Часть езидов считает, что у Бога есть 1001 имя, и одно из них «Эзид». Эта интерпретация отражена в езидских литургических стихах:

«Султан Эзид — воистину царь, Он дал себе 1001 имя. Но величайшее из имён — Хведа».

 

В Medhê Xwedê -Хвала Богу сказано:

 

Ye Rebî bidî, хwatirê hezar yek nаvê хwе,

О, Владыка, яви милость ради тысячи и

одного своих имён,

Хаtirê хаs u qelendare,

Милость избранным и дервишам,

Хаtirê ewliya, hemiya,

Милость святым и всем сущим,

Тû bidî хwatirê dua qebule,

Милость, как признание принятых молитв,

Кîjan çem te хwedanê maş-beretin,

Которые в царствии твоём [знак]

вознаграждения и благословения.

Другая половина адептов, опираясь на молитву

 

«Dirozge»:

 

Ya rebî, xatira hezar yek navê xweki,

О, Господь во славу своих тысяча и

одного имени,

Xatira, dû hezar dû navê xweki,

Ради двух тысяч и двух имён,

Xatira, sê hezar sê navê xweki,

Ради трёх тысяч и трёх имён,

 

утверждает, что у Бога 3003 имени. При этом в первом, и во втором случаях в священных текстах поминается только о количестве имён, а сами имена остаются не раскрытыми. По-чему?

     Однажды Создатель спросил пророка Адама: «Сколько у Меня имён?». Адам ответил: «Всё — имя Твоё, Господь мой!». Адам знал, что всё, окружающее его, сотворено Всевышним, поэтому он во всём видел Всевышнего и Его могущество. Именно в слова пророка Адама: «Всё — имя Твоё!» — и вложен смысл проявления Божьего могущества во всём.

 

     В одноимённом «Qewlê hezar û yek nava» Гимне о 1001 имени, сказано:

 

1.Padşê min bi hezar û yek nav e,

Мой Правитель с тысячью и одним именем,

Ev dinya li ba wî seat û gav e,

Этот мир для него, миг и шаг,

Ew dizane li behra çend keşkûl av e,

Он знает, сколько в море чаш воды,

Li besta çend kevir dinav е,

Сколько в просторах камней,

Ewî Hewa kir e bûk Adem kir e zav e.

Он сделал Еву невестой, а Адама – женихом.

 

2. Çendî panîye (banîyе), çendî pesar e,

Сколько народов и сколько их потомков,

Çendî berî ye, çendî behr e,

Сколько суши и морей,

Hemû li ser kefa Siltan Êzî ye.

Все в ведении [на длани] Властелина Эзи (Эзида).

 

3. Padşê min yî bêrî ye,

Повелитель мой – благочестивый,

Xwezî min bi zanî ye,

Смогу ли я узнать [получить зна-ния],

Ka, ga mezintire an (yen) masî ye.

Кто величественнее Телец или Рыба.

 

4. Şirûta min ji vê ye ,

Соглашение мое [исходит] от этого,

Tefteş ji vê cewabê ye,

Проверка [испытание] — этим зна-нием [сообщением],

Masî heft car mezintire ji gê ye.

Рыба в семь раз величественнее Тельца.

 

5. Birme ber destê wî hostay,

[Бог] Вверил меня в руки этого наставника.

Heft Melek sekinîne li ber wî gay,

Семь Мелеков [властителей] стоят перед этим Тельцом,

Her heft xas û qelenderên padşay.

Все семеро избранные аскеты Правителя.

 

6. Padşê min yî bêrî ye,

Правитель мой — Творец,

Ewan Xasa mîr anî ye,

Этим избранным назначил эмира [повелителя],

Serwerê her hefta Melekê Adî ye.

Главенствует над всеми семью Мелек [властитель] Ади.

 

7. Ew behra (bêrа) bi nav nisê (nеsеb) bi оn e,

Эта праведность с именем родствa явленая,

Birayê (bireyê) wan şeq оn e,

Братство их — Божественная сущ-ность,

Kesek ji wan re diоne,

Каждый из них явленный,

Her heft bûne Melekên zemоn e.

Все семеро стали властителями веч-ности.

