Культура
MATÊMATÎKZANÊ LI CÎHANÊ NASKIRÎ — FEYZOYÊ EGÎT 80 SALÎ YE!
Îro matêmatîkzanê Rûsyayêyî bi nav û deng, doktor-profêsorê zanîstîyê yê fîzîko-matêmatîkayê, akadêmîserê Akadêmîya Rûsyayêye teybetzanîyê, serokê kafêdra analîza matêmatîkayê ya Ûnîvêrsîtêta bajarê Saratovêye dewletê (Rûsya), endamê Yekîtîya Amêrîkayê ya matêmatîkzanan, karmendê bi sîyanet yê Dibistana Rûsyayêye bilind FEYZOYÊ EGÎT ŞEMOYAN ji bo 80-salîya xwe pîrozbayan ji heval-hogiran û rêxistinên fermî werdigre.
Eger pesin tê tûnebe, mirov dikare bi heqî bêje, ku Feyzoyê Egît emekê mezin rêtîye ji bo pêşvebirina zanîstîya matêmatîkayê li Rûsyayê, xasma têorîya spêktral ya fûnksyayên komplêksa werguhêz. Navê wî ne tenê di nava goveka fireh ya zanyarên dewletên Sovîyêta berê da, lê usan jî li gelek welatên cîhanê dîhare. Ewî bi dehan caran kêlmên zanîstîyê li ûnîvêrsîtêtên naskirî yên Rûsyayê, Almanyayê, Swêdê, Îtalîyayê, Norvêgyayê, Amêrîkayê, Fransayê û welatên dinê xwendîye û li ser pirsên analîza matêmatîkayê sekinîye.
Feyzoyê Egît 28-ê kanûna paşin sala 1945-an li gûndê Baysizê (navçeya Talînê, li Ermenîstanê) di mala Egîtê Reşîtê Şemo da ji dayîkê bûye. Pêşîyên binecîyên vî gundî nêzîkî 195 sal berê di dema şerê rûsa-tirkan yê salên 1828–1829-an ji deşta Eleşgirê, bi taybetî ji Eyntabê (Kurdistana bakur) koçberî vira bûne. Eva gunda gundekî kurdên êzîdîyayî herî kevnare li herêma Ermenîstanê. Ji gundê Baysizê gelek zanîyar derketine: doktor-profêsor Feyzoyê Egît, doktorê dîrokzanîyê Memoyê Xalit, doktorên zanîstîya fîzîko-matêmatîkayê Paşayê Mihoyî, Hesenê Egît û Dewrêşê Cewo. Dengbêjê beyt-serhatîyan Egîtê Têcir û dengbêjê naskirî Memoyê Silo jî ji vî gundî bûne.
Di sala 1962-a da Feyzoyê Egît li Ûnîvêrsîtêta Yêrêvanêye dewlete li fakûltêta matêmatîkayê tê hildanê. Sala 1966-an ew bi êkstêrn (ji demê zûtir) întamên xwe dide û carekê ra ji kûrsa 3-an derbazî kûrsa 5-an dibe. Tiştekî balkêşe, wekî di nava dîroka Ûnîvêrsîtêta Yêrêvanêye dewletê da Feyzoyê Egît xwendekarê duemîn bû, yê ku ji demê zûtir zanko kuta kirîye. Sala 1966-an Feyzoyê Egît xwendina xwe li aspîrantûra Ûnîvêrsîtêta Lênîgradêye dewletê dûmayî dike. Ew 26-salîya xwe da navê doktorê zanîstîyê yê fîzîko-matîmatîkayê werdigre.
