Страницы истории
РПК — 29-ое курдское восстание
(К очередной годовщине образования)

Рабочая партия Курдистана (РПК, курд. Partiya Karkerên Kurdistan – PKK) — курдская политическая организация, образована 27 ноября 1978 года.
Первоначально главной целью РПК было создание независимого курдского государства на территориях с исторически сложившимися этногеографическим названием Курдистан на стыке четырех государств (Ирак, Иран, Турция и Сирия), где курды составляют от 70 до 100% населения.
Создание РПК была исторической необходимостью, обусловленной самоотверженной борьбой многих поколений курдского народа за национальное освобождение и построение независимого и демократического государства. Как и другие народы, курды также хотят на исконных землях предков быть хозяевами своей судьбы в собственной стране и самим обустраивать свою жизнь, сохранить и дальше развивать свой древний язык, богатейшую культуру, народные обычаи и традиции, что является их естественным правом.
Несомненно, апогеем курдского национально-освободительного движения в XX столетии, до образования РПК, стали три ярких всплеска национальной воли курдского народа: восстание, возглавляемое Шейхом Саидом в Северном Курдистане, почти годовое существование Мехабадской республики во главе с незабвенным Кази Мухамедом и национальное движение в Южном Курдистане, возглавляемое Мустафой Барзани.
Со всех четырех частей Курдистана только на Северной (турецкой части) Курдистана произошли до 28 антиосманско-турецкое малых и больших курдских восстаний. Самые мощные из них были восстания 1855-56 гг. под руководством Езданшера, 1880 года под руководством Шейха Обейдуллы, 1825 года под руководством Шейха Саида, Араратское восстание 1927-1931 гг. и 1937 года под руководством Шейха Рзы.
Но, все эти движения и восстания не могли добиться конечных целей и заранее обречены на провал, так как были локальными и не имели поддержек не только со стороны курдов других частей Курдистана, но и международных сил или государств, борющихся между собой за передел сфер влияния, за контроль над огромными природными богатствами Курдистана и поэтому крайне заинтересованных скорее в провале курдского движения, чем в ее успехе. В условиях родоплеменной и феодальной структуры общества — главной присущей характерной чертой курдских движений, — нельзя было добиться высокой организованности, не имея четких политических и идеологических ориентир.
Зарождение РПК в Турции не носил случайный характер. Именно Турцией отколота большая часть территории Курдистана и соответственно большинства из более 30 миллионов курдов проживают здесь, доля которых в составе населения Турции составляют более 25%. Турецкая Республика была светской, где религия официально отделена от государства. С первых дней идеологи кемализма вели бескомпромиссную борьбу против власти духовенства, феодальной знати, родоплеменных структур и патриархальных отношений. Урбанизация коснулась и курдов, что привело к увеличению городской прослойки в курдской среде. Постепенно стала формироваться курдская интеллигенция.
Наряду с положительными сдвигами в социальной структуре общества, турецкие идеологи кемализма пытались формировать этнически единородного турецкого общества и пытались переплавить в «турка» всех проживающих в Турции и другие народы, в том числе и курдов. В Турции, по существу, все народы и национальности страны — этнические «турки». Одна из статей турецкой конституции так и гласит: «Каждый, кто связан с турецким государством узами гражданства, — турок».
Курдский язык, естественно, был запрещен и курды должны были не только научиться турецкому языку, но и стать примерными турецкими гражданами, верными кемалистами. Курды не могли говорить на родном языке, даже в быту. Турецкое правительство, в целях ускорения процесса ассимиляции курдского населения, целенаправленно создавая искусственно поголовную безработицу, добивалось, чтобы курды оставляя родные места, переселялись в крупные города турецкой части страны в поисках средств к существованию, маргиназировались в турецкой массе.
Естественно, протестные настроения в курдской массе искала выхода, которая особенно сильна была среди курдского студенчества.
К середине 60-х годов курдское движение получило новые стимулы развития. Наряду с подпольной деятельностью представители патриотически настроенной молодежи стали искать новые легальные формы борьбы за интересы широких масс курдов. Одной из таких форм стали митинги во многих районах Курдистана, которые проходили главным образом под лозунгами буржуазно-демократического характера. Их содержание говорило о том, что организаторы митингов требовали не отделения курдов от Турции, а гарантии их прав в соответствии с турецкой конституцией, устранения громадной разницы в уровне экономической развития между западными (турецкими) и восточными (курдскими) областями.
В апреле 1963 г. группа курдских патриотов «осмелилась» выпускать в Стамбуле ежемесячный журнал «Данг» («Голос») на курдском и турецком языках, а также газету «Рожа наха» («Сегодня»). Как и ожидалось, оба издания вскоре были закрыты. Имущество обоих изданий было конфисковано. Но, уже никакие жестокости не могли остановить порыв курдских патриотов.
Поэтому можно на полном основании утверждать, что РПК вышла из рядов движения студенческого протеста 1963-1971 гг.
Первые подготовительные собрания для ее учреждения происходили в начале семидесятых годов. Большая часть основавших ее членов вышла из организации «Dev Genc» («Революционная молодежь»), которая возникла в результате возмущения против руководства новообразованной в середине шестидесятых годов социал-демократической TIP («Рабочей партии»).
Курдский вопрос был в ряду тех тем, которые горячо обсуждались политически активными студентами. Курдское меньшинство подвергалось дискриминации во многих отношениях, его язык и образ жизни не признавались.
Поэтому Абдулла Оджалан и круг основателей РПК, рассматривая Курдистан как колонией Турции, решили образовать политическую партию, главней задачей которой была мобилизация курдских масс для достижения национальной независимости.
