Страницы истории
Из истории возникновения современных курдских селений в Закавказье
Т. Ф. АРИСТОВА
C.20. Литературные источники содержат некоторые сведения о появлении курдов в Закавказье. Известно, например, о правлении в Закавказье отдельных курдских династии в X—XII вв. Так, В. Ф. Минорский отмечает большую историческую роль курдской династии Шеддадидов, правившей в этот период на огромной территории от р. Куры до р. Аракса с резиденциями в Гяндже и Двине[1].[1] V. Minorsky, Studies in Caucasien History, London, 1953.
Г. Ф. Чурсин высказал предположение, что в Западном Азербайджане (в бывшем Курдистанском уезде) курды могли появиться в период турецко-персидской войны 1589 г., когда они находились в составе турецких войск и «как победители остались на занимаемых ныне местах»[1]. Известно, что во второй половине XIX в. курды жили на территории Азербайджана в следующих уездах бывшей Елизаветпольской губернии: Арешском Джебра-ильском, Джеванширском и главным образом Зангезурском[2]. Во второй половине XIX в. немало курдских родовых и племенных объединений пребывало в Армении, в бывшей Эрнванской губернии, в которой курды проживали в Сурмалинском, Шаруро-Даралагезском, Эчмиадзин-ском, Александропольском, Эриванском, Нахичеванском и Новобаязетском уездах[3].
Отдельные курдские семьи и родоплеменные группы оказались на территории Закавказья после двух русско-персидских войн 1804—1813 и 1826—1828 гг. Это были либо жители тех селений, которые, согласно условиям Гюлистанского и Туркманчайского договоров, отошли к России, либо переселенцы, бежавшие в Азербайджан, частично в Армению, от притеснений иранских властей или же уходившие туда в поисках лучших пастбищ. По статье XV Туркманчайского договора жителям (независимо от национальности) предоставлялось право свободного перехода со своими семьями из Ирана в Россию без всякого препятствия со стороны обоих правительств и местных властей[4]. Многие семьи, не имевшие в Закавказье родственников, став подданными России, расселялись в Азербайджане и Армении по собственному
C.21.
усмотрению (правда, не без ведома правительства), что допускалось статьей XIV Туркманчайского договора [5].
Вопрос о том, каким образом и по какой причине происходило в дальнейшем заселение курдами закавказской территории, не получил освещения в литературе. Именно поэтому курдские селения Закавказья изучались мною на полевом материале. Материал по этой теме собирался в течение экспедиций 1951, 1957, 1959 гг.; по мере возможности производились записи рассказов, устных легенд старожилов о каждом отдельном посещенном мною курдском селении в Армении и Азербайджане[6]. В качестве метода работы широко применялся перекрестный опрос: сведения о том или ином селении проверялись в соседних селениях и районных центрах.
Исследовательская работа протекала в чисто курдских или в смешанных в национальном отношении (армяно-курдских, азербайджано-курдских, русско-курдских) селениях Апаранского, Аштаракского, Басаргечарского, быв. Дилижанского, Талинского, Октемберянского, Шаумянского, Эчмиадзинского районов Армянской ССР и Кельбаджар-ского, Лачинского, Кубатлинского районов Азербайджанской ССР[7].
Как выяснилось в течение экспедиционных работ, почти все курды — старожилы Закавказья знают историю возникновения своего села. Эта история, как правило, либо отражает переселение курдов из Передней Азии в Закавказье, либо пересказывает народное предание об основании селения [8].
В плоскостной части Азербайджана курдские селения до 1828 г. принадлежали Ирану. После подписания Туркманчайского договора, оформившего включение в состав России этой части азербайджанской территории, курдские селения отошли к России.
В высокогорные и предгорные районы Азербайджана основная масса курдского населения переселялась из Ирана с начала XIX в. вплоть до установления Советской власти в Закавказье.
Курды, переселившиеся из Ирана в Азербайджан главным образом в поисках удобных пастбищ для ведения отгонного скотоводства в 1813, 1828 и в 1914 гг., заселили в основном Зангезурский уезд бывшей Елизаветпольской губернии. В 1923 г. в Азербайджане был образован Курдистанский уезд с центром в Лачине.
Со второй половины XIX — начала XX в. в Азербайджане курды расселялись в пределах Курдистанского уезда. Недалеко от одного селения, обычно на свободной территории, создавалось второе, третье селение и т. д. В 1929 г. в связи с новым районированием из Курдистанского уезда образовали три самостоятельных района с курдским и отчасти азербайджанским населением: Лачинский, Кельбаджарский и Кубатлинский.
В настоящее время, по данным экспедиции 1957 г., в Лачинском районе насчитывается всего двенадцать селений как курдских, так и
С.22.
смешанных азербайджано-курдских; в Кельбаджарском — восемь курдских селений: в Кубатлинском — всего восемнадцать селений курдских и азербайджано-курдских; в Зангеланском — шесть смешанных азербайджано-курдских селений.
Объектом моего исследования в Лачинском районе были современные селения: Минкенд, Нижние Зерты, Верхние Зерты, Калача, Бозлу, Камаллы и Каракишиш; в Кельбаджарском районе селения Зейлик, Нижний Шуртан[9], Агджакенд, Оруджлу; в Кубатлинском районе — селения Верхнее Моллу и Зиланлы.
Рнс. ] (карта). Курдские поселения, обследованные экспедицией в 1951, 1957, 1959 гг.: 1 — территория, населенная курдами; 2 —поселения курдов. Поселения со смешанным этническим составом: а — курды и армяне, б—курды и азербайджанцы, в — курды и русские (молокане)
Как отмечалось выше, в поисках лучших пастбищ и земельных участков для ведения хозяйства курды со стадами передвигались из одних районов Азербайджана в другие, главным образом — в горные. Так, новые селения Кельбаджарского района Азербайджанской ССР образовали курды, переселившиеся из Лачинского района. Селения Оруджлу и Агджакенд Кельбаджарского района основали курды из селений Агджакенд и Минкенд Лачинского района. Предание говорит, что селение Оруджлу названо по имени курда — основателя этого селения, а селение Агджакенд — по имени курдской девушки — красавицы Агджа, первой приехавшей сюда со своими родственниками. Не—
С.23.
