Свяжитесь с нами

Страницы истории

Истинные причины ухудшения армяно-курдских отношений

Опубликованный

16 лет назад

вкл .

                              (К истории армяно-курдских взаимоотношений)     
 
Проект, предоставленный Берлинскому Конгрессу (1878 г.) делегацией армянских представители, предусматривал создание Армении на границах: на востоке — границы с Россией и Ираном, на Западе — по линии от Тириболу (центр небольшого района, входивший в состав Трабзонского вилаета) на черноморском побережье до точки слияния Чубукчая с Ефратом, на юге — по линии от Ефрата через реки Битлис и озеро Ван до иранской границы.  
   На указанных территориях и остальной части Османской Империи к 1896 г. проживало около 1 млн.300 тыс. армян.
   По решению Берлинской Конференции армянам предполагалось предать 6 вилайетов: Эрзерум, Ван, Битлис, Диярбекир, Мамуретульазиз (Эльазиз) и Сивас (в настоящее время в результате административной реформы территория разбита на 9 вилайетов: Эрзерум, Эрзинджан, Агры, Ван, Хаккяри, Бингель (курдском – Cevik       в центре — армянский священнослужитель                 (Джавык)), Сивас, Амасья и Токкат, а также район Шебин Карахисар на юге Гиресуна). 

                         
   По переписи 1893 г. в Турции ни в одном из этих 6 вилайетов армяне не предоставляли даже простого большинство:  
 
Вилайеты               мусульмане           армяне               всего
 
Эрзерумский                444.548                  109.838             559.055 
Ванский                        119.860                    60.448             180.308 
Битлисский                 119.956                    80.406            206.222 
Диярбекирский            336.689                    83.047            438.740 
Сивасский                    766.558                  118.191          926.671 
Мамуретульазизский 300.188                     79.974           381.346(Эльазиз)  
 
Итого:                      1.967.843                      531.904         2.499.747      
 
     В данной статистике курды «затеряны» в общей «мусульманской» массе, хотя тот же полковник Я. Д. Лазарев признает, что «Мусульманское население в городах Ван, Битлис и Муш есть Курды, живущие под именем Турок… В город Баязет и провинции его вовсе нет Турок. Там живут Армяне и Курды»[1].
     В середине 1878 г. в Баязетском округе Эрзерумской области обитали семей — 137 турецких (739 чел), 389 армянских (2580 чел.) и 1536 (8294 чел.) курдских. Статистика в определении количества членов семьи исходила при подсчете в среднем армянской семью 6,7 чел, а курдов 5,4 чел., хотя традиционно курдская семья многочисленно. Даже с учетом того, что «часть мусульманского населения бежала из края, по занятию его русскими» и многие курдские семьи переехали в глубь страны, а также в данной статистике отсутствует количество кочевых курдов, в наиболее благополучное в статическом отношении для армян время, серовно курды составляли 76%, а армяне 21% население Баязетского округа[2]. Если взят за основу утверждения полковника Лазарева Я. Д. и итоги переписи 1893 г., соотношение числа армян только в Битлисской и Ванском вилайетах составляет 239.816 (курдов) против 140.854 (армян), то есть, только в этих двух областях курдов было около 60%, а в Баязете — 76%. А в 1903 г. только в Эрзурумской области 1/5 часть составляли армяне, а «из остающихся затем четырех пятых населения вилайета, большая часть приходится на долю курдов»[3].  Если из числа 1,3 миллиона армян около 600 тыс. жили в «Азиатской части Турции», то из 3,5 миллиона курдов в этой «Азиатской части Турции» было около 2-х миллионов курдов, то есть в соотношении почти 1/3,5.
        Такое соотношение армян и курдов и армян по отношению к «мусульманскому» населению региона не изменилось и к началу Первой мировой войны. Именно по этой причине после взятия русскими Эрзурума в начале 1916 г. первым решением Верховного Командования было следующий приказ : «Армяне не имеют права поселения в Эрзурум». Министр иностранных дел России Сазанов в письме принцу Николаю Николаевичу, генеральному губернатору Кавказкой губернии, о дальнейшей судьбе армян, проживающих на оккупированных Анатолийских землях отмечал (27 июня 1916 г.): «Смею посчитать не целесообразным предоставление армянам независимости, так как армяне никогда не составляли большинство в Армении, а точнее всего 1/4 часть населения, поэтому при этих условиях управление меньшинством большинства было бы несправедливостью, самым верным решением было бы одинаково равноправно относиться к разным народам при поселении их на захваченных турецких территориях, не допуская дискриминацию одними других. Следовало бы, выдать армянскому населению определенное право на образование, религию и свободу пользования родным языком…».
 
  Имеются очень разные утверждения в связи с населением армян, проживающих в период Первой Мировой Войны на территории Османского государства.  
 
по данным армянского патриархата                                      2,5 миллионов
по данным армянской делегации в Лозанской Конференции    2,2 миллионовпо
данным Французкой Желтой Книге                                   1,5 миллионов
по данным энциклопедии “Британика”                                  1,5 миллионов
по данным Английского Каталога                                         1 миллионов
 
          Но, среди этих источников наиболее достоверной информации о количестве армянского населения следует принимать по официальным документам Османского государства: 
 
Армянское население по подсчету населения 1893 года        1.001.465
Армянское население по подсчету населения 1906 года        1.120.748
Армянское население по подсчету населения 1914 года        1.221.850[4]
 
