Свяжитесь с нами

Статьи

Памяти Великого гуманиста: Шамиль Аскеров

Опубликованный

вкл .

     Шамиль Аскеров получил специальность математика, однако душу его переполняли чувства, которые не могли не вылиться, в замечательные лирические стихотворения: сотни его стихов люди знают наизусть.  

     Он был поэтом, курдологом, филологом, лингвистом, переводчиком, журналистом, историком, этнографом, прекрасным знатоком фольклора и исследовав природу создал музей… 

     «Мамоста Шамиль» — как его любовно называли в народе («мамоста» на курдском значит «учитель, мастер») был «живой энциклопедией».

     Даже недоброжелатели уважали его за благородие и трудолюбие. 

     Шамиль Салимович не стал священником или политиком, его не выбрали главой государства. Он просто был душевным и благородным человеком. На каждого, кто встречался с ним, производили глубокое впечатление его мудрость и доброта; в любом обществе он естественно и легко становился лидером. Он был влюблен в Курдистан. Его дом напоминал Курдистан в миниатюре: фотографии, книги, народные мелодии… Библиотека, превысившая в 80-е годы 20 тысяч томов, где было собрано более трех тысяч книг на курдском языке, изданных в разные годы в разных станах мира.

     Курдистан был для Шамиля Салимовича не мечтой, а образом жизни. Он жил в маленьком городке Кельбаджар, в тысяче километрах от Курдистана, но он жил в Курдистане, с его именем, и наверно, был единственным патриотом своего народа в Кельбаджаре, так неустанно боровшимся за национальные права курдов — одиноким воином, который сражался за Красный Курдистан.

     Патриотизм для Шамиля Салимовича начинался с восторга перед цветущей яблоней в собственном саду, любви к соседу, счастья шагать по пыльным дорогам родной деревни, со знания своей малой родины и с блаженства говорить на родном языке. Он отлично знал место каждого камня, запах каждого цветка в маленьком Кельбаджаре.

    Шамиль Аскеров искренне любил свой народ и предан идее курдского национализма, был любящим все человечество гуманистом, истинным демократом, верил в братство и дружбу между народами. 

     Крайне жаль тех, которые считают будто эти качества несовместимы на примере  одной личности и они не имели чести познакомиться с великим сыном курдского народа в лице Шамиля Аскерова. Приходилось ли вам встречать главного редактора газеты, который поздно вечером, когда все ушли домой, делает уборку в редакции? Встречали ли вы директора школы, который после уроков строил бы новое здание? Слышали ли о директоре музея, который ищет в притоках рек камешки или собирает листья в лесу? Знали ли председателя горисполкома, который вместе с рабочими грузил бы камень? Те, кто знали Шамиля Аскерова, много раз становились свидетелями этих сцен!

     Шамиль Салимович Аскеров родился в 1928 году в Красном Курдистане, в селении Агджакенд, Кельбаджарского района. С 12 лет начал работать пастухом. В юности, не зная о существовании Курдистана, занимался изучением курдской истории и литературы.

     После окончания школы Шамиль Аскеров поступил в Азербайджанский государственный педагогический институт. Затем он с отличием закончил Высшую партийную школу в Баку и Азербайджанский педагогический университет.

      Работал редактором районной газеты, первым секретарем Кельбаджарского горкома комсомола, директором школы, заведующим РОНО и директором исторического музея. В годы, когда Шамиль Аскеров был секретарем горкома комсомола, Кельбаджарская комсомольская организация занимала первое место в соцсоревновании по всему СССР.

    Отказавшись от предложенной должности декана Бакинского университета и отвергнув другие заманчивые предложения, до начала 90-х годов Шамиль Аскеров жил и работал в отдаленном Кельбаджаре, в своем маленьком Курдистане. В 1993 году после оккупации Красного Курдистана армянской армией, Мамоста Шамиль, как и все курды Азербайджана, вынужден был бежать.