Feyzoyê Egît ji sala 1973-an hetanî sala 1993-an karmendê zanîstîyêyî sereke yê Înîstîtûta matêmatîkayê ya Akadêmîya Ermenîstanêye zanîstîyê bû. Wê demê ewî usan jî li Ûnîvêrsîtêta Yêrêvanêye dewletê li kafêdra analîza fûnksyonal dersbêjî dikir, di destpêkê da wek dosênt, lê dû ra wek profêsorê wê kafêdrayê.
Feyzoyê Egît sala 1993-an bi malê va ji bajarê Yêrêvanê cîguhastî bajarê Braynskê (Rûsya) dibe û wê salê da heya sala 2017-an ew serokvanîyê kafêdra analîza matêmatîkayê ya Ûnîvêrsîtêta Bryanskêye dewletê dike. Lê di sala 2017-an da ew tê bajarê Saratovê û wî bi hizkirin li Ûnîvêrsîtêta vî bajarî ya dewletê hildidine li ser kar. Ew li vê demê profêsorê kafêdra vê zankoyê ya analîza matêmatîkayê ye. Ew lêksyayên (kêlmên) bi taybet ji bo xwendevanên kûrsên bilind dixwîne.
Fezoyê Egît xûdanê bêtirî 180 xebatên zanîsîyê ye, di wê jimarê da usan jî xudanê 5 lêgerînên fûndamêntal yên di warê analîza matêmatîkayê ye. Ewî gelek caran grantên (xelatên diravî) Fonda Rûsyayê ya lêgerînên fûndamêntal ya Wezîreta Rûsyayêye perewerdê û zanîstîyê wergirtîye. Heyanî niha bêtirî 25 doktoran li ber destên Fezoyê Egît têzên xweye zanîstîyê yên dereca fîzîko-matêmatîkayê amade kirine û parastine. Ji bo keda mezin ya di warê pêşvebirina zanîstîya fîzîko-mamtêmatîkayê profêsor Feyzoyê Egît gelek caran hêjayî xelatên Akadêmîya Ermenîstanêye zanîstîyê, Wezîreta Rûsyayêye perewerdê û zanîstîyê, berpîrsyarîya Herêmên Braynskê û Saratovê bûye.
Dê û bavê wî – Qerqaşa Huseyn û Egîtê Reşît ji gundê Baysizê bûn, ji qebîla Stûrkan. Wana 10 zaro mezin kirin, 5 kur û 5 jî keç, ji kîjanan pêncan xwendina bilind dest anîne. Malbeta Feyzoyê Egît ra dibêjin malbeta matêmatîkzanan. 4 birayên wî li fakûltêtên matêmatîkayê xwendine û xwendina xwe bilind li serhevda anîne. Lê Hesenê birayê wî yê rehmetî jî doktorê zanîstya matêmatîkayê bû. Xanima Feyzoyê Egît – Naza Hecî Cewarî jî matêmatîkzan bû (ew dota profêsor Hecîyê Cindî ye). Ewê jî Ûnîvêrsîtêta Yêrêvanêye dewletê xilas kiribû, gelek salan dersbêja matêmatîkayê bû. Sed mixabin, sala 2017-an çû ber dilovanîya Xwedê.
Feyzoyê Egît û Naza Hecî du ewledên aqil û kemal mezin û perwerde kirine. Kurê wan – Romo doktorê zanîstîya fîzîko-matêmatîkayê ye. Keça wan Sonê jî doktora tundurustzanîyê ye.