смотря на то, что основателями современных селений Оруджлу и Агджакенд Кельбаджарского района Азербайджанской ССР были чистокровные курды, их имена азербайджанского происхождения: курды Азербайджана давно дают своим детям азербайджанские имена в отличие от курдов Армении, у которых армянские и русские имена — сравнительно новое явление. Селение Нижний Шуртан Кельбаджарского района основали курды, пришедшие из селения Мирик (Лачинского района), в котором они обитали в конце XIX в.[10]. Предание повествует о том, что в селение Шуртан первоначально пришли два брата Хют и Нагы со своими семьями и близкими родственниками и обосновались там. В 1920-х годах часть жителей этих селений ушла в поисках лучших пастбищ в другие плоскостные районы Азербайджана (в районы Евлаха, Мирбашира), но компактного курдского населения там так и не образовала.
В 1920-х годах отдельные группы курдов-мусульман из Азербайджана переселились в Армению, главным образом в те районы, в которых имелось азербайджанское население: Басаргечарский, быв. Занги-басарский и некоторые другие. Этим, по-видимому, отчасти объясняется преобладание в настоящее время курдов-мусульман в указанных районах Армении. Наряду с этим весьма незначительное число курдов отдельными семьями переезжали из Армении в Азербайджан. Например, селение Каракишиш Лачинского района основали задолго до Октябрьской революции курды — переселенцы из Шаруро-Даралагезского уезда Эриванской губернии. Первоначально в конце XIX в. они обосновались в селении Кара-Кишлаг, или (в местном названии) Кишлах[11]. Приблизительно в 1920-х годах небольшая часть курдов из этого селения во главе с двумя братьями, по имени Ходо и Аббас, ушла на поиски лучших земель и основала в 15—20 км от Кара-Кишлага новое селение, дав ему название Каракишиш.
Приблизительно во второй половине XIX в. из Шаруро-Даралагезского уезда переехала в Азербайджан курдская семья Шахсуваровых. Эта семья осела на месте нынешнего селения Минкенд Лачинского района. Вскоре после Шахсуваровых в Минкенд приехало еще несколько курдских семей. Селение разбилось на родственные кварталы, со строгим учетом родственных связей. Когда приехали в Минкенд Шахсуваровы, как рассказывают старожилы, никаких построек здесь не существовало, за исключением армянской церкви, относящейся, судя по сохранившейся надписи, к 1673 г. По-видимому, прежде здесь или где-нибудь поблизости от Минкенда жили армяне. Старожил этого селения Ахундов Мусеиб Гусейнгули высказал предположение, что якобы эта церковь была переделана из старой мечети. Из литературы узнаем, что селение Минкенд в конце XIX в. входило в Шахсуварлинское сельское общество. По статистическим данным в 1888 г. в селении насчитывалось 23 двора курдских и 47— армянских [12].
Другие селения Лачинского района Азербайджанской ССР: Бозлу, Агджакенд, Мирик, Камаллы — в конце XIX в., как показывают устные сообщения жителей и статистические материалы, принадлежали курдам. В настоящее время их населяют курды и азербайджанцы.
Предки курдов, живущих ныне в селении Зейлик Кельбаджарского района, бежали от притеснения иранских властей в Армению во время второй русско-персидской войны 1826—1828 гг. В начале XX в. они переселились в Кельбаджарский район. Согласно легенде, сюда пришли три брата. Один из них остался в Кельбаджаре, а двое ушли даль-
С.24
ше в горы и сначала обосновались в теперешнем азербайджанском селении Зар. Затем из-за отсутствия воды переселились еще дальше к горной речке Зейликчай, вдоль которой и основали нынешнее селение, назвав его 3ейлик.
Помимо селений, созданных курдами-переселенцами, на территории Азербайджана имеются и селения исконно курдские. Это прежде всего селения, расположенные вдоль советско-иранской границы, жители которых до первой и второй русско-персидских войн были иранскими подданными. Таковыми, например, были предки жителей современных селений Зиланлы и Шоталанлы теперешнего Кубатлинского района Азербайджанской ССР. Некоторые из селений Зангеланского и отчасти Кубатлинского районов расширялись за счет курдов, бежавших из Ирана во второй половине XIX в. от притеснений иранских властей и находивших убежище у своих родственников.
* * *
Современные курдские селения в Армении основаны были курдами, бежавшими главным образом из Турции, частично из Ирана, а также курдами, переселившимися сюда из Азербайджана. Отдельные племенные группы курдов на территории Армении жили уже в XVIII — начале XIX в.; переселение же основной массы народа из Передней Азии относится ко времени Крымской войны 1853—1856 гг. и русско-турецкой войны 1877—1878 гг. Это были в основном езиды, подвергавшиеся в Турции жестоким гонениям как инаковерующие; в Турции езидов презрительно называли «поклонниками сатаны». Преследуемые турецкими властями, курды бежали в горы Армении, так как на территории Турции с армянами их объединяла общая горькая судьба. Большими родовыми и племенными группами бежали езиды из Аинтаба, Карса и Вана, главным образом в 1914—1918 гг., заселяя преимущественно Сурмалннский уезд бывшей Эриванской губернии.
С.25.
На территории Армении курды, как отмечалось, расселялись преимущественно в горных районах.
В настоящее время в Армении, согласно полевым материалам, в Апаранском районе насчитывается десять курдских селений, девять из которых чисто курдские и одно курдско-армянское; в Аштаракском районе — два курдских селения, в Талинском — одиннадцать, в Басар-гечарском — три курдско-азербайджанских селения; в Эчмиадзинском — одно курдское и одно армяно-курдское; в Шаумянском — два азербайджано-курдских и в районе города Дилижана — два русско-курдских селения; в Октемберянском — четыре армяно-курдских.
Большинство курдских селений в Армении возникало либо на развалинах полуразрушенных, покинутых армянских или азербайджанских деревень, а также селений, принадлежавших прежде курдам-мусульманам, либо курды вливались в некурдскую среду: армянскую,— в основном в Араратской долине, или в среду русских (молокан)— в районе оз. Севан и города Дилижана.
Так, селение Акко Талинского района, как рассказывают жители, основано было курдами-мусульманами, о чем свидетельствуют и литературные данные[13]. В 1917—1918 гг. курды-мусульмане, покинув это селение, перешли в Турцию. В 1920-х годах на их место пришли из Сурмалинского уезда курды-езиды.
Жители селения Сорик Талинского района, расположенного по соседству с селением Акко, помнят длинную историю периодических переселений с одного места на другое. Старики рассказывают, что их предки раньше жили в Аинтабе, откуда они переехали в селение Синак бывшего Сурмалинского уезда; в 1900-х годах, покинув селение Синак, они перешли в селение Кулибеглу бывшего Эчмиадзинского уезда, а оттуда уже в 1920-х годах перебрались в Сорик. До прихода езидов в Сорике жили курды-мусульмане, часть которых в 1917— 1918 гг. ушла в Турцию, другая часть несколько позже переехала и Азербайджан.
