Аналититические обзоры.
Курдская диаспора России: прошлое и настоящее
Отдельные их семьи и родоплеменные группы оказались в российском Закавказье также после русско-персидских и русско-турецких войн XVIII –XIX вв. Это были жители тех территорий, которые, согласно условиям Гюлистанского (1813 год) и Туркманчайского (1828 год) договоров, вошли в Российскую империю, и переселенцы, бежавшие в Армению и Грузию от притеснений турецких властей. После Октябрьской революции 1917 года были образованы Советские социалистические республики и курды оказались в составе тех национальных республик, на территории которых они проживали.
Согласно последней переписи населения от 12 января 1989 года в СССР проживало 152 717 курдов. По курдским источникам, в странах бывшего СССР насчитывалось около 1 млн. курдов, в основном в Азербайджане [более 500 тыс.], Армении [около 150 тыс.], Грузии [около 90 тыс.], а также, в Туркменистане, Казахстане и Киргизии.
Формирование курдской диаспоры России
В 80-90-х гг. ХХ века курды приезжали в Россию в основном на работу и мало кто, задумывался о переезде на постоянное место жительство. Поток курдов в Россию на заработки продолжался примерно до середины 90-х годов. Люди надеялись, что политическая обстановка на бывшее советском пространстве все же стабилизируется и они вернутся в уже родные для них места. После чего курды, убедившись в нецелесообразности возврата на прежние места своего жительства стали оседать в разных городах и областях Российской Федерации.
Развал Советского Союза поставил курдов СССР в тяжёлое положение, пожалуй, наиболее тяжелое среди всех народов бывшего Советского государства. Процесс суверенизации республик резко отразился как на экономическом, так и на политическом статусе всего населения СССР, но в большей степени эти проблемы коснулись так называемое «не титульное», т.е. некоренное население новых независимых государств. На волне национальной эйфории новые власти бывших советских республик стали ущемлять права национальных меньшинств, некоторых преследовать и угрожать физической расправой. Примечательно, что это исходило, главным образом, со стороны государственных структур и националистически настроенных партий. К чести грузин и армян надо заметить, что не все коренные жители одобряли новую националистическую политику и продолжали дружбу со своими соседями, коллегами, друзьями и знакомыми. Но в целом, обстановка была напряженной.
Всплеск национализма, а также большие экономические трудности в бывших советских республиках в 90-х гг. ХХ столетия, буквально выталкивали курдов из этих стран. После распада СССР с каждым годом все больше курдов Закавказья, в частности, беженцы из зоны Карабахского конфликта и курдов Грузии, депортированных в 1944 г. в Казахстан и Среднюю Азию настраивались на иммиграцию. Неожиданные и непредвиденные проблемы вынуждали людей покидать обжитые места и в поисках лучшей жизни буквально хвататься за первую возможность выехать в любую более благополучную страну.
Известно, что курдский автономный уезд «Красный Курдистан» в составе СССР сталинским режимом в 1929 году был упразднен, и поскольку у курдов нет собственного государства, у них был единственный путь Россия, которая для них всегда была олицетворением справедливости и защитником прав национальных меньшинств. В советское время, не только нацменьшинства, но и многие советские граждане всегда искали защиту и правду от республиканских властей и чиновников в Москве.
В то время границы между странами СНГ были открыты, и люди свободно могли передвигаться в любом направлении и первое, куда обратили взор национальные меньшинства, конечно, это была великая Россия. Началась стихийная иммиграция курдов из мест постоянного проживания в Россию, и лишь мизерная их часть иммигрировали в Европу и в Украину. Беженцы поселялись на просторах необъятной страны рассеяно, каждый приезжал туда, где получал возможность. Особенно заметно численность курдов в России выросла с 1995 по 2003 годы, когда они стали семьями покидать республики Закавказья и Средней Азии.
Важным условием выбора страны иммиграции для курдов Грузии было и то, что по сложившимся обстоятельствам, курдское население Грузии на 90% было русскоязычным, поэтому путь в Россию они для себя считали естественным и даже обязательным. Более того, почти все курды СССР интуитивно предполагали, что поскольку их предки до Октябрьской социалистической революции 1917 года были подданными Российской империи, потом стали советскими гражданами, а Россия является правопреемником СССР, то Россия примет их, чуть ли ни с распростертыми руками. Но ошиблись – в России их никто не ждал, еще хуже, они здесь оказались не желанными гостями. Впрочем, не только курды, но даже и сами русские из бывших советских республик фактически были брошены на произвол судьбы, и каждый выживал, как мог.
Таким образом, образование нынешней курдской диаспоры России напрямую связано с распадом Советского Союза. Советская политическая система защищала права национальных меньшинств, гарантировала равенство между народами. Ее крах и последующий рост националистических настроений в бывших советских республиках, глубокий экономический кризис поставили советских курдов в трагическое положение. Сколько бы ни говорили о негативных элементах советского периода, но с исчезновением СССР положение национальных меньшинств, особенно этносов без государственности, коренным образом ухудшилось: была утрачена поддержка Коммунистической партии, пропала надежда на Москву.
Курдская диаспора России формировалась по следующим направлениям:
1) Курды, которые на момент распада СССР проживали в России. Трудно сказать, сколько представителей курдской национальности проживало на территории РСФСР на момент распада СССР. Данные переписи 1989, не совсем адекватно отражают этнический состав населения России. В материалах переписи 1989 в РСФСР было выделено 128 народов. Однако эта цифра не отражала действительного числа живших в стране этносов. Малочисленные народы, в том числе курды и езиды были записаны в графу – «Другие национальности». Все эти национальности были включены в Словарь национальностей только при подготовке к переписи 2002 года. Но достоверно известно, что курдское население РСФСР по сравнению с республиками Закавказья было незначительным. В основном прибавлялось за счет студентов и аспирантов, из бывших союзных республик и зарубежных курдов – Сирии, Ирака, Ирана, Турции, которые обучались в ВУЗах России и по окончанию оставались здесь жить, а также людей, которые приезжали по трудовым, семейным и иным обстоятельствам.
2) Курды Грузии в основном мигрировали в Москву, и лишь незначительная часть в Санкт-Петербург, Краснодарский и Ставропольские края. Пожив некоторое время в России, и осознав, что здесь они никому не нужны, многие курды Грузии эмигрировали в Европу.