Bêguman, Feyzoyê Egît kubarîya gelê me ye. Ew rast zanyare, ew rast doktore, ew rast profêsore, ew rast akadêmîke. Gelek pirsgirêkên analîza fûnksîyonal ya matêmatîkayê îro bi navê wî ra girêdayîne. Lêgerînên wîye fûndamêntal yên li warê têorîya fûnksyonal û analîza matêmatîkayê îro bûne pirtûkên ne tenê li ser sifrên xwendevanên fakûltêtên matêmatîkayê, lê usan jî yên gelek zanyarên di vî warî da.
Em roja bûyîna Feyzoyê Egît pîroz û bimbarek dikim, wî ra sehet û qewatê û aramîyê dixwezim!
Û dixwezin wê yekê jî bêjin, ku îro be yanê sibê be, nevîyên meyê rabin û li fakûltêtên zankoyên dewletên welatên cîhanê bêne hildanê û hîn bin û wê têza xwe ya doktorîyê li ser bingeha lêgerînên Feyzoyê Egît amade bikin!
PRÎSKÊ NIHOYÎ,
rojnamevanê emekdar yê komara Ûdmûrtyayê (Rûsya).
28.01 2025.
КУРДСКОМУ УЧЕНОМУ ФАЙЗО АГИТОВИЧ ШАМОЯН (ФАЙЗОЕ АГИТ) — 80 лет
Многоуважаемый Файзо Агитович!
В 2015 г. вес научный мир, родные и близкие поздравляли Вас с 70-летием.
Мы очень рады и счастливы, что сегодня отмечается Вас 80-летний Юбилей.
От редколлегии сайта и от себя лично сердечно поздравляем Вас 80-летием, желаем Вам крепкого здоровья, благополучия и удачи в творческой работе! Всегда оставайтесь таким же энергичным и деятельным и душевным человеком. Пусть жизненные обстоятельства складываются так, чтобы этот список только пополнялся!!!
С уважением, главный редактор сайта www.kurdist.ru Бруки Л.М.
Культура
Хранители гор: курдская притча как документ коллективного самосознания
В далёкие 1980-е годы в Армении, в горах Агриджа, у подножья плато Heylo, на стоянке Zeyan/Zeylî, ночью, у мерцающих, как звёзды на небе, огнищ из дубовых дровишек костра, в полнолуние, при фантастическом очертании гор рассказ отца про притчу о горах я воспринял как свершившийся факт договора между Богом и курдами.
Потом всё это забылось и куда-то отложилось. Но, спустя годы, та самая притча, рассказанная отцом, всплыла в дремлющей памяти как свет от молнии на ночном небе… И я понял, почему эти притчи обречены на вечность, пока жив народ, который воспринимает эти горы как живых, наделённых душой творений и получает от них силы духа, несгибаемости, стойкости, терпения. А красота горных пейзажей с их скалами, родниками, поющими ручьями, полевыми цветами обогащает духовно-культурный код народа. Поэтому неудивительно, что у курдов, без ложной скромности, общепризнанно самый богатый фольклор во всей Передней Азии и на Ближнем Востоке.

