Некоторые источники, пытаясь доказать позднее заселение зоны Карабаха курдами, указывают  что, что «в конце 1807 г. курдский предводитель рода Махмед Сефи-Султан перешел русско-иранскую границу со своим родом, включавшим 600 семейств, и обосновался в Карабахском ханстве»[8]. Но эти же источники затрудняются называть количество десятком тысяч курдских семей, которые вынуждены были под давлением русского Кавказского экспедиционного корпуса оставлять пределы Карабахского ханства, и не только Карабахского, но потом из-за мест пастбища вынуждены были попроситься вернуться на свои традиционные места проживания. И поэтому, по подобным фактам, типа  «Родоначальник челабиасских курдов, живших в Карадаге, обратился к русским властям с просьбой разрешить поселиться на территории Закавказья тысяче курдских семейств»[9] точки отсчета обитания курдов в Карабахе брать с начала XIX века, менее основательны. Так же безосновательны связать заселение Карабаха курдами с персидским шахом Аббасом (1571-1629, шахом Ирана с 1587 года). Курдский историк Шараф Хан Бидлиси упоминает события 1586-87 гг., когда турецкая армия во главе с Сардар Фархад пашой после захвата Гянджи и Берды, из этих областей «изгнал оттуда племена игирмидорт (конфедерация 24 курдских племен, по-тюркски названным «игирмидорт» — двадцать четыре — Л. М.)[10]. В состав «двадцати четырех» («игирми дерт») курдских племен) входили следующие племена:

1. Аликян

2. Баргюшад

6 Алиян(лы)                                                      .                                                 

7. Баба(л)и

8. Бозлу(Базиан, Базои)

9. Хасанан(лы)                                                    

10. Гялоджи (геловчу)

11. Гаджисам(л)и                                               

13.Куликан(лы)                                                                                               

14. Кули-хан(л)и                                              

15. Султан(л)и

16. Тагмас(л)и                                                     

17. Тертер(л)и                                                    

18. Фарухкан (ферихканлы)

19. Шадиман(лы)                                              

24. Пошани(ли)

А курдское государство Шеддадидов-Багратидов, род которых правил в Закавказьи больше тесячелетия? Курдская династия Мехранидов, официальной государственной религией которых было христианство, самым ярким представителем которого был царь Албании Джафаншер, правившая здесь с III по VII вв. Иначе как объяснить тот факт, что на одном из каменных надгробий знатных курдских феодалов на древнем курдском кладбище в Лачине на Гочазском перевале сохранился знак свастики. Этот камень в настоящее время находится в армянском музее в Армении[12]. Это свидетельства одного из признаков христианского периода курдского народа.

Кафанские медные, Чалбаирские животноводческие хозяйства, развитое вдоль реки Баргюшад сельскохозяйственное производство были в руках этой семьи. С именем этого рода связаны высокие крепости, большие мосты, им принадлежали богатые леса. Паша бек Султанов принадлежал одному из трех этих знаменитых родов. Султан бек и Хосров бек были его сыновьями. Эта семья жила в селе Курдгаджи (ныне в Лачинском районе). У них в селе также имелось по тем временам современный молочный завод по производству сыра и масла. Эта семья по торговым связям поставляла древесину красного дуба французским производителям коньяка, которая в обилии росла в принадлежащих им лесах Гаджисалы, Шалва и Курдгаджи. Продукты молочного завода поставлялись для российских войск на Кавказе, странам Востока и Европы. Паша бек, кроме своего богатства, был известен и своими мудрыми афоризмами. Он дал своим сыновьям прекрасное образование. Султан бек получил военное образование, но военной карьере предпочел житье в своих владениях и занимался семейным хозяйством. А Хосров бек получил медицинское образование и трудился по специальности. Для защиты семейного добра Султан бек содержал вооруженный конный отряд. Этот отряд и стал основой формирования курдского кавалерийского дивизиона. Позже Хосров бек паша примкнул к Мусаватской партии. 28 мая 1918 года была объявлено об образовании Азербайджанской Демократической Республики. В правительстве молодой республики играли существенную роль многие представители курдской интеллигенции. Самыми яркими представителями из них были, конечно, Хосров бек паша и Фатали хан Хойский из курдского племени думбули. Хосров бек паша был назначен на должность Военного министра АДР. Он был первым военным министром АДР[13]. В его назначении существенную роль несомненно сыграл тот факт, что принадлежность к курдскому роду гарантировала его опору на курдов Зангезура-Карабаха, которые ее были значительной военной силой, и у курдов каждого племени сохранялась полувоенная структура, позволяющая им в короткие сроки собрать боевые отряды. Первое азербайджанское правительство о своем существовании объявило в Тифлисе, а потом переехало в Гянджу, который был ближе к Кавказскому Курдистану. Председатель совета министров и министр внутренних дел АДР Ф. Х. Хойский также поддерживал его кандидатуру. Среди членов правительства также был видный политический деятель Азербайджана, известный публицист А. Сафикурдский. Это указывает на то, что по-прежнему курды продолжали играть важную роль в общественно-политической жизни Азербайджана.

