Среди ученых, по сей день, не затухают споры об автохтонности курдов в северной (турецкой) части Курдистана. Некоторые из них, предубежденно настроенные против курдского народа и по этой причине стремящиеся принизить роль курдского фактора в истории Передней Азии, пытаются доказать, что курды на этих землях появились после арабского завоевания в VII и даже после XI в.

Известный русский востоковед М. Ф. Минорский с присущей ему прозорливостью писал, что «если верховья р. Ефрата и окрестности Ванского озера (Древняя Армения) и явились территорией довольно раннего распространения курдов, то все же отроги южного Тавра и гористая страна левого берега Тигра (по Бохтану, Хабуру и Б. Забу) были, по-видимому, главным очагом курдов в историческое время. Наконец, на заре истории, родину курдов надо искать еще далее на востоке и на юге и этим трем восходящим ступеням во времени соответствуют три района расселения курдов: высокое плоскогорье Армении, собственно турецкий Курдистан и западные персидские горы» (1-3).

Справедливый характер подобных утверждений, особенно то, что касается северной (турецкой) части Курдистана, находят свое подтверждение при исследовании таких племенною государственных образований, как союз племен мушков, «стран» Хубушкиа (царства Наири) и Шуре Митра.

М У Ш К И.

О стране Мушк (Муски, Мушку, Муску) и ее насельниках — племенного союза мушки (мушкийцы) ассиро-урартские источники стали сообщать довольно рано.

Ассирийский царь Тиглатпаласар I (Тукультиапал-Эшарра, 1115-1077 гг. до н.э.) в своей победной реляции пишет: «…В начале моего царствования 20 000 человек мушкийцев и 5 царей их, — которые вот уже 50 лет как захватили страны Алзи и Пурулумзи, приносившие ранее дань и подать богу Ашшуре, моему владыке, — груди которых ни один царь не мог усмирить в битве и которые полагались на свою силу, спустились с гор и захватили страну Кутмухи. В надежде на Ашшура, моего владыку, мои колесницы и войска воистину я собрал, отсталых не ожидал, горы Кашияра, трудную местность, я преодолел, с 20 000 их бойцов и 5 царями их в стране Катмухи я померился силами, нанес им поражение, тела их воинов в сече битвы я смел в кучу, как дождевой поток, кровь их я заставил течь в ущелье и высоты гор, головы их я отрубил, рядом с поселениями их я насыпал их, как зерновые кучи; их полон, их имущество, их богатство без счета я забрал. 6000 человек, остаток их войск, которые бежали от моего оружия, обняли мои ноги; я их принял и причислил их к моим людям страны» ( 2-270).

Мушки, как становится ясным из надписи Тиглатпаласара I, страну Алзи и Пурулумзи захватили примерно в 1165 году до н.э., «приносившие ранее дань и подать» Ассирии и проводили независимую от Ассирии политику. Попытки ассирийских царей усмирить их заканчивались поражением последних, и победу всегда одерживали мушкийцы, «груди которых ни один царь не мог усмирить в битве и которые полагались на свою силу». Мушкийцы, достаточно усилившись, «в начале царствования» Тиглатпаласара I (ок. 1115-1114 гг. до н.э.) «спустились с гор и захватили страну Кутмухи».

Алзи и Пурулумзи были «странами» шубарейцев. Subarî — жители страны Субарту, локализуются в северной Месопотамии. В среднеассирийских надписях XIV века до н.э. под шубарейцами обычно понимали хурритов — жителей страны Митанни (Ханигальбат). Древние шумеры эту страну называли Su-bir. Источники страну Алзи (урартский Алзи/ни/, Азира/ни/, хеттский Алше, армянский средневековый Агзник, Алдзник) локализуют в долине реки Арацани (Мурадчая, у ее впадения в р. Евфрат, и относят к зоне Амеда (Диарбакра). Древнеармянские источники размещали Алдзник на юге от Туруберана в составе Джезиры (3-168), охватывающей верхнюю часть Месопотамии (Мосул, Харран, Нисибин, Мардин и некоторые другие районы), которая считается одной из трех колыбелей сложения курдского этноса.

Пурулумзи граничила с Алзи. Гернот Вильхельм в названии страны Пурулумзи видит хурритское слово, означающее «храм» (purli, purul-le) и имя царя Алзи Экли-Тешшупа также считает хурритским (4-75). Современное курдское слово «пир», означающее «храм» восходит хурритскому purli (purul-le).

Страна Кутмухи (Катмухи), область к северу от гор Кашийари в северной Месопотамии. До XIII века часть Курдистанской провинции арабы называли Джибаль . Позже она стала известна как Персидский или Иранский Курдистан. Что касается северной части Курдистана, то ее именовали Джебель ал-Джизра или Диарбакыр . В начале XVI века Джезире, в качестве наследственного округа входило в Курдистан (5-106). К Джезире относились «замечательные крепости и округа» — Тур и округ Хайтам (Калат Хатам-Тай, в Тур Абдине) (6-178).

Таким образом, вышеописанные события происходили на территории Курдистана.

Тиглатпаласар I свой поход против mat Muş-ki (muşkaja) объясняет по причине их захвата страны Катмухи, прекращением поступления дани от них и захваченных ими стран Алзи и Пурулумзи. Кутмухи, Алзи и Пурулумзи не были в числе союзников Ассирии.

Во время похода ассирийцев против мушков Страна Катмухи, как этого следовало бы ожидать, не стала союзницей Ассирии в войне против мушков — своих «поработителей», а наоборот оказалась в числе покоренных стран. Такая же участь постигла Алзи и Пурулумзи, которые так же не жаждали избавлений от ассирийского царя, а наоборот, были порабощены последним. Такое поведение этих стран объясняется тем, что мушки были родственные населяющих эти страны племенам и мушкийский «захват» был осуществлен мирным путем. О походе против Кутмухи сообщает Ададнерари I (XIV век до н.э.). Другой ассирийский царь Тукульти-Нинурта I (XIII в до н.э.) восхваляет свою победу над странами Катмухи, Алзи и Пурулумзи (2, 267-269). Лично сам Тиглатпаласар I против этих стран совершал два похода. Во время второго похода он покорил страну Кутмухи (2, 271-272) и укрепленный город Шерешше страны «Шереше, что на том берегу Тигра» (2, 271). Пришедшие им на помощь «войска бабхийцев » также были разгромлены ассирийцами в долине реки Наме, одного из притоков Тигра. Судя по имени царя бабхийцев — Кили-Тешупа, сына Кали-Тешуба, — это племя также было хурритским.

