Литература
ОТСТАНЬ, ОГАНЕС, НЕ МЕШАЙ!
Афан Авдали
Прочитал недавно книгу под названием «Покер с аятоллой». Автор этого блистательно написанного труда – Реваз Утургаури, человек, который в 80-е годы 20 века руководил Генеральным консульством СССР в Исфагане. Сам он определил жанр своей книги как «Записки консула в Иране». Очень коротенькая информация об авторе, которая предваряет собственно книгу, заканчивается таким вот предложением: «В настоящее время автор живёт в Грузии, занимается литературным творчеством и летает на воздушных шарах».
Таким образом, речь идёт о человеке, который весьма необычен, нестандартен, скажем так. А оттого, сразу вызывает интерес к своей персоне. Редко кто в наше время летает на воздушных шарах. Впрочем, таких во все времена единицы.
Прочтите, пожалуйста, эту книгу. Получите истинное удовольствие.
У меня же, «Покер с аятоллой» каким-то непостижимым образом, связался с воспоминаниями дней давно минувших. Наверное, это можно назвать ассоциативными воспоминаниями…
То ли в 1969 году или в 1970 году, я приехал в Ереван на летние каникулы. В один из ближайших вечеров я встретился со своим приятелем Кайцем Тер-Геворкяном, который также как и я учился в Москве в Литературном институте имени Горького. Он был старше меня и учился на заочном отделении. Главное же, что привлекало в нём всех, кто его знал – это доброта, порядочность и недюжинный интеллект. А ещё, у него было потрясающее чувство юмора.
По сложившейся традиции, мы встретились в летнем кафе рядом с гостиницей «Ереван», напротив кинотеатра «Москва». Это был такой уголок богемы, место встречи художественной элиты, тех, кто причислял себя к миру возвышенному, одухотворённому. Но все эти высокие сферы отнюдь не мешали сидевшим там людям на полном серьёзе разглагольствовать о некой великой миссии армян. С их слов получалось, что армяне в авангарде всего человечества. Этакий народ- спаситель и народ- хранитель.
Господи, «чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало».
К счастью, мой друг Кайц всегда очень иронично и с некоторой долей презрения реагировал на подобные фантасмагорические, притянутые за уши, разговоры.
Я же хочу рассказать об истории, которую нам поведал в этот вечер один из приятелей Кайца. Звали его Жан Элоян и был он артистом разговорного жанра, служил в каком-то ереванском театре, к тому же прекрасный собеседник и талантливый рассказчик.
Узнав, что я курд, он решил «угостить» меня одной забавной историей, в которой главными героями были иранские курды. Вот откуда у меня та самая ассоциация. Сегодня я уже не помню, откуда Элоян взял эту историю, кто ему её рассказал. Но это и не важно.
Итак, история эта случилась в расположении одной из советских воинских частей на территории Ирана. Шёл 1943 год, переломный год Второй Мировой войны. Иран был территорией особой активности немецкого Абвера, откуда немецкая агентура разрабатывала и осуществляла диверсии против СССР. Как правило, немцы сбрасывали своих парашютистов в горах Иранского Курдистана.
Но уже в 1941 году, дабы сорвать возможное нападение Турции на СССР и вторжение немцев в Иран, по поручению Сталина были налажены контакты с освободительными организациями турецких и иранских курдов. Именно благодаря курдам были предотвращены крупные теракты в Нахичеванской автономии, в Армянской ССР и на территории Ирана. Это было время особого взгляда, особого отношения СССР к курдскому повстанческому движению и это, вне всякого сомнения, отчасти сорвало нападение Турции на СССР. В силу своей природы, обострённого чувства долга, верности, а ещё благодаря своему мужеству и умению и знанию воинского искусства, курды очень ловко отлавливали немецких диверсантов, сбрасывали их в вырытые под зинданы ямы, а затем передавали их соответствующим советским службам.
К сожалению, об участии и помощи курдов в этих операциях говорится очень мало, очень редко или вовсе не упоминается.
Жан Элоян говорил с акцентом и характерным говорком сасунских и мушских армян, живших на протяжении веков рядом с курдами. Иногда он щеголял какими-то курдскими словами и выражениями. Это придавало его рассказу артиста и профессионала какое-то особое очарование, вкупе с нескрываемым уважением и симпатией к курдам.