В 1975 году состоялось первое общее собрание организации, провозгласившей создание всекурдистанской партии. Избранная на собрании Рабочая Группа (на правах Центрального Комитета) в том же году приняла решение о разработке новой Программы, отвечающей современным условиям. Через три года, 27 ноября 1978 году, после напряженнее подготовительной работы в конспиративных условиях осадного положения в Курдистане, состоялся первый съезд, который принял новую Программу и Устав, другие основополагающие партийные документы и утвердил новое название партии — Рабочая партия Курдистана (РПК), лидером ее единогласно был избран Абдулла Оджалан.
Начиная с этого судьбоносного события, в жизни курдского народа произошел коренной перелом. В лице этой общенациональной политической организации он получил крепкую, непоколебимую опору, источник твердой воли и неиссякаемой энергии, лучезарный маяк, освещающий его поступательное движение к заветной цели — к своему собственному завтрашнему дню.
Именно РПК стала той политической организацией, которой удалось воссоединить всю энергию народного гнева, собрать по крупицам опыт борьбы предыдущих поколений, глубоко проанализировать пройденный нелегкий путь курдского народа, выявить причины промахов и неудач, собрав воедино все здоровые силы народа, создать армию самоотверженных борцов за правое дело и повести их за собой.
Одной из распространенных форм борьбы первых ячеек РПК стали партизанские выступления, которая официальная турецкая пропаганда стремилась очернить еще в самом начале. Под прикрытием борьбы с партизанами турецкое государство еще более ужесточило репрессии в Курдистане. Волна арестов по политическим мотивам, захлестнувшая Турцию, привела к тому, что в тюрьмах оказалось втрое, а порой и вчетверо больше расчетного количества заключенных. Для решения проблемы в стране ускоренными темпами было начато строительство 53 новых тюрем (по заявлению тогдашнего министра юстиции Кязыма Акдогана).
РПК взяла все лучшее из опыта мирового революционного, национально-освободительного движения. Лозунгом партии было провозглашено создание «единого, независимого, демократического Курдистана».
Уже в середине 70-х годов в Турции с населением чуть больше 50 миллионов человек действовало 638 тюрем, в которых содержались сотни тысяч заключенных. Иностранные СМИ сообщали о зверствах турецкой военщины в курдских районах. Газета «Монд», например, писала, что длительный процесс против курдских повстанцев в Турции завершился… вынесением приговора, жестокость которого стала уже обычной для турецкой военной юстиции…
После учиненного турецкой военной хунтой в 1980 году военного переворота, почти всё руководство РПК было арестовано, однако Абдулле Оджалану и ряду его соратникам удалось укрыться в Сирии.
Установив свою штаб-квартиру в долине Бекаа (Ливан) и получив тренировку в лагерях Организации освобождения Палестины, «апочисты» (приверженцы «Апо») в 1984 году провели первые вооруженные акции в Турции. 15 августа 1984 г. под командованием ставшим легендой национально-освободительного движения курдского народа Агита (Максум Коркмаз) 50 партизан освободили курдские города Эрук и Шамдинан. И этот день, ставшей началом нового курдского вооруженного восстания современной курдской истории под руководством возглавляемой Абдуллой Оджаланом революционной партии ПКК по праву считается днем национального пробуждения курдского народа и ежегодно 15 августа в качестве праздника отмечается как «День возрождения курдского народа».
В 1990-х годах «апочисты» имели уже многотысячную партизанскую армию (получившую наименование Армия освобождения народов Курдистана — (Artêşa Rizgariya gelên Kurdistan — ARGK), и разветвленные политические структуры, объединённые в Фронт национального освобождения Курдистана (Eniya Rizgariya Netewên Kurdistan — ERNK). Армия состоит из профессиональных партизан с хорошо обустроенными базами в труднодоступных высокогорных областях в Южной (иракской) части Курдистана (Кандил, Брадость, Хинере, Хакурк, Гаре, Зап и отдельные районы Бадинан). Кроме того, силы РПК базируются в Турции, Западной Европе, на Ближнем Востоке.
РПК к массовым жертвам среди мирного населения не привержена. Основными целями бойцов РПК не являются мирные граждане (на арабский манер не взрывают автобусы с пассажирами, не угоняют самолёты и не сбивают их в воздухе с пассажирами, не стирают с лица земли здания в которых находятся люди). Они воюют против армии, против вооружённых солдат, против правительственных сил безопасности Турции.
А популярность и всекурдская поддержка РПК объясняется чувствами курдского патриотизма.
В ответ правительство Турции проводило политику «выжженной земли», сравнивая в приграничном с Ираком районе курдские деревни с землей, выселяя их жителей. Согласно курдским источникам, с 1984 по 1990 годы такому принудительному переселению подверглись 2500 деревень.
В течение этого времени турецкое правительство усилило свой террор в курдских районах. Массовое убийство гражданского населения во время празднования курдского Нового года 21 марта 1992 года получило широкую международную известность. Армия стреляла в празднующую толпу, в результате более ста человек погибло, а несколько сот были ранено. Турецкие силы безопасности провели много других кровавых актов. Репрессии превзошли размеры террора восьмидесятых годов.
В марте 1993 года на совместной конференции с Джелалом Талабани в сирийском Бар Элиасе Оджалан провозгласил одностороннее прекращение огня и впервые публично объявил, что РПК отказывается от требования создания независимого государства. Он сказал, что РПК готова разрешать курдский вопрос политическими средствами и начать мирные переговоры. Это предложение было поддержано различными европейскими правительствами, а также большей частью европейских социал-демократов и «зеленых». Турецкое правительство ответило провокациями, и прекращение огня продержалось только до начала июля.
А с другой стороны власти стремились расколоть курдское движение, противопоставляя самих курдов. В этих целях в 1985 году турецкое правительство учредило систему так называемой «деревенской охраны». Она включала в себя отдельных курдов или целые курдские роды, подкупленные и обеспеченные оружием для борьбы против РПК. Террор, применяемый турецкой армией, описан в свидетельствах многих очевидцев и не ставится под вопрос ни одним объективным наблюдателем.
