Свяжитесь с нами

Аналититические обзоры.

КДО — Модель демократической автономии

Опубликованный

вкл .

2010-12-27

 

     AMEД: Конгресс Демократического Общества (КДО) подготовил проект модели «Демократическая Автономия», который представляется серьезным планом решения курдской проблемы.

     Проект уделяет серьезное внимание вопросу о необходимости «Демократической Автономии» и решению связанных с этим проблем, в частности, в нем говорится следующее: «Целью Демократической Автономии является провозглашение Демократического Автономного Курдистана, благодаря консолидации политической воли на базе организации жизнедеятельности Курдистанского общества в восьми плоскостях – политика, право, самооборона, социальная сфера, экономика, культура, экология и дипломатия».

 

     Конгресс Демократического Общества (КДО) подготовил проект, который представляется серьезным планом решения курдской проблемы, и общественность с интересом ожидает опубликования содержания этого проекта. В проекте, который назван «Демократический Автономный Курдистан» и будет представлен участникам продолжающегося в Диярбакыре семинара по теме «Демократическая Автономия», на примере исторических процессов в социально-экономической политической и культурной сферах отчетливо выражается, почему курды стремятся к демократической автономии. В проекте отмечается, что курдский народ, являющийся одним из древнейших народов Месопотамии, вследствие проводимой политики непризнания и искоренения фактически оказался перед лицом угрозы геноцида. «Национал-государственное мировоззрение властей привело к тому, что территория Курдистана постоянно рассматривалась не иначе, как сфера расширения влияния титульных наций, и в этих целях применялись невиданные методы гнета, эксплуатации и ассимиляции. Не будь священного подъема курдского народа против этой бесчеловечной цели, наш народ, являющийся фундаментальной клеткой в организме человечества, оказался бы перед лицом полного исчезновения» — говорится в проекте.

 

 

 

Основные принципы проекта «ДЕМОКРАТИЧЕСКИЙ АВТОНОМНЫЙ КУРДИСТАН»

 

     В плане, раскрывающем основные принципы проекта «Демократический Автономный Курдистан», звучит следующая оценка: «Как турецкое государство уже не может продолжать свою традиционную политику, так и курдский народ не желает жить в прежнем статусе. Демократическая автономия, прежде всего, является конкретизированным выражением проекта решения, который мы ранее предлагали, и суть этого проекта является достижение Турцией истинно республиканских принципов путем демократизации. Мы преследуем две цели: первая – это реализовать принцип демократической автономии путем диалога с государством, и второе – это создание собственных структур на базе демократической организации нашего народа и основанной на этом принципе борьбы».

 

     В документе заявлено о том, что проект является наиболее правильной моделью национальных проблем и далее подчеркивается, что «Национальные государства, в которых проживают различные сообщества, сегодня, наконец, переживают преобразования, в результате чего они становятся системами демократичной политики на базе автономного сосуществования различных этнических и религиозных сообществ, поскольку основной демократической тенденцией нашей эпохи является модель многоликого общества, объединяющего в своей структуре самобытность и автономное существование различных сообществ». В презентационном проекте также сказано следующее: «Демократическая автономия решит не только проблемы взаимоотношений курдов с турецким государством и курдскую проблему, но также создаст основополагающую демократическую политическую такую модель, которая будет очень полезной с точки зрения решения социальных проблем самой Турции. Поскольку общество, идеи которого мы отобразили как нравственно-политические, основано на принципах демократического общества, несущего в себе освободительные коммунальные ценности, оно преследует цель решения все проблем, включая экономические проблемы».

 

 

 

ЦЕЛЬ СОЗДАНИЯ ДЕМОКРАТИЧЕСКОГО АВТОНОМНОГО КУРДИСТАНА

 

     В проекте, утверждающем, что у курдского народа нет иного выбора кроме утверждения жизнедеятельности на собственных демократических освободительных принципах, далее сказано следующее: «Демократическая Автономия выражает несогласие курдского народа проживать и дальше без статуса под руководством власти, которая в настоящее время угрожает его дальнейшей жизнедеятельности. В мире нет больше такого народа, который, насчитывая 40 миллионов населения, тем не менее, столь ущемлен в своих правах, и которого всячески пытаются уничтожить. Демократическая автономия, отвергая политический статус непризнания и уничтожения, установленный турецким государством в отношении курдского народа, отражает стремление нашего народа к новому статусу, который был бы основан на собственных освободительных идеях и демократическом мировоззрении. Целью Демократической Автономии является провозглашение Демократического Автономного Курдистана, благодаря консолидации политической воли на базе организации жизнедеятельности Курдистанского общества в восьми плоскостях – политика, право, самооборона, социальная сфера, экономика, культура, экология и дипломатия».