3) Курды Армении, как и армяне, с которыми на протяжении веков жили бок о бок, расселились буквально по всей территории Российской Федерации. Относительно небольшая часть, курдов Армении обосновалась в Москве и Московской области. Другие общины (численностью более 1тыс. человек), проживают в Астраханской, Волгоградской, Нижегородской, Ивановской, Калининградской, Курской, Ленинградской, Новосибирской, Тамбовской, Тверской, Ульяновской, Ярославской областях; в Краснодарском и Ставропольском краях. Небольшие группы курдов Армении проживают даже в Тюмени, Сургуте, на Камчатке и в Якутии.
4) Курды Азербайджана, в основном мигрировали в Краснодарский край, Республику Адыгею, Москву и Московскую область, немного в Саратов и Новосибирск.
5) Курды из Средней Азии – в России их меньше всех, в основном они проживают в Краснодарском крае, Автономной республике Адыгея и Москве.
6) Зарубежные курды — в основном из Сирии и Турции, очень мало из Ирана и Ирака. В основном проживают в Москве. Это бывшие студенты и аспиранты, а также политэмигранты из Ирака и Сирии. Курды начали эмигрировать из Курдистана в Россию по политическим мотивам приблизительно с середины 40-х гг. ХХ столетия, из-за жестокой политики властей этих ближневосточных государств – преследования, репрессий и угрозы физического уничтожения. Что касается курдов Турции, то известно, что по политическим мотивам межгосударственного характера, как в советское время, так и в современной России, политэмигрантам из Турции курдской национальности и турецким оппозиционерам практически невозможно получить в России статус беженца.
С начала ХХ века началась иммиграция турецких предпринимателей курдского происхождения в Россию, которые ранее имели бизнес с российскими предпринимателями и в целях развития собственного бизнеса и увеличения доходов переместили часть своего бизнеса в Россию, в основном в Москву.
Приблизительно с 2005 года, в связи с усложнением миграционной политики и процедуры получения российского гражданства, а в последнее время, еще и с усложнением правил получения разрешения на работу, иммиграция курдов в Россию практически прекратилась. Напротив, наметился небольшой отток курдов в страны Западной Европы.
Согласно переписи населения 2002 года в России проживало – 19,6 тыс. курдов-мусульман и 31,3 тыс. курдов-езидов, которые учитывались отдельно. По приблизительным оценкам курдских общественных организаций количество курдов, проживающих в Российской Федерации на сегодняшний день, составляет не менее 300 тысяч человек.
Социальное положение
Переехав в Россию в 90-е гг. ХХ века, курды, поначалу испытывали неимоверные трудности, связанные с отсутствием постоянного жилья, прописки и работы. Самая серьезная проблема, с которой они столкнулись, была и есть пресловутая прописка, из-за чего не могли оформить российское гражданство, официально устроиться на работу, отдать детей в школу, получить медицинский страховой полюс, оформить пенсию и воспользоваться иными гражданскими правами.
Благо то время было эпохой «дикого капитализма», в России повсеместно стихийно открывались рынки, торговля была в невиданном разгаре, и большая часть курдов независимо от профессии, впрочем, как все остальное население страны пошла в торговлю. Торговлей занимались и те, кто даже представления не имел об этом деле.
Идеализация криминального мира в российском обществе в 90-х гг. ХХ века способствовала сильному вовлечению молодых курдов в российское преступное сообщество и видное место среди них заняли курды из Грузии. Хотя криминальный мир того времени состоял в основном из представителей русского общества, курды Грузии легко туда интегрировались и даже занять лидерские позиции. В последствии некоторые из них превратились в крупных авторитетов преступного мира общероссийского и международного масштаба, одним из которых является вор в законе по прозвищу дед Хасан.
Бедственное положение курдов России ограничивало их возможности заниматься теми профессиями, которыми они обладали. В условиях борьбы за выживание лишь мизерная их часть смогла продолжить работу по специальности, либо заняться наукой. А ведь подавляющее большинство из них прошли советскую школу, имели различные способности, которые могли бы содействовать созданию позитивных стереотипов россиян к курдам и способствовать их быстрой интеграции в российское общество.
Изначально, имея тяжелое материальное и статусное положение, российские курды долго не имели собственного жилья, возможности получения нормального образование и как следствие хорошей работы. Постепенно, по мере накопления капитала, люди стали приобретать недвижимость, создавать собственный бизнес, уделять больше внимания образованию и общественной жизни, тем самым на постоянно связывая себя с новым местом жительства.
Род деятельности граждан России курдского происхождения не однороден. В городах люди работают там, где удается трудоустроиться, в регионах в сельском хозяйстве, животноводстве. С конца 90-х гг. ХХ в. – начала ХХ1 в. начинается активное получение молодыми курдами высшего образования. На этот период приходится значительный рост курдской интеллигенции, представители этой нации избираются в народные депутаты, появляются на государственной службе, в образовательных учреждениях, в некоторых министерствах, в органах МВД, ФСБ и Прокуратуре, Адвокатуре, в науке, литературе и медицине.
Среди них есть люди разных профессий, в том числе врачи, юристы, артисты и т. д. Появились и преуспевающие люди: доктора наук, депутаты, бизнесмены. Наиболее видные из них – академик Российской Академии Естественных Наук (РАЕН) Директор Кировского филиала Московской государственной юридической академии Самвел Кочои, Профессор, Доктор исторических наук Зарифа Юсупова, Депутат государственной думы РФ Зелимхан Муцоев, Народный артист России Азиз Аскарян, Заслуженный артист России Владимир Аджамов, писатель, секретарь Союза писателей России Карем Раш, есть кандидаты наук, депутаты областных Дум Ярославской и Калининградской областей.
Многие курды России создали собственный бизнес. Некоторые из них добились впечатляющих успехов. Среди них есть люди, который владеют магазинами, ресторанами, гостиницами, фабриками и заводами, строительными компаниями и др. И есть люди, особенно представители интеллигенции, которые совершенно не устроены. Главное препятствие, стоящее перед ними, как представляется, в больших городах, и в частности в Краснодарском крае – это вопросы прописки и получения гражданства. Для некоторых эти вопросы до сих пор стоят остро.
В общем, уровень материального благосостояния курдов России выглядит достаточно пестро. В большинстве регионов значительная часть общества (60–70%) испытывает существенные материальные трудности; другая часть курдов (28%) сумела обустроиться и достигнуть среднего достатка; есть люди, которые до сих пор живут на нелегальном положении – не имеют ни вида на жительство, ни гражданства; и только 2% имеют уровень достатка выше среднего.