Повторный поход Тиглатпаласара I была вызвана тем, что заранее заключенный покоренными странами договор о выплате дани Ассирии был нарушен с уходом ассирийцев, в результате которого на Алзи и Пурулумзи, «которые прекратили свою дань и подать», было наложено «тяжкое ярмо владычества, чтобы они воистину ежегодно доставляли в город Ашшур дань и подать» (2-271).

После захвата мушками «страны Алзи и Пурулумзи» мы вправе ожидать в источниках только «страну мушков» взамен этих двух стран. Но в отрывках из надписей о построении дворца Тиглатпаласара I наряду с «страной мушков» среди покоренных им стран во время его третьего похода упомянуты и страны Алзи и Кутмухи (2, 278-279). Страна Пурулумзи больше не упоминается. Ададнерари II (911-890 гг. до н.э.), сообщая об овладения им страной Кутмухи «до пределов ее и включении ее в пределы своей страны» и «покорении страны Алзи», об Пурулумзи также ничего не сообщает.

Ашшурнассирапал II (884/3-859 гг. до н.э.) также гордится тем, что «…переправился через реки Тигр и подошел к стране Кутмухи, принял дар страны Катмухи и страны Мушки — бронзовые сосуды, крупный и мелкий рогатый скот, вино» (2-286). Он же в 866 г. до н.э., 20-го месяца улулу (август-сентябрь) принимает дань в городе Хузирине у «Гиридаду ашшайского и Итти (и/цаллского) . Собственные мужские имена Гиридаду и Итти — явно индоевропейские. В этой же надписи упоминается поселение Барзаништун на границе княжества Бит-Замани (район современного Амеда). Исследователи Барзаништун локализуют в области Ицалла (2-286). Судя по явно мидийскому названию поселения Барзаништун (Барзан — с.м.и. и thauma — дом) можно смело предположить о характере мидийского, по крайней мере, части населения указанных районов. В пользу этого предположения также служить и то, что в стеле ассирийского туртана (верховного полководца) Ашшуршезибиани, который был наместником области Кутмухи, есть упоминание о наместнике области Нихриа Ададкиштиэтири, носящий явно мидийское с.м.и. (датируется до 911 г. до н.э.). Нихирия-Майфарикин (ныне Фаркин) всегда был мидийско-курдским городом в северной части Курдистана.

В эпониме 838 года до н.э. также упомянуто страна Алзи, когда ее наместником был Нинуртакибеиусура , великий кравчий Шульмануашареда, Салмансара III, царя Ассирии, наместника стран Наири, города Аиду (Амеда), города Синабу , города Сухны (al Su-uh-na), города Маллану, страны Алзи (2-311). В эпониме 799 г. до н.э. на этой должности находился некто по имени Мардукшемани (2-311).

Ассирийцы постоянно вели войны с мушками и Урарту. В надписи Шамшилу, туртана ассирийского царя Салмансара IV (781-772 гг. до н.э.) среди его громких титулов указывается и «…поразивший страну мусков и Урарту» (2-303).

Саргон II (772/1-705 гг. до н.э.) также вел длительные войны против непокорных мушкийцев и страны Алзи, которые выступали в союзе с Урарту против Ассирии. Он в 5-й год своего правления предпринял поход против «Миты мушкийского». В одном из разведывательных донесений царю Саргону II среди 5 областеначальников Урарту, планирующих выступить совместно против Ассирии, указывается и начальник области Алзи Сиплиа с характерным мидийским именем (2-338).

Саргона II беспокоила все возрастающая сила антиассирийской коалиции, и по этой причине он стал искать союзников в стране своих противников. Еще до него Тиглатпаласар III (745-727 гг. до н.э.), недовольный «равнодушием к делам Ассирии» со стороны Уассурме Табалского, отстранил его от власти и «доверенного человека, начальника Бит-Буриташ Хулли», «ничьего сына» посадил на «престол царственности его» (2-315). Саргон II, после смерти Хулли, на его место утверждает его сына Амбариса (Амбариду) и выдает за него свою дочь Ахатабишу и в качестве свадебного приданного дарит своему зятю город Хилакку (Киликия по античным авторам). Амбарис восстал в 713 году до н.э. против Ассирии и обратился за помощью к царю Урарту Русе и Мите мушкийскому, но был побежден и увезен в плен в Ассирию, а на его место был назначено новое доверенное лица Саргона II (2-318). Чтобы как-то ослабить натиск коалиционных сил против Ассирии, Саргон II в 10-м году своего правления «города Лухсу, Бурдир, Анмурду, Андуарсалиа сделал сторожевыми крепостями против Урарту», а «города Уси, Усиан, Уаргин основал на границе со страной мушков и безвыходно занял их ворота» (2-319), чтобы как-то сдержать все усиливающееся их натиск на Ассирию.

Если в XII веке мушки границы своего влияния распространяли в пределах Алзи, Пурулумзи и Кутмухи, то уже в середине VIII века до н.э. мушки соседствуют с областью Каркемиш и с Табалом, что видно из описания похода Саргона II в 717-713 гг. до н.э. в Малую Азию. Каркемиш — ныне современный город на излучине Евфрата, в области Dilük (Гази Айнтап) в Северном Курдистане. Страну мушков следует локализовать между современными городами Адана, Малатья, Амед и Каркемиш, что примерно соответствует территориям части современных областей Урфы, Адиямана (бывший курдский Semsur) и Мараша. Табал был расположен на западе от Страны мушков, Мелид (Малатья) — на севере, страна Алзи (район Амеда) — на юго-востоке, а Каркемиш — на юге. Из этого видно, что мушкийцы продвигались с востока на северо-запад. Поэтому трудно поддается пониманию утверждение некоторых исследователей о продвижении мушков с запада на восток, связывая это с распадом Хеттского государства в XII в. до н.э. Наоборот, усиление иранских элементов послужило распаду государства хеттов. В Богазкее среди найденных клинописных надписей были обнаружены на хеттском языке наставления по конному тренингу, которые авторитетные ученые связывают с именем «индоиранцев» (4-47). Он обосновывает это тем, что в Нузе (Аррапха, современный Киркук в Южном Курдистане) в XIV веке разные обозначения лошадей имеют доказанное или вполне вероятное индоарийское происхождение. Среди найденных табличек были обнаружены и фрагменты из «Эпоса о Гильгамеше» на хурритском и хеттском языках, что дает обоснованное предположение о переводе на хеттский язык и «наставления» по тренингу.

Помимо анналов Тиглатпаласара, о мушках сообщал еще один среднеассирийский текст, излагавший столкновение с ними едва ли не более подробно, где упоминается, что «царь разбил войска (страны) мушку в городе Guba şa birate страны Ханигальбат» (9-51). Возможно Şa birate — поздний Бит-Буриаш.