 

 

 

СЛЕДЫ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В КУРДИСТАНЕ

 

     «Без демократической автономии курдский народ не сможет выразить свое демократическое и политическое волеизъявление от имени демократического общества» — говорится в упомянутом проекте. «Таким образом, без демократической автономии мы не сможем ни выразить силу и политическое волеизъявление, ни удовлетворить социально-культурные потребности нашего общества. Наконец, демократическая автономия, будучи представленной КДО и ПМД как модель демократического решения курдской проблемы, была воспринята нашим народом с большим волнением и в высшей степени эмоционально» — говорится в проекте. Также было отмечено, что демократическая автономия осознается как отражение демократической республики в Курдистане на фоне того, как в турецком обществе, которое не отвечает никаким требованиям обществ, проживающих на территории Турции, национальное государство становится буквально неподъемной ношей, и следует обязательно поменять его жесткую сущность, обозначив, что целью демократической автономии является демократизация республиканского строя на базе непрепятствования политическому, социальному, экономическому и культурному развитию народов. Освободительная борьба Курдистана выявила такую мощную силу, которая, благодаря революционным изменениям в сфере демократической политики и культуры, способствует процессу демократизации всего Среднего Востока и, в первую очередь, Турции. Таким образом, процесс строительства демократической автономии параллельно приведет к демократизации всего региона» — говорится в проекте. «Этот процесс Этот процесс, вместе с тем, поставил турецкое государство перед фактом демократизации, которая делает неизбежной демократизацию турецкого общества и решение курдской проблемы. Все законы и конституционные нормы, существующие в Турции по сей день, а также политика, применяемая в Курдистане турецкими властями, с точки зрения курдского народа, являются незаконными и носят характер непризнания и уничтожения курдского народа. По этой причине курдский народ справедливо считает, что все политические методы, применяемые по сей день, и вся политико-правовая сфера Курдистана подлежит немедленной замене».

 

 

 

НОВЫЙ ДОГОВОР С ТУРЦИЕЙ

 

     «Демократическая автономия вовсе не означает изменение границ, она предусматривает новый договор курдского народа с турецкими властями, который не только ознаменует собой начало нового периода в курдско-турецких взаимоотношениях, но и обеспечит укрепление братства и единства всех народов в пределах существующих границ, остановив, тем самым, противостояние, которое существует в Турции» — говорится в проекте. Далее, в проекте говорится следующее: «Предлагаемая нами модель является моделью демократизации, которая применима во всех регионах Турции. Впрочем, во всем мире государственные органы, отказавшись от жесткого центристского метода, переходят к политической системе, где во главу поставлена ориентация на человеческий фактор, потому что системы, основанные на принципе управления на местах, становится той политической моделью, которая легко решает все существующие проблемы и ускоряет процессы развития во всех сферах. В этом смысле демократическая автономия, будучи освоенной местными властями, решает все проблемы, которые стоят перед государствами, и соответствует тенденциям к демократизации, на которые они ориентированы».

 

 

 

ОБЕСПЕЧИВАЕТ КОНФЕДЕРАТИВНОЕ ЕДИНСТВО БОЛЬШИНСТВА

 

     «Поскольку демократическая автономия не является государственной структурой, она не предусматривает борьбу за власть. С этой точки зрения, она обладает именно тем характером и возможностями, которые помогут установить самые прочные взаимоотношения со всеми обществами, народами и политическими системами. Демократическая автономия, став выражением волеизъявления народа Северного Курдистана, поможет установлению отношений со всеми демократическими конфедеративными организациями, которые выражают волеизъявление народа во всех иных регионах, при этом границы государств, на территории которых проживает курдский народ, не будут подвергнуты никаким изменениям. Поскольку эти отношения не носят этатический и авторитарный характер, они не преследуют цели поставить себя превыше всех ценностей. В этом смысле мышления, на котором основана и будет построена демократическая автономия, сыграет значительную конструктивную роль в установлении здоровых взаимоотношений между курдами, проживающими в различных регионах. Демократическая конфедерация, которая должна объединить все части Курдистана, на этой почве станет более работоспособной» — говорится в проекте.

 

 

 

ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ АВТОНОМИЯ ЯВЛЯЕТСЯ МОДЕЛЬЮ РЕШЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПРОБЛЕМЫ

 

      В проекте, раскрывающем суть демократической автономии, говорится, что «Эта модель является моделью решения национальных проблем, которая на основе принципиальных соглашений будет принята всеми политическими силами, не являющимися фашистскими. Этот характер демократической автономии поможет установить прочные связи со всеми странами региона и признания их демократических автономий. Поскольку демократическая автономия не предусматривает борьбы за государственную власть, вполне возможной будет налаживание политических, социальных и экономических связей со всеми политическими силами, не имеющими фашистской сути». В проекте также уделено внимание следующим взглядам: «Демократическая автономия станет началом нового периода взаимоотношений курдов с государственными властями, начиная с Турции, заканчивая Ираном, Сирией, Ираком и пр. Решение этой серьезной проблемы на базе мировоззрения демократической автономии способствует решению всех проблем региона. Поскольку курдская проблема является фактором напряженности и противостояния в регионе, она фактически становится фактором социально-экономической и политической нестабильности». Благодаря этим свойствам, проект демократической автономии продемонстрирует стремление стать той самой моделью, которая позволит решить не только курдскую проблему, но и все региональные проблемы, что свидетельствует о глобальном характере этой модели».