Езиды — жители селения Диан Талинского района — переселились сюда в начале XX в. из Сурмалинского уезда в поисках земельных угодий. До прихода в селение Диан езидов здесь жили азербайджанцы.
Наряду с переселением курдов из Сурмалинского уезда в рассматриваемое время шел процесс заселения деревень курдами — выходцами непосредственно из Турции. Например, в Талинском районе селения Гялто, Кялашбек, Сабунчи и некоторые другие, принадлежавшие прежде курдам-мусульманам, ушедшим в Турцию, заселили в 1918— 1920-х годах езиды, прибывшие сюда из района оз. Ван. Селение Тилик того же района образовали в 1918 г. езиды, бежавшие во время резни из Карса и живущие здесь поныне. Во второй половине XIX в. это селение принадлежало курдам-мусульманам, имевшим здесь 19 дворов[14]. О курдских селениях Байсаз и Сичанлу известно, что они — самого раннего образования в Талинском районе Армении. Старожилы рассказывают, что, насколько они помнят, эти селения «всегда принадлежали езидам».
В статистических сведениях, касающихся населенных мест Эриванской губернии на вторую половину XIX в., мы находим подтверждение нашим полевым материалам: селение Диан, состоявшее из 32 дворов, населяли азербайджанцы; курды-мусульмане жили в селениях Гялто (Гиялто, Юялто) — 13 дворов, Сабунчи— 11 дворов, Кялашбек — 6 дворов. По этим же сведениям на 1873 г. современные езидские селения
С.26.
Рис. 3. Село Джарджарис Апаранского района Армянской ССР
Байсаз (Башсиз) —27 дворов и Сичанлу— 14 дворов населяли езиды[15].
В Басаргечарском районе Армянской ССР, как рассказывают местные жители, к 1918 г. существовало одно курдское селение Кэр, расположенное между Басаргечаром и азербайджанским селением Даш-кенд. Во время армяно-мусульманской резни 1918 г. курды-мусульмане из этого селения выехали в Азербайджан, частично — в другие районы Армении. В 1924 г. в Басаргечарском районе курды-мусульмане образовали современные селения Кошабулах и Гейсу на месте азербайджанских деревень. В бывшее азербайджанское селение Каябаш Басаргечарского района я том же году пришли курды-мусульмане из Красносельского района Армении, частично из Азербайджана. О том. что селения Каябаш и Кошабулах прежде принадлежали азербайджанцам, известно не только по полевому материалу, но и по статистическим данным[16].
В селениях Чобанмаз, Курубогаз Апаранского района Армянской ССР до прихода курдов-езидов в первой четверти XX в. жили мусульмане. Старожилы не могут точно сказать, кто были эти мусульмане: курды или азербайджанцы. О селениях Малое Джамушли и Джарджарис того же района рассказывают, что первое селение было основано азербайджанцами, а второе — армянами. В настоящее время селение Малое Джамушли — езидское, а в селении Джарджарис живут курды-езиды, армяне (с 1922 г.) и одна семья азербайджанцев (с 1952 г.)
В бывшем Дилижанском районе Армянской ССР курды-мусульмане живут в селениях Семеновка и Головино[17]. Эти селения были основаны русскими-молоканами, выселенными из России при Екатерине I. В списках населенных мест Эриванской губернии находим упоминание только о Семеновке, о русских, населявших это селение: молоканах — 27 дворов и субботниках—15 дворов[18]. Очевидно, селение Головино возникло позже. Из устных рассказов узнаем, что во второй половине
С.27.
XIX в. в этих селениях появились курды-мусульмане, ранее населявшие с. Давалу в Араратской долине[19].
Обоснование курдов в плоскостных селениях Армении происходило несколько позже и несколько иначе, чем в высокогорных и предгорных районах.
Первоначально, до 1930 г., курды со своими стадами кочевали на склонах Алагеза, на зиму спускаясь в Араратскую долину, проводили зимний сезон в местных армянских селениях. Некоторые курды, преимущественно езиды, нанимались к армянам в качестве пастухов. В 1930-х годах в связи с полным переходом курдов к оседлости значительное число курдских семей осталось жить в этих же армянских деревнях. Так, в 30-х годах несколько семей курдов обосновалось в современных армянских селениях Октемберянского района: Мргашат. Айкаван, Айгешат, Советакан и некоторых других. Полевые материалы говорят о том, что предки здешних езидов пришли из Сурмалинского уезда: предки езидов Эчмиадзинского района Армянской ССР (с. Аярлу) пришли частично из Сурмалинского уезда, частично из Карса. Например, курдское селение Кюрокенд Эчмиадзинского района было основано до Октябрьской революции азербайджанцами, ушедшими в 1918—1920 гг. в Азербайджан; в 1928—1930 гг. его заселили езиды, прибывшие в Армению из Карса в 1918—1920 гг.
В современных селениях Верхнее Неджирлу и Нижнее Неджирлу, расположенных также в Араратской долине, живут курды-мусульмане[20]. Старожилы рассказывают, что до прихода сюда в 1930-х годах курдов-мусульман селение принадлежало азербайджанцам. Из литературных источников узнаем, что во второй половине XIX в. в этих селениях жили только азербайджанцы. Так, в селении Верхнее Неджирлу (Неджилю) было 75 дворов азербайджанских, а в селении Нижнее Неджирлу — 125 дворов азербайджанских [21].
* * *
С.28.
Курды Армении, в отличие от курдов Азербайджана, до сих пор прекрасно помнят о былом родоплеменном делении. Курды Азербайджана, основывая селения, учитывали главным образом кровнородственные связи. В Армении курды селились не только с учетом близкого родства, но и родоплеменной принадлежности. Следует отметить, что полевые материалы дают названия племен курдов Армении, среди которых встречаются и такие, как, например, сапка, брука, которые курдский ученый Амине Авдал называет либо родом, либо баром [22]. Не собираясь дискутировать с Амине Авдалом, занимавшимся специально этим вопросом, можем предположить, что иногда, видимо, название рода и племени у курдов совпадало. Ниже мы приводим таблицу расселения курдов в Армении в конце XIX в. по родоплеменному признаку.