 

8. Her hefta jê ve dxiwar e (di xiwar e),

Все семеро из нее [праведности] испили,

Dur me wicî, bû behre,

Жемчужина осталась на месте [в целости], и разлилась морем,

Kasek ji wan ra dihinar e,

Одна чаша им предназначена [появилась, стало очевидной],

Ga û masî jê ve dxiwar e (di xiwar e),

Бык [Телец] и Рыба из нее испили,

Lew ser pişta xwe qebûl kirin,

В согласии приняли [раставили] на свою спину,

Deşt, banî (bi anî), berî û behre.

Долины, горы, землю и воды [моря].

 

9. Hate ba sure xwedanê kas ê,

Раскрылись тайны обладателю [покровителю] чаши,

Hey riknî ji esas ê,

Предвечные столпы, основы [веры],

Siltan Êzîye bi xwe xwedanê kas ê.

Властелин Эзи есть [сам] обладатель [покровитель] чаши.

 

10. Ew kas da Şêx Misafir,

Эту чашу дал [вручил] шейху Мусафиру,

Hey welîyî çendî faxir,

Предвечному святому, великой славе, [гордости, чести],

Lew(x) sura padşa hate ba te ji ewil, heta bi axir.

Тайна скрижали раскрылась тебе Правителя прежде, чем ты ушел в загробный мир.

 

11. Ew kas Şêx Beraket e,

Эта чаша Шейха Бараката,

Xelat kir bi heft xelat e,

Дар превратила [сделала] в семь даров,

Lew jiörda firî çû semawat e.

Скрижаль вверх вознеслась, достигла небес.

 

12. Ew kas da Êzdîne Mîr e,

Эту чашу дал Эздину Миру,

Ew li dinê û axretê xebîr e,

 Он ведает об этом и о загробном мире,

Li dinê û axretê sekinîn e,

Этот и загробный мир стоит [дер-жится],

Ser milê Şemsedîn û Melik Fexredîn e.

На плечах Шамсадина и правителя Фахрадина.

 

13. Ew kas da Şêxûbekir,

Эту чашу дал Шехубакру,

Hey şirînî yi weke şekir,

Вечному сладостному, подобно саха-ру,

Padşay keremek bi te kir,

Правитель [Господь] милость к тебе проявил,

Lew ciyê xwe li ba te (kir).

Скрижаль обрела в тебе свое место [ты стал хранителем знаний].

 

14. Ew kas da Şemsê Êzdîn e,

Эту чашу он вручил Шамсу Эздину,

Mifte û kilîtên qudretê bi destê wî ne,

Ключи и замки власти в его руках,

Li erda û ezmana girtin û berdan bêyî şêşim nîne?

От земли и небес удержание и отпускание без Шешамса не происходит.

 

15. Ew kas da Şêxê sunet ê,

 Эту чашу дал [вам] шейх Сунната,

Kerem ji Xwedê wê kasê bore tê.

Милость Бога в этой чаше — твоя ноша [доля, участь].

 

16. Sîhîd, Pêxember bi wê kasê dibû mest e,

Сейид [господин] Посланник этой чашей опьянел [получил знания],

Ewê ne pê hebû, ne dest e,

Он не имел [был лишен] ни ног, ни рук,

Lew siltan Êzî ronahî li ber xist e.

Скрижаль озарила Властелина Эзи.

 

17. Sêsed û şêst û şeş nebî di mursî li in,

366 пророков наследуют,

Hemû ji wê kasê di xemil in,

Все от [испития]этой чаши украси-лись,

Hemû li ber hikmeta siltan zîn in.

Все пред мудростью Властелина Эзи находятся.

Ya siltan Êzî tu yê li erda, yê li ezman a,

О, Властелин Эзи, ты сущий на земле, сущий на небесах,

Tu yê li behra, tu yê li binyan a,

Ты для пользы, ты для запрета [удержания],

Tu yê li zara, tu yê li ziman a,

Ты для плача, ты для речи [слова],

Tu yê li çiya, tu yê li sikana,

Для тех, кто в пути и тех, кто в обители,

Miraza em ji te dixwazîn dîne û îman a.

Счастье мы у тебя просим [молим] — это вера и убеждение.