 

 

 

ПОЛИТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПРОЕКТА

 

     «Демократический Автономный Курдистан будет черпать силы политического волеизъявления в недрах общества, организованного по демократическому принципу, а общество, в свою очередь, найдет силы в параллельной реализации индивидуальных прав свободных граждан и коллективных прав целых групп, а это возможно при помощи демократической политики» — подчеркивается в проекте. Говоря о том, что проект основан на стремлении к демократической организованности в противовес бюрократической власти и воли, ориентированных на жесткую централизацию, в проекте также подчеркивается, что все слои общества, приняв участие в политических процессах, продемонстрируют свою функциональность. Политический масштаб проекта раскрывается в следующей форме: «При демократической автономии политическое управление будет осуществляться с самых низов – сельских коммун, поселковых, уездных, квартальных, городских собраний и, организуясь на демократической конфедеративной основе, будет представлена в самом верху – на конгрессе общества. Конгресс Общества Демократического Автономного Курдистана, направляя своих представителей в парламент демократической Турции, примет участие в общей политической деятельности родины. Демократический Автономный Курдистан имеет самобытный флаг и символику, являющиеся его представительской атрибутикой. Кроме того, в сфере демократической автономии различные организации тоже могут иметь собственную символику. В этом смысле демократическая автономия есть волеизъявление курдского народа, желающего жить в условиях демократической Турции. Иными словами, он выражает политический статус курдского народа. Настоящие полномочия в условиях демократической автономии принадлежат делегатам от сел, кварталов и городов. Каждое сообщество будет реализовывать свое право слова, дискуссии и решения в рамках народных собраний. Демократическая автономия предполагает деятельное народное собрание, основанное на принципе плюрализма».

 

 

 

СТРУКТУРЫ АВТОНОМНОЙ СИСТЕМЫ

 

     Проект, считающий, что создание оригинальных организаций в политической социальной, экономической, культурной, спортивной, образовательной, правовой сферах, сфере искусства, общественного транспорта, торговли, финансов и промышленности и многих других сферах общества Демократического Автономного Курдистана является общественной потребностью, предусматривает необходимость реорганизацию незаменимых средств демократии, коими являются политические партии, при этом реорганизация должна происходить без преследования целей идеологической гегемонии и политического господства, и этот процесс не должен идти в разрез с интересами нравственного и политического общества. «Структурами системы демократической автономии являются сельские коммуны и городские собрания» — говорится в проекте. «Демократической функцией демократической системы, потребностью нравственного политического общества является участие всех слоев населения, в первую очередь, женщин и молодежи, в политической жизни путем создания собраний, являющихся первичными ячейками. Необходимо, чтобы институт сельских старост и совет старейшин перестали быть орудием в руках государства и были реорганизованы в форме истинно демократических средств. Межрайонные объединения муниципальных органов обретут смысл в том случае, если будут создаваться в региональном масштабе» — сказано в проекте.

 

 

 

ПРАВОВОЙ АСПЕКТ

 

     В плане изложены следующие взгляды на правовой аспект проекта: «Основанная на всемирном праве освободительная борьба курдского народа, сам факт существования и права которого игнорируются всеми государствами региона и Турецкой Республикой, сегодня находится на том уровне, когда может определить собственный демократический автономный статус. Конституционные преобразования, необходимые для прекращения незаконной и нечеловеческой политики отрицания прав и уничтожения курдского народа, а также для обеспечения демократического единства по принципу свободного сосуществования в пределах границ Турецкой Республики, должны осуществляться с условием признания статуса демократической автономии. Мы считаем Турцию и Курдистан нашей общей родиной. Признание права Демократической Автономии должно быть зафиксировано в новой конституции Турецкой Республики и правовых актах ЕС. Курдский народ может добиться гарантированного признания своих основных прав и свобод в пределах Турецкой Республики только путем утверждения статуса демократической автономии. Этот статус, став выражением добровольного, свободного и равноправного союза, основанного на волеизъявлении курдского народа, должен быть признан конституцией и законами Турецкой Республики. Демократическая автономия является такой моделью, которая может быть применена не только в Курдистане, являющемся родиной курдского народа, но в целях эффективного применения истинной дмократии она может быть применена в масштабе всей Турции» — сказано в проекте.

 

 

 

ПАРАДИГМА ЭКОЛОГИИ И СВОБОДЫ ПОЛОВ

 

     «Основополагающими должны быть признаны следующие аспекты: демократическая парадигма свободы полов и экологии, озвученная лидером курдского народа Абдуллой Оджаланом, автономная традиция, существующая в истории человечества, необходимость решения национальных проблем Ирландцев, шотландцев, басков и каталонцев на базе автономного статуса, Конституция Турции 1921 года, Закон о предоставлении курдам автономии, утвержденный указом Великого Национального Собрания Турции от 10 февраля 1922 года, а также выступления Мустафы Кемаля Ататюрка в Измире в 1923 г. и соответствующие договоры ООН. Право Демократического Автономного Курдистана не будет ориентироваться только на нравственных, или только на правовых аспектах. Не считая правильным и возможным управление обществом только на правовой базе, наиболее приемлемым будет считаться защита общественных идей на почве единства нравственности и политики. Мы верим, что общество, утерявшее совесть, считается законченным обществом, поэтому мы считаем, что этика, сосуществующая с политикой, является совестью, дающей обществу возможность саморазвития, сердцем этого общества» — сказано в проекте.