Военными вопросами генерал-губернаторства вплотную занимался Ч. Илдырым, уроженец села Кубатлы Зангезурскогоу уезда (10 июля 1890). Знание курдского, азербайджанского, турецкого, армянского языков было хорошим подспорьем для налаживания контактов с местным населением. В курдских формированиях нехватка младшего офицерского состава поставила вопрос об их подготовке. 9 ноября 1919 года Школа прапорщиков Аз. республики, в соответствии с приказом № 552 по Главному управлению Генерального штаба была переименована в Военное училище для подготовки командного состава для формируемой армии, которое находилось в Гяндже. Параграфом 2 настоящего приказа открывалось при Училище «Курдское отделение», начальником которого был назначен К. Измаилов[18]. В том же месяце в Училище стали направляться наиболее смышленые курдские юноши. Первый выпуск ускоренного курса подготовки «Курдского отделения» училища состоялся в апреле 1920 года в соответствии со следующим приказом:

Приказом № 12 от 7 января 1920 года (§ 2) с 1 января того же года командующим Курдским конным дивизионом был назначен ротмистр 1-го конного Татарского полка Султанов, который был племянником Хосров бека Султанова[19]  . Чингиз Илдырым, несмотря на то, что в августе 1919 г. был назначен на должность Главного помощника начальника Бакинского порта и одновременно заместителем начальника военного порта и в то же время по совместительству — особо уполномоченным министра путей сообщения по водному транспорту, — он никогда не упускал из виду курдские формирования и приложил немало усилий для повышения их боеспособности.

Исторически часть Зангезура всегда называлась Курдистаном, особенно ее нижняя часть. Название Курдистан нашло свое отражение и в официальных документах. Особенно наглядно это просматривается в интенсивных переписках между официальным Баку и Зангезуром[22]. Начиная с середины 1921 года официальный Баку, избегая слова «Курдистан» применительно к нижней (восточной) части Зангезура, стал применять эпитет «Губадлинский уезд». Примечательно, что эту часть Зангезура еще называли «Аранским Зангезуром», подразумевая под ней Губадлинский уезд с прилегающими к нему районами[23]. Видимо, Аранский Зангезур имеет прямо отношение к названию Аран (Арран, с общеиранского, в том числе и курдского — «Теплая местность (страна)») — мифическому прародителю, родоначальнику албанцев, правителю Албании.

Из письма официального уполномоченного Губадлинскогоу езда от 3 июля 1921 года становится известным, что Губадлинский уезд охватывал Зангеланский, Ханлыгский, Сафианский, Дондарские районы, а уездный центр размещался в селе Ханлыг[24]. Благодаря энергичным мерам Х. Султанова удалось создать более или менее спокойную обстановку в Карабахе. Особенно достоин внимания его приказ от 5 июня 1919 г. по подведомственной ему области, в котором за всякие преступления против личности и имущества и насилия над армянами будут караться по всей строгости законов военного положения. Встречи Х. Султанова с армянским епископом Р. Н. Мелик-Шахназаровым 5-6 июня того же года также послужили взаимному укреплению доверия между армянами и остальным населением области.

