогом и закрепи Вар дверью-окном, освещающимся изнутри».

31. Так подумал Йима:

«Как же я Вар сделаю, о котором сказал мне Ахура-Мазда?»

И тогда сказал Ахура-Мадза Йиме:

«О Йима прекрасный, сын Вивахванта, топчи землю пятками и мни руками так, как люди лепят намокшую землю».

32. И вот Йима так сделал, как хотел от него Ахура-Мазда: он топтал землю пятками и мял руками так, как люди лепят намокшую землю.

33. И вот Йима сделал Вар размером в бег на все четыре стороны и принес туда семя мелкого и крупного скота, людей, собак, птиц и красных горящих огней. И Йима сделал Вар размером в бег на все четыре стороны для жилья людей и размером в бег на все четыре стороны для помещения скота.

34. Туда провел он воду по пути длиною в хатру, там он устроил луга, всегда зеленеющие, где поедается нескончаемая еда, там построил дома, и помещения, и навесы, и загородки, и ограды.

35. Туда принес он семя всех самцов и самок, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие. Туда принес он семя всех родов скота, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие.

36. Туда принес он семя всех растений, которые на этой земле высочайшие и благовоннейшие. Туда принес он семя всех снедей, которые на этой земле вкуснейшие и благовоннейшие. И всех он сделал по паре, пока люди пребывали в Варе.

37. Не было там ни горбатых спереди, ни горбатых сзади, ни увечных, ни помешанных, ни с родимыми пятнами, ни порочных, ни больных, ни кривых, ни гнилозубых, ни прокаженных, чья плоть выброшена, ни с другими пороками, которые служат отметинами Анхра-Манью, наложенными на смертных.

38. В переднем округе [Вара] он сделал девять проходов, в среднем — шесть, во внутреннем — три. В проходы переднего [округа] он принес семя тысячи мужчин и женщин, среднего — шестисот, внутреннего — трехсот. Согнал их в Вар золотым рогом и закрепил Вар дверью-окном, освещающимся изнутри».

39. «О Творец плотского мира, истинный! Что же это за светы были, о истинный Ахура-Мазда, которые там светили в этом Варе, который построил Йима?»

40. Так сказал Ахура-Мазда:

«Самостоятельные и сотворенные светы, как один раз заходящими и восходящими кажутся звезды, Луна и Солнце.

41. И одним днем казался год. После сорока лет от двух людей два человека рождались, пара — самец и самка, и так же от других родов скота. И эти люди жили прекраснейшей жизнью в том Варе, который построил Йима».

42. «О Творец плотского мира, истинный! Кто там Веру маздаяснийскую разносил в этом Варе, который построил Йима?»

Так сказал Ахура-Мазда:

«Птица Каршипта, о Спитама Заратуштра».

43. «О Творец плотского мира, истинный! Кто им Глава и Рату?»

Так сказал Ахура-Мазда:

«Урватат-нара, о Заратуштра, и ты — Заратуштра».

«Истина — лучшее благо.

Благо будет, благо тому,

Чье Истине лучшей благо».