      При оценке всех трех групп источников, как по османской, так и по армянской и иностранной статистике, количество армян проживающих на территории Османского государства до Первой Мировой Войны составлял около 1.250.000 человек.      Главное Управление статистики в Османском государстве была учреждена в 1982 году. Пост генерального директора с 1892 г. занимал Нури Бей, между 1892 — 1897 гг. еврей по имени Фетхи Франко, 1897 — 1903 армянин Мыкыртыч Шинабян, 1903 — 1908 гг. американец по имени Роберт, 1908 — 1914 Мехмет Бехич Бей. Как и видно, даже в тот период, когда происходили события подталкивающие армянский вопрос на политическую арену, данные о населении Османского государства были под руками иностранцев. Из этого следует, что следует верить Османским данным о населении, противное которых не было установлено до сих пор ни единым документом или информацией.
      После подавления последнего крупного курдского восстания под предводительством Бедир-хана в 1847 г. в Северной (турецкой части) Курдистана окончательно утверждается «фактическое владычество Порты в лице турецких пашей, мутесарифов, каймакамов и мудиров». По признанию полковника Лазерева Я. Д. , «можно по справедливости сказать, что армяне при курдских деребеках пользовались лучшими днями, нежели при 47-летней [87]турецкой анархии, имевшей для них гибельные последствия»[5].
     Эти строки принадлежать армянину, полковнику русской армии Лазереву Я. Д., свидетелю тех событий…       До окончательного установления османской власти в указанном регионе в курдских противодействиях против османов принимали участие и армяне: «Эрзерумский сераскир Ибрагим-паша в 1747 году вел войну с мушским владетелем Аладин-беком; в 1777 г. Диарбекирский Узун-Абдулла-паша погиб с 30000 войском в бою с курдами и армянами, ибо отступление Турок было отрезано в единственном горном проход; въ 1782 г. Диарбекирский же паша, после 8-дневнаго боя с Понокскими курдами и армянами, потеряв 500 чел. убитыми, отступил. И в Ване сидели турецкие паши с послндней половины XVI века, но в области самовластно хозяйничали курдские беки»[6].
     Курдские беки считали делом чести поддержать порядок в своих владениях и любые противозаконные действия считали для себя личным оскорблением. «Рассказывают, например, что шемдинанский эмир Абдаль-бек пользовался особой известностью в этом отношении. Ежегодно он разбивал свой огород на склоне горы Шехидан рядом с летними пастбищами племени харки, причем не трудился даже обносить его изгородью. «Моя слава, — говорил он, — послужит ему изгородью». И в самом деле, при нем не было замечено ни одной кражи вплоть до того дня, когда некто Юнис, сорвиголова из селения Таре, украл лучшего барана из стада, принадлежащего христианам селения Хатуна-Иекхари. Все розыски оставались тщетными, и владелец приписал исчезновение барана волкам. Однако известие об этой краже дошло до ушей Абдаль-бека, который пришел в ярость и приказал разыскать виновного. Юниса доставили в Нери, и дело его передали на рассмотрение суда племени. Были предложены различные наказания. Одни считали, что следует сжечь дом Юниса, другие предлагали отрубить ему руку, ногу либо изгнать вора из страны. Ни одна из этих мер не была одобрена эмиром. «Поскольку в мое правление кража и нарушение порядка являются делом неслыханным, наказание должно быть таким же». И он приказал оскопить Юниса, что и было сделано. И года не прошло, как борода и усы Юниса вылезли, лицо его покрылось морщинами и стало похоже на старушечье. Люди поняли тогда, сколь мудрым было решение эмира, и до сих пор история Юниса жива в памяти народной.
      Можно было бы также привести пример Равандузского паши Махмуда, при котором кражи стали чем-то неслыханным. Как-то торговец, потерявший свой кошель с деньгами, получил его обратно в целости и сохранности — так велик был авторитет паши»[7]. Как свидетельствует армянский автор С.Д. Лисициан, «в Шатахе обитали курдские племена осман-баги и ханиан[8]. Отношение между ними и армянами были самые дружественные и, характерное, оставалось таковыми до последнего времени, до возникновения курдско-армянских столкновений к началу мировой войны[9].
    В пользу добрых армяно-курдских отношений (там, где благодаря армянским партиям и зарубежной армянской диаспоры не были разрушены армяно-курдские отношения) свидетельствуют и курдские источники. Вот несколько примеров:  «В 1894 г. Ягуб Рагиб Паша из Бесни — вождь курдского племени Ришван, взял под защиту проживающих в Малатье, Бесни и Адыйаман (Semsur) армян и для их защиты и обеспечения безопасности принял необходимые меры. Даже убил 16 человек из другого курдского племени Хувейди, которые пытались напасть на подзащитных армян. Другой  вождь  курдского племени Дырежан (Direjan)   Шатыре Мустафа также предпринял много усилий для защиты армян от погромов.  Поэтому, в свете вышесказанного не соответствует истине и то, что якобы в ухудшении армяно-курдских отношений виновны создание полков «Хамидие». Наоборот, во многих случаях «Хамидие» защищали армян. Об одном случае защиты армян полками Хамидие рассказывает и Маевский В.Ф., Вице-консул России в Ване и Эрзеруме: «В начале апреля 1897 года, проезжая через казу Адильджеваз, мне пришлось остановиться на ночлег в довольно большом армянском селении Арен, лежащем на восточном берегу озера того же наименования. Вечером сопровождающий меня проводник сообщает мне, что сельчане во главе с мухтаром селения и священником хотят обратиться ко мне с какой-то просьбой: «Во время погрома Ванских селений в октябре 1895 года, Эмин-паша гейдеранского аширета собрал своих курдов с тем, чтобы ограбить армянские селения Адильджевазской казы. Наше селение и ещё другие обратились за помощью к Гусейн-паше (другому представителю того же аширета). Последний немедленно командировал к нам Султан-бека с 50-60 курдами гамидие. Они разместились по 2-3 человека в каждом селении благодаря их защите мы почти ничего не потеряли. Из 30 селений Адильджеванской казы было ограблено только 4, да и те могли быть спасены, если бы Султан-бек пришёл несколькими часами раньше. Теперь мы слышали, что Гусейн-пашу выселяют из Патноса. Если это так, то мы лишаемся нашего покровителя. Кто станет теперь защищать нас. Мы просим консула похлопотать не только о возвращении Гусейн-паши, но также пожаловании ему какой-нибудь награды!»[10]
       Поэтому можно сказать, что отношение армян и курдов стали ухудшатся с того момента, когда у армян с осуществлением Россией своей «восточной политики» появилась надежда на приобретение национальной независимости и создание самостоятельного армянского государства. И сразу же стал вопрос на каких территориях? Естественно на территории «Великой Армении от моря до моря». Появились агитаторы — армянские эмиссары из Кавказа, Европы. Многие местные армяне дорожили отношениями добрососедства, боялись последствий и поэтому когда армянский ученый-филолог из Росси Г. Эммин появился в Хынысе, который размахивая с книгой М. Хоренаци «История Армении» и призывал к пробуждению национального самосознания. Но более рационально мыслящие местные армяне попросили его приехать через сто лет, так как пока они «этой борьбе не готовы».
     Но, «комитетчики» начали создавать повстанческие отряды, главной целью которой было «очищение Армении» от турок и курдов. Методы борьбы — партизанские, способы «очищения» — физическое уничтожение. Не случайно что,  в подавляющем большинстве случаев агитация армянских комитетчиков и раздача оружия среди армянского населения «проводилась не под предлогом борьбы с турками и Османской Империей, не под предлогом создания независимой Армении (такой идеи-то в головах вообще не было), а под предлогом борьбы с местными курдскими беками, шейхами и прочей полуформальной властью»[11]. Именно в силу вышеуказанных причин вице-консул России в Ване и Эрзеруме Маевский Владимир Феофилович в армяно-курдском противостоянии непосредственно винит именно армянскую сторону:  «Антиармянское движение курдов 1895 – 1896 годов, в течение коего последние выказали свои зверские наклонности, нельзя рассматривать только с одной, так сказать, наружной стороны. Нужно помнить, что если мусульманин считает себя обязанным платить мусульманину кровью за смерть своего убитого родственника, то какова же должна быть месть курдов и мусульман, вообще, за кровавые жертвы, которые вызывали у них мятущиеся христиане. И затем, мало того, что вырезали, но издевались над этими жертвами, обезображивая их трупы самым возмутительным образом. Неизбежным следствием такого поругания и назойливой деятельности армянских агитаторов явилось мщение сторицею. По описанию личных наблюдений я могу формулировать своё мнение об отношениях курдов к армянам в положении 1895 года — в некоторых районах Турции армяне и курды жили вполне дружно. В конце 1895 года положение резко изменилось. Труды армянских вожаков на поприще раздражения мусульман против армян имели в результате  антиармянское движение курдов, о котором я уже не раз упоминал на предыдущих страницах. Начиная с 1897 года, там где армяне курдов не распаляют, совместная жизнь обоих народностей исподволь вошла в свою обычную колею. Там же, где анархическая деятельность армянских вожаков продолжается, злобное настроение курдов не утихает, угрожая  новыми осложнениями. Наконец, в настоящее время можно обнаружить некоторые новые данные, указывающие не желание армянских деятелей привлечь на свою сторону хотя бы известную часть курдов, это совершенно новый способ их деятельности, ещё мало обрисовавшийся»[12].                     