Уровень материального и культурного развития курдов России по отношению к другим нациям остается низким, скажем, к примеру, значительно ниже, чем у других выходцев Закавказья – армян, грузин или азербайджанцев. Относительно низкий уровень развития обусловлен рядом причин:
1) Курдская диаспора России по сравнению с другими национальными диаспорами относительно новая. Эти общины более многочисленны и за ними стоят их этнические государства. В силу их многочисленности и давнего проживания в России, они накопили солидный опыт по лоббированию политических и экономических интересов своих народов. Ими создан ряд активно действующих мощных организаций, оказывающих финансовую и гуманитарную помощь, не только своей диаспоре, но даже своим республикам. Среди них Союз армян России, Союз грузин России, Всероссийский Азербайджанский Конгресс.
У курдской диаспоры ничего не было и им пришлось все строить с нуля. У курдов России нет такой материальной поддержки со стороны общины, как например, у армянской, грузинской или азербайджанской диаспоры. Более того, курдские общественные организации не только не имеют государственной и общинной поддержки, но их деятельности всячески стараются препятствовать турецкие, возможно иранские и сирийские спецслужбы. Так, например, по требованию турецких спецслужб, в секторе курдоведения при Институте Востоковедения в Москве со стены была снята карта Ближнего и Среднего Востока, на которой была отмечена этническая территория курдов – Курдистан.
2) У курдских мигрантов России, изначально была малочисленная интеллигенция. Сегодня можно сказать, почти отсутствует техническая интеллигенция. Имеются в виду, люди с естественнонаучным и инженерным образованием. Лишь единицы курдской молодежи заняты в сфере высоких технологий.
3) Есть проблемы с интеграцией. Если с адаптацией курдов в России более или менее нормально, то интеграцией в российском обществе дело обстоит намного хуже. Исключение составляют курды Грузии, которые довольно быстро адаптировались и интегрировались в российское общество. Значительное число курдов Грузии до иммиграции проживало в столице Грузии – Тбилиси, где в школах, обучалось на русском языке и дружило с русскими людьми. Знание языка и русских традиций практически не накладывало на курдов Грузии никаких ограничений в общении с россиянами.
Как известно, одной из основных проблем интеграции является языковый барьер. Курды, прошедшие обучение в национальных школах, за редким исключением, испытывали сильный дискомфорт в связи с низким уровнем владения русским языком. Незнание или плохое знание русского языка ограничивали их общение курдской средой, замораживая их интеллектуальный уровень. Поэтому в таких семьях дети изначально находились в неблагоприятной ситуации по сравнению со своими сверстниками, не могли найти взаимопонимания и часто попадали в конфликтные ситуации.
4) Немалую роль в отставании курдов сыграло и то обстоятельство, что значительное число армянских и азербайджанских курдов в основном были выходцами из деревень, как правило, заканчивали национальные сельские школы, обучение в которых велось по 8 класс и не все дети имели возможность продолжить учебу в районных центрах. Естественно, что по уровню образования курды из периферии Армении и Азербайджана серьёзно уступали россиянам, окончившим нормальные русские школы и воспитанными в более продвинутой среде.
5) Дети курдских иммигрантов по приезду в Россию из-за отсутствия прописки долгое время не могли пойти в школу. Тех детей, которых удалось устроить в школу, с одной стороны из-за изначального плохого знания русского языка, с другой – тяжелого материального положения – имеют слабую школьную подготовку, требующей не только усердия, но и нормальных жизненных условий.
6) Большая часть курдской интеллигенции изначально была ограничена рамками национальной деятельности, сотрудничая с курдскими национальными организациями и являясь своеобразным посредником между курдами и властями. Она, как правило, не была интегрирована в русское общество и не искала себе применение за пределами курдского общества.
Что касается курдов дальнего зарубежья, за исключением лиц, вступивших в брак с гражданками России, то им гораздо сложнее было интегрироваться в российское общество. Дело не только в языковом барьере, но и в проблеме «разных культур», а также в не желании связывать свое будущее с Россией, так как их заветная цель Курдистан.
Пройдя этап адаптации, в последнее время курды России все больше интегрируются в российское общество. Примечательно, что когда представители курдской национальности стали работать в интернациональных коллективах, а дети стали ходить в русские школы, по инерции легче интегрировались в российское общество. В связи с известной некоторой лингвистической близостью русского и курдского языков, курдам относительно легко удается освоить русский язык. Сегодня дело дошло до того, что большинство курдов России, даже у себя дома, говорят на русском языке. Анализ владения русским языком в разрезе возрастных групп показывает, что в России вырастает поколение, которое хорошо владеет русским языком. Об интеграции курдов в российское общество подтверждает также растущее количество курдско-русских браков.
Осевших в России курдов можно характеризовать следующим образом. Большинство интегрированных в российское общество курдов связывает своё будущее с Россией. Мизерная часть, изъявляет желание эмигрировать и примкнуть к живущим в Европе соотечественникам. Только небольшая часть курдов, всё ещё чувствует себя временными жителями России и надеется что, очень скоро, будет образовано независимое курдское государство, и они уедут в Курдистан. Кстати, с освобождением Ирака от диктаторского режима, некоторые курды России переехали жить в иракский Курдистан, есть люди, которые создали там свой бизнес.
Проблемы курдской диаспоры России
Проблемы курдской диаспоры в России, в основном те же, что и у других иммигрантов:
1)Основная проблема, с которой сталкиваются курды России – это проблема гражданства. Суть проблемы заключается в разном подходе Правительства России и советских курдов к вопросу гражданства. Курдская сторона считает, что проблема возникла из-за того, что на момент распада СССР в 1991 г., когда между странами СНГ было принято решение о предоставлении гражданства по месту их прописки, мнением советских курдов как нацменьшинства и народа, не имеющего суверенного территориального образования, никто не интересовался. Таким образом, многие из них получили гражданство помимо их волеизъявления, так как после распада СССР в основном желали стать гражданами России. В связи с чем, остро встал вопрос о получении ими российского гражданства. На то было несколько причин – это изначальная прорусская ориентация, предки современных курдов в XVIII-XIX вв. принимали российское подданство, многие курды являлись русскоязычными и самое главное были нарушены права человека – право слова и право выбора. Они были лишены этих прав.
С целью получения социальных гарантий, люди все больше задумывались о легализации своего положения и всеми правдами и неправдами старались получить российские паспорта. Через посредников, которые пользуясь коррумпированностью некоторых сотрудников милиции, некоторые курды в конце 90-х – вначале 2000 гг. за немалые деньги оформили российские паспорта. При этом посредники их уверяли, что они официально занимаются оформлением гражданства РФ и паспортов, отбирали у них советский или национальный паспорт, а взамен приносили настоящий российский паспорт. Впоследствии эти бланки паспортов были объявлены в розыск. Этих людей задерживали, паспорта под предлогом незаконного получения изымались и многие из них до сих пор остались без документов.
