В одной из деревень на востоке Турции в 8.30 утра, около 20 детей собираются на небольшой площадке перед зданием школы и приносят клятву:

     «Я турок, я честен, и я трудолюбив!».

      Холодно, и маленькие дети дрожат, повторяя слова за своими одноклассниками. С 1972 года клятва заканчивается известным лозунгом Ататюрка: "Как счастлив  тот, кто говорит" я турок".

        Тем не менее ни один из детей — или учителей – не турок…

       По подсчетам, в Турции  11-15 миллионов курдов. В школах они должны говорить по-турецки. И именно с этого, по мнению учителей в этой небольшой сельской начальной школе, начинаются проблемы.

     Юсуф, директор  школы, говорит, что присяга является обязательной. "Каждое утро я заставляю учеников врать. Ни один из детей не турок. Здесь все, и включая нас, учителей, курды".

     Кемаль, который работает учителем уже более 15 лет, говорит, что школе не хватает помещений, учебных материалов и других учителей. Но главной проблемой, по его мнению, остается язык: "По закону мы, учителя, вынуждены говорить (в классе) по-турецки, который некоторые дети не понимают Вы оказываете давление на них. Вы относитесь к ним, как будто они тупые, но дети вас просто не понимают, потому что они не говорят по-турецки."

    Статья 42 Конституции Турции, ратифицированной в 1982 году, через два года после того как военные свергли правительство в ходе государственного переворота, гласит, что  в то государстве "никакой язык, кроме турецкого, не может преподаваться в качестве родного языка турецким гражданам". Турция воздержалась от присоединения или присоединилась с оговорками к соответствующим международным договорам, которые гарантируют право на использование родного языка в образовании.

     Согласно отчету, опубликованному диярбакырским Институтом политических и социальных исследований в марте прошлого года, курдские учащиеся, получающие образование на языке, который они не полностью понимают, страдают от проблем в общении, травм, чувства изоляции и стыда. Они скорее всего хуже учатся в школе и с большей вероятностью выпадают на ранней стадии.

     "Они с самого начала обездолены своим образованием", говорит Юсуф. "Такой большой потенциал пропадает зря. Ребенок, который иначе мог бы стать в будущем врачом или инженером, потерян уже в начальной школе".

     По сравнению со своими турецкими одноклассниками, курдским школьникам иногда требуются годы, чтобы научиться читать и писать. "Если вы посмотрите на статистику, учащиеся в Диярбакыре, Хаккяри, Ширнаке и других местах, где люди мало или вообще не говорят по-турецки в повседневной жизни, показывают худшие результаты. И это не случайно," добавляет Юсуф.

     Ссылаясь на свой собственный детский опыт, Кемаль говорит, что старается быть максимально чувствительным к языковым трудностям: "В детстве, я любил отвечать на вопросы учителя. Но я тогда не говорил по-турецки, и за это меня постоянно били. ". Хотя использовать курдский язык в классе и незаконно, и Юсуф и Кемаль говорят, что они часто вынуждены это делать.

     После недавнего введения дошкольных учреждений в курдском регионе, количество первоклассников, не говорящих по-турецки, снизилось, но отсутствие языкового образования приводит к различным проблемам, объясняет Юсуф: "Некоторые ученики не знают по-настоящему ни турецкий, ни курдский. Как такие дети могут узнать что-нибудь вообще? " Многие дети говорят дома только по-курдски, но никогда не учились читать и писать на их родном языке.

     Турецкие учителя, работающие в курдских районах жалуются на отсутствие подготовки в процессе их обучения. "Мы не знаем, как иметь дело с детьми, которые не говорят по-турецки, нет никаких учебников, связанных с многоязычием", говорит консультант, родом из Западной Анатолии.

    "Я хочу выучить курдский", добавила она. "Моя работа заключается в общении с детьми и родителями, но что я могу сделать для этого? Как я могу  утешить плачущего шестилетнего ребенка через переводчика? Как я могу убедить родителей отправить своих курдских детей в школу, если они не могут меня понять?"

     Недждет Ипеуыюз из диярбакырского Фонда по правам человека в Турции сказал: "Это травматично для человека, когда объявляют вне закона его собственный родной язык. Если язык существует и живет, он будет использоваться. Нет такого понятия, как предоставление права использовать его." Он продолжил: "Языковый вопрос является такой вещью, в которой согласны курды всех фракций. Есть много разных и противоречивых требований, когда дело доходит до курдского конфликта, но право на родной язык – красная нить, которая объединяет курдов."

     Аналитики не думают, что страх перед сепаратизмом через образование на родном языке является оправданным. Согласно недавнему докладу Европейской кризисной группы, большинство курдов предпочли бы двух-и многоязычные школы чисто курдским. Для Юсуфа, курдский конфликт состоит в свободном использовании языка и исчезнет с этой проблемой: "образование на родном языке является единственным способом обеспечить мир. До тех пор, пока нет никаких прав на образование на родном языке, на юго-восток не будет никакого развития. Путь по предотвращению безработицы и насилия- только надежная система образования."

http://kurdistan.ru/2011/12/29/news-13715_Prinuditelnyy_tureck.html