     Помимо общественной деятельности Мамоста Шамиль был широко известен в СССР и за рубежом своими научными работами и литературной деятельностью. Он — автор свыше сорока книг: поэтических сборников и сборников прозы, этнографических и исторических исследований — на азербайджанском и курдском языках. Шамиль Аскеров защитил диссертацию о творчестве курдского классика Шехмуса Джигерхун, перевел на азербайджанский поэму бессмертного Ахмеде Хани «Мем и Зин» и сотни жемчужин курдской классики: стихотворения Факие Тайрана, Мелае Джизири, Абдуррахмана Гажара и Абдуллы Горана; стремясь сохранить и изучить язык курдов Азербайджана, составил курдско-азербайджанский и азербайджанско-курдский словари; стал автором рифмических словарей курдского и азербайджанского языков.

     Мамоста Шамиль посвятил свою жизнь просвещению курдов и укреплению братства народов. Несмотря на постоянное давление властей — как советских, так и нынешних — он ни на пядь не свернул со своего пути. В 1978 году его приговорили четырем годам тюрьмы «за национализм». В знак протеста против этой несправедливости Мамоста Шамиль написал в годы заточения поэму «Немая девушка», посвященную борьбе курдского народа.  

     20 мая 2005 г. в возрасте 77 лет ушел из жизни человек уникальных энциклопедических знаний, выдающийся патриот курдского народа и  великий гуманист  — Шамиль Аскеров.

 

   Камиз Джабраилов

 

 

 

 

Статьи

Отзыв Камиза Шеддади на книгу «КУРДЫ начало исторического пути»

Опубликованный

вкл .

Автор:

Уважаемый Лятиф Маммад Бруки!

Примите мои самые искренние слова восхищения и глубокой благодарности за Ваш фундаментальный труд «КУРДЫ начало исторического пути». Знакомство с этой монографией, вобравшей в себя всю Вашу сознательную жизнь, посвященную научному поиску, стало для меня событием огромной важности. Эта работа представляет собой не просто академическое исследование — это настоящий интеллектуальный и гражданский подвиг.

Будучи знаком с Вашими исследованиями с начала 2000-х годов по публикациям в журнале «Дружба», главным редактором которого Вы были, а также на портале kurdist.ru, я с самого начала как читатель мог оценить системность и глубину Вашего подхода. Эти две платформы стали в буквальном смысле школой истории для русскоязычной курдской общины постсоветского пространства, а со временем — наиболее цитируемыми источниками для всех, кого интересовала непредвзятая история курдов, Ближнего и Среднего Востока. В ходе собственных изысканий я постоянно обращался к Вашим трудам, а Вы не раз любезно делились со мной ценными источниками, за что приношу свою особую признательность.

Однако именно в этой книге, объединившей все Ваши предыдущие работы — как опубликованные, так и долгие годы хранившиеся в рукописях, — Вы создали поистине энциклопедический труд. Это всеобъемлющее исследование, где каждая глава, каждый вывод становятся частью целостной картины многовековой истории курдского народа.

Особое значение имеет то, как Вы последовательно и доказательно восстанавливаете историческую преемственность курдского этноса. Опираясь на авторитет таких учёных, как М. С. Лазарев, Н. Я. Марр, В. Ф. Минорский, а также привлекая целый корпус средневековых источников — от трудов арабоязычных курдских, арабских и персидских авторов до свидетельств сирийских, армянских, албанских и грузинских хронистов, — Вы создаёте неопровержимую цепь доказательств, простирающуюся от древних цивилизаций (кутии, луллубеи, хурриты) до современности. Такой многоуровневый подход, синтезирующий данные различных историографических традиций, придает Вашим выводам исключительную убедительность. Ваш анализ «Страны Карда» как исторического сердца Курдистана и прослеживание территориальной преемственности от Мидии до современного расселения курдов представляет особую научную ценность.

Ваша работа — это не просто изложение фактов, а смелый вызов сложившейся историографической традиции, десятилетиями игнорировавшей или сознательно искажавшей курдскую историю. Вы убедительно показываете, как политические интересы государств, разделивших Курдистан, привели к системному уничтожению исторической памяти целого народа. Ваше исследование становится актом восстановления исторической справедливости.