В. Ф. Маевский, который на рубеже XIX и XX вв. являлся вице-консулом России в различных городах Восточной Турции, раскрывая кровавые события 1894 г. в Сасуне (Турция) пишет: «…армяне и курды Сасуна жили вполне согласно, как братья воды и земли… Но, к их несчастью, именно этот район армянские тайные организации избирали для пробы своей политической агитации.  В 1893 г. появляется некий Дамадян, в 1894 г. его заменяет называющий себя Мурадом Бояджян. После двухлетней агитации таких руководителей в рамках Сасуна происходят ряд столкновений а в августе 1894 г. враждебные отношения обоих сторон выливается в цепь настоящих боев (с.16), «…кровавые случаи везде происходили именно по вине самих же армян (с.17)», «… хаос и анархия в вилайетах, населенных армянами, были созданы не курдами…, а именно армянскими же агитаторами». В 1896 г. вице-консул Англии в Ване майор Вильямс 15 мая в своем рапорте писал «… в первый раз были убиты 3 курда, двое были ранены, второй раз были убиты двое, а может быть и три. Было выяснено, что каждый раз ужасно глумились над трупами» (с.21)[13]. Несмотря на то, что от этих событий прошло три года и проводилась пропаганда о необходимости сближения армян и курдов, 25 июля 1897 г. в местности Ханасор армянскими силами, утверждавшим, что курдское племя Мазрык были повинны в гибели нескольких фидаин,  были уничтожены все около 6 тысяч членов этого проживающих в 800 палатках племени и не один курд не спасся от этой бойни».[14]
        Курдские племена Mikori, Takori, Şemsiki, Milan и Şikevft из курдской племенной конфедерации Шиккак (Шеккак), куда входила и истребленная армянами племя Мазрык, выставили по одному полку и не удивительно, что потом эти 5 полков жестоко мстили армянам за пролитую кровь своих соплеменников.
      Несмотря на все эти бандитские вылазки армян против курдов, курды не были непосредственными виновниками погромов жителей того же Сасуна во время карательного похода правительственных войск, о чем свидетельствует авторитетный армянский источник в лице полковника русской армии Лазарева Я. Д: «В данном же случае за разорение Сасуна и избиение Сасунцев невозможно обвинить Курдов, ибо здесь действовало регулярное войско с артиллериею, по наказу правительства»[15]. По данным независимых источников, осенью 1903 г. проживающие в Сасуне армяне получили поддержку со стороны курдского населения Сасуна, всячески противодействуя турецким властям, желающим насильственно выселить их из Сасуна[16].
     Следует сказать, что армянское движение за независимость не брала курдов в расчет. Нигде, ни в одной провинции армяне не составляли численного большинства населения. Ни один поселок, ни один квартал, ни одна деревня не были заселены полностью армянами. Даже в Ване, где была самая  сильная концентрация армян во всей Анатолии, они составляли лишь 43% (Шоу, цит. пр., т. II с. 316)[17]. Армянские руководители… у них не было другого способа достичь своих целей, кроме как продолжать до конца свою политику насилия и «освобождения пустого места». Именно этим они и занимались в восставшей провинции Ван весной 1915 г., во время наступления русских. Они истребляли часть мусульманского населения, а оставшихся в живых — погнали до турецких линий. Те же действия они предприняли и в районе Эрзерума, во время большого прорыва царской армии в 1916 г.[18] Армяне по отношению к мусульманскому населению и в первую очередь курдам проводили этническую чистку.  Об этом говорят и независимые источники. Одни из них – французские Documents Sur Les Atrocités Arméno—Russes (Documents Sur Les Atrocités Arméno—Russes, 22–23). Вот перевод только одной из страниц: Юсуф и Абдуррахман, сыновья Мехмеда, заявили под присягой нижеследующее: «Наша семья родом из Нурса, Вавинка, Анда и Мезраа-и Анда (летние пастбища в районе Испарита, в области Хизана). После того, как русские оккупировали область Чатака (Шатаха — Л.М.), армяне из соседних деревень Ливар, Юкары Кутис, Ашагы Кутис, Чачуан, Сикуар и Юкары Адр под руководством Лато, известного как Михран, и Казара Дило (оба некогда проникли в Анатолию из России), пришли в деревню Юкары Кутис. Они представили местным старейшинам три письменных предложения. Среди старейшин был и мулла Саид, известный как Бадиуззаман (Саид Нурси ал-Курди — Л.М.). Был ли он взят в плен или убит, об этом сведений не имеем. Предложения были следующие: или сдаться, или эвакуировать район, или воевать. Девять часов спустя после прибытия врага подразделение из шестисот человек напало на деревню. Вражеские солдаты носили униформы и шапки. Мы не смогли понять, были ли среди них русские солдаты. Очень многие из вражеской армии выглядели как нищие. Они, возможно, и были русскими или армянами из России. Враг вывел всех людей из нашей деревни в Мезраа-и Анд. Абдур-рахман, сын Хуршида-бея, одного из старейшин, тоже был там вместе со своим сыном и женой. На следующий день солдаты отправили в Мукус под отдельными конвоями тридцать трех мужчин и мальчиков и около восьмидесяти женщин и молодых девушек. Женская половина осталась в Чачуане. Все мужчины пошли под нож той же ночью. Я спасся от резни, потому что мне дали поручение. Мне сказали: “Мы обещаем заплатить тебе. Иди к мулле Саиду и скажи ему, чтобы он передал нам армян, которые там остались. Объясни ему, что убивать их не имеет смысла: ему от этого нет никакой выгоды. Страна почти полностью оккупирована. Русские достигли Алеппо. Армения уже создала государство. Принеси нам сведения о численности и силе турецкой армии”. Это мне сказал Дило. Я немедленно отправился, но когда добрался до Чачуана, увидел, что наши части, состоявшие из жандармов и курдов, уже прибыли туда вместе с нашим градоначальником и муллой Саидом. После пятичасового ожесточенного боя наши силы под командованием Бадиуззамана Саида-эфенди сумели спасти женскую половину. Состояние женщин действительно было жалким. У них не было даже сил идти. Большинство детей было растоптано, а из тридцати трех мужчин выжило только двое»[19].
      Несмотра на армянские зверства и бесчинства, курды с присущей их природе гуманизмом по мере своих сил защищали армян.  Лично в кровавые дни 1915 г. Бадиуззаман Саид Нурси ал-Курди собрал вместе всех армянских женщин и детей из окрестностей, чтобы спасти их от мести, которая, как он говорил, противоречила Шариату, и передал их армянским силам[20]. Есть независимые источники, утверждавшие, что курды спасли свыше 400 тысяч армян от неминуемой гибели[21].       В середине апреля 1915 г. в городе Ван, пользуясь поддержкой российских войск, армяне устроили резню курдов. Тысяча двести курдов, чудом уцелевшие от армянской резни, в основном старики и дети, нашли приют и защиту в американской миссии. Им был необходим санитарный и медицинский уход. Единственный врач-американец Сайм Ярроу не в состоянии был справиться с этой проблемой и обратился за помощью в Игдырьский отряд. Александре Львовне Толстая, младшей дочери Льва Николаевича Толстого, проходившая медицинскую службу на турецком фронте было поручено набрать людей, захватить медикаменты и провиант и отправиться на помощь курдам[22].
     О лагере курдских пленных женщин, детей и мужчин, где был тиф, которые умирали по десятку в сутки, а трупы сваливали в два окопа подле нас» (10 Июня  1915 г.) сообщает и русский казак Шестаков А. И., участник боевых действий на русско-турецком фронте. Он же обыденно в своем дневнике повествует о том, как Утром 17 Мая  1915 г. русский «отряд двинулся и по дороге настиг много убегающих курдов со скотом. Многих убили и забрали много баранов, рогатого скота. По дороге валялись убитые и живые, старики и старухи, дети. Одна девушка лет 14, у которой разрублена голова и вышло много крови. А она сидела, подперев рукою под щеки, дрожала и дико водила глазами», о том, как в ходе операции с 27 февраля по 6 марта «Все брали самовольно: баран, ячмень … и все прочее. Много было насилований» [23].
 