Вот эта рассказанная отцом, притча:
Когда Всевышний сотворил горы, они обратились к нему с мольбой:
«О, Создатель! Ты сделал нас такими величественными, снежными, холодными и неприступными. Кому мы нужны в таком виде?»
В ответ на их мольбу Господь создал курдский народ и, указав на горы, произнёс:
«Я поручаю вам эти горы! Отправляйтесь к ним! Они так одиноки и беззащитны… Будьте им опорой и защитой!»
С тех пор курды стали хранителями этих гор. И они никогда не покинут их, ведь Бог доверил их нам.


Народ, живущий у подножия гор, может рассказывать о них по-разному: как о препятствии, как о границе, как о руднике, кормящем металлургию. Курдская традиция выбирает четвёртый путь — гора в ней не объект, а персонаж, с которым заключён договор. Горы, созданные величественными и неприступными, тревожатся о собственной нужности — и получают ответ в виде народа, которому поручено быть им опорой.

В этой короткой притче сосредоточено всё, о чём пойдёт речь в настоящей статье: идентичность, не отвоёванная, а доверенная; ландшафт, не покорённый, а принятый на попечение; и особая фигура — хранитель, чьё право на землю неотделимо от обязанности перед ней.

Притча даётся здесь не как «сказка», а как документ коллективного самосознания: народ сам формулирует, кто он и зачем. Обратите внимание на саму конструкцию сюжета: горы не жалуются на свою судьбу — они жалуются на одиночество. Создатель не смягчает их, не делает ниже и теплее — он присылает им попечение. Народ здесь не просит изменить среду — напротив, среда сама доверяется людям. Так отношение к горам закрепляется не как завоёванное владение, а как принятое поручение.
Горы у курдов как культурный код: Загрос, Кандиль, Хекари, Агри/Арарат, Сипан, Савалан, Агриджа, Ахманган (от Ах и Маг — «Земля магов/мидийцев») — для курда это не просто названия хребтов и местностей. Гора в курдской культуре не фон, а субъект отношений. Курдское слово çiya (гора) живёт в поэзии, в топонимике, в эпосе: гора зовётся, оплакивается, наследуется.

Она — не «место, где живём», а «тот, с кем живём».
В легенде горы наделены голосом и эмоцией — одиночеством и беззащитностью. Ландшафт антропоморфизируется и становится участником договора. Отсюда — этика отношения к месту: «своего» не разоряют. Идентичность здесь вторична по отношению к сакральной легитимации: народ не присваивает горы, а принимает их из рук Создателя. Это принципиально отличается от логики территориального освоения.

Архетип хранителя. Формула «Бог доверил» соединяет право и обязанность в одно целое: курд остаётся на своих горах не потому, что он их покорил, а потому, что ему вверено быть им опорой. Служение вместо владения — таков стержень образа.
Кросс-культурная рамка делает уникальность курдского варианта наглядной. В мифологиях горных народов фигура хранителя — стража перевала, хозяина вершины — одна из базовых: кавказская традиция знает образ «гостеприимного хозяина», альпийская — «жителя долины». Но там хранитель — отдельный герой, дух или община, оберегающая свой дом.

Курдский вариант уникален тем, что хранитель — не отдельный герой и не сверхъестественное существо, а весь народ как коллективный персонаж. Не покорение, а опека.

От ландшафта к памяти. Перевал, где встретились путники. Родник, у которого сидели до рассвета. Пещера, где хранили зерно и слова. Устная традиция курдов привязывает мораль к местам: география работает как мнемоническая структура, как коллективная память, вписанная в рельеф.

Археологические материалы это подтверждают. Святилище у Гыре Мыраза (турки храмовый комплекс называют Гёбекли-тепе), пещерные комплексы Загроса, Зиярат на горах Ахмангана (в советские годы Армении Ахманган переименовали в «Гегамские горы») — это не случайные точки на карте, а «опорные камни» культурного ландшафта: места, где ритуал, хозяйство и память сходились в одном пространстве. Притча о горах — не просто красивое сказание. Это карта: она объясняет, почему горы в курдской поэзии, песне и топонимике живут как родня, а не как рельеф.
Современное звучание. Легенда, сформулированная веками назад, сегодня читается двояко.

Как экологический императив: горные экосистемы хрупки, перевалы вытаптываются, родники пересыхают. Тот, кто считает себя хранителем, отвечает за тропы и вершины — не только в метафоре.

Как культурный: сохранение языка, песни и памяти — это и есть та самая «опора», о которой говорит Создатель. Пока живёт слово — горы не одиноки. Сохранить колоритный курдский язык, который звучит как струны гитары, — курманджи, сорани, зазаки, авромани, леки, лури, бахтияри — значит сохранить тропу к горам.