Глубоко тронул проведенный Вами анализ положения курдов как «пасынков истории». Вы не просто используете этот емкий образ, но и наполняете его горьким содержанием — от запрета родного языка до физического уничтожения. При этом Вы избегаете эмоциональных оценок, позволяя фактам говорить самим за себя, что делает Вашу работу особенно убедительной.

Особо хочу отметить значимость Вашего методологического подхода. Вы не только вскрываете проблемы историографии, но и предлагаете конкретные пути их решения. Ваш тезис о том, что объективное изучение курдской истории может стать основой для межнационального согласия на Южном Кавказ и на Ближнем Востоке, представляет не только научный, но и практический интерес.

Эта монография, без преувеличения, открывает новую страницу в курдоведении. Вы не только подводите итог многолетним исследованиям, но и задаете новый вектор для будущих изысканий. Ваш труд — это мощный ответ тем, кто пытается отрицать автохтонность и историческую значимость курдского народа.

Уверен, что эта книга станет настольной для всех, кто серьезно интересуется историей Ближнего Востока и Кавказа. Она бросает вызов не только историкам-курдоведам, но и всей современной исторической науке, призывая к пересмотру устоявшихся, но неверных концепций.

С глубоким уважением и благодарностью,

Камиз Шеддади

член Международной федерации журналистов (IFJ) и Союза журналистов РФ,

переводчик, лингвист, историк, публицист.

Продолжить Чтение

Статьи

«Курдский Проект» Иосифа Сталина

Опубликованный

вкл .

Автор:

В конце 1945 года СССР был в одном шаге от войны с Турцией...

Несмотря на то, что Турция формально не принадлежала к числу сателлитов фашистской Германии, СССР на протяжении всей Великой Отечественной войны рассматривал южного соседа как потенциального противника.

Показательно, что германо-турецкий договор о дружбе и сотрудничестве был подписан 18 июня 1941 года — за 4 дня до нападения на СССР. Некоторые историки, в том числе турецкие, утверждают, что обе стороны устно тогда же договорились о вступлении Турции в войну против СССР при максимальном приближении войск Германии и ее союзников к Закавказью и Каспию.

Как отмечается в мемуарах бывшего начальника советского генштаба С.М. Штеменко, осенью 1941-го и в середине 1942 года никто не мог поручиться, что Турция не выступит на стороне Германии: на границе с советским Закавказьем сосредоточились 26-28 турецких дивизий, оснащенных в основном германским оружием. На случай, если турецкое вторжение пойдет через Иран на Баку, на ирано-турецкой границе стоял советский кавалерийский корпус, усиленный стрелковой дивизией и танковой бригадой. Пропуск Турцией через Дарданеллы-Босфор германских и итальянских военно-морских сил в июне 1941 года в Черное море, а в 1944-м — в обратном направлении, также до предела обострили взаимоотношения СССР и Турции.

В апреле 1945-го СССР денонсировал советско-турецкий договор 1931 года о ненападении и нейтралитете и перестал юридически признавать существовавшую на тот момент советско-турецкую границу. Затем Сталин официально заявил на Потсдамской конференции, что Турция должна вернуть Армении и Грузии их территории, захваченные в период военно-политической слабости Советской России. Речь шла, как минимум, о восстановлении российско-турецкой границы на август 1914 года. Кроме того, СССР потребовал международного контроля за маршрутом Босфор — Мраморное море — Дарданеллы и поддержал претензии Греции на центрально- и южноэгейские острова (бывшая итальянская колония Додеканес), на которые претендовала и Турция, потерявшая их из-за поражения в итало-турецкой войне 1911-1912 гг. В конце 1946 года Москва и Анкара приближались к военному конфликту. СССР стянул до 30 дивизий к турецкой границе, советские военно-морские базы в 1945-1946 гг. появились в Румынии и Болгарии.