Согласно повествованию Элояна в составе советских войск в Иране числились и добровольческие курдские отряды из среды иранских курдских племён. И хоть эти отряды и были официально поставлены на армейское довольство, курды в этом не нуждались. Одевались они в свою привычную и удобную для передвижения в горах национальную одежду. Жили они в своих шатрах и ели ту еду, которую им привозили соплеменники. Это было мясо, сыр, масло, простокваша, лаваш. В общем, по сравнению с армейскими харчами, изыски и деликатесы. К армейской же каше они относились с подозрением и пренебрежением.
Но была у курдов, как у настоящих воинов, мечта. Они просто грезили о современном стрелковом оружии. По сравнению с их винтовками старых образцов английского и российского производства, автоматы советских солдат были для них вожделенной мечтой.
Всё свободное от выслеживания и поимки немецких шпионов время, курды отдыхали, спали. Понятие «армейская дисциплина» для них отсутствовало. Они уходили без всяких предупреждений, исчезали, потом внезапно появлялись, но уже с пойманными немцами. Но начальство мирилось с этим, так как польза от курдов была гораздо важнее дисциплины и уставов.
Некий армянин по имени Оганес, который знал курдский и неплохо владел и русским, был приставлен к курдам в качестве переводчика. Бедный Оганес воображал себя командиром над курдами, они же относились к нему снисходительно и не упускали возможности подшутить над бедолагой.
Ввод советских войск в Иран время от времени оживлялись и культурной программой. Приезжали с гастролями артисты из приграничных с Ираном советских республик. Организовывались концерты художественной самодеятельности военнослужащих разных национальностей.
И вот, в один из летних дней 1943 года было объявлено, что в войска прибывает высокое начальство из округа, и в качестве культурного мероприятия необходимо организовать интернациональный концерт художественной самодеятельности.
Курды также были включены в качестве артистов в этот концерт. А ответственным за подготовку курдов был назначен всё тот же Оганес.
В состоянии шока он ворвался в палатку к курдам, которые привычно для себя спали, отдыхали. В общем, нежились. С криком: Hewar, brano! / тревога, братцы! /, Оганес стал заламывать себе руки и закатывать глаза.
В мгновенье ока, курды с винтовками бросились наружу, чтобы достойно встретить врага.
Короче говоря, когда всё прояснилось, курдам с величайшим трудом удалось успокоить такого ретивого Оганеса и напомнить ему, что для курдов танцевать и петь также естественно, как жить, дышать, ходить.
«Когда надо будет, тогда и станцуем!», — заявили курды и выдворили Оганеса прочь из палатки.
И вот, накануне этого концерта, привычную вечернюю тишину лагеря нарушили звуки даола и зурны. Чарующая музыка доносилась со стороны месторасположения курдов. Оганес, которому казалось, что он бредит, как сомнамбула направился к палатке курдов. Нет, с головой у него было всё в порядке.
Весь курдский отряд, числом примерно 50 человек, образовав полукруг, взявшись за мизинцы и прижавшись предплечьями, очень степенно и с серьёзнейшим выражением лиц, ритмично, в унисон музыке раскачивались и переставляли ноги. Курды танцевали свой танец «Гованд». Музыканты, даолчи и зурначи, стояли в середине полукружья и играли так, что казалось, что даол вот-вот лопнет, а зурна захлебнётся. Так много раз Оганес был свидетелем такой картины в курдских деревнях, так часто он этим восхищался и удивлялся. Ему тоже хотелось так танцевать, но он не умел, не научился.
— А откуда музыканты появились? — только и сумел спросить потрясённый увиденным и услышанным Оганес.
Выяснилось, что курды послали в деревню гонца. Он и привёл музыкантов. Почти счастливый и спокойный за участие курдов в концерте, Оганес побрёл к себе. Ничто не омрачило его сон.
И вот в полдень, в присутствии высокого начальства из нескольких генералов и других высоких чинов, восседавших в первом ряду перед наскоро, но добротно сколоченной сценой, начался концерт. Среди них был и ответственный по культмассовой работе полковник, кажется, по фамилии Захарянц, Но может и не Захарянц, а как-то по-другому звучала его фамилия. Но это так неважно для нашего повествования.