     О политике России, проводимой по отношению к курдскому населению, крайне эмоционально рассказывает войсковой казачий атаман Ф.И. Елисеев в своих мемуарах «Казаки на Кавказском фронте (1914-1917)»:
 
    «ОГЛЯНЕМСЯ НАЗАД… КУРДЫ
 
 Стариннейший народ. Все кочевники. Многочисленные стада овец, немного рогатого скота, несколько верховых лошадей -это все их богатство. В своем внутреннем обиходе живут жизнью каменного века. Спят в своих хижинах-норах на полу, на разном тряпье. Нижнего белья у них нет. Примитивные костюмы мужчин и женщин изнашиваются на их телах без стирки. Все дети — в длинных балахончиках до пят, не застегивающихся, видны их худые тельца сверху донизу. Босые, стоят они в снегу, печально и боязливо смотрят на нас. Все жмутся в одну кучу вокруг старых женщин.  Они мусульмане. Стройные рослые мужчины. Полных среди них совершенно нет. Все они, кроме дряхлых стариков, бреют бороды своими примитивными бритвами-ножами, оставляя густые черные усы. Гостеприимные, скромные, послушные и по-мусульмански терпеливые к велениям судьбы. Их женщины не закрывают своих лиц, как турчанки и персиянки. Курдинки не блещут красотой, но и не дурны.  Всякий курд счастлив и обязан иметь какое-либо ружье. Они предпочитают патроны со свинцовой пулей. Такая пуля делает рваные раны, заражает их, и в большинстве случаев смертельный исход неизбежен. Курд-чабан всегда вооружен ружьем и ножом.  Живут они древними своими обычаями. Турок недолюбливают. Мечетей у них нет, или они очень редки и примитивны — это просто сараи.  В общем, курды народ хороший, и мы их даже полюбили. Из них получились бы отличные конные полки, наподобие казачьих. Да таковыми они и были в Турецкой армии — как иррегулярные конные части.  И вот к такому народу в Турцию с началом войны пришли русские войска. Мы заняли их земли, разрушили их жилища “на топливо”, забрали все их зерно на корм многочисленной коннице, резали овец и коров себе на пропитание, почти ничего не платя за это. А главное — заняв достаточно обширную территорию, мы не дали им никакой местной администрации. Любой строевой начальник самого младшего ранга, остановившись в курдском селе или прибыв за фуражом, мог позволить “все” над населением. Любой рядовой воин, войдя в мрачную каменную пещеру курда, считал себя вправе делать все, что он захотел бы: отбирать у него последний лаваш, рыться в его тряпье, “ища оружие”, мог взять все, что ему понравилось, мог выгнать главу семьи из его норы и тут же приставать к его жене, сестре, дочерям…  При таком положении побежденного даже европеец взялся бы за нож для защиты своей семьи, чести. А ведь курд был самый настоящий полудикарь, разбойник, воинственный человек, к тому же мусульманин. Вот почему он и стрелял в русского солдата при удобном случае…  В один из снежных и морозных дней ноября 1914 года сотни Закаспийской казачьей бригады были брошены по всем курдским селам Баязетской долины, окружили их, выделили всех мужчин и отправили через русско-турецкую границу в Игдырь для работ по очистке дорог. Курды — не рабочие в европейском понимании этого слова. Они только кочевники. Я их потом видел на работах и вне работы. Никакой пользы от них и одно лишь озлобление против русских. Первобытный человек гораздо глубже любит свою родину, чем культурный человек. Но родина, своя семья, нажитое хозяйство — для всех дороги. И мы психологическое состояние курдов поняли остро лишь тогда, когда Красная Армия и советская власть пришли с севера в наши казачьи края и поступили с казаками так, как мы поступали с курдами…»[24]
 
       Так как именно на тех территориях, где большинство составляли курды, планировалось создание независимого армянского государства. После того, как армянам при поддержке западных держав и России удалось протолкнуть в повестку Берлинской  конференции (13 июня 1878 г.) «Проект по армянскому вопросу», участились убийства и террористические акты  против мусульманского населения, в том числе и курдов. С другой стороны, растущая боеспособность курдских воинских формирований шла вразрез с интересами и армянских комитетчиков стремившихся создать независимую Армению, на территориях, где армяне составляли ничем несравнимое меньшинство – 1,5 армян миллиона против 15 миллионов «мусульман» (курдов, турок и других этнических групп) из которых более 3 миллиона были курдами.
     Чтобы создать армянское государство, армянам нужна была территория, где армяне составляли бы хотя бы относительное большинство. Неимением таковой, руководители армянского движения избрали пагубный для армянского народа путь этнической чистки: армянские вооруженные бандформирования совершали вооруженные вылазки на курдские поселения, из засад убивали курдских племенных вождей и безоружных людей, проводя тактику «выжженной земли». Эти террористические акции армян, нередко отличающейся своей брутальностью (звериной жестокостью), доходящее до глумления и издевательства над трупами убитых, как и ожидалось в соответствии с планом руководства армянского движения,  вызывали ответные действия со стороны курдов. Имея разветвленную пропагандистскую сеть в странах Европы, армяне месть курдов за им же содеянное разукрашивали вовсю и курдов выставляли в качестве «диких и не обузданных варваров», не дающих покоя «мирному и цивилизованному христианскому народу» в лице армян. Такая тактика «по Болгарскому образцу» армянами была избрана целенаправленно в целях инициирования вмешательства в турецкие дела со стороны европейских государств.
        Общеизвестно, что восстание, которое способствовало созданию Болгарского королевства, в значительной степени послужило руководством и по созданию армянского государства. Болгарские революционеры начали восстание в 1876 году. Первым его актом была резня в турецких деревнях, где погибло около 1000 человек. Турки, занятые в это время подавлением мятежа в Сербии, поручили борьбу с восстанием местным нерегулярным силам, соседям тех турок, которые были убиты в ходе восстания. Выступление было жестоко подавлено, погибло от 3000 до 12000 болгар. Страницы европейских газет заполнили жуткие рассказы о так называемых «болгарских ужасах», при этом не упоминались факты массовых убийств турок, с которых все и началось.     Общественное мнение во многих странах, особенно в Британии, обратилось против турок. Хотя Британия обещала поддержку Турции, общественное мнение удержало правительство Дизраэли от вмешательства, когда Россия напала на Османскую Империю в 1877 году. Оставшись лицом к лицу с российской мощью, турки были разбиты и оказались вынужденными покинуть Болгарию. Турецкое меньшинство в Болгарии было сокращено более чем на половину.
     Свыше 260000 мусульман Болгарии было убито или умерло от болезней и голода во время бегства. Еще 515000 были выдворены из страны. Мусульманское население Болгарии, таким образом, сократилось на 52 процента, что составило прочную демографическую основу для создания нового болгарского государства. 
 