 

     Что это, ошибка в передаче названия кавла? Ведь гимн посвящен Властелину (Султану) Эзиду, шейху Ади и другим езидским святым. При этом нет и намека на то, какое отношение имеют езидские святые к именам Бога? Кто тот таинственный потомок Пророка без рук и без ног, фигурирующий в кавле? О каких 366 пророках упоминается, и что это за наследие? И главное, сколько в езидизме имён Бога?

 

     При внимательном прочтении текста кавла обращают на себя внимание следующие обстоятельства:

 

(1) «Padşê min bi hezar û yek nav e» — Мой Правитель с тысячью и одним именем, — указывает, что речь идёт о Боге (Padşe, Правитель — эпитет Бога)», у которого 1001 имён;

 

(2) Hemû li ser kefa Siltan Êzî ye — Всё в ведении [на длани] Властелина Эзи.

«Султан», как термин употребляется в обращении к творению [человеку]. «Султан Эзи» — получившая распространение в езидизме форма поминания имени Абу Язида Бистами. Как мы знаем из предыдущей главы, Баязид Бистами совершил духовный мирадж (восхождение) и в своей любви к создателю достиг полного растворения в нём [приобрел состояние фана]. В этом состоянии личность исчезает и приобретает атрибуты Бога. Вместо «раба» — «абде Ходе» появляется Господь. Таким образом, Властелин Эзи и Ходе стали одной сущностью, и через него Бог передаёт «Бени Адам» — роду человеческому свою волю и сакральные знания, что и послужило для езидов поводом ошибочно отождествлять имя Эзи как одно из имён Ходе. То, что Властелин Эзи не Бог явствует из 9-го стиха:

 

Hate ba sure xwedanê kas ê,

Раскрылась тайна обладателю [покровителю] чаши,

Hey rikno ji esas ê,

Предвечные столпы, основы [веры],

Siltan Êzîye bi xwe xwedanê kas ê.

Властелин Эзи есть [сам] обладатель [покровитель] чаши.

 

     Если бы Властелин Эзи был Богом, то, изначально владел бы этими знаниями. Как точно отметил Хамид аль-Газали: «Достижение Бога не подразумевает соединения тел, Бог превыше этого».

 

В 5-ом стихе читаем:

 

Birme ber destê wî hostay,

[Бог] Вверил меня в руки этого наставника.

Heft Melek sekinîne li ber wî gay,

Семь Мелеков [властителей] стоят перед этим тельцом,

Her heft xas û qelenderên padşay.

Все семеро избранные аскеты Правителя.

 

     До сих пор, распространено ошибочное мнение «Heft Melek» — это семь небесных ангелов. Однако, опираясь непосредственно на данный кавл, отметим, что ангелы не могут быть «xas(ами)» — особой элитой, избранными, и (или) «qelender(ами)» — странствующими дервишами. Однозначно, «Heft Melek» это не кто иные, как святые. Число «семь» это особый чин святых в суфизме — «абрары», о которых подробнее скажем ниже.

 

В 6-ом стихе отмечена особая роль и место шейха Ади среди остальных избранных:

 

Padşê min yî bêrî ye,

Правитель мой — Творец,

Ewan Xasa mîr anî ye,

Этим избранным назначил эмира [повелителя],

Serwerê her hefta Melekê Adî ye.

Главенствует над всеми семью Мелек [властитель] Ади

 

и подчёркивается его статус — божьей властью поставлен «mîr(ом)» — эмиром над остальными избранными.

     Некто Абу Язида спросил: «Кто такой эмир?» Он ответил: «Тот, кому не оставлено выбора, и для кого осталось лишь то, что избирает Господь».

 

9-10 стихи кавла:

 

Hate ba sure xwedanê kas ê,

Раскрылась тайна обладателю [покровителю] чаши,

Hey riknî ji esas ê,

Предвечные столпы, основы [веры],

Siltan Êzîye bi xwe xwedanê kas ê.

Властелин Эзи есть [сам] обладатель [покровитель] чаши.

 

Ew kas da Şêx Misafir,

Эту чашу дал [вручил] шейху Мусафиру,

Hey welîyî çendî faxir,

Предвечному святому, великой славе, [гордости, чести],

Lew sura padşa hate ba te ji ewil, heta bi axir.