Если бы мушки были «пришлыми», то ассирийские и урартские источники об этом сообщали бы. Но мы этого не наблюдаем. Это говорит о том, что мушки относились к «местным» элементам и захват ими стран Алзи и Пурулумзи, а позже и Кутмухи был характерным для того времени, обычным передвижением племен. Да и под «захватом» надо подразумевать в основном усиление контроля или распространение своего влияния на новые пастушеские угодья-пастбища. Ибо рост численного состава племени и в связи с этим потребный рост поголовья скота постоянно вынуждали искать новые места для выпаса скота, который для кочевников был основным богатством, от количества которого, зачастую, зависела жизнь или смерть не только каждой отдельной семьи, но и всего племени. Усилившись, именно протокурдские племена положили конец Хеттскому государству. Одним из этих племен были каскайцы, которые, по мнению Гр. Капанцяна, были курдами и сыграли большую роль «в деле разрушения хеттской государственности и частичного вытеснения хеттов на восток в сторону Мелитены, Каркемиша и Северной Сирии» (10-142). На курдский характер каскайцев указывает и следующее обстоятельство: в союзе с каскайцами против Ассирии выступал и правитель Куммуху (Кумуху, Куммухи, Куммух) Куштаспа с явно ирано-курдским собственным мужским именем Гуштасп («Много(лошадный)табунный») (2-314-315). Решительное сражение между войсками Тиглатпаласара II с антиассирийской коалицией произошло на берегу реки с древнекурдским названием Синзи («Рожденная (богом луны) Сином») в области Куммухи (2-314). Как мы видим, мушки далеко на западе также граничили с протокурдскими племенами.

Самое большое заблуждение некоторых ученых в том, что они мушков путают с фригийцами — «западными мушками» (термин, введенный И. М. Дьяконовом. 9-57). Как пишет И. М. Дьяконов, «шлейф этнонимов типа mus (i) тянется от Фригии на запад через Мисию у Геллеспонта (mυδία, mυδоί) до нынешней Болгарии» (9-58). Но эти mυδία (по-гречески) и moesίa (по-латыни) полностью, даже фонетически по названиям, отличаются от muşki, muşkai, muski ассирийских и muski урартских источников. Фригийцы обосновались на высоких равнинах западнее реки Галис и озера Татта и в области Икония, с охватом районов на верхнем течении реки Меандер, а позже и районов Тюана и современный Уюк (Küjuk) в западной Каппадокии, судя по фригийским надписям в этих местах (10-143). Фригийское государство, ядро которого находилось в долине реки Сакарья, к западу от реки Галиса, сложилось к VIII веку до н.э. По сообщениям Геродота, фригийцы до переселения жили в Европе по соседству с македонцами, а после переселения в Азию переменили вместе со страной и имя бригов на фрагийцев. «Мушки же преобладали в районах от Припонтиды в направлении на Мелитену и даже восточнее, вплоть до верхнего Тигра» (10-143). Страна Табал находилась между Страной Мушков и Фригией. Мушки — этот народ создал настолько значительную державу в центре Малой Азии, что в 710 годах до н.э. почти все мелкие государства Восточной Азии — Хилакку, Табал, Гургум, Куммух (Комммагена), Мелид-Камману и Каску — рискнули отделиться от Ассирии (а это был момент наибольшего могущества при Саргоне II) и перейти на сторону этого нового государственного образования. Царя его, союзника Русы I урартского и соперника Саргона II ассирийского клинописные источники именуют Мита. Вопреки очевидным фактам, академик И. М. Дьяконов утверждает, что «трудно сомневаться в том, что они, — «западные мушки» — это фригийцы, а Мита — основатель Фригийской державы Мидас I, сын Гордия I (9-58).

Все клинописные источники однозначно под «Страной Мушков» понимают «восточных мушков». А «Мита» — иранское мужское имя, которое сравнимо с именами царя Зикирту Митатти (Метатти), названием страны Митанни (мидийско-хурритские). Несмотря на эти очевидные факты, Т. А. Моисеева также Миту мушкийского отождествляет с Мидасом и страну мушков идентифицируует с Фригией (11,13-30).

Сильное желание и стремление ряда исследователей подвести под мушков армянскую этническую подкладку в конечном итоге привело к таким заблуждениям: их главная задача доказать, что армяне в бассейне Верхнего Евфрата жили с XII века до н.э. и по этой причине «мушков» ассирийских источников выдают за «армянское упоминание», а отсутствие «следов армянского языка в местной ономастике, в частности среди династических имен, известных по надписям XI-VII вв. до н.э.» объясняют тем, что «Урартские надписи вообще как правило называют области или долины, но не называют этнической принадлежности его населения» (9, 58-59). С подобными утверждениями трудно согласиться. Подтверждение этому — наличие детерминатива «I» на урартских текстах, обозначающего мужские имена и племенные названия. Например, I’arsitani, I’aza(ni), I’erikuahi, I’rkua, I’katarza, I’muruzu — племенные названия, никак не согласуется с утверждением И. М. Дьяконова. Это также касается и мужских имен типа I menua, I inuşpua, I ışpuini и других, обозначающих имена урартских царей.

Гр. Капанцян (10-144) и Г. А. Меликишвили (7-245) видят в мушках племя мосхов. Последний утверждает, что после падения крупных древневосточных государств (Ассирия, Урарту) часть мушков продвинулась в северо-восточном направлении и осела на территории юго-западной Грузии. Древнегреческие авторы упоминают об этой части мушков, называя последних «мосхами» (moδχoί). Позднее это название носят представители одного из грузинских племен (месхи). По-видимому, значительная часть в объединении мушков и в древневосточную эпоху состояла из племен картвельского (грузинского) происхождения (7-245), но при этом никаких веских аргументов в пользу своего тезиса не приводит. Только непонятно, почему мушки, сумевшие сохранить свое племенное название, начиная с XII в. до н.э. и по настоящее время должны были сделать исключение лишь для грузин, предпочитая «мосхи» взамен «мушки»?!

В конце VIII века до н.э. в составе племенной конфедерации Страны Замуа, северная приурмийская часть которой называется Манна, было и племя миссийцев. Академик О. Вильчевский писал, что «последнее племя представляет для нас особый интерес, ибо сомневаться в его иранском происхождении, несмотря на отсутствие языковых данных, не приходится» (12-54). Миссийцы в 820 году до н.э., когда в зону Замуа прибыли ассирийские войска, оказали им серьезное сопротивление. Ныне историческая Замуа называется «Мукринским Курдистаном». Земля миссийцев во время завоевательного похода Шамши Адада V была расположена в верховьях реки Джагату (в бассейне Урмия, также Зарринруд, вытекает из гор Чъл-Чешме в Курдистане).