     Армяне учли пример Болгарии[25] при планировании своей революции. Этапы восстания были определены следующим образом: 
 
1.Организовать и вооружить отряды повстанцев. 
2. Атаковать тех, от кого в наибольшей степени можно ожидать ответных действий (это касалось чаще всего курдских племен). Жестокие ответные меры приведут к уничтожению многих армян. 
3. Гибель армян окажет огромное влияние на европейское общественное мнение. 
4. Европейское военное вмешательство вынудит османов предоставить автономию, а возможно, и независимость армянам в Восточной Анатолии. 
5. Мусульманское население или уйдет само, или будет выдворено из новой Армении, а все армяне из Турции, Ирана, Америки и Европы переселятся туда, образовав как демографически, так и политически армянское государство.
 
       Европейцы в Турции были согласны с тем, что непосредственной целью армянских агитаторов было разжигание волнений, чтобы вызвать бесчеловечные акты мщения и, таким образом, спровоцировать интервенцию держав. По этой причине армянские националисты отдавали предпочтение работе в тех регионах, где армяне составляли беспомощное меньшинство, с тем, чтобы репрессалии произошли наверняка. Поэтому не удивительно, что армянские комитетчики претворив в жизнь свой дъяволский план, использовали растущую боеспособность курдских воинских формирований в своих грязных планах, стремящихся создать Армянское государство на территориях, где армяне составляли ничем несравнимое меньшинство – 1,5 армян миллиона против 15 миллионов «мусульман» (курдов, турок и других этнических групп) из которых более 3 миллиона были курдами.
     Один из революционеров рассказывал доктору Хэмлину, основателю колледжа Роберта, что гнчакистские отряды «не упустят возможность убивать турок и курдов, предавая огню их деревни, а затем укроются в горах. Взбешенные мусульмане поднимутся и обрушатся на беззащитных армян, причем будут убивать их с таким варварством, что Россия вмешается во имя гуманизма и христианской цивилизации и установит над регионом свой контроль". Когда ужаснувшийся миссионер осудил эту схему как подлинно дьявольскую и самую жестокую из всех, когда-либо известных, он получил следующий ответ: «Она, несомненно, кажется Вам таковой, но мы, армяне, полны решимости стать свободными. Европа внимала рассказам о болгарских ужасах и дала Болгарии свободу. Она услышит наш крик, когда он воплотится в пронзительных воплях и крови миллионов женщин и детей. Мы отчаянны. Мы сделаем это»[26].                  
 
    Таким образом, курды не могли остаться посторонними свидетелями этих по их отношению бесчинств, тем более их вооруженная кавалерия.      Армяне не оставили выбор курдам и они вынуждены были защищать свои семьи, места обитания, будущее…     
   А политика Росси, исходящей не с позиции государственной целесообразности а в поддержку  интересов «христианства» вынудила всегда лояльной к  России курдам в целях выживания выбрать Турцию.  
    

[1]Лазарев Д.Я., ук.соч., с. 44.

[2]ИКИОРГО. 1884 г. Том 8, №2. Таблица народонаселения Эрзерумской области в половине 1878 г. С.4-5.

[3]Копия донесения российского генерального консула в Эрзеруме Н. А. Скрябина императорскому послу в Константинополе. 6 сентября 1903 г. N 309. Секретные донесения российских генеральных консулов в Эрзеруме об армянских погромах в Ване и освободительной борьбе западных армян // Историко-филологический журнал. № 2 (154), 2000

http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Turk/XIX/1880-1900/Arm_pogromy/text1.htm

[4]Карпат, Кемаль Х. Население Османии. Демографическая и социальная характеристика 1830-1914 гг. Издание Университета Винсконцин, 1985., Лондон (на английском языке).

[5]Лазарев Я. Д. Причины бедствий армян в Турции и ответственность за разорение Сасуна. С.33. Тифлис, 1895.

[6]Лазарев Я. Д., ук.соч., с.2. 

[7]Никитин В., ук. соч., с. 212. 

[8]Лисициан С.Д. Историко-этнографические очерки Шатаха. С. 71. Тифлис, 1927.

[9]Лисициан С.Д., ук.соч., С. 75.

[10]Записки генерального консула России в Эрзеруме и Ване генерала Маевского.  Типография Штаба Кавказского Военного Округа. г. Тифлис. 1912. http://www.kurdist.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=130

[11]http://www.artsakh.info/forum/viewtopic.php?p=29898&sid=239122ce2f78becdb6f66a7cb6989296

[12]Записки генерального консула России в Эрзеруме и Ване генерала Маевского. Типография Штаба Кавказского Военного Округа. Г. Тифлис. 1912. http://www.kurdist.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=130&Itemid=1

[13]Армяно-татарская смута на Кавказе, как один из фазисов Армянского вопроса. С.16. Тифлис. Типография штаба Кавказского военного округа. 1915 г.

[14] Etem Xemgin. Osmanli—Safevi Doneminde Kurdistan tarihi. Cilt III. SS. 231-256. Istambul, 1997 (на турецком яз.); Армянский вопрос и Курдский народ. http://www.kurdist.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=202&Itemid=1

[15]Лазарев Д.Я., ук.соч., с. 35.

[16]Копия донесения российского генерального консула в Эрзеруме Н. А. Скрябина императорскому послу в Константинополе. 7 октября 1903 г. N 345. Секретные донесения российских генеральных консулов в Эрзеруме об армянских погромах в Ване и освободительной борьбе западных армян // Историко-филологический журнал. № 2 (154), 2000

http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Turk/XIX/1880-1900/Arm_pogromy/text1.htm

[17]Жорж де Малевил. «Армянская трагедия 1915 г.». С. 84. Перевод с французского. Баку, 1990.

[18]Жорж де Малевил, ук.соч., с. 85.

[19]Мэри Ф. Велд. Islam in modern Turkey: an intellectual biography of Bediuzzaman Said Nursi. USA, State University of New York (SUNY Press), 2005 (Ислам в соврменной Турции. Интеллектуальная биография Бадиуззамана Саида Нурси. Глава 6. Война и плен. Взятие Вана и гуманность Нурси). http://www.nurru.com/modules/cjaycontent/index.php?id=73

[20]Мэри Ф. Велд, ук.соч., там же.  

[21]Танер Акчам. Турецкое национальное «Я»  и армянский вопрос. http://www.armenianhouse.org/akcam/genocide/contents.html

[22]Лидия Анискович. «Дух человеческий свободен!» Александра Львовна Толстая.http://lida.deil.ru/marina/stat9.htm

[23]Дневник русского казака Шестакова А. И.

http://forum.rossija.info/viewtopic.php?t=4141

http://www.predistoria.org/index.php?name=Forums&file=viewforum&f=11

[24]Елисеев Ф.И. Казаки на Кавказском фронте (1914-1917).