Одновременно СССР задержал вывод своих войск из Северного Ирана, а советской прессе с апреля 1946-го, когда отмечалась 31-я годовщина турецкого геноцида армян, началась кампания в поддержку «справедливых требований армянского народа», подразумевавшая предстоящее признание Советским Союзом геноцида армян в Турции.

Затем, после перехода весной 1947 года ирано-азербайджанской границы отрядами курдских повстанцев и беженцев во главе с Мустафой Барзани, у СССР появился новый рычаг давления на Турцию. Сталин поручил разработку новой политики в курдском вопросе руководителям Азербайджана, где в 1922-1931 гг. был курдский автономный округ (сейчас это Лачинский район, находящийся с мая 1992 года под контролем армянских формирований Нагорного Карабаха), и Узбекистана — Джафару Багирову и Усману Юсупову. В августе 1947-го Сталин назначил Юсупова ответственным за подготовку курдских военных отрядов в Узбекистане для последующих их действий в Турции и Иране. Силы Мустафы Барзани были в 1948 году передислоцированы в Узбекистан, где находилось большинство депортированных в конце 1930-х из Закавказья в Среднюю Азию курдов. В свою очередь, Джафару Багирову было поручено разработать предложения по воссозданию курдского национально-автономного округа. В тот же период были установлены постоянные контакты с курдскими партизанами в Турции и даже с зарубежной антибольшевистской партией армянских националистов «Дашнакцютюн», имевшей свои подпольные структуры на Северо-Востоке Турции.

В конце 1947 года Джафар Багиров предложил создать курдский автономный округ не на прежнем месте, а на севере Нахичеванской АССР Азербайджана — в Норашенском районе, граничащем с Арменией и Турцией. По его мнению, такое расположение округа помогло бы установить более тесные связи с курдами Турции и Ирана. Затем автономию планировалось расширить за счет курдских районов Игдыр и Нор-Баязит в турецкой части Западной Армении, которую намечалось вернуть Армянской ССР. Переселение курдов в Азербайджан началось в 1946 году и продолжилось в 1947-1948 гг. Отметим, что в современном Азербайджане, по оценкам российского агентства Regnum , проживает как минимум 150 тысяч курдов. Курдская община представлена и в азербайджанском истеблишменте, занимая важные государственные посты. Этническими курдами являются, в частности: гендиректор государственной нефтяной компании Азербайджана Ровнаг Абдуллаев, мэр Баку Гаджибала Абуталыбов, начальник личной охраны президента страны Ильхама Алиева Бейляр Эйюбов, председатель государственной телерадиокомпании Ариф Алышанов, руководитель крупнейшей в Азербайджане многопрофильной корпорации «Азерсун» Абдулбары Гезал.

Однако в том же 1947 году в ситуацию вмешались США, которые разместили на турецкой территории свои военные и разведывательные базы. Значительная часть таких объектов находилась в непосредственной близости от советской границы. Еще раньше Гарри Трумэн отказался выполнять обещания, данные Сталину Рузвельтом, о размещении советских баз на ливийской и турецкой территории. В этот же период конфликт СССР с титовской Югославией ослабил позиции Сталина на южном направлении, что также не могло не отразиться на «курдском проекте». Вывод советских войск из Ирана в январе 1948 года еще более усугубил ситуацию.

Между тем, осенью 1951-го ВМФ США и Великобритании получили право использовать, случае угрозы безопасности Турции и обороноспособности НАТО, турецкие порты на Черном море. Однако Анкара продолжала требовать от США дополнительных гарантий безопасности, которые и были даны ей весной 1952 года, когда Турция вступила в НАТО. После смерти Сталина «курдский проект» был надолго законсервирована Советским Союзом. Уже в мае 1953 года Москва объявила о признании советско-турецкой границы, а впоследствии Никита Хрущев лично извинился перед послом Турции в СССР за «сталинские несправедливости».

Источник: yasen-krasen.ru

https://www.oboznik.ru/?p=23388

Продолжить Чтение

Популярные публикации