Несмотря на союзнические отношения, урартцы иногда враждовали с мушками и осторожничали с ними. Руса II, сын Аргишти страны Мушкини, Хоте и Халиту называет вражескими, откуда он «женщин увел» (13-229). Также имеется надпись царя Менуа, сына Ишпуини о строительстве им города Мушуни (14-287), который локализуется на южном побережье озера Ван, напротив острова Ахтамар.

Страна kur (alzini) (Алзи) по ассирийским источникам с запада и с юга ограничивалась верхним течением Тигра, с севера к ней примыкали река Мурад, южная полоса Мушской долины, южное побережье Ванского Озера, в восточном направлении она простиралась на 20-25 км, восточнее современного города Сиирт (курдсий город в Северном Курдистане). Название племени муш осталось в наследство городу, долине Муш в Курдистане и курдскому племени муш.

На северо-западе от Битлисской Рахвы и Татвана начинается долина Муш. Верхний ее конец доходит до гор Карк. Самым же концом долины считается место Чарбахар , куда выступает Евфрат. На севере от долины находятся: часть Хныса, Вардо и Буланык, которые отделены от нее горами и ущельями. К югу же тянутся цепи гор Тавра (15-24). Вардо — от названия курдского племени армен-варто, которое исповедует христианство. Как видно из описания, кроме Буланык (тюркское) все названия — курдской этимологии. Во второй половине XIX века в Мушском пашалыке из курдских племен жили гасанан, джебран и балеан, а также незначительное количество армян и турок. Армянский писатель Акоп Мелик-Акопян (Раффи) Муш называет в числе курдских уездов (16-148). В своем письме к князю Долгорукову № 41 от 19 марта и №161 от 21 апреля 1856 года генерал Русского экспедиционного корпуса на Кавказе Муравьев сообщал: «…господствующее население Мушского пашалыка — курды» (17, 243/269). В письме от 7 марта 1856 г. полковник Лорис-Меликов (армянин), офицер русской армии, генералу Муравьеву сообщает о том, что «господствующее население Мушского пашалыка — курдское», которые не намерены предоставить новобранцев турецкому правительству (17, 274/289). Источники под «господствующим», кроме военно-политического, подразумевали и количественное превосходство курдов Мушской области над проживающими в этом пашалыке народностями.

П. Лерх Муш вместе с Дерсимом и Джербакром включает в «Эялет Курдистан» и в Мушском пашалыке среди обитающих там курдских племен перечисляет племена гассанан, джибри, зилан, сипки (часть езиды; из этого племени род беев Баязедских Джаманли. Барозли, Зиркан). Также встречаются племена гормакли, рузаки (вокруг Битлиса), заза (на юге Муша), маманли (резиденция главы племени), муси — числом до 18 тысяч на юге Муша (18-73). Эти данные на 1856 год.

Кроме курдского племени муси были известны также племена мусессан (муси-сасун), кочующие на юге Мардина (18-71). Аршак Поладян писал о курдском племени «ал-мустакан» — в арабской передаче (19-79). Среди луров также имеется племя мушинавенд (ветвь, род мушов — Л. М.) (18-104). Армянский историк Инджиджиян писал о курдах Муша, Битлиса, Сасуна и соседних областей, известных под названием roşki, так как они располагались в области, известной под общим названием roşkan. (20-23) . Гр. Капанцян название страны Руишиани царя Рашу из надписи Урартского царя Сардури II сравнивает с именем племени «рос», внешне напоминающее ему «Русь» и считает, что «историчнее было бы связать его с курдским именем племени рошка» (10, 145-146, прим. 1). По мнению академика Гр. Капанцяна, название города Муш на армянском языке совпадает с основой племенного термина muş-k…, что может быть чисто случайным и «Муш» сравнивает с хурритским muş — «красивый» (10-146).

На современном курдском языке есть с.ж.и «Müşin» (21-197). В связи с названием Муша существует и курдская легенда, согласно которой, «юная девица вдали от дома издалека увидев незнакомых мужчин и боясь за свою честь, обратилось с мольбой к богу, чтобы тот на долину послал туман. Услышав просьбу девицы, бог окутал долину густым туманом (по-курдски «mıj-duman») и она избегла неминуемого позора, а долина в честь этого приобрела свое нынешнее название «Муш».

Тот же Г. Срвандзтян упоминающий курдское племя гасанан в долине Муш, писал, что «гасананские курды, занимаемые лучшие места Малазгирда, разводят хорошой породы лошадей…Прекрасная и обширная долина под названием «Автранг» (искаженное от курдского Heftreng — "Радуга", "Радужное", Долина "Семи цветов" — Л.М) возбуждает удивление. Одна часть ее начинается с границ Алашекерта и может называтся долиной Евфрата, так как здесь протекает Евфрат. Малазгирдский округ с юга граничит с Мушскою долиною и Чарбихором, с запада крепостью Хипс, с севера Алашкертом, где и долина Айнтап" (15-22).

Из этого рассказа армянского автора очевидно, что название долины с ее поэтическим названием Heftreng (как видно, армянское название отсутствует, иначе армянский автор  ее назвал бы), являющейся частью области Муша, идентично с ее хурритским этнонимом «muş». Армянский священник Муш, на арабский лад называет «Муш-чухур» (15-81), где чухур — «земля», а муш — этноним и означает «Земля мушов» или «Мушская земля». Очевидно, что на армянском языке отсутствует название долины Муш, иначе армянский священник отразил бы ее армянское а не курдское название в своих путевых заметках.

Профессор Йогн фон Ельчктед мушков считает родственными мидийцам (22-110).

В области Арасбар (бывший Карадаг) в Иране также имеется область Мишкин (Мешкин бахтари и Хавари — восточный и западный), населенная исторически курдами и по локализации соответствует «укрепленной стране маров» по древнеармянским источникам.

Таким образом, на основе историко-лингвистического материала с полным основанием мы можем утверждать, что мушки, муски, муску ассирийских и урартских клинописных надписей — протокурдское, что их нельзя путать с жителями Фригии — миссийцами. Племенное название муси, название долины Муш и города Муш с населением ок. 500.000, состоящим исключительно из курдов — этому подтверждение.