[25]Justin McCarthy, Carolyn McCarthy. TURKS and ARMENIANS.  A manual on the Armenian Question.Washington, D.C., 1989

[26]William L.Langer, The diplomacy of Imperialism: 1890-1902, 1960, pages 157-158, quoting a letter from Dr.Cyrus Hamlin which appeared in the Boston Congregationalist of December 23, 1893.

Лятиф Маммад

Связанные темы:

Страницы истории

Наследие Ашшура или конструкт арамеев?

Опубликованный

2 недели назад

вкл .

30.07.2026

Автор:

Современные ассирийцы сквозь призму языка, географии и политики

Камиз Шеддади

Современные ассирийцы – этнорелигиозная община, насчитывающая несколько миллионов человек, разбросанных по всему миру. Согласно широко распространённой версии, они являются прямыми потомками древних жителей Ассирийской империи – народа, говорившего на аккадском языке и создавшего одну из первых великих держав в Месопотамии. Эта точка зрения стала краеугольным камнем современного ассирийского национализма и активно поддерживается как самой общиной, так и некоторыми исследователями.

Однако существует и альтернативный взгляд, который подвергает сомнению эту преемственность. В данной статье мы последовательно разберём ключевые аргументы обеих сторон и покажем, что версия о прямом происхождении современных ассирийцев от древних ашшурцев не выдерживает критического анализа. Вместо этого мы предложим более экономное объяснение, согласно которому современные ассирийцы – это потомки арамеев, принявших христианство, которые в церковно-политических целях присвоили себе престижное имя древней империи.

Языковой вопрос: аккадский против арамейского

Главное и наиболее очевидное противоречие заключается в языке. Древние ассирийцы говорили на аккадском языке, относящемся к восточносемитской ветви. Этот язык был полностью вытеснен арамейским уже в первые века до нашей эры и окончательно исчез как разговорный к V веку н.э. Современные ассирийцы говорят на новоарамейских диалектах, которые являются прямыми потомками арамейского, но не аккадского.

Сторонники преемственности указывают на наличие в новоарамейском языке аккадских слов-субстратов, которые, по их мнению, доказывают, что носители языка являются прямыми потомками аккадцев. Однако этот аргумент не выдерживает проверки. Аккадские заимствования присутствуют также в арабском и иврите – но никто не утверждает, что арабы или евреи являются потомками ассирийцев. Более того, аккадские слова в новоарамейском могли попасть туда через длительный языковой контакт, а не через прямое наследование.

Подобные процессы – обычное явление в истории языков. В английском языке есть кельтские субстратные слова (Avon, Combe, Tor), но англичане не являются потомками кельтов. Во французском есть галльские слова (Bougie, Char), но французы не прямые потомки галлов. В русском есть финно-угорские слова (тундра, пурга), но русские – не финно-угры. Таким образом, наличие аккадских слов в новоарамейском является следствием длительного сосуществования языков, а не доказательством этнического наследования.

Географический аспект: Ниневия, Хаккари и Кордуена

Второй серьёзный аргумент касается географии. Сторонники традиционной версии часто утверждают, что древние ассирийцы после падения Ниневии (612 г. до н.э.) укрылись в недоступных горах Хаккари и Урмии, сохранив там свою идентичность на протяжении тысячелетий. Однако исторические источники и археологические данные показывают иное.

После падения Ниневии основное население Ассирии не бежало в горы. Жители остались на своих землях и стали подданными Нововавилонского царства. Вавилоняне восприняли ассирийские культурные традиции, а бог Мардук, который некогда был главным божеством Ашшура, был возвеличен в Вавилоне. Никаких свидетельств массового исхода в горы нет.

Горы Хаккари в античности были известны как Кордуена – страна кардухов, о которых писал ещё Ксенофонт в V веке до н.э. Кардухи – это ираноязычные племена, предки современных курдов, а не семитские ассирийцы. Современные ассирийцы действительно оказались в этом горном регионе, но значительно позже –спасаясь от преследований со стороны Сасанидского зороастризма и позже – от арабских завоеваний. Они не были исконными обитателями этих гор; они пришли туда, уже будучи христианами и арамееязычными.

Таким образом, географическая привязка «ассирийцы = горцы Хаккари» не подтверждается древней историей. Предки современных ассирийцев тысячу лет жили на равнинах и лишь в Средневековье переместились в горы в результате гонений.

Христианизация: Арам, а не Ашшур

Принятие христианства – ещё один ключевой пункт. Согласно церковному преданию, апостолы Фаддей (Аддай) и Варфоломей принесли христианство в Северную Месопотамию уже в I веке. Центром раннего христианства стал город Эдесса (современная Урфа на Северном (Турецком) Курдистане). Именно здесь около 200 года н.э. царь Абгар IX объявил христианство государственной религией в своём небольшом царстве Осроена.

Но Эдесса – это исторический Арам, а не Ашшур. Здесь говорили на западноарамейском диалекте, и именно здесь была создана Сирийская Библия (Пешитта). Апостолы проповедовали среди арамеев, а не специально среди бывших ашшурцев. В регионе в то время жило множество народов – персы, курды, евреи, арабы – и все они принимали христианство. Однако лишь та община, которая говорила на арамейском и жила вокруг Эдессы, создала устойчивую церковную традицию. Нет оснований считать, что эти христиане были именно потомками ашшурцев. Логичнее предположить, что первая христианская община на арамейском языке была арамейской по этническому составу.

Церковные расколы и формирование идентичности

В V веке произошёл раскол между восточными и западными христианами-сирийцами. Западная церковь, центром которой оставались Эдесса и Антиохия, удерживала связь с Византией. Восточная церковь, сосредоточенная в столице Сасанидской империи Ктесифоне, пошла своим путём – так возникла Церковь Востока.

В ходе этого раскола каждая из сторон искала себе авторитетные древние корни. Западные назвали себя «арамеями» (или сирийцами) – по имени библейского патриарха Арама. Восточные же выбрали имя «Ашшур» – в честь древней империи, которая когда-то доминировала в Месопотамии. Это был политический и церковный бренд, аналогичный тому, как армяне возводят себя к Ною, а арабы – к Аврааму. Никакого реального этнического происхождения от ашшурцев в этом выборе не было – было лишь желание получить древний и престижный географический ярлык, который укрепил бы авторитет церкви и её паствы.

Важно подчеркнуть, что это не уникальное явление. Армянская церковь ведет свою историю от Ноя. Мусульманские династии возводили себя к Исмаилу, сыну Авраама. Грузины, абхазы и многие другие народы Кавказа имеют свои легенды о происхождении от библейских праотцов. Это естественный способ утвердить свою древность и богоизбранность. Имя «Ашшур» было одним из самых мощных в регионе: империя, правившая всем Ближним Востоком, чьи цари упоминаются в Библии. Для церкви, боровшейся за независимость от западных иерархов, взять такое имя было гениальным ходом.

Диалектные различия как ложный маркер

Сторонники традиционной версии часто утверждают, что восточные и западные диалекты арамейского разделились ещё до нашей эры, и это доказывает этническое различие между ассирийцами и арамеями. Однако диалект не является этническим маркером. В курдском языке существует несколько диалектов (курманджи, сорани, горани, заза), но все их носители считают себя курдами. Точно так же арамеязычные христиане могли говорить на восточных диалектах в Хаккари и Урмии, а на западных – в Сирии и Ливане, но при этом иметь общее происхождение. Диалектные различия – это следствие географической изоляции, а не этнической предыстории.