Тайна скрижали раскрылась тебе Правителя прежде, чем ты ушел в загробный мир.

 

 

     Чашу познания шейх Ади получил из рук Султана Эзида, — подтверждает духовную преемственность — «силсилат альвирд». За приобретенные «истинные знания», шейх Ади уже при жизни был признан — «Hey Welîyo»:

•Нey — от 62-го имени Аллаха в значении Вечно Живой, Предвечный;

•Welîy — близко стоящий к Богу, т.е. — святой; «друг Бога». «Одним из центральных представлений суфизма является исламское учение о святости (валайя, или вилайя), которая свидетельствует о близости к Богу, а также о Божьем заступничестве. Святой (вали, мн. ч. аулийа) был той фигурой, которая могла просить заступничества перед Богом, подобно тому, как феодальный вельможа мог выступать ходатаем перед властителем. Близость святого к Богу и тем самым его авторитет изначально интересовали суфизм с его незыблемыми идеалами и неизменным обличением мирской власти».

 

Что кавл являктся езидским подтверждается стихами 9— 14

 

Siltan Êzîye bi xwe xwedanê kas ê.

Властелин Эзи есть [сам] обладатель [покровитель] чаши

Первым приобрел сокровенные знания Султана Эзи;

 

Ew kas da Şêx Misafir,

Эту чашу дал [вручил] шейху Мусафиру,

Следующим в цепи приемственности был шейх Ади ибн Мусафир;

 

Ew kas Şêx Beraket e,

Эта чаша Шейха Баракату,

Далее знания переши к племяннику Шихади Абуль-Баракату ибн Сахр ибн Мусафиру;

 

Ew kas da Êzdîne Mоr e,

Эту чашу вручил Эздину Миру,

Ew kas da Şêxûbekir,

Эту чашу вручил Шехубакру,

Эти знания унаследовали и Эздине Мир и Шехубакр;

 

Li dinê û axretê sekinîn e,

Этот и загробный мир стоит [дер-жится],

Ser milê Şemsedîn û Melik Fexredîn e.

На плечах Шамсадина и правителя Фахрадина.

 

Носителямителями этого учения стали Шамсадин и Фахрадин.

 

в то же время кавл передает суфийские традиции, что отмечено в стихах 14—17:

 

(14) Ew kas da Şemsê Êzdîn e, Mifte û kilîlên qudretê, — Эту чашу он вручил Шамсу Эздину, Ключи и замки власти в его руках;

     Как мы уже говорили, суфийская традиция гласит, что каждый верующий должен знать и верить, что у него есть сокровенные сокровища и что невозможно заполучить ключи, кроме как у Учителя .

 

(15) Ew kas da Şêxê sunet ê, Kerem ji Xwedê wê kasê bore tê, — Эту чашу дал [вам] шейх Сунната [последователь сунны Пророка], Милость Бога в этой чаше — твоя ноша [доля, участь].

     Выражение Şêxê sunet ê — шейх Сунната — думаю, не требует дополнительного разъяснения о его приверженности к шариату. Суфизм учит: «Шариат — это корень, тарикат — ветвь, а хакика — плод. Не следует думать, что ты найдёшь плод иначе, как через посредство существования корней и ветвей, а ветви не могут существовать иначе, как через посредство корней. Тот, кто привержен шариату, но не следует Пути, обречён на погибель. Тот, кто следует Пути, но не привержен шариату, — еретик (зиндик)».

 

16. Sîhîd, Pêxember bi wê kasê dibû mest e,

Сейид [господин] Посланник этой чашей опьянел [получил знания],

Ewê ne pê hebû, ne dest e,

Он не имел [был лишен] ни ног, ни рук,

Lew siltan Êzî ronahî li ber xist e.

Скрижаль озарила Властелина Эзи.

 

Sîhîd, Pêxember — Сейид — обычно подразумевает потомка Посланника, в суфизме — в значении тот, который возносил свою силсилу к Пророку Мухаммаду.

 

wê kasê di bû mest e — этой чашей опьянел.