Сегодня из-за отсутствия документов и усложнения правил получения российского гражданства эти люди не могут получить гражданство РФ, а из-за боязни депортации не желают выезжать из России. И хотя недавно было объявлено об облегчении получения вида на жительство для бывших граждан СССР, на практике получить российские паспорта не так уж просто. Многим из-за незнания законов, а также отсутствия финансовых средств на оплату работы юристов это задача не под силу. Между тем, за эти годы они прочно обосновались в России, и их уже ничего не связывает со старым местом прописки, а депортацию туда они расценивают как ссылку.
2) Другая проблема связана с вопросом о предоставлении курдским политическим деятелям Турции, Ирана и Сирии статуса беженцев.
3) Следующая проблема – это проблема занятости. За последнее время, рынок стихийной занятости населения все больше сужается, торговля монополизируется супермаркетами и гипермаркетами, вещевые рынки закрываются и т.д. Все больше обостряется проблема безработицы. Разумеется, такая ситуация может быть прямо связана с общим состоянием рынка занятости в России. Однако курдское общество страдает от безработицы в большей степени, чем люди титульной национальности.
4) Еще одна проблема – это проблема исчезновения курдского языка. Курды СССР, которые, несмотря на регулярную политику игнорирования национальных прав, и отчасти принудительной ассимиляции в Азербайджане сумели сохранить национальное самосознание, сегодня в России забывают свой язык и обычаи.
Глобализация и интеграция в российское общество все больше приводят к сокращению курдскоязычного населения. В этой связи в поле особого внимания курдской диаспоры оказались вопросы языка и культуры. Возможно, кое-где деятельность курдских организаций России приносит плоды, но вот обучение курдскому языку и издание литературы находится в весьма плачевном состоянии. В районах компактного проживания курдов отсутствуют школы или хотя бы уроки курдского языка, нет также системы подготовки преподавательских кадров. Некоторыми курдскими организациями предпринимаются самостоятельные шаги по организации воскресных школ для детей и курсов курдского языка для всех желающих, но очевидно, что без поддержки местных государственных образовательных органов им не обойтись.
Знание языка является именно тем фактором, который воспроизводит специфику любой диаспоры. Курдская диаспора не станет реальностью, если не будут укрепляться ее духовные основы, обеспечено сохранение языка, культуры и традиции. Учитывая молодость курдской диаспоры в России трудно говорить о том, что ее специфика каким-то образом воспроизводится. Можно полагать, что уже в ближайшее время курды России в силу разных причин, в семье, на работе, в быту, все реже будут говорить по-курдски, дети будут все хуже знать родной язык и, в конечном счете, владение курдским языком может не сохраниться вообще. Это будет означать исчезновение курдской диаспоры в России как таковой.
В плане межнациональных отношений, судя по аналитическим данным, ситуация в России выглядит достаточно благополучной. В Российской Федерации нет официальной политики нетерпимости в отношении нерусских народов, более того права граждан закреплены в Конституции и многих других законодательных актах, на правительственном уровне декларируется политика толерантности, взаимной терпимости и дружбы народов. Но никто не застрахован от вспышек ксенофобии. В России после распада СССР осталось немало нерешенных экономических и социальных проблем, которые коренные жители часто связывают с иммигрантами. Парадоксально, но в России – страны, которая победила фашизм, бывают проявления фашизма. Это немыслимо.
К сожалению, бывают случаи, когда некоторые СМИ, а также представители российских общественных организации и партии позволяют себе делать заявления, провоцирующие национальную напряженность. Уместно заметить, что эти высказывания касаются не лично российских курдов, а всех выходцев с Кавказа одинаково без различий. Все население России СМИ разделено на две социальные группы – славяне и лица кавказской национальности, даже преступников, у которых, как известно, нет национальности, делят на славянские и кавказские группировки, тем самым неразумно раскалывая российское общество на две противостоящие стороны.
Чаще всего, курды, и не только они, но и другие граждане нерусской национальности сталкиваются с дискриминацией на бытовом уровне. Например, при найме жилья встречаются объявления типа – «сдам жилье русским» или дирекция некоторых ресторанов и клубов, распоряжается не впускать «черных» или «кавказцев»; при приеме на работу; при поступлении в школу или вуз; при контакте с правоохранительными органами, в основном, с милицией. Существует явная зависимость продвижения в обществе, особенно на государственной службе, от этнической принадлежности.
Вообще, по своему менталитету и моральным качествам курды народ неконфликтный, никогда не проявляют нетерпимости к другим национальностям, легко и свободно общаются с представителями других культур, легко обучаясь их языку. Среди курдов сильно развито знание нескольких языков, как правило, каждый курд свободно владеет как минимум двумя или тремя, а то и более языками. Но, иногда в некоторых регионах компактного проживания курдов вспыхивает межэтническая напряженность.
Первые проявления межнациональной напряженности по отношению к курдам начались в 90-х гг. в Краснодарском крае. Положение у краснодарских курдов было незавидное – они столкнулись здесь с открытой неприязнью. Даже те, кто приобрел недвижимость, долгое время не могли узаконить свое пребывание в России – им необоснованно отказывали в регистрации по месту жительства и всячески подстрекали к выезду. На национальной почве некоторые радикальные граждане среди местного населения начали физически притеснять курдов, а на уровне Администрации Краснодарского края, даже был поставлен вопрос о принудительном выселении курдских беженцев. Тогда, курдским общественным организациям, в частности, МСКОО, путем прямого диалога с местным населением и с помощью Министерства миграционной политики РФ конфликт был разрешен. Эти курды по настоящее время продолжают жить там, где они обосновались. Неприятные инциденты имели место в Тамбовской и Нижегородской областях, а сейчас в Республике Адыгея.
Возможно причина обострений на этнической почве в том, что, к большому сожалению, российский народ плохо знает курдскую историю, культуру и национальные особенности. А ведь курды с давних времен взаимодействует с Россией. Русский и курдский народы связывает общность исторических и геополитических интересов, а также близость многих духовных позиций. Возможно также, что именно не интегрированность курдских граждан в местные общества становится причиной межнациональных конфликтов. При этом должен заметить, что напряженность с курдами никогда еще не перерастала в убийства или в массовые столкновения. А успешная карьера некоторых курдов России показывает, что если человек трудолюбив и талантлив, в России на пути его роста не существует пресловутого «национального вопроса», что в этой стране каждый человек независимо от национальности может добиться желаемого результата.