Страна Хубушкиа (царства «Наири»)

Страна Хубушкиа была расположена южнее озера Ван в долине реки Бохтан (23-515). Ранние ассирийские источники содержать много информации об этой стране. Из анналов Ашшурнасирапала (884/3 – 859 гг. до н.э.) становится известным, что во время своего первого похода в начале его царствования (884 – 883 гг. до н.э.) он в области Киррури, которая была расположена в долине Большого Заба у его излучины (перевалы Киррури вели от верховьев Малого Заба в долину Большого Заба) принял дань от гильзанцев и хубушкийцев — лошадей, серебро, золото, свинец, бронзу, бронзовые сосуды (2-285). Во время очередного похода этот же дань Хубушкийцы принесли ему в Замуа — область от верховьев реки Малого Заба и далее к северу в страну озера Урмия (ныне Мукринский Курдистан) (2-287). Салмансар III (859 – 874 гг. до н.э.) во время очередного похода в страну Урарту также упоминает страну Хубушкиа. Прежде чем попасть в Хубушкиа, Салмансар «бронзовыми и медными кирками расчистил трудный путь в крутых горах, которые направлены вершинами к небесам, подобно лезвию железного кинжала, провел мои колесницы и войско и подошел к Хубушкии» (2-295). Видимо, речь идет о строительстве знаменитого Битлисского прохода (тоннеля) 7 км южнее г. Битлиса в Северном Курдистане. Царь страны Хубушкиа (Наири) Какиа избегал столкновения, выплатив подать и дань. Территория области Хубушкиа (Наири) доходило до Ванского озера, которую ассирийские источники называли «Морем страны Наири». Резиденцией Каки, царя Хубушкийского, был укрепленный город-крепость Шилая. Судья по тому, что Салмансар нанес решающий удар городу со стороны Гильзана, то можно предположить, что г. Шилая была расположена на границе с Гильзаной . В 30 –й год своего правления (829/28 гг. до н.э.) Салмансар Ш переправившись через р. Заб, в Хубушкии получил дан и у Даты Хубушкийского. Через год (в 31ом году своего правления) Салмансар Ш повторил свой поход и получил дань у того же Даты Хубушкийского. Из надписи Салмансара Ш на так называемом «Балаватских воротах» становиться известным, что «обширная страна кутиев» «от Арзашкуна до страны Гильзан, от страны Гильзан до страны Хубушкиа» была разорена Салмансаром Ш (2, 298-299). Хубушкиа не входила в состав Урарту и наряду с Энзи и Гильзаном был самостоятельной областью. На это и указывает надпись Салмансара Ш на статуе из Ашшура, где перечисляется завоеванные им страны: Энзи, Гильзану, Хубушкии, Урарту …(2-299).

В сводке разведывательного донесения царевича Синнахериба царю Саргону II между 720 – 714 гг. до н. э. сообщается о восстании uş-bal-ik-tu поселенцев Ku-di-i-ni и захвате границы Хубушкиа какими-то беглыми урартами (2-338). О поселениях кудийцев сообщает и туртан Ашшурбелдан в с воем письме Саргону II (2-354), которые изявили покорность нести воинскую повинность, так как они еще со времен Шамшилая (Шамашилай, эпоним 818 г.) не подчинялись. Поселение Куда упомянут еще во время похода Тиглатпаласара III (745 – 727 гг. до н.э.), где говориться о покорении поселения Куда (которую локализуют недалеко от гор Нибур (современный Джуди) и поселения Ушху – современная деревня Шах в 12 км восточнее Джезирет-ибн-Омара). Это указывает на то, что внешние границы Хубушкиа (Наири) простирались до этого города и доходило до гор Джуди.

Привлекает и ирано-кутийские имена царей Страны Хубушкиа (Наири) – Дата (Дади) и Какиа — которых можно сравнить современными курдскими собственными мужскими именами Dadagir, Dadan, Dadar, Dadaran, Dadbar (21-290); Kake (-baş, -bira, -laş), Kako, Kakil(o) и др.(21-323).

Саргону II также пришлось воевать с хубушкийцами. В 714 г. до н.э. он принял дань от «Янзу, царя Наири, в его городе Хубушкиа» (2-317).

Янзи (janzi) – титул, применяемый ираноязычными касситскими царями в качестве царского титула, на что обращает внимание и академик М. И. Дьяконов. Вообще титул “янзу”, “янзи” – был титулом правителей на языках горных народов, живших к востоку от Ассирии. Это было и характерно для страны Хубушкиа, которая входило в сферу влияния “кутийского или кутийско – луллубейской”, которые обитали “на территории от Уруатри (племенной союз на Армянском нагорье, к западу от озера Ван и у этого озера) до Кутмухи (верхний часть долины реки Тигра); таким образом, долина реки Бохтан входила тогда в их территорию” (24-128, прим. 5). Область Наири с царским городом Хубушкиа во главе с своим правителем, носящим титул янзи (janzi — в современном курдском языке (yan — z(j)i – «богоподобный», «божественный»; есть и курдские собственные мужские имена Janzan, Janzar, Janzor (21-319) в долине реки Бохтан был с древнейших времен населен протокурдскими ираноязычными племенами. Основным их занятием было коневодство и скотоводство – разводили крупный и мелький рогатый скот.

В период правления Ассархаддона (680 – 669 гг. до н.э.) Хубушкиа граничила уже Страной Маннеев, а это в свою очередь делало опасной обычную дорогу из Ассирии в Хубушкию — по долине рек Тигр и Бохтан, по которой ассирийцы совершали экспедиции для сбора дани лошадьми.

Знаменитое родовое селение (ныне город) шейха Обейдуллы, руководителя курдского восстания 1880 г Нейри — отражение названия исторического Наири. «В ассирийских источниках название Урарту в древнейшую эпоху связывали с территорией, находящейся юго-восточнее озера Ван, где видимо, находился первоначальный центр халдских племен, обитавших по верхнему и среднему течению р. Большой Заб, то есть в том районе, который является одним из исконных курдских районов. Н. Я. Марр был не так уж далек от истины, когда он говорил о возможных курдско-халдских связях. Позднее этот район входит в сферу влияния шемдинанского, или оромарского, шейха из рода халиди (халди), имеющего резиденцию в селе Нери. В этом селении, название которого так близко к термину Наири, во дворе резиденции оромарских шейхов находиться высокий каменный столб с клинописной надписью, пользующийся почитанием курдов в качестве священного камня» (12-103).

Таким образом, в Стране Хубушкии ( Наири) мы видим ираноязычных племен, живших здесь с незапамятных времен и примерно соответствующей античной Кордуене (Гордуена).