Выступили несколько коллективов, прошло минут 50. Всё проходило без сучка и задоринки. Все были довольны. И только Оганес, хорошо, не по слухам, зная упрямый характер и гонор курдов, волновался. У Оганеса была обострённая, судя по всему, интуиция. Он предупредил курдов, что их выступление должно длиться не больше 5-6 минут. В знак согласия и понимания, курды кивнули и даже похлопали его по плечу.
Объявили курдский танец, и почти в ту же секунду воздух взорвался от звуков зурны и даола. Кажется, у присутствующих заложило уши. Выражение лиц у всех было слегка ошарашенное. А курды тем временем танцевали свой танец, слегка, почти незаметно, покачиваясь как лёгкая рябь, они совершали своё привычное в танце «Гованд» движение из стороны в сторону. Так они двигались уже минут четыре. Ничего не менялось, всё монотонно. Курды никуда не торопились, они, как им казалось, хотели показать всё, на что были способны. А способны они были на многое. Через какое-то время степенность должна была уступить место постепенному убыстрению ритма и по нарастающей, словно ураган, подчинить себе барабанную дробь, затем подняться выше выплёскиваемых откуда-то из глубин души, из нутра, звуков волшебной зурны.
Оганес был еле жив. Прошло уже больше 10 минут. Среди зрителей поднялся глухой ропот. А саргованди — это ведущий в танце, достал платок и стал так виртуозно им размахивать, словно хотел удивить, куда-то позвать, о чём-то рассказать.
Но то ли зритель был неискушённый, то ли обстановка была не та, курдов стало как-то чрезмерно много. Это были другие страсти, другая история, другая пластика и другая жизнь. Это было непривычно и непонятно для других. Тогда это было так, а сегодня, сегодня «Гованд» и «Кочари» пытаются присвоить те, которые ещё совсем недавно вообще не умели танцевать курдские танцы и относились к ним с ухмылкой. Им нравились их пресные танцы. А сегодня они почему-то решили, что танцы воинов, танцы курдов, им больше соответствуют. Такое заблуждение. Началось повсеместное обучение населения курдским танцам. Какой-то повальный психоз. Курдские танцы и песни стали считаться достоянием тех, кто никогда не был в этой теме, кто никогда не понимал даже, что означают те или иные движения в танцах, и некоторые слова и выражения в песнях.
Почти взбешённый Захарянц приказал Оганесу вывести курдов со сцены. Из-за кулис он пытался докричаться до них, жестами показывал, что всё, надо уходить. Когда саргованди в танце приблизился к Оганесу, он крикнул ему: «Уйди, Оганес, не мешай».
Зрители уже стали выражать недовольство. Прошло ещё минут семь. Семь томительных, оглушительных минут. Курды ничего не замечали, они танцевали. Истово, страстно, счастливо.
Один из генералов что-то шепнул Захарянцу. Тот побежал за кулисы, откуда безуспешно пытался привлечь внимание курдов.
— Мы только начали! – прокричал саргованди полковнику. Танец продолжался, но уже опять в своей медленной фазе. Полковник приказал опустить занавес. Курдов это нисколечко не смутило. Они умудрились как-то выйти из-за занавеса, и пошли плясать дальше, так же самозабвенно и гордо.
Терпенье полковника просто треснуло. Выбежав на сцену, он схватил, буквально вцепившись мёртвой хваткой в саргованди, пытаясь сбросить его, а лучше всех курдов сразу, со сцены.
Лучше, если бы он этого не делал. Оскорблённые до глубины своей странной курдской души, курды отмутузили Захарянца так, что бедняга потом целую неделю приходил в себя в госпитале. Досталось и несчастному Оганесу, Ого, как с любовью называли его курды. Фингал под глазом не проходил долго, да и начальство наложило на него дисциплинарное взыскание. За срыв мероприятия. Но Ого был счастлив, а ведь мог угодить под трибунал.
Наверное, кто-то был бы рад отдать под трибунал курдов. Но они были подданными другого государства и помогали советским войскам на добровольной основе. Безвозмездно, то есть даром.