Таким образом, к 2010 году в России образовался конгломерат курдов из разных стран мира, поначалу не имеющих общих интересов, но имеющих общность происхождения. Малочисленность и общая неблагоприятная судьба постепенно способствовали их сближению. Отношения между ними по многим причинам постепенно налаживались, и они стали объединяться в различные совместные общественные организации.
Курдские организации
В конце 80-начале 90-х гг. ХХ века происходит бурный рост национально-освободительного движения в Курдистане. Под его влиянием в России и других странах СНГ, где компактно проживают курды, постепенно появляются представители трех ведущих партий Курдистана – Демократической партии Курдистана, Рабочей партии Курдистана и Патриотического союза Курдистана. Хотя цель у этих партий вроде была одна, но, к сожалению, пути достижения этой цели были разные. Их внутрипартийная борьба отразилась и на настроениях российских курдов, которые не очень-то разбирались в политике и поддерживали ту или иную партию в зависимости от симпатий к их лидерам или просто по инерции.
Эти партии хоть и вызывали у российских курдов солидарность, но успеха в их среде не имели, поскольку они преследовали, прежде всего, партийные интересы и нисколько не отражали локальные интересы российских курдов. По мере адаптации в России, курды стали проявлять общественные инициативы, вступать в различные российские общественные организации и самостоятельно создавать свои национальные организации и культурные центры.
Одной из первых курдских организаций, официально зарегистрированных в Москве, был Центр курдской культуры (зарегистрирован Московским городским советом профессиональных союзов 03 ноября 1989 года, его учредителями были Тариеэл Броев и Юрий Дасни). Впоследствии, активное участие в работе ЦКК стали принимать многие курды, проживающие не только в Москве, но и в других регионах. В частности, в начале 1990 года, к нам присоединился Матлаб Османов, нынешний председатель Национально-культурной автономии курдов Москвы.
В 1994 году Матлаб Османов с группой единомышленников в Москве зарегистрировали «Курдскую национальную общину города Москвы». Подобные общины были созданы и в некоторых других регионах России, где компактно проживали курды.
5 декабря 1994 г. в Москве был проведен съезд курдов России, на котором было принято решение об учреждении Международного союза курдских общественных организаций (МСКОО). Председателем на съезде был избран Мераб Шамоев.
В Уставе этой организации записано: «После распада СССР курды, проживающие в Закавказье и Средней Азии, по многим причинам, в основном социально-экономического и политического характера, вынуждены были в массовом порядке переселяться в Российскую Федерацию. В настоящее время они проживают в Москве, Краснодарском крае, Саратовской, Ярославской, Тамбовской, Нижегородской, Новосибирской, Челябинской и некоторых других областях. Возникла острая необходимость взаимоотношений курдских общин, для этого и был создан МСКОО».
В 1998 году решением Государственной Думы был принят Закон о национально-культурных автономиях. За этим громким и претенциозным названием, как представляется, никакой территориальной автономии нет, есть лишь право создавать свои культурные общества. В соответствии с этим законом 5 февраля 1998г. в Москве была зарегистрирована «Национально-курдская автономия курдов города Москвы». Председатель – Матлаб Османов.
В этом же году в городе Краснодар была создана «Краснодарская краевая курдская национально-культурная автономия Мидия». Председатель – Ишхан Анкоси. Также в Краснодарском регионе успешно ведут свою деятельность «Краснодарская региональная общественная организация дружбы русского и курдского народов» и «Краснодарское краевое общество курдской культуры имени Ахмаде Хани».
В Саратовской области функционирует «Саратовская курдская национально-культурная автономия». Ее председатель – Короглы Ахмедов.
В Новосибирске в 1998 году создан «Курдский культурный центр». Председатель – Севдин Давоян.
В 2000 г. в Москве на съезде представителей курдских общин из разных регионов России была учреждена «Федеральная национально-культурная автономия курдов Российской Федерации».
Тамбовское региональное отделение Федеральной национально-культурной автономии курдов РФ – «Айнтав» создано в 2000 году. Председатель – Маме Шамоян.
В 2000 г. в Курске была создана «Курская региональная езидско-курдская общественная организация «Шумер». Ее председатель – Сафто Джафаров.
12 февраля 2002 г. Комитет по связям с религиозными организациями при правительстве Москвы зарегистрировал религиозную организацию курдов езидского вероисповедания «Лалиш». Ее председатель – Рафик Рашоян.
В 2002 г. в Москве курдскими женщинами была создана организация Региональная общественная организация содействия реализации прав курдских женщин «Свободные женщины». Ее председатель – Нана Алоян.
Большинство вышеперечисленных курдских организаций входят в Международный союз курдских общественных организаций. Главный офис МСКОО расположен в Москве, а с 1996 года этот офис называется «Курдский дом». Здесь активно ведется общественно-культурная и просветительская работа, проходят встречи и переговоры, расположено издательство газеты «Свободный Курдистан». При МСКОО в Москве создан Курдский театр под руководством Шалико Бекас, правда, работа театра эпизодическая, из-за тех же финансовых проблем, а также национальный ансамбль.
Основной целью всех курдских организации России согласно их Уставу является: возрождение, сохранение и развитие национальной культуры, изучение языка и истории, сохранение национальных обычаев, защита законных прав и интересов курдской диаспоры в органах государственной власти и управления в соответствии с действующим законодательством и организация культурных мероприятий.
Вторым направлением деятельности курдских организаций России является поддержка курдского национально-освободительного движения в Курдистане. Основная задача формирование в российском обществе позитивного отношения к проблеме Курдистана, а также взаимодействие с государственными структурами с целью решения курдской проблемы мирным путем.
СМИ
Немаловажным ресурсом прав любой диаспоры являются средства массовой информации. С этим у курдов России положение ужасное. В настоящее время в России издается единственная двуязычная газета (на русском и курдском языках) «Свободный Курдистан», которая выходит раз в месяц тиражом 2000 экземпляров. Издательство журналов «Дружба» и «Голос женщин» временно приостановлено. Причина – финансовые проблемы.
Гораздо лучше дело обстоит с Интернетом. У каждой курдской организации имеется свой информационный сайт. Широкий спектр информации предоставляют русскоязычные интернет-порталы, например, новостные www.Кurdistan.ru, www.Kurdist.ru, www.Ezdixane.ru, www.KurdishCenter.ru, развлекательные: www.KurdishMusic.com, www.Ezdixan.ru и другие, и даже есть сайт знакомств: www.Xazgini.com.
Заключение
В целом, оценки социально-экономического положения курдской диаспоры России весьма противоречивы.