 

 

 

АСПЕКТ САМООБОРОНЫ

 

     В отношении «Аспекта самообороны», вызвавшего наибольшие дискуссии, в проекте говорится следующее: «В природе нет ни одного живого существа, которое бы не защищало себя. Самооборона необходима как воздух и вода для того, чтобы противостоять внешней агрессии, а также внутренним угрозам существования нравственного и политического общества. Самооборона является политикой обеспечения безопасности нравственного и политического общества. Аспект самообороны для всех обществ не ограничивается только военными методами защиты. Самооборона тесно переплетается с такими аспектами, как защита собственной идентичности, приобщение к политике реализация процесса демократизации. Самооборона основана на принципах организованного общества. Только организованное общество способно защищать себя. Во всех обществах самооборона является незаменимым орудием сохранения жизнедеятельности. Со времен самых первых завоеваний и агрессивных походов по настоящее время курдский народ постоянно пребывает в позиции самообороны и защиты своей жизнедеятельности от всевозможных агрессоров. В случае признания автономного статуса самооборона будет не военной монополией, а сможет быть организована под контролем демократических органов в соответствии с необходимостью обеспечения внутренней и внешней безопасности общества. Все народы, проживающие в городах, поселках и селах, будут осознанно защищаться от всякого рода фашистских и реакционных нападок, и на основе принципа самообороны будет выражена идея социального сопротивления этим тенденциям. Право на самооборону признано международными договорами и правовыми актами ООН».

 

 

 

КУЛЬТУРНЫЙ АСПЕКТ

 

     Культурный аспект проекта изложен следующим образом: «Национал-государственная политика одновременно является политикой геноцида в отношении всех языков и культур, существующих в пределах национального государства. Курдский язык и культура больше остальных пострадали от этой жесткой политики. Курдский язык запрещен не только для повседневного общения, кроме того, законодательно закреплен запрет на получение курдами образование на родном языке во всех образовательных учреждениях. Этим самым преследуется цель сформирования общества, отчужденного от собственной культуры, подвергшегося духовной и интеллектуальной ассимиляции. Сложилась такая ситуация, когда в Курдистане уже начат процесс самоассимиляции. Для освобождения духа и разума курдского народа необходимо провести серьезную работу в сфере языка и культуры. В основу должно быть положено развитие культуры и искусства даже в самых мелких населенных пунктах. Необходимо принять меры, не допускающие уничижения культуры и искусства до уровня примитивного товара и их превращения в предмет купли-продажи. Самое серьезное бедствие для любого народа начинается тогда, когда его история пишется другими людьми, и эта ужасающая ситуация по сей день актуальна для курдского народа. История Курдистана в большинстве своем написана чужими людьми с той целью, чтобы она служила механизму власти, и тем самым, сформировалось ложной понимание истории. Это создает серьезную угрозу идентичности, настоящему и будущему нашего народа. Необходимо устранить все препятствия перед использованием курдского языка в социальной сфере, а также добиться преподавания курдского языка во всех образовательных учреждениях от начальных школ до университетов. Наряду с учреждением в Демократическом Курдистане двух официальных языков – курдского и турецкого – необходимо конституционно гарантировать возможность свободного использования, преподавания и развития всех языков и диалектов, существующих в данном регионе (ассирийского, сирийского, арабского, армянского и др.). Служебным языком должен стать курдский, всем населенным пунктам должны быть возвращены их оригинальные названия».

 

 

 

СОЦИАЛЬНЫЙ АСПЕКТ

 

      Под заголовком «Социальный аспект проекта» отражена печальная реальность, заключающаяся в том, что путем ассимиляции курдского общества создается обстановка его отчуждения от собственных ценностей, истории и культуре, курдский народ силой изгоняется из родных мест, процветает безработица и нищета. «Помимо опустошения Курдистана преследуется цель изменения социальной структуры, демографической картины, а также полного уничтожения народа путем осуществления физического и культурного геноцида» говорится в проекте. «Помимо всего этого, путем осуществления политики специальной войны, при помощи спорта, искусства и социальных сфер курдских женщин и молодежь последовательно отдаляют от идеалов борьбы, распространяется проституция и наркотики, тем самым преследуется цель доведения народа до полного нравственного упадка». Далее в проекте подчеркивается следующее: «Для того, чтобы удерживать курдский народ в состоянии безволия, неорганизованности и отчуждения от борьбы, в каждой социальной сфере проводится специальная политика. В обществе, где царит половое неравноправие, семья создается как маленькая модель государства мужчины. Именно такой статус семьи стал фактором глубокого порабощения женщины. Потребностью нашей социальной политики будет не ликвидация семьи, как социального института в существующих общественных реалиях, а ее реорганизация. Для этого необходимо изменить собственническое мировоззрение по отношению к женщинам и детям, и законы, которые ревностно защищают и гарантируют такое мировоззрение. В этом смысле повышение уровня знаний и организованности женщин играют ключевую роль в превращении семьи и общества в свободные и демократичные союзы».