Такая вот история…
www.kurdist.ru
Жизнь, посвящённая курдскому слову, литературе и исторической памяти
31 августа 2026 года исполняется 85 лет Аскяре Боику – выдающемуся представителю курдской литературы, поэту, писателю, исследователю и публицисту.
В истории каждого народа есть люди, чья деятельность выходит далеко за рамки одной профессии или одного поколения. Их невозможно назвать только писателями, только учёными или только общественными деятелями. Они становятся хранителями культурной памяти, связующим звеном между прошлым и будущим.
Именно к таким людям относится Аскяре Боик.
Его долгий жизненный путь тесно связан с историей курдской культуры XX и начала XXI века. Родившийся в 1941 году в Армении, получивший образование в Ереване, начавший литературную деятельность ещё в советские годы, а затем продолживший свою работу в Германии, он на протяжении десятилетий оставался верен главному делу своей жизни – развитию курдской литературы, сохранению языка, исследованию истории и культуры курдов-езидов.
Сегодня, отмечая его 85-летний юбилей, важно говорить не только о прожитых годах, но и о большом культурном наследии, которое он создал.
Начало жизненного и творческого пути
Аскяре Боик родился 31 августа 1941 года в селе Кундахсаз (Qundexsaz, ныне Рйа Таза) в Армении, в семье курдов-езидов. Начальное образование он получил в родном селе, среднее – в соседнем селе Алагяз. Впоследствии судьба привела его в Ереван, где он продолжил образование в области экономики и в 1966 году окончил факультет экономики Ереванского института сельского хозяйства.
В научных работах раннего периода он исследовал экономические проблемы сельской местности, писал книги, брошюры и статьи на армянском и русском языках. В 1974 году защитил кандидатскую диссертацию по экономике, а впоследствии занимался преподавательской и научной деятельностью.
Но параллельно с научной работой постепенно формировался другой, чрезвычайно важный мир Аскяре Боика – мир литературы.
Уже в 1960-е годы его стихи и статьи начали появляться в периодической печати и звучать по радио. Так молодой исследователь и специалист по экономике постепенно становился писателем и поэтом, а его интерес к курдскому языку и литературе превращался в дело всей жизни.
Поэт своего времени
Аскяре Боик принадлежит к поколению курдских литераторов Советской Армении, для которых литература была не просто формой художественного самовыражения. Она была способом сохранить язык, передать память, рассказать о человеке и его земле.
Его поэзия отличается особой интонацией – лирической, эмоциональной, но одновременно глубоко связанной с окружающим миром. Природа, горы, любовь, родная земля, человеческая судьба, память, одиночество и надежда становятся постоянными мотивами его творчества.
Первый поэтический сборник «Şiverê» («Тропа») вышел в Ереване в 1966 году, а второй – «Kulîlkên çiya» («Цветы гор») в 1975 году.
В 1987 году появилась книга «Tîrênc» («Луч»), а в 1997 году – сборник «Duaya serê sibê» («Утренняя молитва»). В 2009 году вышла книга «Ez kilameke melûlim» («Я – грустная песня»).
Особое место в его поэтическом наследии занимают книги «Kulîlkên birîndar» («Раненые цветы», 1998) и «Êzdîxana min» («Мой Езидхан», 2022).
Уже сами названия этих книг чрезвычайно созвучны образной системе поэта. В его художественном мире красота и боль, любовь и утрата, природа и человеческая судьба существуют рядом.
Советские исследователи творчества Аскяре Боика отмечали своеобразие его поэтического голоса и языка. Его стихи узнаваемы по собственной лексике, образности и интонации; в них чувствуется тесная связь с природой и народной культурой.
Это важнейшее качество настоящего поэта – создать такой художественный мир, который невозможно спутать с другим.
Литература для детей и будущих поколений
Значительная часть литературного наследия Аскяре Боика связана также с детской литературой.
В 1997 году был опубликован сборник стихов «Oda çîrokan» («Комната рассказов»), включавший произведения для детей. Позднее появились и другие сборники, адресованные юным читателям, среди них «Govenda herfan» («Хоровод букв») и «Perî û rovî» («Фея и лиса»).