Курдская диаспора России разобщена. Большинство организаций диаспоры являются организационно и финансово слабыми, их действия не согласованы, добиться консолидации соотечественников им в большинстве случаев не удается и реальных рычагов влияния на государственные структуры для решения своих проблем не имеет. Многочисленные попытки одной из крупнейших курдских организации России – Международного союза курдских общественных организации скоординировать деятельность всех курдских организаций, пока остаются тщетными.
Курдским общественным организациям практически не оказывается никакая государственная поддержка. В то же время нет препятствий со стороны государства в работе курдских организаций. Они пользуются правами, предусмотренными законом РФ о национальных общинах и культурных автономиях. Их деятельность свободна. Скорее всего, позиция России такова, что курдская диаспора в России имеет право на свои культурные и просветительские организации, безусловно, при условии соответствия их деятельности российским законам.
Курды России в большинстве своём в национальном плане пассивны. Трудно не согласиться с мнением, что курдская диаспора России неорганизованна, политически разноориентирована и в большинстве своем эгоистична. По аналитическим данным всего около 10 % российских курдов проявляют общественную национальную активность.
Большинство участников опроса из числа российских курдов отметили четкую взаимосвязь между своим социально-экономическим положением, новыми реалиями и характером политических предпочтений. Примечательным в этом смысле является, к примеру, следующий факт: «В начале и до конца 90-х гг. в материальном плане нам терять было нечего. Сейчас мы занимаем другую социальную нишу, и бороться с властью, подставлять под удар свое материальное благополучие и статус в обществе, мы не хотим». Еще более резкую позицию занимают те представители курдской диаспоры России, которые добились серьезных успехов в бизнесе, либо занимают высокий социальный статус.
Существенным препятствие для консолидации курдов России является их разная ориентированность на курдские политические партии. Так, курды из Турции в большинстве ориентированы на Рабочую партию Курдистана, из Ирака на ДПК или ПСК, из Ирана и Сирии по-разному, бывшие советские курды в основном на РПК и небольшая часть на ДПК. Вывод курдских общественных организаций России из-под контроля отдельных партий является одним из важных условий того, что курды России смогут больше уделять внимания собственным проблемам и задачам, и наиболее полностью воспользоваться предоставленными им российскими законами национально-культурными правами.
Некоторая часть курдов России даже и не думают принимать естественные правила поведения в гражданском обществе и считают, что государство должно учитывать их статус, тяжелое материальное и социальное положение, и как нацменьшинству России не имеющему государственности, выделять субсидии, квоты и т.п., то есть решать за них их проблемы. Приводя в пример, ряд стран мира (Швецию, Германию, Францию и т. д.), где трудоустройству, сохранению культуры, языка и традиций курдов уделяется государственное внимание. Совершенно очевидно, что подобная позиция ещё более усугубит их положение, увеличит социальную дистанцию с другими нациями и будет препятствовать их интеграции в российское общество.
Обобщая вышеизложенное можно сказать, что требования курдских граждан, выдвигаемые к руководству России, касаются – проблемы гражданства, уважение и соблюдение гражданских прав, предотвращения ксенофобии, помощь в адаптации в местах их компактного проживания к местным условиям, вопросов сохранения языка и развития национальной культуры. Решение этих вопросов, по их мнению, будет способствовать ускорению интеграции курдской диаспоры в российской общество.
Несмотря на все трудности, и что под воздействием определенных факторов деформируется многие ценности их духовной жизни, курды России продолжают бороться за сохранение своей национальной культуры и традиций. Для реализации этих задач силы и финансовые возможности курдской диаспоры весьма ограничены. Эти вопросы и многие другие трудности могут быть решены с помощью государства. Правительство России, а также местные административные органы пока не уделяют должного внимания проблеме адаптации и не оказывают никакую социальную помощь (психологические консультации, бесплатные курсы русского языка, пенсионные пособия, жилье, и т. п.) курдским поселенцам. Правительство России не выделяет финансовые средства на эти цели и курдским организациям, которые могли бы содействовать государственным органам в решении этой проблемы. Безусловно, такая ситуация создает определенные трудности для адаптации и быстрой интеграции советских курдов в российское общество. Примечательно, что в там где, власти регионов РФ (Тамбовская область, Ярославская область) начинают уделять больше внимания проблемам курдского общества, заметно ускоряется их интеграция в российское общество.
Конечно, нельзя утверждать, что в этом плане государством ничего не делается. Очевидно, что в новых геополитических условиях Россия активно ищет пути для собственного позиционирования в новых геополитических и духовно-культурных контекстах, включая сложную проблему межэтнических взаимоотношений. В силу причин происходящих в этническом Курдистане сегодня политический аспект курдской диаспоры России становится все более актуальным и востребованным. Вполне возможно, что курды, являющиеся сегодня гражданами России, на себе «отрабатывают» механизмы будущего взаимодействия между Россией и Свободным Курдистаном. А при благоприятных для Курдистана обстоятельствах тысячи курдов, оказавшихся в пределах современной России, могут превратиться в один из источников сближения и взаимного развития России и Курдистана.
Полагаем, что высказанные нами соображения, сделанные в результате анализа гражданско-политических, социально-экономических, культурно-образовательных и иных аспектов курдской диаспоры, могут оказаться полезными для определения перспектив и оптимальных путей выстраивания взаимоотношений с российскими властями, как в рамках патерналистской, так и прагматической моделей взаимодействия.
http://www.ezdixane.ru/content/view/1963/2/
Аналититические обзоры.
Столетие антикурдского расизма
ЭРБИЛЬ, Курдистанский регион — Когда высказывания турецкого бизнесмена Рахми Коча о курдских женщинах недавно вызвали публичную дискуссию, на первый взгляд, казалось, что спор касается лишь одного заявления. Однако интенсивность реакции указывала на нечто более глубокое. Публичные споры такого рода редко вращаются вокруг отдельного комментария. Скорее, они обнажают слои памяти, унаследованные представления и социальные иерархии, которые существовали задолго до того, как человек их сформулировал. В такие моменты всплывает не просто личное мнение, а устойчивость нарративов, которые формировали отношения между курдами и окружающим их обществом на протяжении поколений . Более века курды занимают особое место в политическом воображении Ближнего Востока. Будучи крупнейшим безгосударственным народом в регионе, они подвергались не только военным кампаниям, насильственному перемещению, политическим репрессиям и культурной изоляции, но и постоянному процессу определения со стороны других. Их язык, история и идентичность неоднократно интерпретировалась через нарративы, изображавшие курдство не как легитимную форму коллективного существования, а как отклонение от доминирующих национальных проектов.