«Мы ставили людей перед выбором, — рассказывал о своих действиях журналисту Готфриду Штему (Stem) бывший лейтенант Йенер Солиу (Yener Solyu), — либо они действуют как деревенская охрана, либо они будут переселены в другие провинции. Вечером мы инсценировали столкновение с партизанами, стреляли по окнам, а также направляли тяжелые орудия на деревню. Поскольку люди зависели от своего урожая и домашней скотины, мы опустошали их поля и убивали их скот. Если это не помогало, мы окружали деревню и посылали в нее антипартизанские части. Они допрашивали людей и убивали некоторых из них. Иногда мы ради развлечения поджигали их дома огнеметами или противотанковыми реактивными ружьями, или мы могли просто оставить вокруг неразряженные гранаты"[1]. Йенер Солиу описывает также ужасные пытки, применявшиеся военными, и комментирует: «Для того чтобы подвергнуть вас пыткам, не нужно быть заподозренным в том, что вы — боевик РПК; достаточно просто быть курдом»[2]. Даже двенадцатилетние курдские дети погибали от пыток.
Но, несмотря на это, антитурецкое восстание набирала обороты. В начале 90-х члены РПК объявили турецким властям городскую партизанскую войну.
По сообщениям РПК, в 1997 году произошло более 2000 столкновений с турецкими военными и боевиками ДПК в северном Ираке. Согласно источникам РПК, в них было убито 2759 турецких солдат и 2713 соглашателей (в том числе 597 членов деревенской охраны), около 1000 партизан погибли в сражениях.
Обеспокоенность региональных и мировых держав мощью курдского движения вылилось в международный заговор против курдского лидера и вождя РПК Абдуллы Оджалана.
В 1998 году РПК лишилась поддержки Сирии и Абдулла Оджалан вынужден был искать убежище за ее пределами.
Соединенные Штаты, чьи спецслужбы организовали похищение Оджалана, стремятся утвердить свое превосходство на Ближнем и Дальнем Востоке. Для Америки курдское национальное движение являлось просто препятствием, мешающим достижению этой цели. Европейские правительства отказались предоставить Оджалану убежище, так как они не хотели иметь на своей территории человека, создающего такую взрывоопасную социальную проблему. Арабские правительства, которые когда-то представляли собой определенный противовес влиянию США в этом регионе, не пошевелили пальцем, чтобы защитить курдов, которых они сами подавляли у себя дома. Президент Асад под турецким давлением выслал Оджалана из Сирии. И якобы демократическая Россия не приняла его. За последние годы РПК обращалась ко всем этим правительствам и даже возлагала на них свои надежды.
Лицемерие европейской цивилизации проявилось в том, что было отказано человеку в ее священной праве на предоставление ему политического убежище. Даже в ассирийских надписях есть упоминания об ассрийских подданных, нашедших убежище у урартских царях. За всю историю человечества впервые в этом праве было отказано представителю именно курдского народа, что еще раз указывает на трагическое положение курдов. Отказ европейских государств и правительств предоставить Абдулле Оджалану убежище и его последующее похищение и доставка в турецкую столицу Анкару представляют опасное нападение на основные демократические права, так как РПК является не террористической группировкой, а политической организацией угнетенного народа.
Парадокс заключается втом, что предательским захватом Абдуллы Оджалана курдское движение не сошла вспят, а наоборот, еще больше усилилась всенародная поддержка РПК и ее лидера.
В 1999 году РПК разработала проект Демократической Конфедерации, представляющей собой внегосударственное образование, объединяющее курдские автономные республики, которые должны быть созданы в составе стран, разделивших Курдистан. В января 2000 года на партийной конференции РПК сменила свое название на «Демократический народный союз», в 4 апреля 2002 года именовалась Конгрессом свободы и демократии Курдистана (KADEK), с 4 апреля 2004 снова продолжила деятельность под наименованием Рабочая партия Курдистана.
В настоящее время РПК приверженец мирного решения курдского вопроса. В этих целях РПК неоднократно объявляла об одностороннем прекращении боевых действий:
Первое перемирие
19 марта 1993 года на пресс-конференции в ливанской провинции Бекаа лидер Рабочей партии Курдистана, в присутствии лидера Патриотического союза Курдистана (нынешнего президента Ирака) Джаляля Талабани объявил об одностороннем перемирии. Перемирие было объявлено в ответ на многочисленные тайные обращения турецкого руководства и продлилось до 15 апреля 1993 года. Взаимная скрытая договоренность была достигнута в ходе посреднической деятельности Джаляля Талабани между Абдуллой Оджаланом и президентом Турции Тургутом Озалом. 15 апреля 1993 года РПК объявила о продлении перемирия сроком на один месяц. 17 апреля президент Турции Тургут Озал умер от инфаркта. В восточных и юго-восточных районах Турции против курдских партизан были развернуты широкомасштабные операции. РПК объявила о прекращении перемирия с Турцией.
Второе перемирие
Было объявлено 15 декабря 1995 года в ответ на письмо турецкого премьер-министра Тансу Чиллер, отправленному лидеру РПК Абдулле Оджалану. Однако 16 января 1996 года, после того, как близ городка Гючлюконак на юго-востоке Турции турецкими военными был обстрелян гражданский микроавтобус с 11 пассажирами, и ответственность была возложена на РПК перемирие было прекращено. Покушение на жизнь лидера РПК Абдуллы Оджалана 6 мая 1995 года, организованное турецким руководством во главе с Тансу Чиллер, Доганом Гюрешом и Мехметом Агаром окончательно поставило точку в переговорах.
Третье перемирие
1 сентября 1998 года по просьбе премьер-министра Турции Неджметтина Эрбакана РПК в третий раз объявила о перемирии. Перемирие сохранилось и после вынужденного выезда лидера РПК Абдуллы Оджалана из Сирии, которой со стороны Турции был объявлен ультиматум о введении войск. Арест Абдуллы Оджалана 15 февраля 1999 года положил конец перемирию.