Страна Шуре Митра

Урартский царь Аргишти I (786-764 гг. до н.э.) в период своего царствования совершил несколько военных походов в район южного Закавказья. В т.н. «Хорхорской летописи» Аргишти и описаны эти походы: «В том же году я вновь собрал воинов и выступил в поход на страну Диауехи. Царь Диауехи mannudubi (в тексте это слово без перевода). Завоевал я страну Шериази; города сжег, крепости разрушил; дошел я до города Путе… Salmathi страна Биани, страна Хушани. Пощадил я область страны Тариуни. Выступил я в поход против страны Забахае, завоевал я страну Забахае Şili. Дошел я до города Узинабитарна, до страны Сиримутра, гороной страны. Область города Макалтуни страны Игани я пощадил. Пошел я на страну Эриахи, выступил в поход против страны Апуни, завоевал я город Уриеиуни, царский город Уитерухи…(25, 233-234).

Диауехи-эта область Эрзерума, царя которого Аргишти mannudubi. Судья по тексту, Аргишти пощадил страну Диауеху, потому-что о жертвах и разрушениях не сообщается. В надписи отца Аргишти I – Менуа сообщается, что царь Диаухи Утунурашини, после того, как его страна была разорена и захвачена урартами, «явился передо мной, обнял (мои) ноги, ниц повергся; я отнесся к нему милостиво, пощадил я его под условием выплаты дани» (14-259). Видимо, этот договор все еще был в силе. На диалекте сорани современного курдского языка слово manduenebuni означает приветствовать кого-либо (в связи с приездом, завершением чего-либо); желать бодрости кому-либо (в пути, в работе). Если урартское (хурритское) mannudubi – это современное курдское manduenebuni,- то это может означать только одно: царь Аргишти принял изъявления покорности со стороны царя Диауехи. Обращает внимание и выражения «Salmathi страна Биани» и «Забахае Şili», где хурритские слова «Salmathi» и «Şili» найдя свое отражение и переводясь через слово «slamet» (целость, невредимый) и şıl (инвалид, калека, паралич) (26-343) на современном курдском языке, по тексту дает того же понятия: «Пощадил страну Биани», «Поставил на колени (страну) Забахае».

Содержание в названиях стран Биани, Абарсиуни, Абаэни, Адаэни и Дайаэни компонента «а/эни» также указывает на этническую близость населения этих областей. Название страны Дайаэни сродни понятию Даэна, которая в авестийской мифологии олицетворяет внутренний духовный мир человека или общины в целом (по учению Заратуштры в «Гатах»-«Ясна» 44,9; 45,2) Даэна была присуща благому и греховному сознанию в равной мере (Ясна 30,6; 31,20). Согласно авестийскому учению, каждый человек после смерти встречал свою Даэна в женском облике у входа на тот свет; Даэна праведника выглядела прекрасной юной девой, а Даэна грешника — уродливой старухой (46,11) (27-175). Среди курдов Даэна и связанные с ней мифология сохранилось в понятии «даин» («благодать»), «даина Худе» («божья благодать») и предопределяет судьбу каждого человека сверху согласно его деяниям. Есть и курдская сказка про даин (бахт — судьбы).

Среди перечисленных покоренных городов и стран названия города Узинабитарна и страны Сиримутры – явно иранские. Kur Sirimutra — искаженное Шуре Митра и исключительно переводиться с курдского языка, где şir – «сабля», «меч» (28-444) и Митра — теофорное авестийское имя божество Митры и означает «Меч бога Митры». Это теофорное имя встречается и у Геродота (Сиромитра, сын Эобаза, который был предводителем париканиев в войске Ксеркса против Эллады (Геродот. VII, 68). Во время похода Саргона II (715-713 гг. до н.э.) на восток в область Мидии среди упомянутых им «владык поселений» мидийско-кутийских упоминаются имена Узи, Узитар, Узуманда (24-214), Ситирна (24-221), Страна Утирна (24-220), которые указывают на кутийско-мидийский характер названия города Узи-на-битарна (где «битарна», возможно от «бат», «мал-бат» — означающее «дом», «род», «племя» в широком понятии.

Страна Сиримутра урартских источников граничила странами Забахае и Игани. Академик Г.А. Меликишвили страну Забахае локализует западнее или юго-западнее Чалдырского озера (ВДИ, №4, 1954, 27-28), и в ее названии видит название области Джавахети (Ахалкалаки), что нам кажется проблематичным, а г. Макалтуни локализуется, согласно надписи Сардури (13-200), высеченной на склоне в селении Даш-керпи, близ юго-западного берега Чалдырского озера.

Сама страна Нигани, по идее, должна также размещаться юго-западнее Чалдырского озера и соответствовать приблизительно район области Ардаган в Турции. Эриахи район современной Гумри в Республике Армения. Страной Тариупи граничить Забахае, так — как, согласно надписи Аргишти, урарты, пощадив область страны Тариупи, оттуда выступили в поход против страны Забахае. Ассирийские источники (Анналы Саргона II – 722/1-705 гг. до н.э.) упоминают крепость Таруи в стране далайцев в Сангибуту в Манне (2 — 317,326). Эта крепость была расположена рядом с крепостью Тармакис, которую локализуют на месте современного Тебриза. Судя по названиям крепости Таруи и Страны Тариупи (Тариуни), их топонимы должны быть на языке родственного этноса. В одном из ассирийских походов Аргишти речь идет о его победе над ассирийцами и над странами Бушту и Тариупи (25-242). Бушту (Баршуа) в IX в. до н.э. являлся важной крепостью на границе страны Маннеев и Парсуа и одновременно была центром области Парсуа, которой локализуют в верховьях реки Диалы. Парсуа была заселена ираноязычными протокурдами кутийцами, эламитами и касситами (2-334) В числе завоеванных городов этой страны Аргишти называет и «город Абурзана» (25-243) с явным иранским названием, которую можно сравнить с курдскими именами Burzan (21-283), Barzan и этнонимом мощной курдской племенной конфедерации Barzan.

Тариупи (Тариуни, поздний Тарон) окружал озеро Ван с северной и западной сторон, куда входила и современный район Муша — «Страна мушков». Это также свидетельствуетв пользу того, что носителей этнонима Тариупи (Тариуни) были ираноязычные протокурды. Тароном в IV веке владели курдский род-племя Мамыкан – Мамеконеаны армянских источников. Эта племя и по ныне обитает в Ванской области в Северном Курдистане.

Урартские цари называли себя «царями страны Биаинили», а ассирийские надписи урартских царей называли не иначе, как «царями страны Наири». Например, в ассиро-урартской двуязычной надписи, высеченной на большой стеле, установленной в районе города Ревандуз в Южном Курдистане, которую местные жители называют «Кела шин» («Келяшин»), Ишпуини, сын Сардури называет себя «царь страны Биаинили (в ассирийском тексте – «царь страны Наири, правитель Тушпа» — совр. г. Ван) (29, 304-305). Эта надпись была сделана в честь построения часовни, посвященной богу Халди. Часовня была построена Менуа в связи с приездом его отца. Видимо, Менуа , сын Ишпуини был правителем города Ардини (Мусасира), который был своего рода Меккой для урартцев. В свою очередь, царь Ишпуини преподнес дары ново построенному храму. А дары были действительно царскими: много медных сосуд, 1112 быков, 9120 коз и ягнят, и для жертвоприношений — 12480 коз (29, 304-305).