|
Район |
Селение |
Племенное название |
Район |
Селение |
Племенное название |
|
Апаранский |
Чобанмаз |
бэла |
Талинский |
Сабунчи |
зокори |
|
» |
Гондахсаз |
» |
» |
Кялашбек |
зокори, раши |
|
» |
Курубогаз |
» |
» |
Акко |
сипка |
|
» |
Курдский |
сипка |
» |
Тилик |
» |
|
|
Памб |
|
» |
Капахтапа |
» |
|
» |
Алагез |
» |
» |
Диан |
ортули, хасани |
|
» |
Малое Джа- |
» |
|
|
|
|
|
мушли |
|
|
Зевестан |
» |
|
» |
Корбулак |
» |
» |
Канархач |
ортули, хасани |
|
» |
Джарджарис |
рожка |
|
Байсаз |
|
|
» |
Сангяр |
» |
1
|
ортули, ха- |
|
|
» |
Мирак |
махамдн |
|
|
сани, сип- |
|
Басаргечар- |
Каябаш |
карали, пир- |
|
Бэрош |
ка |
|
ский |
|
ки, ш а вли- |
э
|
рожка |
|
|
|
|
ки |
I |
Кармирпох |
» |
|
« |
Кошабулах |
пирки |
быв. Дили- |
Головино |
джелали |
|
« |
Гейеу . |
башки |
жанский |
|
|
|
Октемберян- |
Айгешат |
ромоши.шар- |
Севанский |
Семеновка |
» |
|
ский |
|
ки |
Шаумян- |
Верхнее Нед- |
брука |
|
Талинский |
Сорик |
хасани |
ский |
жирлу |
|
|
« |
Сичанлу |
» |
» |
Нижнее Нед- |
» |
|
« |
Сайране |
» |
|
жирлу |
|
|
« |
Кшламара |
» |
Эчмнадзин |
Кюрокенд |
шарки. дэвэ- |
|
« |
Гялто |
зокори |
ский |
|
н а |
Курды Азербайджана, как отмечалось, совсем не помнят родо-племенных названий. На вопрос, к какому роду или племени относились их предки, старики отвечают: аджам. В двух селениях мне сообщили еще и другие названия: бабаялы, фарыхкянлы (или фарахкан-ли), шахсуварли. Вероятно, эти названия отражают не родоплеменную, а территориальную принадлежность. Например, термины фарыхкянли, шахсуварли — это названия сельских обществ, в которые входили курдские селения. Так, в Шахсуварлинское сельское общество бывшего Зангезурского уезда Елизаветпольской губернии в конце XIX в. входили семь курдских селений: Шахсуварлу, Минкенд, Бозлу (Кямаллы), Аг-Керли (Бозналу), Алпаут, Варазгун, Минкенд-Гасанлу[23]. В Фарахканлинское сельское общество входили два курдских селения: Фарахканлы и Гасанлы [24].
С.29.
Из сказанного следует, что возникновение курдских селений в пределах Азербайджана и Армении в начале XIX и до первой половины XX в. происходило неодинаково.
В Азербайджане среди курдских селений существуют исконные (особенно вдоль советско-иранской границы) и вновь созданные селения (высокогорные и предгорные районы). Они возникали, во-первых, в результате переселения курдов из Ирана, во-вторых, в результате их перемещения из одного района Азербайджана в другой и, в-третьих, в результате переселения (правда, незначительного) курдов-мусульман из Армении в Азербайджан. Новые селения курдов возникали в Азербайджане в основном на свободной, никем не занятой территории, пригодной для отгонно-пастбищного скотоводства или для земледелия. В расселении и образовании селений не играла роли родоплеменная принадлежность, хотя селения создавались с учетом родственных связей.
В Армении большинство курдских селений основывалось выходцами из Турции (Ван, Каре, Аинтаб), переселенцами из Сурмалинского уезда и курдами, пришедшими из Азербайджана.
Курдские селения возникали либо на развалинах старых заброшенных армянских, азербайджанских селений или селений курдов-мусульман, либо курды оседали в существовавших армянских, азербайджанских, русских (молоканских) селах. В расселении и основании селения главную роль играло соблюдение родоплеменной и особенно религиозной принадлежности.
Среди смешанных з национальном отношении селений преобладают селения армян с курдами-езидами и азербайджанцев с курдами-мусульманами. Таким селением, например, в Армении является Джарджарис Апаранского района, в котором, по данным экспедиции 1059 г., 97 домов курдских, 20 домов армянских и 3 дома азербайджанских. В селениях Нижнее Неджирлу и Верхнее Неджирлу Шаумянско-го района, по данным того же года, 300 домов азербайджанских, 70 — армянских и 50 — курдских; в армяно-курдском селении Советакан Октемберянского района на 200 домов приходится 12 домов курдов-езидов, в селении Айгешат того же района 230 домов армянских и 10 курдских и т. д.
В эпоху развернутого строительства коммунистического общества в нашей стране важнейшей проблемой становится исследование процессов сближения и взаимовлияния национальных культур. Проявление одной из форм такого сближения народов, при сохранении их лучших национальных традиций, можно наглядно проиллюстрировать на жизни современных курдских селений в Закавказье.
Совместное расселение и дружная жизнь курдов с другими братскими народами Кавказа ярко иллюстрирует единственно правильную ленинскую национальную политику нашей Коммунистической партии.
Совместное расселение курдов с армянами, азербайджанцами и русскими способствует процессу сближения курдов с этими нациями. Это сближение проявляется не только в производственной, но и в общественной и семейной жизни колхозников. Курды вместе с азербайджанцами, армянами и русскими трудятся в смешанных в национальном отношении колхозах и совхозах, например, в колхозе Айгешат Октемберянского района, Люсабер Эчмиадзинского района, в совхозе им. Азизбекова Шаумянского района Армянской ССР, в колхозе им. Энгельса Кельбаджарского района Азербаджанской ССР и др.
В Армении, в районах с преобладанием курдского населения, курдский язык в школе преподают наравне с другими дисциплинами. В смешанных армяно-курдских, азербайджано-курдских и других селениях, в которых курды составляют меньшинство, курдские дети по желанию родителей
С.30.
обучаются на языке преобладающей здесь национальности. Например, в селениях Мргашат, Советакан, Айгешат Октемберянского района преподавание ведется на армянском языке. В селении Головиио быв. Дилижанского района курдские дети учатся в местной русской школе. В селениях Верхнее Неджирлу и Нижнее Неджирлу Шаумянского района с преобладанием азербайджанцев обучение ведется на азербайджанском языке.
Сближение курдов с окружающим их населением проявляется и во многих сторонах семейного быта, в частности в увеличении количества смешанных браков. Курды-мусульмане вступают в браки не только с азербайджанцами (также мусульманами по религии), но и с армянами, русскими и даже курдами-езидами, что наглядно свидетельствует о происходящем разрушении религиозной нетерпимости и строгих обычаев эндогамии, прежде широко бытовавшей у курдов и наложившей определенный отпечаток на характер расселения курдов в Закавказье. Таким образом, при исследовании важнейших этнических процессов, происходящих у народов нашей многонациональной страны, должны быть также учтены причины и характер расселения изучаемого народа.