Таким образом, курдский опыт — это не просто политическая история. Это также история о предрассудках, расизме, власти, памяти и долгой жизни идей после распада Османской империи. Возникновение современных национальных государств после распада Османской империи превратило курдский вопрос в одну из центральных нерешенных проблем Ближнего Востока XX века. В то время как турецкие, арабские и персидские национальные движения стремились создать нарративы единства, суверенитета и исторической преемственности, существование большого курдского населения осложняло эти амбиции. Национальная идентичность редко формируется исключительно путем включения. Часто она определяется путем идентификации тех, кто находится за пределами воображаемого сообщества. Линия, разделяющая «нас» и «их», может казаться естественной, но обычно она является продуктом политической и культурной работы. Курдский случай иллюстрирует этот процесс с необычайной ясностью.
В Турции целые поколения выросли под официальной выдумкой о том, что курды — всего лишь «горные турки», — ярлыком, призванным не описывать реальность, а стирать её. Курдская идентичность отрицалась, курдский язык подвергался цензуре, а курдская история отодвигалась на периферию общественной памяти. Аналогичная динамика наблюдалась и в других местах. В Ираке кампании по арабизации стремились изменить демографическую ситуацию во имя национального единства. В Сирии сотни тысяч курдов были лишены гражданства, фактически превратив коренное население в чужаков на собственной родине. В Иране курдские устремления часто представлялись как угроза территориальной целостности, а не как проявление политической активности. Хотя эти политики различались по форме , их объединяла общая логика: существование курдов рассматривалось как проблема , которую нужно решать, а не как историческая реальность , которую нужно признавать. Однако политическое господство требует большего, чем административные меры или военная сила. Оно также требует легитимности. Долгосрочные системы власти зависят от нарративов, объясняющих причины.
Одни группы правят, а другие подчиняются. Со временем курдов часто изображали скорее как племенных, чем современных, эмоциональных, а не рациональных, отсталых, а не прогрессивных, неспособных управлять собой. В некоторых частях региона стереотипы изображали их как необразованных , нецивилизованных или социально отсталых . В некоторых местах фольклор и народные мифы шли еще дальше, изображая курдов как менее утонченных, менее чистых или менее полноценных людей, чем окружающее население. Сегодня такие истории могут показаться абсурдными, но они выполняли важную политическую функцию. Они превращали неравенство в здравый смысл . Литературовед Эдвард Саид описал подобный процесс в своем анализе ориентализма. Доминирующие общества часто создают образы маргинализированных групп, которые больше говорят о тревогах и амбициях тех, кто их описывает, чем о самих описываемых людях. «Другой» становится зеркалом, через которое общество определяет себя. В этом смысле антикурдские предрассудки никогда не касались исключительно курдов. Они также касались того, как формирующиеся национальные государства представляли себя.
Курдский «другой» стал частью зеркала, через которое несколько государств понимали свою собственную идентичность. Именно в этот момент предрассудки начинают двигаться в сторону расизма. Современный расизм редко проявляется через биологические теории превосходства. Чаще он действует через культуру. Определенные группы изображаются как по своей природе менее цивилизованные, менее демократичные, менее образованные или менее способные к прогрессу. Различие трансформируется в недостаток. Словарь меняется , но иерархия остается. Социолог Альберт Мемми заметил, что системы господства требуют именно этой логики. Подчиненное население должно изображаться как нечто неполноценное; в противном случае господство становится трудно оправдать. Аналогично, философ Ахилле Мбембе утверждал, что современные системы власти часто зависят от определения того, чей опыт признается полностью человеческим, а чей остается на периферии политических и моральных интересов. С этой точки зрения курдский вопрос никогда не касался исключительно территории, языка или суверенитета. Это была также борьба.
Речь идёт о признании. Кто имеет право определять народ? Кто решает, является ли язык легитимным? Кто определяет, должна ли культура находиться в центре истории или оставаться на её периферии? Американский социальный психолог Гордон Олпорт предложил одно из самых влиятельных объяснений того, почему такие взгляды сохраняются из поколения в поколение. В своей книге «Природа предрассудков» он утверждал, что предрассудки — это не просто следствие невежества. Они выполняют важные социальные функции. Они создают символические границы между группами, обеспечивают определённость в сложных условиях и помогают стабилизировать социальные иерархии, делая их естественными . Проницательность Олпорта помогает объяснить, почему антикурдские настроения часто сохранялись даже при изменении политических обстоятельств. Проблема никогда не заключалась только в фактах. Она заключалась в идентичности. Другой влиятельный социальный психолог, Музафер Шериф, подошёл к проблеме с другой точки зрения. Шериф, родившийся в поздней Османской империи и впоследствии ставший одним из основателей современной социальной психологии, продемонстрировал, как быстро может возникнуть враждебность.
Когда группы воспринимают себя как конкурентов. Его знаменитый эксперимент в Пещере Разбойников показал, что даже обычные группы могут развить сильные предрассудки, как только они поверят, что на кону стоят статус, признание или ресурсы. Выводы Шерифа остаются весьма актуальными для этнических отношений на Ближнем Востоке, где вопросы власти, безопасности и принадлежности часто рассматриваются как борьба с нулевой суммой. В истории Шерифа есть поразительная ирония. Один из самых важных в мире исследователей межгрупповых конфликтов вышел из самой Турции, однако на протяжении десятилетий критические дискуссии об этнической принадлежности, правах меньшинств и социальных корнях предрассудков занимали непростое место в турецкой общественной жизни. Работа Шерифа получила международное признание, но его идеи редко становились частью широкого общественного обсуждения механизмов, посредством которых порождаются предрассудки и расизм. Поколения узнали гораздо больше о национальном единстве, чем о социальной психологии исключения . Расизм выживает не только благодаря тому, чему учат общества. Он также выживает благодаря тому, чего они предпочитают не признавать.
Когда в системе государственного образования отсутствуют дискуссии о меньшинствах, дискриминации и исторической несправедливости, унаследованные представления часто остаются без внимания. Предрассудки больше не нуждаются в постоянной пропаганде. Они воспроизводятся через молчание. Главная мысль Шерифа заключалась в том, что враждебность между группами не является ни естественной, ни неизбежной. Она возникает в определенных социальных условиях. Однако, когда обществам не рекомендуется изучать эти условия, старые предрассудки сохраняются, маскируясь под традиции, здравый смысл или национальную память. Трагедия в том , что такие процессы редко остаются внешними. Со временем они начинают формировать сознание тех, кто их испытывает. Это была одна из главных идей Франца Фанона, чьи работы о колониализме исследовали психологические последствия господства . Фанон утверждал, что власть становится наиболее эффективной, когда категории, созданные сильными , усваиваются слабыми. Люди начинают видеть себя глазами тех, кто их определяет. Позже Пауло Фрейре описал аналогичный процесс, предположив, что угнетение достигает своей глубочайшей стадии.