Вместо заключения
Притча оставляет нам один простой вопрос.
Когда Создатель указывает на горы и говорит «поручаю вам» — он доверяет не землю, а людей. И хранить приходится не только вершины, но и самих себя — теми, кто рядом с этими вершинами остался: КУРДЫ…
Бруки Л. М.
Культура
ПАШАЕ АФО: «НЕ СМОТРИ НА МЕНЯ ТАК!..»
(Его памяти)
Не смотри на меня так, не смотри на меня так,
Без дыма, без дыма — сердце моё горит!..
Три года назад, почти в эти же сентябрьские дни, тысячи поклонников народного певца Пашае Афо услышали эти строки его песни — но на этот раз не так, как обычно. В тот день они звучали с особой грустью и состраданием.
К тому времени он уже несколько месяцев тяжело болел. Сердце этого певца, автора песен и обладателя тонкого, мягкого голоса горело — без дыма, без конца…
В начале сентября 2023 года мне позвонил мой друг Хачое Коте и сообщил, что Пашае Афо очень тяжело болен: у него онкологическое заболевание. Он отгородился от всех — от друзей, родственников, от окружающего мира. Отключил телефон и ни на чьи звонки не отвечал.
У меня были два его номера телефона. Я звонил ему, набирал снова и снова, но, увы, ответа не было. И тогда я погрузился в тяжёлые раздумья: «Эх, коварная судьба!..»
Да, этот мир не является чьей-либо собственностью, и жизнь человеческая не вечна. Но болезнь приходит внезапно, не выбирая людей, не зная ни границ, ни времени года…
И вот 22 сентября пришла печальная весть: по милости Божией Пашае Афо скончался.
С грустным и тоскливым сердцем, с глубокими и тревожными мыслями я мысленно вернулся в середину 1970-х годов, когда песни Пашае звучали в эфире нашего ереванского радио.
Царство ему Небесное! Халиле Чачан Мурадов в своё время пригласил Пашае Афо и записал несколько его песен, которые до сих пор хранятся в золотом фонде радио: «Wisa nenêr tû li min», «Ax, nazikê, nazdarê», «Ez werdeka gola şînim», «Giryê saz».
В последние годы Пашае Афо сочинял песни на стихи Аскяре Боика, Хачое Каро и автора этих строк и публиковал их в социальных сетях.
Он был очень добрым человеком и хорошим другом. Мы часто созванивались. Паша говорил, что по музыкальному стилю, особенно по характеру аранжировок, его творчество близко к пению Араме Тикрана. И в этом действительно была своя истина: Арам играл на сазе, а Паша пел.
Однажды он позвонил мне, и мы долго разговаривали о народном фольклоре, музыке и песнях. В конце нашей беседы он спел мне одну историческую песню.
Паша также сочинял песни на собственные стихи. Он знал множество хороводных песен. В минуты радости он пел, пел и танцевал на свадьбах, радуя людей своим мягким и проникновенным голосом.
Пашае Афо родился 11 сентября 1956 года в селе Кибихтапа Талинского района Армении. После окончания школы два года служил в Красной Армии. После военной службы получил высшее образование в Ярославском педагогическом университете в России. В течение многих лет преподавал русский язык в соседнем селе Сорик. Долгое время был главой своей родной деревни.
После распада Советского Союза Паша вместе с семьёй уехал в Россию и поселился в Ярославле. В этом городе проживает большая езидская община.
Именно в Ярославле, 22 сентября 2023 года, после непродолжительной болезни Пашае Афо ушёл из жизни.
В течение трёх дней перед его домом было многолюдно: поклонники, друзья, земляки и знакомые приходили проститься с любимым певцом.
Пашае Афо был похоронен на Ездском кладбище Ярославской области.
Сегодня ему исполнилось бы 70 лет.
И сегодня, в день рождения Пашае Афо, в наших ушах вновь звучат строки его песни. Но теперь они звучат иначе — с глубоким волнением, светлой грустью и чувством благодарности за его жизнь, его творчество и память, которую он оставил после себя.
Не смотри на меня так, не смотри на меня так,
Без дыма, без дыма — сердце моё горит!..
Приск Мгои
Россия, Ижевск, 11 сентября 2026 года
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Исторические документы1 год назадКУРДСКИЙ СУДЕБНИК САСАНИДСКОГО ПЕРИОДА: «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN»(«Книга тысячи судебных решений»)
-
Курдские племена,кланы,роды.19 лет назадThe Kurdish tribes of the Ottoman Empire
-
Страницы истории13 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История14 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История16 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
История15 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра

Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий Вход