Четвертое перемирие
2 августа 1999 года РПК объявила о выводе войск из турецкой части Курдистана в иракскую часть. И 1 сентября объявила об очередном перемирии. Самое продолжительное в истории курдско-турецкого военного противостояния перемирие сохранялось на протяжении почти 5 лет. Игнорирование курдской проблемы в Турции вынудило руководство РПК 1 июня 2004 года объявить о прекращении перемирия.
Пятое перемирие
Было объявлено 1 сентября 2006 года в ответ на многочисленные просьбы курдской и турецкой интеллигенции, Партии демократического общества, Соединенных штатов Америки и Европейского союза. На Х Съезде Рабочей партии Курдистана утверждены понятия «активная» и «пассивная» самооборона, подразумевающие ведение вынужденных атак, в случае нападения со стороны агрессора, в отношении которого объявлено перемирие.
Мораторий
29 марта 2009 года, с целью поддержания благоприятной атмосферы внутри Турции, активно обсуждающей способы политического решения курдской проблемы, РПК объявила о введении моратория на ведение боевых действий сроком до 1 июня 2009 года. 1 июня 2009 года РПК продлила мораторий до 15 июля 2009 года, затем до 1 сентября 2009 года. 29 сентября 2009 года односторонний мораторий продлен на неопределенный срок.
1 июня 2010 года Исполнительный комитет ДКК объявил о завершении перемирия, длившегося 13 месяцев. Он объявил, что «правительство ПСР, которое, очевидно, делает все, что захочет ради укрепления собственной власти, несет полную ответственность за кровопролитие и то, что будущее народа Курдистана поставлено под угрозу. Таким отношением оно саботировало и разрушило основу мирного диалога. Таким образом, оно сделало наше одностороннее бездействие бессмысленным и бесполезным. За прекращение 13-месячного мирного процесса ответственно правительство ПСР, а не наше движение».
Шестое перемирие
14 августа 2010 Боевики Курдской рабочей партии (РПК) в одностороннем порядке объявили о прекращении боевых действий до 20 сентября против турецких властей на время Рамадана — девятого месяца мусульманского календаря (Священный месяц Рамадан у мусульман начался в 2010 году в среду и продлился до 9 сентября).
30 сентября, боевики РПК объявила о том, что продлевают перемирие с Турцией еще на месяц. Однако РПК оставляет за собой право контратаковать, если турецкая сторона первой нанесет удар. При этом, курды отметили, что цель такого шага — дать Анкаре шанс завершить вооруженное противостояние, которое длится уже более четверти века.
Один из лидеров РПК Мурат Карайилан подчеркнул, что его люди вновь возьмутся за оружие, если турецкие военные начнут новые операции против курдов в ближайшие месяцы. При этом лидерами РПК было подчеркнуто, что длительное перемирие возможно в том случае, если Анкара прекратит военные операции против курдов, освободит 1700 «политзаключенных» и начнет мирный процесс.
Однако, Анкара продолжает игнорировать добрую волю курдского народа на перемирие и пытается силовым методом решать курдский вопрос. Турецкое Правительство в ходе этих мораторий на прекращение огня начиная с 1999 г. воспользовалось полученным преимуществом и провело военные операции, в результате которых погибли 300 партизан.
Несмотря на это, идя на многочисленные обращения мировой общественности, турецкой и курдской интеллигенции, РПК заявила о своей приверженности к мирному диалогу с Турцией по решению курдской проблемы и объявила мораторий на боевые действия до парламентских выборов в Турции летом 2011 г.
Теперь ответ за Турцией.
За последние 30 лет курдское национальное движение достиг своей кульминации, которая стала приносить свои плоды.
В настоящее время курдское движение, перестав быть региональным, превратилось одной из мощных рычагов мирового политического процесса.
В Ираке курды добились Федерации и успешно наполняют ее политическое, идеологическое и экономическое содержание. С 2004 г. бессменным президентом Ирака является курд Джалал Талабани, который вместе с Президентом Регионального Правительства Курдистана разрешили затянувшийся политический кризис по формированию правительства Ирака и это было благосклонно принято мировой политической элитой как ярчайший успех курдской дипломатической миссии и политической зрелости.
В самой Турции на сегодня курдская партия БДП (Партия Демократии и Мира) стала одной из ведущих политических партий страны и важной ее политической составляющей. В парламенте Турции 20 членов этой партии, а общее количество курдов уже превышает более 100 депутатов.
Во время муниципальных выборов в Турции 29 марта 2009 г самый заметный прорыв с точки зрения представительства в местных органах власти произошел у главных оппонентов турецких националистов – прокудрской Партии демократического общества (ПДО), занявшей по итогам голосования четвертое место (5,4%). Между тем, число возглавляемых ею муниципалитетов фактически удвоилось. Наряду с юго-восточными вилайетами Диярбакыр, Ширнак, Хаккяри и Муш, во главе которых и ранее находились близкие к ПДО мэры, представители этой партии вытеснили конкурентов из пяти других провинций региона — Батман, Мардин, Агры, Ван и Игдир. И эта партия стала контролировать 99 муниципалитетов в Турции.
В Турции 24 часа вещает на курдском языке государственный спутниковый (TRT-6) и несколько частных (Dunya, Dicle и др.) теле- и радиоканалы и эта тенденция наблюдается в сторону увеличения.
А общее количество курдских спутниковых телеканалов в мире уже превышает более 25, вещают более полусотни радио, а мировой паутине число курдских сайт во всех ведущих мировых языках превышает более 2 000.