[1] Г. Ф. Чурсин, Азербайджанские курды, «Изв. кавказского нсторико-археологического института», Тифлис, 1925, стр. 2.
[2] «Свод статистических данных, извлеченных из посемейных списков населения Кавказа. Елизаветпольская губерния», Тифлис, 1888.
[3] «Списки населенных мест Кавказского края. Эриванская губерния», Тифлис, 1879. '
4Т. Юзефовнч, «Договоры России с Востоком. Политические и торговые», Спб., 1869, стр. 222.
[5] «Договоры России с Востоком…», стр. 221.
[6] В этой статье я не касаюсь курдов Грузии, т-зк как в настоящее время они преимущественно составляют городское население.
[7] Считаю своим долгом поблагодарить следующих местных жителей за информацию и большую помощь в сборе полевых материалов: О. М. Бакоева, Б. Рзгояна, А. Ходояна, А. Ш. Мстояна, Т. Бимбашяна, Р. Озманяна, М. Бабаева, А. Амояна, Разгоева, Д. Ахмедова, Аскерова, Ш. Шахвердиева, М. Г. Ахундова, О. Кокеляна, М. Шабанова, Г. Байрамова. К. Ахмедова, А. Сулейманова, К. Ш. Садояна, Алахвердиева, А. Гулиева, Л. Броева, Ш. Ходояна, И. Сулейманова, С. Мамедова, Г. Д. Огурлиева, Б. Аббасова, Б. Асланова, Б. Тагиева, А. Сафаралиева, Л. А. Османова, Ф. И. Усубова и многих других.
[8] Следует отметить, что статья написана не только о тех селениях, в которых непосредственно проводилась работа; материал собирался также и о селениях, которые не вошли в экспедиционный маршрут, например: сел. Сабунчи, Сичанлу, Капахтапа Талинского района; сел. Кошабулах Басаргечарского района Армянской ССР; сел. Совухбулак Кельбаджарского района Азербайджанской ССР, и некоторых других.
[9] Существовавшее в 1920-х годах селение Шуртан со времен разрослось, образовав три небольших выселка: Нижний, Средний и Верхний Шуртан.
[10] «Овод статистических данных…», стр. 141.
[11] На 1888 г. в селении Кара-Кишлаг насчитывалось 252 двора с чисто курдским -населением. См. «Свод статистических данных…», стр. 131.
[12] «Свод статистических данных…», стр. 141.
[13] «Списки населенных мест Кавказского края, Эриванская губерния» [б/стр.].
[14] «Списки населенных мест…» [б/стр.].
[15]Там же.
[16] «Списки населенных мест…» [б/стр.].
[17] Селение Головино — ныне улица Камо города Дилижана; Семеновка входит в Севанский район.
[18] «Списки населенных мест…» [б/стр.].
[19] В 1873 г. в селении Давалу было 217 дворов армян, 24 двора курдов-сунннтоз и 19 дворов азербайджанцев [там же, б/стр.].
[20] Селения Верхнее Неджирлу и Нижнее Неджирлу до 1953 г. входили в Зангибасарский район; с 1953 г. в Арташатский; ныне — в Шаумянскнй район Армянской ССР.
[21] «Списки населенных мест…» 1б/стр.].
[22] Амине Авдал. Патронимия у курдов Армении в XIX в., «Сов. этнография», 1959, № б, стр. 150.
[23] «Свод статистических данных…», стр. 140
[24] Там же, стр. 122.
Журнал “СОВЕТСКАЯ ЭТНОГРАФИЯ” 1 9 6 2. №2. С.21-30.
МАТЕРИАЛЫ И ИССЛЕДОВАНИЯ ПО ЭТНОГРАФИИ И АНТРОПОЛОГИИ СССР.
ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР
Материал представлен Мгои Приск Бимбашевич
www.kurdist.ru
Страницы истории
Наследие Ашшура или конструкт арамеев?
Современные ассирийцы сквозь призму языка, географии и политики
Камиз Шеддади
Современные ассирийцы – этнорелигиозная община, насчитывающая несколько миллионов человек, разбросанных по всему миру. Согласно широко распространённой версии, они являются прямыми потомками древних жителей Ассирийской империи – народа, говорившего на аккадском языке и создавшего одну из первых великих держав в Месопотамии. Эта точка зрения стала краеугольным камнем современного ассирийского национализма и активно поддерживается как самой общиной, так и некоторыми исследователями.
Однако существует и альтернативный взгляд, который подвергает сомнению эту преемственность. В данной статье мы последовательно разберём ключевые аргументы обеих сторон и покажем, что версия о прямом происхождении современных ассирийцев от древних ашшурцев не выдерживает критического анализа. Вместо этого мы предложим более экономное объяснение, согласно которому современные ассирийцы – это потомки арамеев, принявших христианство, которые в церковно-политических целях присвоили себе престижное имя древней империи.
Языковой вопрос: аккадский против арамейского
Главное и наиболее очевидное противоречие заключается в языке. Древние ассирийцы говорили на аккадском языке, относящемся к восточносемитской ветви. Этот язык был полностью вытеснен арамейским уже в первые века до нашей эры и окончательно исчез как разговорный к V веку н.э. Современные ассирийцы говорят на новоарамейских диалектах, которые являются прямыми потомками арамейского, но не аккадского.
Сторонники преемственности указывают на наличие в новоарамейском языке аккадских слов-субстратов, которые, по их мнению, доказывают, что носители языка являются прямыми потомками аккадцев. Однако этот аргумент не выдерживает проверки. Аккадские заимствования присутствуют также в арабском и иврите – но никто не утверждает, что арабы или евреи являются потомками ассирийцев. Более того, аккадские слова в новоарамейском могли попасть туда через длительный языковой контакт, а не через прямое наследование.
Подобные процессы – обычное явление в истории языков. В английском языке есть кельтские субстратные слова (Avon, Combe, Tor), но англичане не являются потомками кельтов. Во французском есть галльские слова (Bougie, Char), но французы не прямые потомки галлов. В русском есть финно-угорские слова (тундра, пурга), но русские – не финно-угры. Таким образом, наличие аккадских слов в новоарамейском является следствием длительного сосуществования языков, а не доказательством этнического наследования.