     «В отличие от трезвого и владеющего собой путешественника, некоторые души оказывались пленёнными притягательностью (джазб) Божественных энергий. Эти «безумцы Божьи» утрачивали обычную рассудительность и могли казаться сумасшедшими. Независимо от того, было ли такое их состояние временным или постоянным, те, кто мог в нём пребывать (перс, маст — опьянённые), часто виделись святыми угодниками, их опекал и почитал обычный люд».

 

Ewî ne pê hebû ne dest e — Он не имел [был лишён] ни ног, ни рук»;

Намёк на первого мученика суфизма Хусайна ибн Мансура Халладжа, которого ортодоксы ислама предали бичеванию при большом скоплении народа. После отсечения рук и ног вздёрнули на дыбу и выставили на всеобщее обозрение, а на следующий день ему отрубили голову. Поводом столь жестокой расправы послужила, как уже отмечалась, фраза: «Я — Бог» [Ана-ль Хакк], которую он произнёс в состоянии озарения, осознавая, что все его слова, действия, поступки являются исполненными самим Богом.

 

17. Sêsed û şêst û şeş nebî di mursî li in,

366 пророков наследуют,

Hemû ji wê kasê di xemil in,

Все от [испития]этой чаши украсились,

Hemû li ber hikmeta siltan zîn in.

Все пред мудростью Властелина Эзи находятся.

 

      Суфийские традиции, опираясь на сообщения хадисов, восходящих к Мухаммеду, утверждают о наличии особого разряда рабов Бога, часто числом 356. Это те, кто имеет власть освобождать и связывать, кто служит при Божественном дворе, на коих и держится мир, хотя они остаются неизвестными миру.

     Представление о невидимой иерархии святых явилось логическим следствием духовного совершенства и авторитета. С самого начала при описании различных уровней этой иерархии применялись те или иные имена, или звания, некоторые из которых уподоблялись орудиям, посредством которых удерживалась вселенная как своего рода космический шатёр.

Святые (ахл аль-гайб) образуют иерархическую структуру, их:

•триста ахйяр,

• сорок абдал,

•семь абрар,

•четверо аутад,

• трое нукаба,

• глава которой — кутб или гаус.

 

     Все они знают друг друга и действуют не иначе как по взаимному согласию.

Ахйар — «самые лучшие», ранг в суфийской иерархии святых; круг избранных, чьи обычаи легли в основу кодекса поведения суфиев и со временем отлились в форму «спутников рыцарства» (футувват). В жизни они придерживались трёх основных правил:

•честность в слове и деле;

•неотрывность слова и дела;

•терпимость и толерантность к людям.

Абдал, ед. ч. бадал (букв. «заменяющие») — заместители, ранг в суфийской иерархии святых.

Абрар, ед. ч. барр («исполняющие обеты») — благочестивые; святые, праведники, благотворители; особый чин святых числом семь, следующих после кутба, трёх нукаба и четверых аутад.

Аутад (четыре опоры духовной иерархии) — четверо высших чинов в иерархии святых, следующие после кутба и трёх нукаба.

Нукаба (букв. «предводители») старейшины, ед. ч. накиб — трое святых высшего после кутба чина, три «заместителя» в иерархии святых.

Кутб, мн. ч. актаб — букв. «ось», «полюс», «точка опоры». Ранг суфийской духовной иерархии. Глава суфийского братства, «мастер», один из четырёх представителей суфийской иерархии святых третьего уровня. Высший уровень представлен Кутбом аль-гаус; актаб ответственны за четыре стороны мира и без их дозволения ничто не происходит в мире, даже движение муровья.

Гаус, мн. ч. агвас — «спаситель», радетель за людей; высший ранг в суфийской иерархии святых.

 

Ya siltan Êzî tu yê li erda, yê li ezman a,

О, Властелин Эзи, ты [сущий] на земле,[сущий] на небесах,

Tu yê li behra, tu yê li binyan a,

Ты для пользы, ты для запрета [удержания],

Tu yê li zara, tu yê li ziman a,

Ты для плача, ты для речи [слова],

Tu yê li çiya, tu yê li sikana,

Для тех, кто в пути и тех, кто в обители,

Miraza em ji te dixwazîn dîne û îman a.

Счастье мы у тебя просим [молим] — это вера и убеждение.

 

     Этот завершающий стих снимает всякие сомнения относительно суфийского происхождения кавла.