Естественно, становление курдских политических партий и общественных организаций, развитие образовательного процесса, укрепление и консолидация здоровых сил курдской диаспоры, упорядочение и систематизация изданий печатных органов, книг и пособий на курдском языке, налаживание теле и радиопередач, интернета, оживление общественной жизни сыграли, несомненно, весомую роль в деле дальнейшего повышения национального самосознания миллионов курдов во всех четырех частях Курдистана, что в свою очередь, играет немаловажную роль в дальнейшей консолидации курдского народа. И в этом процессе, несомненно, роль Рабочей партии Курдистана во главе с ее бессменным лидером и величайшим теоретиком курдского национального движения Абдуллой Оджаланом весьма велика. Даже по признанию самих турецких интеллектуалов, нынешнее курдские достижения в Турции связаны именно в первую очередь, с курдским вооруженным выступлением, правильно, при этом делая ударение на то, что эта роль уже исчерпала себя и пора за свои курдские этнические и политические права надо бороться ненасильственными средствами. А турецкий интеллектуал и один из известных турецких журналистов Ченгиз Джандар в турецкой газете «Радикал» разместил статью под названием: «ПКК — самое крупное курдское восстание»[3].
Успеху курдского движения благотворно оказывают и общенациональные консолидационные процессы. Заявления курдских общенациональных лидеров в лице Мам Джалал Талабани (ПСК), Масуд Барзани (ДПК) и Абдуллы Оджалана (РПК) о том, что «больше курды не будут воевать против друг друга», а их потенциал будет служить общекурдским национальным интересам у всего курдского народа встретила восторженные отзывы и надежды на то, что наконец-то курды решать свои общенациональные задачи по построению курдского национального государства в ближайшем перспективе. Хорошим подспорьем и вестью в этом плане служить и подготовка к проведению Общенациональной Курдской Конференции в марте 2010 г. в Южной (иракской части) Курдистана.
Редакция сайта www.kurdist.ru сердечно поздравляет руководство Рабочей партии Курдистана во главе с Абдуллой Оджалан, всех доблестных курдских партизан и весь курдский народ очередной годовщиной образования этой величайшей партии свободы и демократии современности, желает им крепкого здоровья, успехов и новых побед во имя скорейшего достижения общенациональных целей.
Страницы истории
Наследие Ашшура или конструкт арамеев?
Современные ассирийцы сквозь призму языка, географии и политики
Камиз Шеддади
Современные ассирийцы – этнорелигиозная община, насчитывающая несколько миллионов человек, разбросанных по всему миру. Согласно широко распространённой версии, они являются прямыми потомками древних жителей Ассирийской империи – народа, говорившего на аккадском языке и создавшего одну из первых великих держав в Месопотамии. Эта точка зрения стала краеугольным камнем современного ассирийского национализма и активно поддерживается как самой общиной, так и некоторыми исследователями.
Однако существует и альтернативный взгляд, который подвергает сомнению эту преемственность. В данной статье мы последовательно разберём ключевые аргументы обеих сторон и покажем, что версия о прямом происхождении современных ассирийцев от древних ашшурцев не выдерживает критического анализа. Вместо этого мы предложим более экономное объяснение, согласно которому современные ассирийцы – это потомки арамеев, принявших христианство, которые в церковно-политических целях присвоили себе престижное имя древней империи.
Языковой вопрос: аккадский против арамейского
Главное и наиболее очевидное противоречие заключается в языке. Древние ассирийцы говорили на аккадском языке, относящемся к восточносемитской ветви. Этот язык был полностью вытеснен арамейским уже в первые века до нашей эры и окончательно исчез как разговорный к V веку н.э. Современные ассирийцы говорят на новоарамейских диалектах, которые являются прямыми потомками арамейского, но не аккадского.
Сторонники преемственности указывают на наличие в новоарамейском языке аккадских слов-субстратов, которые, по их мнению, доказывают, что носители языка являются прямыми потомками аккадцев. Однако этот аргумент не выдерживает проверки. Аккадские заимствования присутствуют также в арабском и иврите – но никто не утверждает, что арабы или евреи являются потомками ассирийцев. Более того, аккадские слова в новоарамейском могли попасть туда через длительный языковой контакт, а не через прямое наследование.
Подобные процессы – обычное явление в истории языков. В английском языке есть кельтские субстратные слова (Avon, Combe, Tor), но англичане не являются потомками кельтов. Во французском есть галльские слова (Bougie, Char), но французы не прямые потомки галлов. В русском есть финно-угорские слова (тундра, пурга), но русские – не финно-угры. Таким образом, наличие аккадских слов в новоарамейском является следствием длительного сосуществования языков, а не доказательством этнического наследования.
Географический аспект: Ниневия, Хаккари и Кордуена
Второй серьёзный аргумент касается географии. Сторонники традиционной версии часто утверждают, что древние ассирийцы после падения Ниневии (612 г. до н.э.) укрылись в недоступных горах Хаккари и Урмии, сохранив там свою идентичность на протяжении тысячелетий. Однако исторические источники и археологические данные показывают иное.
После падения Ниневии основное население Ассирии не бежало в горы. Жители остались на своих землях и стали подданными Нововавилонского царства. Вавилоняне восприняли ассирийские культурные традиции, а бог Мардук, который некогда был главным божеством Ашшура, был возвеличен в Вавилоне. Никаких свидетельств массового исхода в горы нет.
Горы Хаккари в античности были известны как Кордуена – страна кардухов, о которых писал ещё Ксенофонт в V веке до н.э. Кардухи – это ираноязычные племена, предки современных курдов, а не семитские ассирийцы. Современные ассирийцы действительно оказались в этом горном регионе, но значительно позже –спасаясь от преследований со стороны Сасанидского зороастризма и позже – от арабских завоеваний. Они не были исконными обитателями этих гор; они пришли туда, уже будучи христианами и арамееязычными.
Таким образом, географическая привязка «ассирийцы = горцы Хаккари» не подтверждается древней историей. Предки современных ассирийцев тысячу лет жили на равнинах и лишь в Средневековье переместились в горы в результате гонений.