Формирование происходит, когда мировоззрение угнетателя становится частью сознания угнетённых. Немногие наблюдения столь важны для понимания курдской истории. Курдское общество никогда не было однородным. Различные диалекты, регионы, религиозные традиции, племенные структуры и политические культуры веками формировали курдскую жизнь. Сунниты, алевиты, шииты, езиды, общины какаи, христиане, светские движения и многочисленные местные идентичности — все они внесли свой вклад в богатство и разнообразие курдского общества. Само разнообразие никогда не было проблемой. Проблема возникла, когда разнообразие переросло в иерархию. Поскольку курды были разделены между несколькими государствами и лишены общих политических институтов, более мелкие формы принадлежности часто становились важнее, чем более широкие коллективные идентичности. Семья, племя, регион, религия и политическая принадлежность часто имели больший эмоциональный вес, чем общий национальный проект. В то же время эти различия неоднократно использовались правительствами. Османские власти, а затем и сменявшие друг друга правительства в Турции, Ираке, Иране и Сирии, часто опирались на различные варианты.
Древняя стратегия: разделяй и властвуй. Определенные элиты были включены в государственные структуры, в то время как другие были исключены. Одни общины получали привилегии, другие были маргинализированы. Политическая фрагментация часто служила государственным интересам лучше, чем единство.
Последствия выходили далеко за рамки политики. На протяжении поколений в самом курдском обществе возникало взаимное недоверие. К религиозным меньшинствам иногда относились с недоверием. Региональные идентичности стали ассоциироваться со стереотипами. Политических оппонентов иногда рассматривали не просто как соперников, а как предателей. Исторические обиды накапливались и передавались из поколения в поколение. Опыт исключения не автоматически порождал солидарность. В некоторых случаях он порождал новые формы конкуренции и новые формы иерархии . Британский социальный психолог Анри Таджфель помогает объяснить это. Его теория социальной идентичности показала, что людям требуется удивительно мало для создания групповых границ. Как только эти границы существуют, часто следуют лояльность и исключение. Люди стремятся к принадлежности, признанию и позитивной идентичности. Один из самых простых способов укрепить группу — это …
Статус заключается в том, чтобы сравнивать себя с другими в выгодном свете. Парадокс состоит в том, что сообщества, пережившие дискриминацию, сами могут начать воспроизводить аналогичные модели исключения. Иерархия не исчезает. Она меняет направление. Именно это делает расизм и предрассудки такими устойчивыми. Их наиболее сильное воздействие не всегда проявляется в законах или институтах. Они укореняются в повседневном восприятии реальности. Пьер Бурдье описал это явление как символическое насилие. Власть становится наиболее эффективной, когда она больше не требует принуждения, потому что ее предположения стали восприниматься как норма. Иерархии выживают не потому, что их постоянно защищают, а потому, что они перестают выглядеть как иерархии вообще . Курдский опыт также раскрывает еще одно измерение этой истории: роль коллективной травмы. Двадцатый век оставил глубокие шрамы на курдских общинах. Массовые убийства в Дерсиме, кампания «Анфаль» , химическая атака на Халабджу, геноцид езидов в Синджаре и неоднократные волны репрессий по всей Турции, Ираке, Иран и Сирия оказали долговременное влияние на коллективную память. Травма редко заканчивается на тех, кто непосредственно её переживает. Истории о насилии, перемещении, предательстве и выживании передаются из поколения в поколение. Они создают стойкость и солидарность, но также могут сохранять страх и недоверие. Память становится одновременно источником силы и источником уязвимости. В цифровую эпоху эта динамика стала ещё сложнее. Курдский подросток в Берлине, Стокгольме, Лондоне или Штутгарте может в режиме реального времени следить за событиями в Диярбакыре, Эрбиле, Махабаде или Камишли. Исторические раны больше не ограничиваются местной памятью . Они постоянно переосмысливаются, обсуждаются и эмоционально переживаются за пределами границ. Прошлое не просто запоминается; оно переживается многократно. Возможно, это помогает объяснить, почему курдский вопрос оказался настолько устойчивым к политическим решениям. Границы можно обсуждать. Правительства можно менять. Конституции можно переписывать. Но истории, которые общества рассказывают о себе, гораздо сложнее изменить.
Более века мы курды жили не только с последствиями политической изоляции, но и с последствиями того, что нас воспринимали другие. Поэтому самая глубокая проблема сегодня может быть не территориальной и не конституционной. Возможно, это проблема замены унаследованных иерархий иным пониманием принадлежности. Каждое общество в конечном итоге сталкивается с одним и тем же вопросом. Укрепляются ли идентичности благодаря изоляции, или они становятся сильнее , когда им больше не нужен враг? Курдский опыт не дает простого ответа. Тем не менее, он раскрывает нечто фундаментальное о природе предрассудков и расизма. Их наибольшая опасность заключается не просто в том, что они дискриминируют людей. Их наибольшая опасность заключается в том, что в конечном итоге они начинают казаться естественными. В этот момент неравенство воспроизводится само по себе, не нуждаясь в постоянном оправдании, а унаследованные иерархии становятся частью социального ландшафта. Поэтому самая глубокая форма освобождения не является просто политической. Она начинается, когда отдельные люди и сообщества возвращают себе право определять себя, а не быть определяемыми другими… Только тогда народ сможет выйти за рамки навязанных ему категорий и представить себе будущее, которое больше не будет сковано длинной тенью унаследованных предрассудков.
Автор: Джан Ильхан Кизилхан
Аналититические обзоры.
МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ КУРДСКОГО ВОПРОСА
Кубашев Aлибек, докторант
КазУМОиМЯ им. Абылай хана
(Алматы, Казахстан)
https://www.elibrary.ru/download/elibrary_43022480_66572396.pdf
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Исторические документы11 месяцев назадКУРДСКИЙ СУДЕБНИК САСАНИДСКОГО ПЕРИОДА: «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN»(«Книга тысячи судебных решений»)
-
Страницы истории12 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История13 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История15 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
История15 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра
-
Культура6 лет назадТемур Джавоян со своим новым клипом «CÎnar canê («Дорогой сосед»)»

Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий Вход