Но стремление армян полностью установить контроль над Зангезуром и все их последующие усилия в этом направлении держали в постоянном напряжении межнациональные отношения в регионе. Фактически шла борьба за территорию Кавказского Курдистана. Усилия армян по захвату Зангезура ожидаемых результатов не дали, и главным препятствием на их пути стали курды, движение которых возглавляли и братья Султановы. После установления советской власти в Азербайджане 28 апреля 1920 года положение изменилось. Создались условия для устранения братьев Султановых. Никакой границы между Арменией и Азербайджаном не существовало. Об этом идет речь и в принятом решении ЦК АКП 30 ноября 1920 года, где в пункте «в» было написано об отсутствии каких-либо границ между советским Азербайджаном и Советской Арменией. Эта граница должна была пройти только через территории исторического проживания курдов. Таким образом, курды окончательно были втянуты в орбиту отношений армян, азербайджанцев и России. Положение курдов было трагическим. Председатель Революционного совета Шушинского уезда Ш. Махмудбеков в своих письмах от 27 декабря 1920 г. и 5 января 1921 г. на имя ЦК АКП сетовал на то, что из-за удаленности Зангезурсккий уезд забыт всеми, никто на него не обращает внимания, и просил для насущных проблем уезда оказать безотлагательную помощь. В своем письме на имя начальника отдела общества беженцев Народного Трудового комиссариата Азербайджана он требует срочной помощи для десятка тысяч живущих под открытым небом беженцев, которые страдают от голода и холода и умирают в большом количестве[25]. За исключением Минкендского района (Лачин), фактически все курдско-азербайджанские села Зангезура были разрушены и сожжены отрядами Дро и Андраника. Из рапорта отдела внутренних дел от 20 мая 1921 года становится известным, что весь урожай зерновых на верхних районах Губатлинского уезда в 1920 году попал под контроль армянских формирований, кроме того население вынуждено было содержать личный состав 28-й и 29-й дивизий большевиков, что сильно отразилось на продовольственном обеспечении населения. В итоге в пределах уезда ежедневно умирают 20-25 человек[26]. Население Габутлинскогоу езда фактически находилось в окружении армян. Села были разрушены, население, в основном, было расположено под открытым небом вдоль рек, а население 43 сел на свое будущее смотрело с пессимизмом. Тяжелое положение населения уезда было доведено подробно до сведения участников 1-го съезда Советов Азербайджана в мае 1921 года Чингизом Илдырымом[27].