Христианизация: Арам, а не Ашшур
Принятие христианства – ещё один ключевой пункт. Согласно церковному преданию, апостолы Фаддей (Аддай) и Варфоломей принесли христианство в Северную Месопотамию уже в I веке. Центром раннего христианства стал город Эдесса (современная Урфа на Северном (Турецком) Курдистане). Именно здесь около 200 года н.э. царь Абгар IX объявил христианство государственной религией в своём небольшом царстве Осроена.
Но Эдесса – это исторический Арам, а не Ашшур. Здесь говорили на западноарамейском диалекте, и именно здесь была создана Сирийская Библия (Пешитта). Апостолы проповедовали среди арамеев, а не специально среди бывших ашшурцев. В регионе в то время жило множество народов – персы, курды, евреи, арабы – и все они принимали христианство. Однако лишь та община, которая говорила на арамейском и жила вокруг Эдессы, создала устойчивую церковную традицию. Нет оснований считать, что эти христиане были именно потомками ашшурцев. Логичнее предположить, что первая христианская община на арамейском языке была арамейской по этническому составу.
Церковные расколы и формирование идентичности
В V веке произошёл раскол между восточными и западными христианами-сирийцами. Западная церковь, центром которой оставались Эдесса и Антиохия, удерживала связь с Византией. Восточная церковь, сосредоточенная в столице Сасанидской империи Ктесифоне, пошла своим путём – так возникла Церковь Востока.
В ходе этого раскола каждая из сторон искала себе авторитетные древние корни. Западные назвали себя «арамеями» (или сирийцами) – по имени библейского патриарха Арама. Восточные же выбрали имя «Ашшур» – в честь древней империи, которая когда-то доминировала в Месопотамии. Это был политический и церковный бренд, аналогичный тому, как армяне возводят себя к Ною, а арабы – к Аврааму. Никакого реального этнического происхождения от ашшурцев в этом выборе не было – было лишь желание получить древний и престижный географический ярлык, который укрепил бы авторитет церкви и её паствы.
Важно подчеркнуть, что это не уникальное явление. Армянская церковь ведет свою историю от Ноя. Мусульманские династии возводили себя к Исмаилу, сыну Авраама. Грузины, абхазы и многие другие народы Кавказа имеют свои легенды о происхождении от библейских праотцов. Это естественный способ утвердить свою древность и богоизбранность. Имя «Ашшур» было одним из самых мощных в регионе: империя, правившая всем Ближним Востоком, чьи цари упоминаются в Библии. Для церкви, боровшейся за независимость от западных иерархов, взять такое имя было гениальным ходом.
Диалектные различия как ложный маркер
Сторонники традиционной версии часто утверждают, что восточные и западные диалекты арамейского разделились ещё до нашей эры, и это доказывает этническое различие между ассирийцами и арамеями. Однако диалект не является этническим маркером. В курдском языке существует несколько диалектов (курманджи, сорани, горани, заза), но все их носители считают себя курдами. Точно так же арамеязычные христиане могли говорить на восточных диалектах в Хаккари и Урмии, а на западных – в Сирии и Ливане, но при этом иметь общее происхождение. Диалектные различия – это следствие географической изоляции, а не этнической предыстории.
Генетические данные: общий субстрат, а не уникальное наследие
Генетические исследования часто приводятся в пользу ассирийской преемственности. Однако они не дают однозначного ответа. Современные ассирийцы действительно имеют древние гены, но не уникальные. Те же гены присутствуют у курдов, халдеев, армян, арабов-христиан и даже некоторых мусульманских групп. Это не доказывает прямого происхождения от Ашшура, а лишь показывает, что все народы региона имеют общий древний субстрат. Генетика не является решающим аргументом – она свидетельствует о смешении и общих корнях, но не о прямой линии от древних ассирийцев к современным ассирийцам.
Разбор последних опор традиционной версии
После анализа языка, географии, истории христианизации и генетики остаются три последних аргумента, на которые опираются сторонники преемственности.
Первый – самоназвание и письменная традиция. Утверждается, что восточные христиане называли себя «ашшурцами» ещё в IV веке, и это доказывает их происхождение. Однако арамейский язык и письменность были общими для множества народов региона – арамеев, иудеев, мандеев. Название «Ашшур» могло быть политическим брендом, как у армян или арабов, которые возводили себя к библейским праотцам. Нет ни одного письменного свидетельства, что крестьяне в горах Хаккари называли себя «ашшурцами» в быту до XIX века.
Второй – генетическая уникальность. Как уже было сказано, общие древние гены есть у всех народов региона. Нет уникального ассирийского генетического маркера, который бы отличал их от соседей.
Третий – диалектные различия. Этот аргумент опровергается примером курдов, у которых разные диалекты, но единая этническая идентичность. Диалект не является этническим маркером.
Таким образом, все три аргумента не выдерживают критики.
Заключение
Современные ассирийцы – это не потомки аккадцев, а потомки тех арамеев, которые приняли христианство в I–III веках на территории Северной Месопотамии (Арама). Их язык – новоарамейский, их первые церковные центры – Эдесса и Ктесифон, их культура и богослужение – сирийские (арамейские).
Имя «Ашшур» было присвоено ими в церковно-политических целях в период раскола V века, чтобы подчеркнуть свою независимость и древность. Это стандартная практика для всех ближневосточных народов, и нет никаких серьёзных оснований считать, что у ассирийцев она имела более глубокие корни, чем у других народов региона.
Версия о прямой этнической преемственности от древней Ассирии остаётся лишь удобной легендой, но не подтверждается ни языком, ни географией, ни хронологией христианизации, ни историей конструирования идентичностей, ни генетикой.
Современные ассирийцы – наследники арамеев, которые блестяще использовали имперский бренд Ашшура для сохранения своей уникальной религиозной и культурной традиции.