Географический аспект: Ниневия, Хаккари и Кордуена
Второй серьёзный аргумент касается географии. Сторонники традиционной версии часто утверждают, что древние ассирийцы после падения Ниневии (612 г. до н.э.) укрылись в недоступных горах Хаккари и Урмии, сохранив там свою идентичность на протяжении тысячелетий. Однако исторические источники и археологические данные показывают иное.
После падения Ниневии основное население Ассирии не бежало в горы. Жители остались на своих землях и стали подданными Нововавилонского царства. Вавилоняне восприняли ассирийские культурные традиции, а бог Мардук, который некогда был главным божеством Ашшура, был возвеличен в Вавилоне. Никаких свидетельств массового исхода в горы нет.
Горы Хаккари в античности были известны как Кордуена – страна кардухов, о которых писал ещё Ксенофонт в V веке до н.э. Кардухи – это ираноязычные племена, предки современных курдов, а не семитские ассирийцы. Современные ассирийцы действительно оказались в этом горном регионе, но значительно позже –спасаясь от преследований со стороны Сасанидского зороастризма и позже – от арабских завоеваний. Они не были исконными обитателями этих гор; они пришли туда, уже будучи христианами и арамееязычными.
Таким образом, географическая привязка «ассирийцы = горцы Хаккари» не подтверждается древней историей. Предки современных ассирийцев тысячу лет жили на равнинах и лишь в Средневековье переместились в горы в результате гонений.
Христианизация: Арам, а не Ашшур
Принятие христианства – ещё один ключевой пункт. Согласно церковному преданию, апостолы Фаддей (Аддай) и Варфоломей принесли христианство в Северную Месопотамию уже в I веке. Центром раннего христианства стал город Эдесса (современная Урфа на Северном (Турецком) Курдистане). Именно здесь около 200 года н.э. царь Абгар IX объявил христианство государственной религией в своём небольшом царстве Осроена.
Но Эдесса – это исторический Арам, а не Ашшур. Здесь говорили на западноарамейском диалекте, и именно здесь была создана Сирийская Библия (Пешитта). Апостолы проповедовали среди арамеев, а не специально среди бывших ашшурцев. В регионе в то время жило множество народов – персы, курды, евреи, арабы – и все они принимали христианство. Однако лишь та община, которая говорила на арамейском и жила вокруг Эдессы, создала устойчивую церковную традицию. Нет оснований считать, что эти христиане были именно потомками ашшурцев. Логичнее предположить, что первая христианская община на арамейском языке была арамейской по этническому составу.
Церковные расколы и формирование идентичности
В V веке произошёл раскол между восточными и западными христианами-сирийцами. Западная церковь, центром которой оставались Эдесса и Антиохия, удерживала связь с Византией. Восточная церковь, сосредоточенная в столице Сасанидской империи Ктесифоне, пошла своим путём – так возникла Церковь Востока.
В ходе этого раскола каждая из сторон искала себе авторитетные древние корни. Западные назвали себя «арамеями» (или сирийцами) – по имени библейского патриарха Арама. Восточные же выбрали имя «Ашшур» – в честь древней империи, которая когда-то доминировала в Месопотамии. Это был политический и церковный бренд, аналогичный тому, как армяне возводят себя к Ною, а арабы – к Аврааму. Никакого реального этнического происхождения от ашшурцев в этом выборе не было – было лишь желание получить древний и престижный географический ярлык, который укрепил бы авторитет церкви и её паствы.
Важно подчеркнуть, что это не уникальное явление. Армянская церковь ведет свою историю от Ноя. Мусульманские династии возводили себя к Исмаилу, сыну Авраама. Грузины, абхазы и многие другие народы Кавказа имеют свои легенды о происхождении от библейских праотцов. Это естественный способ утвердить свою древность и богоизбранность. Имя «Ашшур» было одним из самых мощных в регионе: империя, правившая всем Ближним Востоком, чьи цари упоминаются в Библии. Для церкви, боровшейся за независимость от западных иерархов, взять такое имя было гениальным ходом.
Диалектные различия как ложный маркер
Сторонники традиционной версии часто утверждают, что восточные и западные диалекты арамейского разделились ещё до нашей эры, и это доказывает этническое различие между ассирийцами и арамеями. Однако диалект не является этническим маркером. В курдском языке существует несколько диалектов (курманджи, сорани, горани, заза), но все их носители считают себя курдами. Точно так же арамеязычные христиане могли говорить на восточных диалектах в Хаккари и Урмии, а на западных – в Сирии и Ливане, но при этом иметь общее происхождение. Диалектные различия – это следствие географической изоляции, а не этнической предыстории.
Генетические данные: общий субстрат, а не уникальное наследие
Генетические исследования часто приводятся в пользу ассирийской преемственности. Однако они не дают однозначного ответа. Современные ассирийцы действительно имеют древние гены, но не уникальные. Те же гены присутствуют у курдов, халдеев, армян, арабов-христиан и даже некоторых мусульманских групп. Это не доказывает прямого происхождения от Ашшура, а лишь показывает, что все народы региона имеют общий древний субстрат. Генетика не является решающим аргументом – она свидетельствует о смешении и общих корнях, но не о прямой линии от древних ассирийцев к современным ассирийцам.
Разбор последних опор традиционной версии
После анализа языка, географии, истории христианизации и генетики остаются три последних аргумента, на которые опираются сторонники преемственности.
Первый – самоназвание и письменная традиция. Утверждается, что восточные христиане называли себя «ашшурцами» ещё в IV веке, и это доказывает их происхождение. Однако арамейский язык и письменность были общими для множества народов региона – арамеев, иудеев, мандеев. Название «Ашшур» могло быть политическим брендом, как у армян или арабов, которые возводили себя к библейским праотцам. Нет ни одного письменного свидетельства, что крестьяне в горах Хаккари называли себя «ашшурцами» в быту до XIX века.
Второй – генетическая уникальность. Как уже было сказано, общие древние гены есть у всех народов региона. Нет уникального ассирийского генетического маркера, который бы отличал их от соседей.
Третий – диалектные различия. Этот аргумент опровергается примером курдов, у которых разные диалекты, но единая этническая идентичность. Диалект не является этническим маркером.
Таким образом, все три аргумента не выдерживают критики.
Заключение
Современные ассирийцы – это не потомки аккадцев, а потомки тех арамеев, которые приняли христианство в I–III веках на территории Северной Месопотамии (Арама). Их язык – новоарамейский, их первые церковные центры – Эдесса и Ктесифон, их культура и богослужение – сирийские (арамейские).
Имя «Ашшур» было присвоено ими в церковно-политических целях в период раскола V века, чтобы подчеркнуть свою независимость и древность. Это стандартная практика для всех ближневосточных народов, и нет никаких серьёзных оснований считать, что у ассирийцев она имела более глубокие корни, чем у других народов региона.