К этому времени население Наири состояло из протокурдских элементов. Ученые страну Биани локализуют в юго-западной части Закавказья, в районе страны Диау(е)хи, даже юго-западнее Чалдырского озера (7-233). В то же время, центральные области Урарту, непосредственно прримыкающие к столице, носили совсем другое наименование: Армарили-область восточнее Ванского озера, а следов названия Биани нет в топонимии этого района. Видимо, в действительности существует только одна область под названием Биани, расположенная поблизости озера Чалдыр, название которой восходит к имени верховного бога урартцев — Халди. Кроме озера, названий реки Чалдыр и горного хребта Чалдыр также, видимо, связаны с именем этого бога.

Как справедливо полагает академик Г. А. Меликишвили, засвидетельствованное на территории Диаухи (с детерменативом «страна») название Şeriazi также носит хурритский облик: компонент şeri очень распространен в хурритской ономастике (30-32). Название страны Шериази, возможно, связано с названием богини Шеруа (3-220) в ассирийском пантеоне, где кроме ассирийских встречаются и иранские божества, обусловленное смешанным характером населения Ассрийской державы. В пантеоне г. Уммы в Шумере, в годы правления III династии Ура была и богиня Шара (32-20). Наличие в курдской среде женских собственных имен типа Şarez, Şare (21-234), Şere, Şerza (21-236) также может служит веским доводом в пользу этого предположения. Название страны Шериази состоит из компонетов Шериа (от курдского шер — «лев») и зи (древнекурдское zi – «рожденный»), которую можно перевести, как «Рожденные от Льва» или «Страна Львов», которая позже трансформировалась в «Шерван» («Ширван»). Ш. Х. Бидлиси об эмирах Ширвана сообщает следующее: «Ширван включал одно княжество и два зи’амата. Родословие местных князей восходят к числу везиров рода Айюбидов, которые после 1261 г. вернулись в эти районы. А по другой версии, их родословня восходит к владетелям Ширвана. Основными крепостями этого княжества были Куфр (где была размещена резиденция местных властей, ныне небольшой городок в 22 км. от Сиирта), Шабистан, Авил и Баргири» (6, 283-285). В XIX в. область Ширван, расположенной в восточной части округа Сиирт, в конце XIX в. входил в Битлисский вилайет (часть исторической Таруни). Ныне историческая область Ширван с одноименным городом расположен на северо-востоке г. Сиирта в области Сиирт в Северном Курдистане и полностью заселена курдами.

Область Xuşani нужно локализовать с крепостью Хошаб, который в средние века был наследственным уделом и расположена севернее Ашута, в 45 км к юго-востоку от Вана и была подконтрольно курдскому племени махмудие. Известен и населенный курдами область Шираз в Иране. В эмиратстве Бани Арделан был округ Хушнав (33—38,70). Следует отметить, что в этом же рассматриваемом нами надписи Аргишти отмечается, что он после завоевания Эриахи «выступил против страны Ануни, завоевал город Уриеуни, царский город Уитерухи». Все эти подвиги Аргишти для бога Халди «за один год совершил». Поэтому, на основании текста, используя последовательность указанных в надписи названий стран, локализовать их также последовательно рядом было бы недопустимой ошибкой. К примеру, область Тариуни, в надписи, в числе завоеванных стран назван после Биани и перед Забахае. Согласно локализации, между Таруини и Биани находится область Диаеху, а Биани и Забахае — г. Макалтуни и страна Нигини. Аргишти из завоеванных стран за год захватил богатую добычу числом 19255 отроков, 10140 воинов, 23280 женщин – всего 52675 человек; 1104 коня, 35015 голов крупнорогатого и 101829 мелко-рогатого скота. И в связи с этим, тяжело себе предоставить, чтобы Аргишти, отягощенный таким количеством военной добычи, смог вместе с ней передвигаться по названным в тексте странам. Естественно, походу в разные страны совершались в разное время и в разных направлениях, а летопись составлялись по итогам этих походов. Поэтому размещать город Узинабитарна и страны Сиримутра между Забахае (предпологаемый район Ахалкалаки) и города Макалтуни страны Игани (на юго-западе озера Чалдыр) нам кажется, будет проблематичным, хотя можно попытаться локализовать ее в районе современного Карса в Северном Курдистане. Но, факт остается фактом – еще в IX в. до н.э. в бассейне озера Ван и в Южном Закавказии обитали иранские-протокурдские племена.

Таким образом, приведенный фактический материал дает основание сделать вывод о том, что основными насельниками древних племенною и государственных образований на территории Северного Курдистана — Страны Мушков, Хубушкии (Наири) и Шуре Митры были протокурдские ирано-язычные племена.

Тешшуп — бог-громовержец. Тешшуп, Хепат и Тилла (бугай, корова и теленок) — священная троица в хурритском пантеоне. Миф называет Тешшупа царем Куммии (локализуется в области Захо в Южном Курдистане), где был расположен главный храм в честь этого бога.

Совр. Тур-Абдин, античный Масий.

От курдского джи — «горы, место» и бал — «высокое» и букв. означает «нагорье».

Букв. «страна племени бакр» (арабское).

Предки курдского племени бабан. В ассирийских надписях в форме Babhi (Pabhi), а в хеттских текстах из Богазкойа в форме babanhi, papanhi, papahi и в египетских надписях в форме pbh упоминается о «стране Бабанахи» (Kur ba-ba-na-ahi). Эта страна локализуется в районе слияния Восточного и Западного Тигра (юго-западнее Ванского озера). Академик Г. А. Меликишвили считает, что название страны Бабанахи (Бабанхи, Папанхи) образовано «от хуррии-урартского» слова baba (papa) «гора» и буквально означает «горная страна» (7-231). Причина того, что племя бабаны называют себя «курманджами», несмотря на то, что говорят на другом диалекте сорани, как раз и кроется в том, что «страна Бабанахи» всегда была в тесной связи и входила в состав Маннейского царства. Об этом подробно см. «Курдистан Рапорт». 1998 г. № 18. С. 23-25

Город близ современного Дара, восточнее курдского города Мардина в Северном Курдистане.

Ашша-Алше-Алзе.

Ицала, Ицалла, Цалла — в верховьях реки Хабура, между современным Мардином, Урфой и Амедом.