 

 

 

ПЕРЕДОВОЙ СИЛОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ЯВЛЯЮТСЯ ЖЕНЩИНЫ И МОЛОДЕЖЬ

 

     В продолжении, касающемся социального аспекта, раскрытого в данном проекте, отмечено следующее: «Демократическое общество, основанное на неизбежности освободительного мышления и свободного волеизъявления женщин, найдет свое воплощение в условиях Демократического Автономного Свободного Курдистана. Политика привязывания общества к одной лишь половой мотивации и сталкивание в пропасть беспорядка путем идеологической пропаганды и заученных жестких догм связана с препятствованием процессу ориентации молодежной энергии на систему и сохранением существующего уровня. В противовес этому надо добиться организованного стремления молодежи к принципам свободы, что сыграет основополагающую роль в создании социальных структур. Очень тяжело остановить освободительные устремления молодежи, поскольку молодежь не только является самой крупной проблемой для определенных авторитарных систем, но, вместе с тем, играет передовую роль в реорганизации и защите общества. Несмотря на все усилия властей, направленные на прививание своих ценностей, способствование деградации и полного уничтожения, основную коренная ось и подавляющее большинство общества будет формироваться на базе угнетенных, эксплуатируемых наций, народов, этнических групп, женщин, молодежи, сельского общества, безработных, мигрантов, многих религиозных братств, течений, мелких групп и всех тех, кто живет собственным трудом. Именно поэтому социальный аспект, ставший выражением всех социальных слоев, обладает особенностью, которая обеспечит продолжение жизни на свободной и демократической основе. Передовой силой демократической конфедеративной формы организации жизнедеятельности в Демократическом Автономном Курдистане являются женщины и молодежь. Поэтому основополагающей является лидирующая роль женщины во всех сферах организации жизнедеятельности. Необходимо признать преступлением эксплуатацию труда и половую эксплуатацию детей и в рамках всемирного права детей развернуть против этого беспощадную борьбу».

 

 

 

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ РЕСУРСЫ ДОЛЖНЫ ПРИНАДЛЕЖАТЬ ДЕМОКРАТИЧЕСКОМУ АВТОНОМНОМУ КУРДИСТАНУ

 

     Экономический аспект данного проекта раскрывается следующим образом: «Поскольку создание экономически развитого общества является самым важным аспектом построения нравственного общества, одним из первых действий, которые будут предприниматься при строительстве Демократической Автономии, станет формирование экономической сферы, которая на базе построения экономических механизмов всех общественных слоев позволит полностью победить безработицу и нищету. Демократическая Автономия, построив свою экономическую модель, должна будет способствовать серьезной структуризации системы свободной и демократической жизнедеятельности курдского народа. Если демократическая автономия станет воплощением демократической нации, то в первую очередь она должна создать свою экономическую систему. В основе всякого рода отчуждения человека лежит его отрыв от экономики. Если предотвращение такого отрыва и отчуждения не только является условием нашего строительства, то единственным путем является передача экономик в руки всех общественных групп. Необходимо построить антимонопольную, равноправную, солидарную экономическую систему, которая не будет ставить все жизненные ценности на карту чрезмерного извлечения прибыли, и каждый трудящийся будет достойно трудится на своем рабочем месте, а интересы женщин будут поставлены превыше всего. Право использования и потребления экономических ресурсов должно принадлежать Демократическому Автономному Курдистану».

 

 

 

ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

 

     В проекте Демократической Автономии экологический аспект отражен следующим образом: «Ни одной общество, ни одна система, не стремящиеся к единению с природой, не смогут защитить свою нравственность и демократию. В частности, экологический упадок, имеющий место в Курдистане из-за военных, политических и экономических, нанес очень серьезный ущерб географии и социальной структуре Курдистана. Ответом на эту агрессию, перед лицом которой оказался Курдистанский регион, может быть только экологическая революция. Переживаемый экологический упадок не ограничивается только пределами данного региона, он оказывает негативное воздействие на весь мир. Предаваемый огню, подвергнутый опустошению и отравляемый Курдистанский регион стал тем самым миром, который сжигается, опустошается и отравляется. Противостояние процессу урбанизации, нарушающей экологический баланс, требует серьезной борьбы против строительства плотин, которое не только приводит к изменению растительного покрова Курдистана, но и оставляет слоем воды исторические места и приводит к утере памяти курдского народа».