Страницы истории
Рукопись Матенадарана № 7117 и вопрос о языковых и национальных корнях курдского народа
Акрам Мухаммад
Вопрос документирования первых этапов письменности и записи на курдском языке является одной из наиболее маргинализированных научных областей — либо из-за географических препятствий, либо в результате накопившихся политических и исторических расчетов на Ближнем Востоке, которые были направлены на то, чтобы изобразить курдов как народ, не имеющий древней исторической письменности и самостоятельной устойчивой языковой идентичности в Средние века. Однако серьезные академические исследования в области кодикологии и сравнительного языкознания сумели деконструировать эти исключающие нарративы благодаря обнаружению чрезвычайно редких документов, составленных соседями курдов из числа народов региона. Во главе этих археологических сокровищ стоит то, что в мировых научных кругах известно как «Матенадаранская рукопись № 7117», хранящаяся в Институте древних рукописей имени Месропа Маштоца в столице Армении Ереване.
Этот редкий памятник, переписанный в его нынешнем виде в 1442 году н. э., представляет собой не просто рядовой христианский религиозный кодекс, а является своего рода национальным и лингвистическим «Розеттским камнем», который приподнимает завесу над полной курдской исторической правдой, неопровержимо доказывая подлинность их языка, укоренённость их самобытной идентичности и глубину их демографического сосуществования в регионах Ближнего Востока.

Чтобы понять материальную, историко-географическую структуру этой рукописи, необходимо деконструировать её археологический контекст, отойдя от поверхностного взгляда. Данный том — не отдельный лист и не единичный текст, а сложный богословский и апологетический сборник, составленный в монастырях Средневековья в качестве комплексного справочного руководства по алфавитам и живым языкам, на которых говорили в окружающих регионах. Курдский материал в этом томе занимает страницы с 142 по 145, а именно — лицевую сторону страницы 145. Ручное копирование нынешнего тома было осуществлено в церкви Святой Девы при историческом монастыре Мицопаванк, расположенном к северо-западу от города Арджиш (ныне известного как город Эрджиш близ озера Ван в Северном Курдистане). Эта запись была сделана рукой профессионального монаха Ованнеса под непосредственным руководством и наблюдением видного армянского историка и богослова Фомы Мицопского. Однако более глубокий географический секрет, раскрываемый маргиналиями рукописи и прилагаемыми к ней записными пометами, показывает, что этот текст родился не в регионе Вана, а был перенесён как готовое и сохранившееся содержание морем из монастырей Крымского полуострова на Чёрном море, откуда его привёз армянский патриарх Киракос Варагский во время своего возвращения в Анатолию[1] . Эта географическая миграция текста доказывает исторический факт первостепенной важности: курдское языковое содержание написано гораздо раньше даты его копирования в 1442 году и использовалось и составлялось как литургический и обрядовый материал за много десятилетий до этой даты в сообществах Причерноморья и Южного Кавказа.
Первая курдская историческая правда, которую долгое время замалчивали, проявляется в том тайном названии, которое рукопись дала тексту. Армянский монах не написал над молитвой слово «курдский», а озаглавил её официально на древнеармянском языке фразой «Маран лизу» или «Марац», что буквально означает «язык мидийцев». Этот словесный выбор является шоком для историков, пытавшихся отделить курдов от их древних корней; он представляет собой сильнейший нейтральный исторический документ, составленный третьей стороной (Армянской церковью) в XV веке, подтверждающий, что соседи курдов видели в них прямых потомков Древней Мидийской империи, а их язык — естественным развитием мидийского языка. И поскольку курдский язык в ту эпоху не обладал унифицированной и утверждённой системой письма, монах применил лингвистическую уловку, известную как «армянский каршуни» — приспособление 38 букв армянского алфавита для фонетической записи слов другого индоевропейского языка. Перед писцом стояли огромные проблемы при передаче сложных фарингальных и взрывных звуков курдской речи, поэтому он изобрёл уникальные буквосочетания для точной передачи произношения буквы «خ» (ха) и напряжённой «П», чтобы монахи и чтецы могли читать молитву со стопроцентно правильным курдским акцентом перед жителями гор.

Текст, записанный в рукописи, представляет собой курдскую версию известной восточной литургической песни «Трисвятое». При дешифровке её лингвистического кода, осуществлённой британским иранистом Дэвидом Нилом Маккензи в 1961 году, содержание на древнеармянском языке выглядит следующим образом:
«Փաքէժ Խօդէ، փաքէժ ու զահմ، փաքէժ վէմարգ քոյ խաթի խաչէ ǝշկǝրմա րահմաթէ ما»
При академической латинской реконструкции произношения фраза читается как:
«Pakēž Xōdê, pakēž u zahm, pakēž vēmarg k’oy xat’i xač’ē ǝškǝrma rahmat’ē ma» [2] .
Структурное лингвистическое сравнение этого среднекурдского текста с современным курдским языком раскрывает поразительный научный факт:
· Слово «бакеж» (Pakēž) является прямым предком слова «бак» (pak) — «святой, чистый».
· Слово «Ходэ» (Xōdê) — это современное произношение Xwedê — «Господь миров».
· Чудесной особенностью текста является сохранение полностью исчезнувших в современных диалектах слов, таких как «вазаhм» (zahm) — «могущественный, сильный», которое сегодня трансформировалось в конструкцию «бихез» (bihêz) [3].
· Слово «вемарг» (vēmarg) — это древнее лингвистическое образование, состоящее из примитивной частицы отрицания «ви» (vē) и арийского корня смерти «мардж» (marg), означающее «бессмертный, который не умирает», и заменяемое в современной грамматике на слово «намире» (namire).
· Также в тексте появляется инструмент объектного падежа и встроенное местоимение «ишкырма» (ǝškǝrma), которое трансформировалось в современное «джи бо ма» (ji bo me) — «ради нас».
Таким образом, полный и окончательный богословский перевод содержания рукописи на арабский язык (здесь даётся на русском) звучит так:
«Свят Бог, Свят Могущественный, Свят Бессмертный, о Тот, Кто пришёл на Крест ради нас, помилуй нас».