Версия о прямой этнической преемственности от древней Ассирии остаётся лишь удобной легендой, но не подтверждается ни языком, ни географией, ни хронологией христианизации, ни историей конструирования идентичностей, ни генетикой.
Современные ассирийцы – наследники арамеев, которые блестяще использовали имперский бренд Ашшура для сохранения своей уникальной религиозной и культурной традиции.
Страницы истории
Рукопись Матенадарана № 7117 и вопрос о языковых и национальных корнях курдского народа
Акрам Мухаммад
Вопрос документирования первых этапов письменности и записи на курдском языке является одной из наиболее маргинализированных научных областей — либо из-за географических препятствий, либо в результате накопившихся политических и исторических расчетов на Ближнем Востоке, которые были направлены на то, чтобы изобразить курдов как народ, не имеющий древней исторической письменности и самостоятельной устойчивой языковой идентичности в Средние века. Однако серьезные академические исследования в области кодикологии и сравнительного языкознания сумели деконструировать эти исключающие нарративы благодаря обнаружению чрезвычайно редких документов, составленных соседями курдов из числа народов региона. Во главе этих археологических сокровищ стоит то, что в мировых научных кругах известно как «Матенадаранская рукопись № 7117», хранящаяся в Институте древних рукописей имени Месропа Маштоца в столице Армении Ереване.
Этот редкий памятник, переписанный в его нынешнем виде в 1442 году н. э., представляет собой не просто рядовой христианский религиозный кодекс, а является своего рода национальным и лингвистическим «Розеттским камнем», который приподнимает завесу над полной курдской исторической правдой, неопровержимо доказывая подлинность их языка, укоренённость их самобытной идентичности и глубину их демографического сосуществования в регионах Ближнего Востока.

Чтобы понять материальную, историко-географическую структуру этой рукописи, необходимо деконструировать её археологический контекст, отойдя от поверхностного взгляда. Данный том — не отдельный лист и не единичный текст, а сложный богословский и апологетический сборник, составленный в монастырях Средневековья в качестве комплексного справочного руководства по алфавитам и живым языкам, на которых говорили в окружающих регионах. Курдский материал в этом томе занимает страницы с 142 по 145, а именно — лицевую сторону страницы 145. Ручное копирование нынешнего тома было осуществлено в церкви Святой Девы при историческом монастыре Мицопаванк, расположенном к северо-западу от города Арджиш (ныне известного как город Эрджиш близ озера Ван в Северном Курдистане). Эта запись была сделана рукой профессионального монаха Ованнеса под непосредственным руководством и наблюдением видного армянского историка и богослова Фомы Мицопского. Однако более глубокий географический секрет, раскрываемый маргиналиями рукописи и прилагаемыми к ней записными пометами, показывает, что этот текст родился не в регионе Вана, а был перенесён как готовое и сохранившееся содержание морем из монастырей Крымского полуострова на Чёрном море, откуда его привёз армянский патриарх Киракос Варагский во время своего возвращения в Анатолию[1] . Эта географическая миграция текста доказывает исторический факт первостепенной важности: курдское языковое содержание написано гораздо раньше даты его копирования в 1442 году и использовалось и составлялось как литургический и обрядовый материал за много десятилетий до этой даты в сообществах Причерноморья и Южного Кавказа.
Первая курдская историческая правда, которую долгое время замалчивали, проявляется в том тайном названии, которое рукопись дала тексту. Армянский монах не написал над молитвой слово «курдский», а озаглавил её официально на древнеармянском языке фразой «Маран лизу» или «Марац», что буквально означает «язык мидийцев». Этот словесный выбор является шоком для историков, пытавшихся отделить курдов от их древних корней; он представляет собой сильнейший нейтральный исторический документ, составленный третьей стороной (Армянской церковью) в XV веке, подтверждающий, что соседи курдов видели в них прямых потомков Древней Мидийской империи, а их язык — естественным развитием мидийского языка. И поскольку курдский язык в ту эпоху не обладал унифицированной и утверждённой системой письма, монах применил лингвистическую уловку, известную как «армянский каршуни» — приспособление 38 букв армянского алфавита для фонетической записи слов другого индоевропейского языка. Перед писцом стояли огромные проблемы при передаче сложных фарингальных и взрывных звуков курдской речи, поэтому он изобрёл уникальные буквосочетания для точной передачи произношения буквы «خ» (ха) и напряжённой «П», чтобы монахи и чтецы могли читать молитву со стопроцентно правильным курдским акцентом перед жителями гор.

Текст, записанный в рукописи, представляет собой курдскую версию известной восточной литургической песни «Трисвятое». При дешифровке её лингвистического кода, осуществлённой британским иранистом Дэвидом Нилом Маккензи в 1961 году, содержание на древнеармянском языке выглядит следующим образом:
«Փաքէժ Խօդէ، փաքէժ ու զահմ، փաքէժ վէմարգ քոյ խաթի խաչէ ǝշկǝրմա րահմաթէ ما»
При академической латинской реконструкции произношения фраза читается как:
«Pakēž Xōdê, pakēž u zahm, pakēž vēmarg k’oy xat’i xač’ē ǝškǝrma rahmat’ē ma» [2] .
Структурное лингвистическое сравнение этого среднекурдского текста с современным курдским языком раскрывает поразительный научный факт:
· Слово «бакеж» (Pakēž) является прямым предком слова «бак» (pak) — «святой, чистый».
· Слово «Ходэ» (Xōdê) — это современное произношение Xwedê — «Господь миров».
· Чудесной особенностью текста является сохранение полностью исчезнувших в современных диалектах слов, таких как «вазаhм» (zahm) — «могущественный, сильный», которое сегодня трансформировалось в конструкцию «бихез» (bihêz) [3].
· Слово «вемарг» (vēmarg) — это древнее лингвистическое образование, состоящее из примитивной частицы отрицания «ви» (vē) и арийского корня смерти «мардж» (marg), означающее «бессмертный, который не умирает», и заменяемое в современной грамматике на слово «намире» (namire).
· Также в тексте появляется инструмент объектного падежа и встроенное местоимение «ишкырма» (ǝškǝrma), которое трансформировалось в современное «джи бо ма» (ji bo me) — «ради нас».
Таким образом, полный и окончательный богословский перевод содержания рукописи на арабский язык (здесь даётся на русском) звучит так:
«Свят Бог, Свят Могущественный, Свят Бессмертный, о Тот, Кто пришёл на Крест ради нас, помилуй нас».