Для писателя, посвятившего жизнь языку и культуре, ребёнок – это будущий носитель культурной памяти. Поэтому литература для детей становится не менее важной, чем научная монография или историческое исследование.
Через понятный и художественный язык ребёнку передаются слова, образы, традиции и представления о родной культуре.
И в этом смысле детские произведения Аскяре Боика следует рассматривать как часть его большой культурной миссии.
Драматургия: возвращение к классическим сюжетам
Аскяре Боик проявил себя не только как поэт, но и как драматург.
В 1980 году в Ереване вышла пьеса «Sinco keça xwe dide mêr» («Синджо выдаёт дочь замуж»). В 1989 году в Стокгольме была опубликована его пьеса «Mem û Zîn» («Мам и Зин»), обращающаяся к одному из важнейших произведений классической курдской литературы – поэме Ахмади Хани.
Для современного автора обращение к этому сюжету – одновременно диалог с литературной традицией и попытка представить её новым поколениям.
Таким образом, драматургия Аскяре Боика соединяет прошлое и настоящее, классическое наследие и современное художественное восприятие.
Проза: от рассказа к роману
Творческая палитра Аскяре Боика значительно шире поэзии.
В 1991 году в Ереване вышел его сборник «Li çiya» («В горах»), относящийся к жанру короткого рассказа. Позднее появились другие прозаические произведения.
В 2004 году был опубликован сборник «Çîrokên oda me» («Рассказы нашей комнаты»), а также роман «Xezeba Xwedê» («Гнев Божий»). В 2004 году появился и роман «Xezeb» («Гнев»). Через три года вышел роман «Bahoz» («Бахоз»).
В 2019 году увидел свет новый роман автора «Evîna qedexe» («Запрещённая любовь»), а через год – сборник рассказов «Pêneber» («Эмигрант»).
Особого внимания заслуживает роман «Bahoz», опубликованный издательством «Avesta» в Стамбуле в 2011 году. Позднее роман был переведён на русский язык и опубликован в Санкт-Петербурге в 2018 году.
Появление переводов произведений Аскяре Боика свидетельствует о том, что его творчество вышло за пределы исключительно курдоязычной литературной среды.
Исследователь и историк культуры
Однако было бы неправильно видеть в Аскяре Боика только писателя.
Вторая большая составляющая его деятельности – исследование истории и культуры курдов-езидов.
Его научные и публицистические работы посвящены различным сторонам общественной и культурной жизни курдского народа. Особенно значительный интерес представляет его многолетнее обращение к истории курдов Советского Союза.
Одной из главных работ этого направления стала книга «Çanda kurdên Sovyetê» – «Культура курдов Советского Союза».
Первое издание появилось в 2012 году, а второе издание вышло в 2019 году и насчитывает 598 страниц.
Советский период занимает особое место в истории курдов Закавказья. В Армении существовали курдская печать, радио, образовательные и культурные учреждения, формировалась собственная интеллектуальная среда. В этой среде выросло несколько поколений курдских писателей, учёных, журналистов и общественных деятелей.
Сам Аскяре Боик был не только свидетелем этого периода, но и его непосредственным участником.
Поэтому книга о культуре курдов Советского Союза представляет собой одновременно исследование и память поколения.
История езидов Армении
Другим важнейшим направлением научной деятельности Аскяре Боика стало изучение истории езидов. Этой теме посвящены, в частности, работы «Bi kurtayî dîroka êzdiyên Ermenîstanê» («Краткая история езидов Армении»), «Êzdîyatî» («Езидство»), «Êzdî û bawerîya wan» («Езиды и их вера») и другие исследования.
Эта тема закономерно занимает важное место в творческом и исследовательском наследии автора.
Сам Аскяре родился в езидской семье в Армении. Поэтому обращение к истории езидов для него – не отвлечённый академический интерес. Это одновременно исследование собственной культурной среды и стремление сохранить память о судьбах поколений.
В своих работах он обращается к истории, культуре, религии и общественной жизни езидов, стремясь систематизировать сведения и сделать их доступными для последующих поколений.
В прошлом году вышли его воспоминания «Rêya jîyana min» («Мой жизненный путь»), которые с большим интересом читаются.