Политическая и социальная ценность этой рукописи выходит далеко за рамки простого лингвистического документирования, раскрывая характер забытого демографического и религиозного присутствия курдов. Составление молитвы в лёгкой, ритмичной, музыкально соразмерной стихотворно-литургической форме подтверждает, что церковь не создавала этот текст как сухой академический документ для хранения в тёмных библиотеках, а составила его для публичного пения и напевного исполнения перед простым курдским народом, чтобы они понимали его в местах богослужения. Это открытие представляет собой неопровержимое доказательство существования целых курдских общин и племён, исповедовавших восточное христианство и использующих курдский язык как средство ежедневного богослужения и обрядов в регионах бассейна Вана и Чёрного моря, до того как ожесточённые войны и демографические и политические конфликты между Османской и Сефевидской империями в XVI–XVII веках привели к изменению всей религиозной и социальной карты региона и растворению этого забытого исторического пласта.
Более того, рукопись № 7117 связана с огромной важностью, благодаря которой она занимает высокое место в реестре «Память мира» ЮНЕСКО. На странице 145, лицевой стороне, непосредственно рядом с курдским текстом, монах-переписчик поместил единственное сохранившееся в мире учебное и историческое руководство по алфавиту Кавказской Албании, состоящему из 52 букв. Если бы грузинский учёный Илья Абуладзе не обнаружил эту рукопись в сентябре 1937 года, алфавит этого исчезнувшего царства был бы утерян навсегда, а каменные надписи в Азербайджане и Грузии остались бы неразгаданными тайнами. Писец поместил курдско-мидийский гимн как часть этой уникальной лингвистической лаборатории, собрав в ней песнопение Трисвятого на восьми господствовавших тогда мировых и восточных языках (латинском, греческом, армянском, грузинском, персидском, арабском, сирийском и курдском), признавая тем самым курдский язык как полностью зрелый и независимый, обладающий собственной целостной морфологической и синтаксической системой со времён Средневековья, а не просто разрозненные устные диалекты без истории письменной фиксации.
****
Источники и литература:
· Официальные каталоги рукописей Института Еревана:
· Mayr Tsutsak Dzeragrats Mashtotsi Anvan Matenadarani (Большой каталог рукописей Матенадарана им. Маштоца), Том VII, Ереван, Армения.
· Лингвистические и востоковедческие исследования:
· MacKenzie, D. N. (1961). The Language of the Medes. Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London.
· Abuladze, Ilia. (1938). The Discovery of the Alphabet of the Caucasian Albanians. Bulletin of the Institute of Language, History and Material Culture, Tbilisi.
· Gippert, Jost & Schulze, Wolfgang. (2007). The Palimpsests of Mount Sinai and the Caucasian Albanian Alphabet. Monumenta Georgica Typica.
· Курдологические источники и труды:
· Хазендар, Маруф. (2002). История курдской литературы, Часть первая, Эрбиль.
· Kovara Akademî ya Kurdî (Курдский академический журнал), лингвистические исследования и статьи о рукописях и мигрировавших прото-курманджийских текстах в Армении и России, Эрбиль.
· Публикации Ереванского курдского института, касающиеся непосредственного полевого исследования изображений оригинальной рукописи и их сравнения с современными курдскими диалектами.
****
Комментарий от Камиза Шеддади:
[1] Как известно, после падения правления Шеддадидов в Гяндже, одна из ветвей этого же рода продолжала править в городе Ани вплоть до 1201 года. Затем власть в Анийском эмирате перешла к роду Мхаргрдзели (Милдирэджан), которые были курдами-христианами и состояли на службе у грузинского царя в качестве военачальников его армии. С приходом монголов и хорезмийцев Анийский эмират пал. Население Ани состояло из курдов-мусульман, курдов-христиан и армян.
Армянские историки утверждают, что из-за притеснений со стороны монголов и сельджуков, а также из-за землетрясений, жители Ани переселились на Крымский полуостров. Как видно, данный документ был написан в монастыре Ани и уже в период переселения попал в Крым.
[2] Молитва на курдском, армянскими буквами:
Փաքէժ Խօդէ، փաքէժ ու զահմ، փաքէժ վէմարգ քոյ խաթի խաչէ ǝշկǝրմա րահմաթէ »
Транслитерацию на курдсую латиницу этого тек:
Paqij Xwedê, paqij û zexm.
Paqij û vê merq (bê mirin), ku hatî xaçê «eşkerma rehmetê me» (ji bona xilasiya me).
В христианской традиции «paqij» в отношении Бога переводится не как «чистый», а как «Святой», а «zexm» — как «Всемогущий» (или «Крепкий», «Могучий»).
Вот как эта молитва естественно звучала бы по-русски в церковно-молитвенном стиле:
«Святый Боже, Святый Крепкий,
Святый Бессмертный,
пришедший на крест ради спасения нашего.»
Этот вариант точно повторяет структуру классической трисвятой (Sanctus) — «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас», которая есть в православии и восточных обрядах.
А если чуть расширить, чтобы передать смысл «ku hatî xaçê»:
«Святый Боже, Святый Всемогущий,
Святый Бессмертный,
на крест пришедший во спасение наше.»
Или ещё более привычно для уха русского христианина:
«Боже Святый, Крепкий и Бессмертный,
пришедший на Крест ради нашего спасения.»
[3] От редакции www.kurdist.ru: В текста vazahm/zahm и /bihez/ — разные понятия. Bihez – сила, могущество; vazahm/zahm и поныне курды применяют как zehm (zexm, sehm) и означает внушение страха, ужаса, трепет.
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Исторические документы12 месяцев назадКУРДСКИЙ СУДЕБНИК САСАНИДСКОГО ПЕРИОДА: «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN»(«Книга тысячи судебных решений»)
-
Курдские племена,кланы,роды.18 лет назадThe Kurdish tribes of the Ottoman Empire
-
Страницы истории13 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История13 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История15 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
История15 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра

Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий Вход