 

 

 

ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

 

      Применительно к дипломатическому аспекту, который является последней сферой реализации проекта, сказано следующее: «Обратив внимание на то, что курдская проблема в силу исторических и социальных особенностей разделена на четыре части, увидим, к каким серьезным результатам приведет дипломатия Демократического Автономного Курдистана относительно обществ и все регионов соседних стран. Дипломатия Демократического Автономного Курдистана должна преследовать цель развития мира и братства нашего региона, экономического подъема и повышения уровня благосостояния, и должна сыграть свою роль именно в таком ключе. Дипломатия осуществляется на базе взаимной солидарности и доверия между всеми народами, этническими группами и сообществами, не имеющими своей государственности, развернувшие свою демократическую и освободительную борьбу. Дипломатия должна отстаивать национальные интересы курдского народа, а также интересы курдов, проживающих в диаспоре и метрополиях".

 

http://www.kurdishcenter.ru/content/view/2681/5/lang,ru/

Аналититические обзоры.

Столетие антикурдского расизма

Опубликованный

вкл .

Автор:

ЭРБИЛЬ, Курдистанский регион — Когда высказывания турецкого бизнесмена Рахми Коча о курдских женщинах недавно вызвали публичную дискуссию, на первый взгляд, казалось, что спор касается лишь одного заявления. Однако интенсивность реакции указывала на нечто более глубокое. Публичные споры такого рода редко вращаются вокруг отдельного комментария. Скорее, они обнажают слои памяти, унаследованные представления и социальные иерархии, которые существовали задолго до того, как человек их сформулировал. В такие моменты всплывает не просто личное мнение, а устойчивость нарративов, которые формировали отношения между курдами и окружающим их обществом на протяжении поколений . Более века курды занимают особое место в политическом воображении Ближнего Востока. Будучи крупнейшим безгосударственным народом в регионе, они подвергались не только военным кампаниям, насильственному перемещению, политическим репрессиям и культурной изоляции, но и постоянному процессу определения со стороны других. Их язык, история и​​​​​​​​​​ идентичность неоднократно интерпретировалась через нарративы, изображавшие курдство не как легитимную форму коллективного существования, а как отклонение от доминирующих национальных проектов.

Таким образом, курдский опыт — это не просто политическая история. Это также история о предрассудках, расизме, власти, памяти и долгой жизни идей после распада Османской империи. Возникновение современных национальных государств после распада Османской империи превратило курдский вопрос в одну из центральных нерешенных проблем Ближнего Востока XX века. В то время как турецкие, арабские и персидские национальные движения стремились создать нарративы единства, суверенитета и исторической преемственности, существование большого курдского населения осложняло эти амбиции. Национальная идентичность редко формируется исключительно путем включения. Часто она определяется путем идентификации тех, кто находится за пределами воображаемого сообщества. Линия, разделяющая «нас» и «их», может казаться естественной, но обычно она является продуктом политической и культурной работы. Курдский случай иллюстрирует этот процесс с необычайной ясностью.

         В Турции целые поколения выросли под официальной выдумкой о том, что курды — всего лишь «горные турки», — ярлыком, призванным не описывать реальность, а стирать её. Курдская идентичность отрицалась, курдский язык подвергался цензуре, а курдская история отодвигалась на периферию общественной памяти. Аналогичная динамика наблюдалась и в других местах. В Ираке кампании по арабизации стремились изменить демографическую ситуацию во имя национального единства. В Сирии сотни тысяч курдов были лишены гражданства, фактически превратив коренное население в чужаков на собственной родине. В Иране курдские устремления часто представлялись как угроза территориальной целостности, а не как проявление политической активности. Хотя эти политики различались по форме , их объединяла общая логика: существование курдов рассматривалось как проблема , которую нужно решать, а не как историческая реальность , которую нужно признавать. Однако политическое господство требует большего, чем административные меры или военная сила. Оно также требует легитимности. Долгосрочные системы власти зависят от нарративов, объясняющих причины.

         Одни группы правят, а другие подчиняются. Со временем курдов часто изображали скорее как племенных, чем современных, эмоциональных, а не рациональных, отсталых, а не прогрессивных, неспособных управлять собой. В некоторых частях региона стереотипы изображали их как необразованных , нецивилизованных или социально отсталых . В некоторых местах фольклор и народные мифы шли еще дальше, изображая курдов как менее утонченных, менее чистых или менее полноценных людей, чем окружающее население. Сегодня такие истории могут показаться абсурдными, но они выполняли важную политическую функцию. Они превращали неравенство в здравый смысл . Литературовед Эдвард Саид описал подобный процесс в своем анализе ориентализма. Доминирующие общества часто создают образы маргинализированных групп, которые больше говорят о тревогах и амбициях тех, кто их описывает, чем о самих описываемых людях. «Другой» становится зеркалом, через которое общество определяет себя. В этом смысле антикурдские предрассудки никогда не касались исключительно курдов. Они также касались того, как формирующиеся национальные государства представляли себя.