Литература как объект исследования
Среди работ Аскяре Боика есть и произведения, непосредственно посвящённые литературе и литературоведению.
Особое место занимают исследования «Nûra Elegezê» («Свет Алагяза», 2004) и «Cegerxwîn û Evdalê Zeynikê» («Джагархун и Авдале Зайнике», 2022).
Само существование таких работ показывает широту интеллектуального диапазона автора. Он выступает не только как художник, но и как исследователь и хранитель литературного наследия.
Культурная жизнь диаспоры
Распад Советского Союза стал важным переломом в судьбе миллионов людей. Для Аскяре Боика новый этап жизни начался в 1995 году, когда он переехал в Германию и поселился в Ольденбурге. Однако смена страны не означала прекращения его литературной и общественной деятельности. Напротив, Германия стала новым пространством для продолжения его работы.
Аскяре Боик состоял в Союзе писателей Армении, позднее стал членом Союза писателей Советского Союза и курдского PEN-клуба.
Особенно значимым стало его участие в деятельности культурного центра «Mala Êzdiyan» («Езидский дом») в Ольденбурге.
В 2012 году, занимая должность председателя Комитета интеллектуалов этого центра, он основал Исследовательский центр езидологии. Центр постепенно превратился в важное пространство для изучения и сохранения национальной духовной культуры езидов.
Редакторская и просветительская работа
Вклад Аскяре Боика не ограничивается книгами, написанными им лично. Он также принимал участие в подготовке и издании других культурных трудов.
Под его редакторством и при его ответственном участии были опубликованы, в частности, несколько выпусков литературного альманаха «Bahara teze» («Новая весна», Ереван), книги «Mêrxasên Êzdiyan / Yezidische Helden» («Езидские герои», 2011), «Çejnên Êzîdîyan» («Езидские праздники», 2013) и «Şîxadî» («Шихади», 2016). Эти работы имеют глубокое духовное значение.
Культура существует не только благодаря авторам, которые создают новые произведения. Она существует также благодаря людям, которые собирают, редактируют, систематизируют и передают накопленное наследие.
Именно такую роль на протяжении многих десятилетий выполняет Аскяре Боик.
Слово, которое переживает время
Если попытаться определить главное в творческом пути Аскяре Боика одним понятием, таким понятием, пожалуй, станет память.
Память о родной земле.
Память о языке.
Память о людях.
Память о литературе.
Память о судьбе курдов-езидов.
Память о поколении, которому пришлось пережить огромные исторические перемены. В этом отношении поэзия, проза и исследования Аскяре Боика образуют единое целое.
Вместо заключения
За плечами юбиляра – более шести десятилетий литературной и интеллектуальной деятельности. За это время он прошёл путь от молодого поэта, публиковавшего свои первые произведения в Советской Армении, до зрелого писателя, исследователя и одного из представителей курдской интеллектуальной среды в Европе.
И сегодня, когда Аскяре Боику исполняется 85 лет, его творческий путь можно рассматривать как своеобразную летопись нескольких поколений.
Он принадлежит к той плеяде курдских интеллектуалов, которые своим трудом доказали: культура живёт до тех пор, пока находятся люди, готовые её изучать, создавать, защищать и передавать дальше.
Пусть же 85-летний юбилей Аскяре Боика станет не только данью уважения к его многолетнему труду, но и новым поводом открыть его книги, перечитать его стихи, обратиться к его исследованиям и познакомить с его наследием молодое поколение.
Желаем Аскяре Боику крепкого здоровья, долгих лет жизни, новых творческих сил, вдохновения и благополучия.
Пусть его слово продолжает звучать – на родном курдском языке, в книгах и памяти читателей, в исследованиях будущих учёных и в сердцах тех, для кого культура, язык и историческая память являются величайшим достоянием народа.
С 85-летним юбилеем, дорогой наш Аскяре Боик!
Приск Мгои
поэт, писатель, переводчик,
Заслуженный журналист Удмуртской Республики (Россия).
Ижевск, 30.08.2026
Уважаемый Мам Аскяре Боик!
От лица редакции сайта www.kurdist.ru выражаем Вам свои поздравления с 85-летием!