Генетические данные: общий субстрат, а не уникальное наследие

Генетические исследования часто приводятся в пользу ассирийской преемственности. Однако они не дают однозначного ответа. Современные ассирийцы действительно имеют древние гены, но не уникальные. Те же гены присутствуют у курдов, халдеев, армян, арабов-христиан и даже некоторых мусульманских групп. Это не доказывает прямого происхождения от Ашшура, а лишь показывает, что все народы региона имеют общий древний субстрат. Генетика не является решающим аргументом – она свидетельствует о смешении и общих корнях, но не о прямой линии от древних ассирийцев к современным ассирийцам.

Разбор последних опор традиционной версии

После анализа языка, географии, истории христианизации и генетики остаются три последних аргумента, на которые опираются сторонники преемственности.

Первый – самоназвание и письменная традиция. Утверждается, что восточные христиане называли себя «ашшурцами» ещё в IV веке, и это доказывает их происхождение. Однако арамейский язык и письменность были общими для множества народов региона – арамеев, иудеев, мандеев. Название «Ашшур» могло быть политическим брендом, как у армян или арабов, которые возводили себя к библейским праотцам. Нет ни одного письменного свидетельства, что крестьяне в горах Хаккари называли себя «ашшурцами» в быту до XIX века.

Второй – генетическая уникальность. Как уже было сказано, общие древние гены есть у всех народов региона. Нет уникального ассирийского генетического маркера, который бы отличал их от соседей.

Третий – диалектные различия. Этот аргумент опровергается примером курдов, у которых разные диалекты, но единая этническая идентичность. Диалект не является этническим маркером.

Таким образом, все три аргумента не выдерживают критики.

Заключение

Современные ассирийцы – это не потомки аккадцев, а потомки тех арамеев, которые приняли христианство в I–III веках на территории Северной Месопотамии (Арама). Их язык – новоарамейский, их первые церковные центры – Эдесса и Ктесифон, их культура и богослужение – сирийские (арамейские).

Имя «Ашшур» было присвоено ими в церковно-политических целях в период раскола V века, чтобы подчеркнуть свою независимость и древность. Это стандартная практика для всех ближневосточных народов, и нет никаких серьёзных оснований считать, что у ассирийцев она имела более глубокие корни, чем у других народов региона.

Версия о прямой этнической преемственности от древней Ассирии остаётся лишь удобной легендой, но не подтверждается ни языком, ни географией, ни хронологией христианизации, ни историей конструирования идентичностей, ни генетикой.

Современные ассирийцы – наследники арамеев, которые блестяще использовали имперский бренд Ашшура для сохранения своей уникальной религиозной и культурной традиции.

Продолжить Чтение

Страницы истории

Рукопись Матенадарана № 7117 и вопрос о языковых и национальных корнях курдского народа

Опубликованный

3 недели назад

вкл .

27.07.2026

Автор:

Акрам Мухаммад

Вопрос документирования первых этапов письменности и записи на курдском языке является одной из наиболее маргинализированных научных областей — либо из-за географических препятствий, либо в результате накопившихся политических и исторических расчетов на Ближнем Востоке, которые были направлены на то, чтобы изобразить курдов как народ, не имеющий древней исторической письменности и самостоятельной устойчивой языковой идентичности в Средние века. Однако серьезные академические исследования в области кодикологии и сравнительного языкознания сумели деконструировать эти исключающие нарративы благодаря обнаружению чрезвычайно редких документов, составленных соседями курдов из числа народов региона. Во главе этих археологических сокровищ стоит то, что в мировых научных кругах известно как «Матенадаранская рукопись № 7117», хранящаяся в Институте древних рукописей имени Месропа Маштоца в столице Армении Ереване.

Этот редкий памятник, переписанный в его нынешнем виде в 1442 году н. э., представляет собой не просто рядовой христианский религиозный кодекс, а является своего рода национальным и лингвистическим «Розеттским камнем», который приподнимает завесу над полной курдской исторической правдой, неопровержимо доказывая подлинность их языка, укоренённость их самобытной идентичности и глубину их демографического сосуществования в регионах Ближнего Востока.

Чтобы понять материальную, историко-географическую структуру этой рукописи, необходимо деконструировать её археологический контекст, отойдя от поверхностного взгляда. Данный том — не отдельный лист и не единичный текст, а сложный богословский и апологетический сборник, составленный в монастырях Средневековья в качестве комплексного справочного руководства по алфавитам и живым языкам, на которых говорили в окружающих регионах. Курдский материал в этом томе занимает страницы с 142 по 145, а именно — лицевую сторону страницы 145. Ручное копирование нынешнего тома было осуществлено в церкви Святой Девы при историческом монастыре Мицопаванк, расположенном к северо-западу от города Арджиш (ныне известного как город Эрджиш близ озера Ван в Северном Курдистане). Эта запись была сделана рукой профессионального монаха Ованнеса под непосредственным руководством и наблюдением видного армянского историка и богослова Фомы Мицопского. Однако более глубокий географический секрет, раскрываемый маргиналиями рукописи и прилагаемыми к ней записными пометами, показывает, что этот текст родился не в регионе Вана, а был перенесён как готовое и сохранившееся содержание морем из монастырей Крымского полуострова на Чёрном море, откуда его привёз армянский патриарх Киракос Варагский во время своего возвращения в Анатолию[1] . Эта географическая миграция текста доказывает исторический факт первостепенной важности: курдское языковое содержание написано гораздо раньше даты его копирования в 1442 году и использовалось и составлялось как литургический и обрядовый материал за много десятилетий до этой даты в сообществах Причерноморья и Южного Кавказа.

Первая курдская историческая правда, которую долгое время замалчивали, проявляется в том тайном названии, которое рукопись дала тексту. Армянский монах не написал над молитвой слово «курдский», а озаглавил её официально на древнеармянском языке фразой «Маран лизу» или «Марац», что буквально означает «язык мидийцев». Этот словесный выбор является шоком для историков, пытавшихся отделить курдов от их древних корней; он представляет собой сильнейший нейтральный исторический документ, составленный третьей стороной (Армянской церковью) в XV веке, подтверждающий, что соседи курдов видели в них прямых потомков Древней Мидийской империи, а их язык — естественным развитием мидийского языка. И поскольку курдский язык в ту эпоху не обладал унифицированной и утверждённой системой письма, монах применил лингвистическую уловку, известную как «армянский каршуни» — приспособление 38 букв армянского алфавита для фонетической записи слов другого индоевропейского языка. Перед писцом стояли огромные проблемы при передаче сложных фарингальных и взрывных звуков курдской речи, поэтому он изобрёл уникальные буквосочетания для точной передачи произношения буквы «خ» (ха) и напряжённой «П», чтобы монахи и чтецы могли читать молитву со стопроцентно правильным курдским акцентом перед жителями гор.