Нихириа по урартским источникам, по мнению Б. Б. Пиатровского, возможно Неферкерт-Майафарикин — соврем. Курдский город Фаркин в Северном (Турецком) Курдистане)

В пантеоне города Уммы 3-й династии Ура (ок. 21 в. — ок. 2000 до н. э.) в Шумере Нинурта — «владыка земли», в шумеро-кутийской мифологии бог-герой, сын Энлиля, бог растительности и пладородия, а также войны; связан с бурей, владеет оружием богов — шаруром (совр. курд. шур — «мечь»).

Город Синабу (Синава — букв. «Син-град») в своем названии содержит компоненты — теофорное имя кутийского бога луны Син и мидийско-курдское aw(v)a — «строение».

Судя по названию Бит-Буриташ (древнекурдское бит — дом, род, племя; буре/и/, бари — индоевропейское с.м.и.; Бит-Бури-ja-aş, где jaş — по-ксситски «земля», а также сравни с именем касситского божества дождя и грома Бурияш), можно предположить о присутствии к середине VIII века до н.э. в зоне современных Мараша и Аданы ираноязычных племен в лице касситов, сыгравших одну из ключевых ролей в этногенезе курдского народа. Бит-Буриташ локализуется в зоне современного курдского города Мараша и соседствовал с Хулакку (Киликией).

Ныне кашкайцы живут в Иране, вокруг Шираза и у Сулеймании в Южном Курдистане

Куммухи — античная Коммагена, область в долине р. Евфрат, к югу от Мелитены (Малатьи), до поворота Евфрата на юг. Город Куммуху отождествляется с Самостатой (совр. Самсат) в Северном Курдистане.

Чарбахар на совр. курд. — букв. «четыре весны»

Heftreng в совр. курд. — «семицветный», «радуга» и судя по названию, означает «Радужная долина», «Долина семи цветов».

Территориально Гильзана была расположена на западном берегу озера Урмия и соответствовал зону Сильван-Сомая-Брадост и Салмаса.

Многие из них и по сей день сопоставимы с курдскими — Амахар (Аможкар, 21-272), Амамаш (с.м.и. Амо; этноним могущественного курдского племени мамаш, часть которой и пой сей день продолжает жить в Северном Курдистане), Ададану (Адо, 21-271), Ардарай (Ардам, Арди, 21-272), Артасирар (Артасир, Арташир, Ардашир, 21-298) Ашиаштатаук (сложное с.м.и. от Ашти, 21-273 и Татадж), Бисириан (Бесерани, 21-280), Забану (Забо, Забун, 21-395), Занзар (Занзар, Занжар, 21-396), Заришу (Зари, Зареш, 21-397), Маманиш (Мам, Мамо, 21-334), Парушта (Пареш, 21-348), Сатирпия (Садпир, 21-365), Санашу (Санав, Сано, 21-364), Сирашме (Сераз, Шораш, 21-365), Шуа, Шума (Шума, 21-376), Татан (Татадж, Татав, Тато — 21-378), Тарсиху (Таро, 21-378).

Это имя сравнима с именем Мемнон («Понятливый») Митридат.

Литература:

1. Минорский М. Ф. Курды. Заметки и впечатления. Петроград, 1915.

2. Дьяконов И. М. Ассиро-вавилонские источники по истории Урарту//Вестник древней истории. 1951. №2.

3. Тер-Гевондян А. Н. Армения и арабский халифат. Ереван 1977.

4. Гернот Вильхелм. Древний народ хурриты. Очерки истории и культуры. М., 1992.

5. Ментешашвили А. М. Курды. Очерки общественно-экономических отношений, культуры и быта. М., 1984.

6. Бидлиси Ш.. Х. Шараф-наме. Т. 1. М., 1967.

7. Меликишвили Г. А. Урартские клинообразные надписи (указатель)//Вестник древней истории. 1954. № 1.

8. Дружба. 2001. № 12. С. 40-41.

9. Дьяконов И. М. Малая Азия и Армения около 600 г. до н.э. и северные походы Вавилонских царей//Вестник древней истории. 1981. № 2.

10. Капанцян Г. Р. Историко-лингвистические работы (Хайаса — колыбель армян. Этногенез армян и их начальная история). Ереван, 1956.

11. Мосеева Т. А. К вопросу о характере фригийского государства в VIII — начале VII в. до н.э. //Вестник древней истории. 1986. № 3.

12. Вильчевский О. Л. Введение в этническую историю курдского народа. М., 1961.

13. Меликишвили Г. А. Урартские клинообразные надписи. Надписи Сардури II, сына Аргишти//Вестник древней истории. 1953. № 4.

16. Раффи (Акоп Мелик-Акопян). Искра. Ереван, 1986.

17. Акты, собранные Кавказскою Археологическою комиссиею. Архив главного управления наместника Кавказского (АКАК). Т. 11. Тифлис, 1888.

18. Лерх П. В. Исследования об иранских курдах и их предках, северных халдеях. Кн. 1. СПб., 1856.

19. Поладян Аршак. Курды. Курды в VII—Х вв. (по арабским источникам). Ереван, 1987.

20. Джалиле Джалил. X1X век. Курды в Османской империи. Анкара, 1992 (на тур. яз).

21. Навен Курди. Оснабург (Германия): изд. «Курдистан», 1992 (на курд. и нем. яз.).

22. Egon Von Elckctedt. İlk çaglardan günümüze. Türkler. Kürtler. İranlılar. İstanbul, 1993 (на тур. яз.).

23. Всемирная история. Том 1. М., 1955.

24. Дьяконов И. М. История Мидии. М.-Л., 1956.

25. Меликишвили Г. А. Урартские клинообразные надписи. Летопись Аргишти I, сына Менуа//Вестник древней истории. 1953. № 3.

26. Бакаев Ч. Х. Курдско-русский словарь. М., 1957.

27. Мифологический словарь. М., 1990.

28. Курдоев К. К., Юсупова З. А. Курдско-русский словарь (сорани). М., 1983.

29. Меликишвили Г. А. К вопросу о царских хозяйствах и рабах, плененных в Урарту //Вестник древней истории. 1953. № 1.

30. Меликишвили Г. А. Диаухи//Вестник древней истории. 1950. № 4.

31. Дьяконов И. М. Ассиро-вавилонские источники по истории Урарту//Вестник древней истории. 1951. № 3.

32. Струве В. В. Лагерь военнопленных женщин в Шумере конца III тысячелетия до н.э.//Вестник древней истории. 1952. № 3.

33. Мах Шараф-ханум Курдистани. Хроника дома Ардалан (Та’рих-и Ардалан). М., 1990.