Курдский «другой» стал частью зеркала, через которое несколько государств понимали свою собственную идентичность. Именно в этот момент предрассудки начинают двигаться в сторону расизма. Современный расизм редко проявляется через биологические теории превосходства. Чаще он действует через культуру. Определенные группы изображаются как по своей природе менее цивилизованные, менее демократичные, менее образованные или менее способные к прогрессу. Различие трансформируется в недостаток. Словарь меняется , но иерархия остается. Социолог Альберт Мемми заметил, что системы господства требуют именно этой логики. Подчиненное население должно изображаться как нечто неполноценное; в противном случае господство становится трудно оправдать. Аналогично, философ Ахилле Мбембе утверждал, что современные системы власти часто зависят от определения того, чей опыт признается полностью человеческим, а чей остается на периферии политических и моральных интересов. С этой точки зрения курдский вопрос никогда не касался исключительно территории, языка или суверенитета. Это была также борьба.

Речь идёт о признании. Кто имеет право определять народ? Кто решает, является ли язык легитимным? Кто определяет, должна ли культура находиться в центре истории или оставаться на её периферии? Американский социальный психолог Гордон Олпорт предложил одно из самых влиятельных объяснений того, почему такие взгляды сохраняются из поколения в поколение. В своей книге «Природа предрассудков» он утверждал, что предрассудки — это не просто следствие невежества. Они выполняют важные социальные функции. Они создают символические границы между группами, обеспечивают определённость в сложных условиях и помогают стабилизировать социальные иерархии, делая их естественными . Проницательность Олпорта помогает объяснить, почему антикурдские настроения часто сохранялись даже при изменении политических обстоятельств. Проблема никогда не заключалась только в фактах. Она заключалась в идентичности. Другой влиятельный социальный психолог, Музафер Шериф, подошёл к проблеме с другой точки зрения. Шериф, родившийся в поздней Османской империи и впоследствии ставший одним из основателей современной социальной психологии, продемонстрировал, как быстро может возникнуть враждебность.

Когда группы воспринимают себя как конкурентов. Его знаменитый эксперимент в Пещере Разбойников показал, что даже обычные группы могут развить сильные предрассудки, как только они поверят, что на кону стоят статус, признание или ресурсы. Выводы Шерифа остаются весьма актуальными для этнических отношений на Ближнем Востоке, где вопросы власти, безопасности и принадлежности часто рассматриваются как борьба с нулевой суммой. В истории Шерифа есть поразительная ирония. Один из самых важных в мире исследователей межгрупповых конфликтов вышел из самой Турции, однако на протяжении десятилетий критические дискуссии об этнической принадлежности, правах меньшинств и социальных корнях предрассудков занимали непростое место в турецкой общественной жизни. Работа Шерифа получила международное признание, но его идеи редко становились частью широкого общественного обсуждения механизмов, посредством которых порождаются предрассудки и расизм. Поколения узнали гораздо больше о национальном единстве, чем о социальной психологии исключения . Расизм выживает не только благодаря тому, чему учат общества. Он также выживает благодаря тому, чего они предпочитают не признавать.

         Когда в системе государственного образования отсутствуют дискуссии о меньшинствах, дискриминации и исторической несправедливости, унаследованные представления часто остаются без внимания. Предрассудки больше не нуждаются в постоянной пропаганде. Они воспроизводятся через молчание. Главная мысль Шерифа заключалась в том, что враждебность между группами не является ни естественной, ни неизбежной. Она возникает в определенных социальных условиях. Однако, когда обществам не рекомендуется изучать эти условия, старые предрассудки сохраняются, маскируясь под традиции, здравый смысл или национальную память. Трагедия в том , что такие процессы редко остаются внешними. Со временем они начинают формировать сознание тех, кто их испытывает. Это была одна из главных идей Франца Фанона, чьи работы о колониализме исследовали психологические последствия господства . Фанон утверждал, что власть становится наиболее эффективной, когда категории, созданные сильными , усваиваются слабыми. Люди начинают видеть себя глазами тех, кто их определяет. Позже Пауло Фрейре описал аналогичный процесс, предположив, что угнетение достигает своей глубочайшей стадии.

Формирование происходит, когда мировоззрение угнетателя становится частью сознания угнетённых. Немногие наблюдения столь важны для понимания курдской истории. Курдское общество никогда не было однородным. Различные диалекты, регионы, религиозные традиции, племенные структуры и политические культуры веками формировали курдскую жизнь. Сунниты, алевиты, шииты, езиды, общины какаи, христиане, светские движения и многочисленные местные идентичности — все они внесли свой вклад в богатство и разнообразие курдского общества. Само разнообразие никогда не было проблемой. Проблема возникла, когда разнообразие переросло в иерархию. Поскольку курды были разделены между несколькими государствами и лишены общих политических институтов, более мелкие формы принадлежности часто становились важнее, чем более широкие коллективные идентичности. Семья, племя, регион, религия и политическая принадлежность часто имели больший эмоциональный вес, чем общий национальный проект. В то же время эти различия неоднократно использовались правительствами. Османские власти, а затем и сменявшие друг друга правительства в Турции, Ираке, Иране и Сирии, часто опирались на различные варианты.