Текст, записанный в рукописи, представляет собой курдскую версию известной восточной литургической песни «Трисвятое». При дешифровке её лингвистического кода, осуществлённой британским иранистом Дэвидом Нилом Маккензи в 1961 году, содержание на древнеармянском языке выглядит следующим образом:


«Փաքէժ Խօդէ، փաքէժ ու զահմ، փաքէժ վէմարգ քոյ խաթի խաչէ ǝշկǝրմա րահմաթէ ما»

При академической латинской реконструкции произношения фраза читается как:
«Pakēž Xōdê, pakēž u zahm, pakēž vēmarg k’oy xat’i xač’ē ǝškǝrma rahmat’ē ma» [2] .

Структурное лингвистическое сравнение этого среднекурдского текста с современным курдским языком раскрывает поразительный научный факт:

· Слово «бакеж» (Pakēž) является прямым предком слова «бак» (pak) — «святой, чистый».

· Слово «Ходэ» (Xōdê) — это современное произношение Xwedê — «Господь миров».

· Чудесной особенностью текста является сохранение полностью исчезнувших в современных диалектах слов, таких как «вазаhм» (zahm) — «могущественный, сильный», которое сегодня трансформировалось в конструкцию «бихез» (bihêz) [3].

· Слово «вемарг» (vēmarg) — это древнее лингвистическое образование, состоящее из примитивной частицы отрицания «ви» (vē) и арийского корня смерти «мардж» (marg), означающее «бессмертный, который не умирает», и заменяемое в современной грамматике на слово «намире» (namire).
· Также в тексте появляется инструмент объектного падежа и встроенное местоимение «ишкырма» (ǝškǝrma), которое трансформировалось в современное «джи бо ма» (ji bo me) — «ради нас».

Таким образом, полный и окончательный богословский перевод содержания рукописи на арабский язык (здесь даётся на русском) звучит так:
«Свят Бог, Свят Могущественный, Свят Бессмертный, о Тот, Кто пришёл на Крест ради нас, помилуй нас».

Политическая и социальная ценность этой рукописи выходит далеко за рамки простого лингвистического документирования, раскрывая характер забытого демографического и религиозного присутствия курдов. Составление молитвы в лёгкой, ритмичной, музыкально соразмерной стихотворно-литургической форме подтверждает, что церковь не создавала этот текст как сухой академический документ для хранения в тёмных библиотеках, а составила его для публичного пения и напевного исполнения перед простым курдским народом, чтобы они понимали его в местах богослужения. Это открытие представляет собой неопровержимое доказательство существования целых курдских общин и племён, исповедовавших восточное христианство и использующих курдский язык как средство ежедневного богослужения и обрядов в регионах бассейна Вана и Чёрного моря, до того как ожесточённые войны и демографические и политические конфликты между Османской и Сефевидской империями в XVI–XVII веках привели к изменению всей религиозной и социальной карты региона и растворению этого забытого исторического пласта.

Более того, рукопись № 7117 связана с огромной важностью, благодаря которой она занимает высокое место в реестре «Память мира» ЮНЕСКО. На странице 145, лицевой стороне, непосредственно рядом с курдским текстом, монах-переписчик поместил единственное сохранившееся в мире учебное и историческое руководство по алфавиту Кавказской Албании, состоящему из 52 букв. Если бы грузинский учёный Илья Абуладзе не обнаружил эту рукопись в сентябре 1937 года, алфавит этого исчезнувшего царства был бы утерян навсегда, а каменные надписи в Азербайджане и Грузии остались бы неразгаданными тайнами. Писец поместил курдско-мидийский гимн как часть этой уникальной лингвистической лаборатории, собрав в ней песнопение Трисвятого на восьми господствовавших тогда мировых и восточных языках (латинском, греческом, армянском, грузинском, персидском, арабском, сирийском и курдском), признавая тем самым курдский язык как полностью зрелый и независимый, обладающий собственной целостной морфологической и синтаксической системой со времён Средневековья, а не просто разрозненные устные диалекты без истории письменной фиксации.

****

Источники и литература:

· Официальные каталоги рукописей Института Еревана:
  · Mayr Tsutsak Dzeragrats Mashtotsi Anvan Matenadarani (Большой каталог рукописей Матенадарана им. Маштоца), Том VII, Ереван, Армения.

· Лингвистические и востоковедческие исследования:
  · MacKenzie, D. N. (1961). The Language of the Medes. Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London.

  · Abuladze, Ilia. (1938). The Discovery of the Alphabet of the Caucasian Albanians. Bulletin of the Institute of Language, History and Material Culture, Tbilisi.
  · Gippert, Jost & Schulze, Wolfgang. (2007). The Palimpsests of Mount Sinai and the Caucasian Albanian Alphabet. Monumenta Georgica Typica.

· Курдологические источники и труды:

  · Хазендар, Маруф. (2002). История курдской литературы, Часть первая, Эрбиль.
  · Kovara Akademî ya Kurdî (Курдский академический журнал), лингвистические исследования и статьи о рукописях и мигрировавших прото-курманджийских текстах в Армении и России, Эрбиль.

  · Публикации Ереванского курдского института, касающиеся непосредственного полевого исследования изображений оригинальной рукописи и их сравнения с современными курдскими диалектами.

****

Комментарий от Камиза Шеддади:

[1] Как известно, после падения правления Шеддадидов в Гяндже, одна из ветвей этого же рода продолжала править в городе Ани вплоть до 1201 года. Затем власть в Анийском эмирате перешла к роду Мхаргрдзели (Милдирэджан), которые были курдами-христианами и состояли на службе у грузинского царя в качестве военачальников его армии. С приходом монголов и хорезмийцев Анийский эмират пал. Население Ани состояло из курдов-мусульман, курдов-христиан и армян.

Армянские историки утверждают, что из-за притеснений со стороны монголов и сельджуков, а также из-за землетрясений, жители Ани переселились на Крымский полуостров. Как видно, данный документ был написан в монастыре Ани и уже в период переселения попал в Крым.

[2] Молитва на курдском, армянскими буквами:

Փաքէժ Խօդէ، փաքէժ ու զահմ، փաքէժ վէմարգ քոյ խաթի խաչէ ǝշկǝրմա րահմաթէ »

Транслитерацию на курдсую латиницу  этого тек:

Paqij Xwedê, paqij û zexm.
Paqij û vê merq (bê mirin), ku hatî xaçê «eşkerma rehmetê me» (ji bona xilasiya me).

В христианской традиции «paqij» в отношении Бога переводится не как «чистый», а как «Святой», а «zexm» — как «Всемогущий» (или «Крепкий», «Могучий»).

Вот как эта молитва естественно звучала бы по-русски в церковно-молитвенном стиле:
«Святый Боже, Святый Крепкий,
Святый Бессмертный,
пришедший на крест ради спасения нашего.»
Этот вариант точно повторяет структуру классической трисвятой (Sanctus) — «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас», которая есть в православии и восточных обрядах.

А если чуть расширить, чтобы передать смысл «ku hatî xaçê»:

«Святый Боже, Святый Всемогущий,
Святый Бессмертный,
на крест пришедший во спасение наше.»
Или ещё более привычно для уха русского христианина:

«Боже Святый, Крепкий и Бессмертный,
пришедший на Крест ради нашего спасения.»

[3] От редакции www.kurdist.ru: В текста vazahm/zahm и /bihez/ — разные понятия. Bihez – сила, могущество;  vazahm/zahm и поныне курды применяют как zehm (zexm, sehm) и означает внушение страха, ужаса, трепет.

Продолжить Чтение

Популярные публикации