Перед армянами стояла задача распространять свое влияние и на нижний (восточный) Зангезур, но для них главным препятствием были курды и братья Султановы. Для их нейтрализации армяне начали строить различные планы и с этой целью стали проводить некоторые политические маневры. В основном они действовали в трех направлениях: во-первых, в целях нейтрализации антиармянских настроений стали проводить агитацию с помощью влиятельных армян в курдских селениях, с заверениями в их безопасности и добрососедстве; во-вторых, стали призывать курдов к объединению в целях «совместного выступления против большевиков». Это излюбленный (один из) метод, которым пользовались армянские националисты. Об этом еще в 1914 году писал помощник начальника Бакинского губернского жандармского управления в Дагестанской области подполковник Леонтьев (Дело № 10, 1914 г.): 15 октября 1913 года в Женеве происходил съезд партии Дашнакцутюн, где 16-м пунктом функционерам рекомендовалось «послать своих людей на Кавказ под видом панисламистских эмиссаров, дабы путем пропаганды возбудить мусульманское население против России и поднять восстание, последствием чего будут репрессии со стороны русского правительства с последствием — ослабление мусульманских масс, а потому «Дашнакцутюн» не встретит сопротивления мусульман при своей будущей работе на Кавказе. Кроме того минует опасность объединенных действий против армян со стороны кавказских мусульман и турок в Анатолии». Докладчик выражал свою особую обеспокоенность этим 16-м пунктом[28]. Хотя царская власть сменилась Советской властью, но методы армянских националистов оставались прежними. И, в-третьих, — это попытка вызывания недоверия к братьям Султановым со стороны властей и тем самым их устранения. Появление армянских «мирных парламентариев» в курдских селениях было встречено дружелюбно: всем нужен был мир, и курды обещали соблюдать перемирие. Зангезурские курды только надеялись на курдские силы самообороны, которые день и ночь дежурили на границах уезда. От малочисленных и плохо вооруженных правительственных войск толку было мало, тем более, что у них на ружье было всего три патрона[29]. В условиях правительственного вакуума население Зангезурского уезда не знало кому, какому правительству подчиняться. Воспользовавшись этим, армяне стали проводить сепаратные переговоры с курдами, предлагая объединяться, и вели переговоры также с братьями Султановыми. Армяне были уверены, что курды, после проведенных ими против курдов погромов, с ними ни в какие союзы не пойдут. Зато была достигнута цель — бросить тень на Султановых и вызвать по отношению к ним недоверие со стороны правительства. Братья Султановы, даже после установления большевистской власти в Азербайджане, защищали населенные курдами районы. С установлением Советской власти Х. Султанов был назначен Председателем Шушинского революционного комитета, благодаря, конечно, рекомендациям Ч. Илдырыма, который с 27 апреля 1920 года был назначен на должность Командующего Красным флотом Советского Азербайджана. А при первом правительстве Советского Азербайджана Ч. Илдырым стал народным комиссаром по военным и морским делам (до 26 июня 1920 г.). Но его покровительство не помогло братьям Султановым. По сравнению с армянами, не отличавшимися дальновидной политикой, члены Азербайджанского правительства начали политику преследования по отношению Султановых. Этому способствовала и двуличная политика армян, которые хорошо пользовались революционной фразеологией. МИД Армении направил ноту правительству Азербайджана, где говорилось о том, что «…организатор армянского геноцида Султанов, приколов красную ленту, опять у власти…»[30]  . Именно политика армян по отношению к братьям Султановым, обвинение их в службе сначала мусаватистам, а ныне Советской власти явилось причиной того, что Х. Султанов был арестован азербайджанскими властями. И началось целенаправленное давление на его брата П. Султанова. Хотя, наоборот, в докладе на имя Рев. Кома Азербайжана А. Ширвани — Чрезвычайный комиссар Рев. Кома Азербайджана в Карабахе и Зангезуре, — указывалось, что в области Советская власть формировалась стихийно, и даже во главе революционного комитета стоял губернатор Султанов[31]. В результате, неразумная политика центральной власти по отношению курдов, и в частности Султановых, дала свои тяжелые результаты. Такое отношение привело к разделу населения нижнего (восточного) Зангезура на три лагеря: враждующие друг с другом Минкенд (сторонники нового правительства) и Гаджисамлы (Султан бек) и нейтральный Пирджахан[32]. 18 сентября 1920 года в ЦК АКП обсудили вопрос «Проблема Карабаха-Курдистана», где было вынесено решение из-за того, что в борьбе с дашнаками политика использования Султан бека ожидаемых результатов не дала и только стала причиной недовольства населения, уничтожить Султан бека вместе с его отрядом[33]. Председатель Рев. Кома Шушинского уезда убеждал власти в лояльном отношении к Султановым, еще раз напоминал им, что Султан лек не пошел на союз с дашнаками, наоборот, своими курдскими отрядами помогал 32-ой и 28-ой дивизиям в борьбе против армянских бандформирований, предлагал освободить из-под ареста Х. Султанова и убеждал, что эти меры могут существенно обезопасить уезд от происков армян[34]. Также указывалось на то, что при необходимости создания курдских кавалерийских отрядов самообороны, надо обязательно принимать во внимание позиции всех трех создавшихся лагерей, и на недопустимость игнорирования одной из самых сильных сторон в лице Султан бека[35]. Но эти доводы и рекомендации оставались без внимания и без ответа.

Естественно, преследуя далеко идущие планы, армянские политики не могли согласиться на создание в рамках Армении курдского автономного образования по следующим причинам:

1.                    К 1920 г. собственно на территории Армении  уже жил свыше 50 тысяч курдов и руководство этой республики из-за узко националистических интересов не было заинтересовано в увеличении их числа до 200 тысяч.

2.                    Для «воссоединения Нагорного Карабаха» Армении курдская автономия могла стать не преодолимым препятствием.

3.                    В границах вновь созданной курдской автономии в Армении курды изжили бы имеющую отчужденность между мусульманами и езидами, что способствовало бы дальнейшему росту их национального самосознания. А цель Армении заключается как раз в ее торможении.

        Дальнейшие события подтвердили эти предположения.

               

---

[10]Бидл иси Ш.. Х. Шараф-наме. Т. 2. С. 260, 270. М., 1976.

[12]Алекперов А.. К вопросу об изучении культуры курдов//АН СССР. Труды Азербайджанского филиала. Т. 25. Историческая серия. С. 56. Баку, 1936.