         Древняя стратегия: разделяй и властвуй. Определенные элиты были включены в государственные структуры, в то время как другие были исключены. Одни общины получали привилегии, другие были маргинализированы. Политическая фрагментация часто служила государственным интересам лучше, чем единство.

Последствия выходили далеко за рамки политики. На протяжении поколений в самом курдском обществе возникало взаимное недоверие. К религиозным меньшинствам иногда относились с недоверием. Региональные идентичности стали ассоциироваться со стереотипами. Политических оппонентов иногда рассматривали не просто как соперников, а как предателей. Исторические обиды накапливались и передавались из поколения в поколение. Опыт исключения не автоматически порождал солидарность. В некоторых случаях он порождал новые формы конкуренции и новые формы иерархии . Британский социальный психолог Анри Таджфель помогает объяснить это. Его теория социальной идентичности показала, что людям требуется удивительно мало для создания групповых границ. Как только эти границы существуют, часто следуют лояльность и исключение. Люди стремятся к принадлежности, признанию и позитивной идентичности. Один из самых простых способов укрепить группу — это …

Статус заключается в том, чтобы сравнивать себя с другими в выгодном свете. Парадокс состоит в том, что сообщества, пережившие дискриминацию, сами могут начать воспроизводить аналогичные модели исключения. Иерархия не исчезает. Она меняет направление. Именно это делает расизм и предрассудки такими устойчивыми. Их наиболее сильное воздействие не всегда проявляется в законах или институтах. Они укореняются в повседневном восприятии реальности. Пьер Бурдье описал это явление как символическое насилие. Власть становится наиболее эффективной, когда она больше не требует принуждения, потому что ее предположения стали восприниматься как норма. Иерархии выживают не потому, что их постоянно защищают, а потому, что они перестают выглядеть как иерархии вообще . Курдский опыт также раскрывает еще одно измерение этой истории: роль коллективной травмы. Двадцатый век оставил глубокие шрамы на курдских общинах. Массовые убийства в Дерсиме, кампания «Анфаль» , химическая атака на Халабджу, геноцид езидов в Синджаре и неоднократные волны репрессий по всей Турции, Ираке, Иран и Сирия оказали долговременное влияние на коллективную память. Травма редко заканчивается на тех, кто непосредственно её переживает. Истории о насилии, перемещении, предательстве и выживании передаются из поколения в поколение. Они создают стойкость и солидарность, но также могут сохранять страх и недоверие. Память становится одновременно источником силы и источником уязвимости. В цифровую эпоху эта динамика стала ещё сложнее. Курдский подросток в Берлине, Стокгольме, Лондоне или Штутгарте может в режиме реального времени следить за событиями в Диярбакыре, Эрбиле, Махабаде или Камишли. Исторические раны больше не ограничиваются местной памятью . Они постоянно переосмысливаются, обсуждаются и эмоционально переживаются за пределами границ. Прошлое не просто запоминается; оно переживается многократно. Возможно, это помогает объяснить, почему курдский вопрос оказался настолько устойчивым к политическим решениям. Границы можно обсуждать. Правительства можно менять. Конституции можно переписывать. Но истории, которые общества рассказывают о себе, гораздо сложнее изменить.

Более века мы курды жили не только с последствиями политической изоляции, но и с последствиями того, что нас воспринимали другие. Поэтому самая глубокая проблема сегодня может быть не территориальной и не конституционной. Возможно, это проблема замены унаследованных иерархий иным пониманием принадлежности. Каждое общество в конечном итоге сталкивается с одним и тем же вопросом. Укрепляются ли идентичности благодаря изоляции, или они становятся сильнее , когда им больше не нужен враг? Курдский опыт не дает простого ответа. Тем не менее, он раскрывает нечто фундаментальное о природе предрассудков и расизма. Их наибольшая опасность заключается не просто в том, что они дискриминируют людей. Их наибольшая опасность заключается в том, что в конечном итоге они начинают казаться естественными. В этот момент неравенство воспроизводится само по себе, не нуждаясь в постоянном оправдании, а унаследованные иерархии становятся частью социального ландшафта. Поэтому самая глубокая форма освобождения не является просто политической. Она начинается, когда отдельные люди и сообщества возвращают себе право определять себя, а не быть определяемыми другими… Только тогда народ сможет выйти за рамки навязанных ему категорий и представить себе будущее, которое больше не будет сковано длинной тенью унаследованных предрассудков.​​

Автор:  Джан Ильхан Кизилхан

Rudaw

https://rudaw.net/english/categories/opinion/1077843

Продолжить Чтение

Аналититические обзоры.

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ КУРДСКОГО ВОПРОСА

Опубликованный

вкл .

Автор:

Кубашев Aлибек, докторант
КазУМОиМЯ им. Абылай хана
(Алматы, Казахстан)

https://www.elibrary.ru/download/elibrary_43022480_66572396.pdf

Продолжить Чтение

Популярные публикации