Вы являетесь выдающимся представителем курдской литературы, чьи произведения занимают важное место в культурном наследии курдского народа. Ваши литературные труды отражают глубинные аспекты курдской идентичности, богатство культурных традиций и исторические реалии. Ваши произведения пробуждают в людях гордость за свои корни и веру в светлое будущее.
Ваш художественный талант и многогранность творчества оказывают значительное влияние на молодых авторов и всех ценителей курдской литературы. Вы по праву признаны классиком курдского литературного искусства.
Желаем Вам крепкого здоровья, благополучия и больше положительных эмоций в повседневной жизни. Пусть Ваши идеи продолжают находить отклик в сердцах читателей, а Ваше творческое наследие будет сохранено и востребовано будущими поколениями.
С глубоким уважением и наилучшими пожеланиями,
редакция сайта www.kurdist.ru
главный редактор Бруки Л.М.
В 2026 году издательство «Агрус» Ставропольского государственного аграрного университета опубликовало монографию Гасана Рамоши под названием «Как зародилась языковая коммуникация курдского народа (диалект Курманджи)». Это исследование представляет собой не только оригинальную научную работу, но и авторскую концепцию, в рамках которой Рамоши выдвигает гипотезу о генетическом родстве всех современных языков с единым праязыком. Для глубокого понимания диалекта курманджи, по мнению автора, необходимо проводить не только лексикологический анализ, но и изучать архаичные смысловые слоги, содержащие «импульсы», которые можно рассматривать как первичные элементы языковой коммуникации.
Гасан Рамоши определяет курманджи как незначительно трансформированную версию древнеарийского языка. Его вариативность проявляется в зависимости от региона, наиболее близко он соотносится с арийским языком, распространённым в долине Арарата, где существовала высокоразвитая цивилизация Урарту. Сохранение архаичных элементов в курманджи Рамоши объясняет длительным проживанием курдов в горных районах, где они были изолированы от процессов современной цивилизации и системы образования.
Согласно гипотезе Гасана Рамоши о генезисе языковой коммуникации, первобытные люди, наблюдая за окружающим миром, реагировали на него простыми импульсами, которые выражались в звуковых формах. Эти звуки стали первыми носителями смысла, обозначая объекты и действия. Постепенно формировались первые смысловые единицы, которые впоследствии объединялись в словосочетания и предложения для бытового общения. В процессе эволюции первобытные корни «скрещивались», и предки передавали знания о мире в новых лексических единицах, что привело к возникновению различных языков.
В своей работе Гасан Рамоши проводит детальный анализ лексики диалекта курманджи, сопоставляя её с другими языками и предлагая собственный метод «расшифровки». Его исследование представляет собой комплексное лингвистическое пособие, справочник и этимологический словарь, который может быть полезен для специалистов, занимающихся курдской диалектологией, а также для исследователей, интересующихся новыми лингвистическими теориями.
Концепция Гасана Рамоши пока не получила широкого признания в лингвистическом сообществе. Его теория о наличии смысловых импульсов в звуках и слогах выходит за рамки традиционного анализа фонетики, грамматики и истории языков. Многие учёные относятся к подобным гипотезам скептически, так как они не укладываются в рамки общепринятых лингвистических методов и подходов, основанных на строгих эмпирических данных.
Тем не менее, монография Гасана Рамоши представляет повышенный интерес для специалистов и исследователей, занимающихся курдским языком и диалектологией. Она предлагает новый взгляд на проблему происхождения языков и диалектов, что делает её важным вкладом в развитие лингвистической науки.
Книга выпущена ограниченным тиражом (500 экз.) и уже стала библиографической редкостью.
Книгу можно приобрести со значительной скидкой через редакции сайта www.kurdist.ru и на маркетплейсе OZON по ссылке:
www.kurdist.ru, Бруки Л.М.
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Исторические документы1 год назадКУРДСКИЙ СУДЕБНИК САСАНИДСКОГО ПЕРИОДА: «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN»(«Книга тысячи судебных решений»)
-
Курдские племена,кланы,роды.18 лет назадThe Kurdish tribes of the Ottoman Empire
-
Страницы истории13 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История13 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История15 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
История15 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра
Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий Вход