Политическая и социальная ценность этой рукописи выходит далеко за рамки простого лингвистического документирования, раскрывая характер забытого демографического и религиозного присутствия курдов. Составление молитвы в лёгкой, ритмичной, музыкально соразмерной стихотворно-литургической форме подтверждает, что церковь не создавала этот текст как сухой академический документ для хранения в тёмных библиотеках, а составила его для публичного пения и напевного исполнения перед простым курдским народом, чтобы они понимали его в местах богослужения. Это открытие представляет собой неопровержимое доказательство существования целых курдских общин и племён, исповедовавших восточное христианство и использующих курдский язык как средство ежедневного богослужения и обрядов в регионах бассейна Вана и Чёрного моря, до того как ожесточённые войны и демографические и политические конфликты между Османской и Сефевидской империями в XVI–XVII веках привели к изменению всей религиозной и социальной карты региона и растворению этого забытого исторического пласта.
Более того, рукопись № 7117 связана с огромной важностью, благодаря которой она занимает высокое место в реестре «Память мира» ЮНЕСКО. На странице 145, лицевой стороне, непосредственно рядом с курдским текстом, монах-переписчик поместил единственное сохранившееся в мире учебное и историческое руководство по алфавиту Кавказской Албании, состоящему из 52 букв. Если бы грузинский учёный Илья Абуладзе не обнаружил эту рукопись в сентябре 1937 года, алфавит этого исчезнувшего царства был бы утерян навсегда, а каменные надписи в Азербайджане и Грузии остались бы неразгаданными тайнами. Писец поместил курдско-мидийский гимн как часть этой уникальной лингвистической лаборатории, собрав в ней песнопение Трисвятого на восьми господствовавших тогда мировых и восточных языках (латинском, греческом, армянском, грузинском, персидском, арабском, сирийском и курдском), признавая тем самым курдский язык как полностью зрелый и независимый, обладающий собственной целостной морфологической и синтаксической системой со времён Средневековья, а не просто разрозненные устные диалекты без истории письменной фиксации.
****
Источники и литература:
· Официальные каталоги рукописей Института Еревана:
· Mayr Tsutsak Dzeragrats Mashtotsi Anvan Matenadarani (Большой каталог рукописей Матенадарана им. Маштоца), Том VII, Ереван, Армения.
· Лингвистические и востоковедческие исследования:
· MacKenzie, D. N. (1961). The Language of the Medes. Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London.
· Abuladze, Ilia. (1938). The Discovery of the Alphabet of the Caucasian Albanians. Bulletin of the Institute of Language, History and Material Culture, Tbilisi.
· Gippert, Jost & Schulze, Wolfgang. (2007). The Palimpsests of Mount Sinai and the Caucasian Albanian Alphabet. Monumenta Georgica Typica.
· Курдологические источники и труды:
· Хазендар, Маруф. (2002). История курдской литературы, Часть первая, Эрбиль.
· Kovara Akademî ya Kurdî (Курдский академический журнал), лингвистические исследования и статьи о рукописях и мигрировавших прото-курманджийских текстах в Армении и России, Эрбиль.
· Публикации Ереванского курдского института, касающиеся непосредственного полевого исследования изображений оригинальной рукописи и их сравнения с современными курдскими диалектами.
****
Комментарий от Камиза Шеддади:
[1] Как известно, после падения правления Шеддадидов в Гяндже, одна из ветвей этого же рода продолжала править в городе Ани вплоть до 1201 года. Затем власть в Анийском эмирате перешла к роду Мхаргрдзели (Милдирэджан), которые были курдами-христианами и состояли на службе у грузинского царя в качестве военачальников его армии. С приходом монголов и хорезмийцев Анийский эмират пал. Население Ани состояло из курдов-мусульман, курдов-христиан и армян.
Армянские историки утверждают, что из-за притеснений со стороны монголов и сельджуков, а также из-за землетрясений, жители Ани переселились на Крымский полуостров. Как видно, данный документ был написан в монастыре Ани и уже в период переселения попал в Крым.
[2] Молитва на курдском, армянскими буквами:
Փաքէժ Խօդէ، փաքէժ ու զահմ، փաքէժ վէմարգ քոյ խաթի խաչէ ǝշկǝրմա րահմաթէ »
Транслитерацию на курдсую латиницу этого тек:
Paqij Xwedê, paqij û zexm.
Paqij û vê merq (bê mirin), ku hatî xaçê «eşkerma rehmetê me» (ji bona xilasiya me).
В христианской традиции «paqij» в отношении Бога переводится не как «чистый», а как «Святой», а «zexm» — как «Всемогущий» (или «Крепкий», «Могучий»).
Вот как эта молитва естественно звучала бы по-русски в церковно-молитвенном стиле:
«Святый Боже, Святый Крепкий,
Святый Бессмертный,
пришедший на крест ради спасения нашего.»
Этот вариант точно повторяет структуру классической трисвятой (Sanctus) — «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас», которая есть в православии и восточных обрядах.
А если чуть расширить, чтобы передать смысл «ku hatî xaçê»:
«Святый Боже, Святый Всемогущий,
Святый Бессмертный,
на крест пришедший во спасение наше.»
Или ещё более привычно для уха русского христианина:
«Боже Святый, Крепкий и Бессмертный,
пришедший на Крест ради нашего спасения.»
[3] От редакции www.kurdist.ru: В текста vazahm/zahm и /bihez/ — разные понятия. Bihez – сила, могущество; vazahm/zahm и поныне курды применяют как zehm (zexm, sehm) и означает внушение страха, ужаса, трепет.
-
Новости6 лет назадТемур Джавоян продолжает приятно удивлять своих поклонников (Видео)
-
Исторические документы12 месяцев назадКУРДСКИЙ СУДЕБНИК САСАНИДСКОГО ПЕРИОДА: «MĀTAKDAN I HAZĀR DĀTASTĀN»(«Книга тысячи судебных решений»)
-
Курдские племена,кланы,роды.18 лет назадThe Kurdish tribes of the Ottoman Empire
-
Страницы истории13 лет назадО личности Дария I Великого и Оронта в курдской истории
-
История13 лет назадДуховные истоки курдской истории: АРДИНИ-МУСАСИР-РАВАНДУЗ
-
История15 лет назадДинастия Сасаниды и курды
-
Интервью6 лет назадНациональная музыка для нашего народа — одна из приоритетных ценностей…
-
История15 лет назадКурдское государственное образования на территории Урарту: Страна Шура Митра

Вы должны войти в систему, чтобы оставить комментарий Вход