     Как точно определил К. Эрнст: «Всё внешнее имеет внутреннее; всё внутреннее имеет скрытое; а всё скрытое имеет действительное. Вот что Бог, великий и славный, дарует своим угодникам, — вроде таинства чрез таинство, оное есть знание, исходящее от высшего знания. Это особое знание, которое есть знак святого и сущность мудрости. Святые держатся чрез это, и живут они чудной жизнью чрез это. Они суть самые могущественные создания Божии после пророков, и их науки суть самые могущественные из наук». Спрошенный о таком тайном знании Пророк сказал, что «сие есть знание между      Богом и Его угодниками, о коем не ведают ни ближайший ангел, ни всякая иная Его тварь»«.

     Обратите внимание на отсутствие упоминания шеха Хасана среди семи избранных святых, хотя согласно табели о рангах, он стоит выше Шамсадина, Шехубакра и Фахрадина, — согласно писания Масхафа Раш, сотворён во второй день — в понедельник. Так же, в кавле ни словом не обмолвлено об езидской общине или народе. Это может означать лишь одно, гимн составлен до появления шеха Сина и образования езидской общины. Значит кавл использовался при инициации неофитов в суфийский тарикат Адавия, что в свою очередь раскрывает тайну «о 1001 имени Бога».

Суфийские шейхи следуют правилу: когда к ним приходит новичок, то он в течение трёх лет проходит послушание, чтобы отринуть мирское:

 

•первый год послушания посвящается служению людям,

•второй — служению Богу,

•третий — обереганию своего сердца.

Если он исполняет все установления — испытание пройдено. А если нет, то шейх говорит, что тот не может быть допущен на Путь (тарикат).

Самым тяжёлым физическим и духовным бременем дервиша является целенаправленное «воспитание души»: многочасовое, систематическое произнесение «Аллах, Аллах!» «Ла илях илля ллах» (нет божества, кроме Аллаха) либо какого-то эпитета бога. Это — зикр или ритуал постоянного, сколько в силах, произнесения имени бога. При этом руководством служили аяты Корана:

• «Вспоминайте Аллаха частым упоминанием и прославляйте Его утром, днём и ве-чером»;

•«О да! Ведь поминанием Аллаха успокаиваются сердца» (Коран 33, 41; 13, 28; 6, 91; 18. 23-24).

 

     В зависимости от своих способностей каждый суфий должен был пройти более или менее долгий период подготовки, прежде чем его могли признать достаточно уравновешенным, чтобы «жить в миру, но быть не от мира». В большинстве суфийских систем период послушничества составляет 1001 день. За это время оценивается и усиливается способность кандидата воспринимать указания наставника. Эти 1001 день повторения имени Бога или с учётом троекратного поминания в течение дня, составляют 1001 и 3003 имени Бога.

     В действительности у Бога не может быть имени, поскольку он вне постижения нашего разума, именами нарекаются сотворённые существа или предметы, но не сам Творец. Вот, что об этом говорит святой Григорий Нисский: «Нет никаких оснований приписывать именам Божиим иное происхождение, чем всем именам вообще. Прежде всего, это недопустимо уже потому, что одни и те же имена означают и Бога, и тварные предметы и провести границу между именами вообще и именами Божиими нет никакой возможности. Бог вечен, но все имена Его не вечны, а недавни сравнительно с самим предметом именуемым, то есть с самим Богом. Все имена Божии измышлены людьми и явились только тогда, когда явились люди. Пока не было людей, не существовало и никаких имён Божиих.

     Имена означают не самые вещи, а наши представления о них. Точно так же и имена Божии означают не самого Бога, не Его природу или сущность, а наши представления о Боге.

      Поэтому, строго говоря, никаких имён Божиих нет и быть не может, и Священное Писание, употребляя изобретённые людьми имена Божии, в то же время учит, что истинное имя Божие есть лишь имя Сущий, в котором заключается мысль, что Бог выше всякого имени».

 

      Таким образом, на основании изложенных доводов следует признать, что у Бога не может быть ни 1001 ни 3003 имён, а поминать его всуе следует только обращением «Ходе» — Cоздатель [Творец].

 

 

Темьре Масо (Теймураз Авдоев),

 

www.kurdist.ru