Свяжитесь с нами

Аналититические обзоры.

В поисках Ноева Ковчега

Опубликованный

вкл .

Время катаклизмов

      В конце пятидесятых годов прошлого века в горах Курдистана была открыта уникальная пещера Шанидар площадью более 1000 квадратных метров, расположенная на высоте 750 метров над уровнем моря. Установлено, что первобытные люди жили в ней на протяжении почти 100 000 лет. Из четырех культурных слоев общей толщиной 15 метров в этой пещере привлекает внимание слой, образовавшийся 12 000 лет назад. Согласно исследованиям Л. Зайдера и Р. Солецкого, вето время гигантская волна захлестнула пещеру и вымыла из нее верхний трехметровый слой почвы… Всего в этой пещере были обнаружены свидетельства четырех потопов.

Михаил РЕЧКИН «Тайны ХХ века» №20, 2009

http://worldmystery.ru/index/0-434

О потопе 
 
     Почти каждому известна по Библии история об ужасном Потопе, с помощью которого Создатель наказал человечество за грехи. Он смыл все прежние наши деяния, как бы обозначив собой конец первобытной и начало новой эпохи.
      Христиане привыкли называть этот Потоп — Всемирным, а его героя-победителя Ноя,- вторым, после Адама, прародителем для всего человечества. А ведь в разных уголках Земли существует свыше 150 преданий и легенд о подобных <местных> Потопах и людях, сумевших спастись для продолжения жизни всего сущего на планете. Об этой катастрофе сообщается в Коране, в месопотамских глиняных табличках, в древнегреческих мифах, индусских манускриптах, исторических хрониках индейцев майя и ряде других первоисточников. Что же произошло на нашей матушке-Земле несколько тысяч лет назад? 
     Главным иудео-христианским документом, повествующем об этом катастрофическом ливне считается Библия. <И воззрел Бог на землю,- и вот, она растленна: ибо всякая плоть извратила путь свой на земле. И сказал Бог Ною: конец всякой плоти пришёл пред лице Мое; ибо земля наполнилась от них злодеяниями. И вот Я истреблю их с земли. Сделай себе ковчег… Я наведу на землю потоп водный… > (Бытие 7: 12,13,14,17). Праведнику Ною было велено взять в спасительный ковчег жену, сыновей с женами, от всякой плоти по паре для размножения и еды всякой… 
      Сорок дней и ночей изливал Создатель дождь на землю. Сто пятьдесят дней наводнение покрывало всю сушу и лишь обитатели ковчега оставались в живых, когда пристал он, наконец, на горах Араратских… 
     Не сообщает Библия, когда это было. Говорится лишь, что начался Великий потоп в шестисотый год жизни Ноевой, во второй месяц, в семнадцатый день, а иссякла вода на земле к шестьсот первому году, к первому дню первого месяца. 
   
      У египтян есть легенда об Озирисе, брошенном с ковчегом в воды Потопа также в семнадцатый день второго месяца. 
     Древнегреческая мифология (девятая Олимпийская ода Пиндара) повествует о Девкалионе, который спасался от волн Потопа в ящике-ковчеге. О нём же сообщает и сирийский сатирик Лукиан. 
     У индусов сохраняется легенда о Потопе, уходящая корнями в глубины бронзового века. Героем, спасшим в его водах всё живое, был Ману. 
     Сохранившийся календарь индейцев майя сообщает, что катастрофическое наводнение на земле было в 3113 г. до н.э. 

    Есть сведения о Потопе и в более древних документах. В 1853 году Генри Лайард на раскопках развалин ассирийского города Ниневии обнаружил глиняные таблички с клинописью из библиотеки-архива местного царя Ашшурбанапала, датируемые VII в. до н.э. На них учёные обнаружили несколько версий древнейших повествований о Потопе, с разными именами спасшихся героев. Версия из шумерского города Шуруппак описывает плавание в лодке по бурным волнам Потопа месопотамского царя Зиусудры, получившего от богов за этот подвиг статус бессмертного. Это выразительное, почти художественное повествование о том, как боги Ану и Энлиле, спасли Зиусудру и повелели ему поселиться с семьей в земле Дилмун. Старовавилонское предание сообщает об Атрахасисе и его ковчеге, а аккадский вариант победителя Потопа зовётся Утнапишти. Бог воды Энки сообщил ему, жителю города Шуруппак (ныне — Телль Фара (Ирак)), что Совет богов решил уничтожить всё живое на земле, послав на неё Великий Потоп. Энки велел Утнапишти построить корабль, чтобы спастись от катастрофы. Шесть дней и ночей воды Потопа покрывали всю землю, а на седьмой обитатели ковчега Утнапишти вышли на землю. История эта точь-в-точь сходна с изложенной в Библии: даже в таких подробностях, как посылка там и там голубя и ворона на поиски суши. Только рассказывает она о событии более раннем, да и написана была за пару тысяч лет до библейской… 
     Вавилонский жрец по имени Бероссус, живший в III в. до н.э., написал для своего царя Антиоха-I историю правителей Месопотамии. В ней описывается как, благодаря предупреждению бога Хроноса, пережил Потоп в ковчеге царь Ксисутрос и разные животные. И было это за 64000 лет до правления Антиоха-I. 
     В Оксфорде, в музее Эшмоли хранится знаменитый клинописный Список шумерских царей. Он датируется 1816-1794 гг. до н.э., а был создан на основе более древней глиняной таблички, ведущей отсчёт шумерских владык, начиная за 241 200 лет до Великого потопа! Так вот, по его данным после Потопа до написания Списка шумерских царей прошло 27 238 лет. То есть Всемирный потоп произошел 31 035 лет назад!!! 
     Современная академическая наука мало занималась попытками уточнения даты Всемирного Потопа. Большинство историков считали, что такие исследования слишком явно попахивают <библейской археологией> и старались опираться только на реальные факты. Их очень мало, но они есть. В 1928-1934гг. Леонард Вули, проводивший раскопки в древнешумерском городе Ур, обнаружил глубоко под землей толстый, до пяти метров, слой чистого спрессованного ила, в котором не было никаких археологических включений. Слои же выше и ниже него в изобилии содержали черепки керамики. Микроскопический анализ говорил, что ил состоит из осадков, принесенных со среднего течения Ефрата. Анализ керамики показал, что по общепринятой для археологии Шумера хронологии, образование илистого слоя (Потоп) произошло где-то 5000-4500 лет до н.э. Однако, раскопы в других древних городах Междуречья этот слой не обнаружили. Более того, в окрестностях города Шуруппак, а затем и Киша, были найдены слои чистой илистой глины, смешанной с песком. Этот археологический горизонт датировался уже примерно 2750 годом до н.э., но тоже не был повсеместным. 
     В итоге получилось громадное, в десятки тысяч лет, расхождение между возможными датами Великого Потопа по данным клинописных книг-табличек из древней шумерской библиотеки (подлинность которых абсолютно никто не опровергает) и данными археологических раскопок (довольно спорными).
     И здесь необходимо подчеркнуть крайне важный, на наш взгляд, факт, который заметили все исследователи древнего Списка шумерских царей, но никто из них не смог дать ему объяснения. Сроки правления царей ранней, <допотопной> эпохи отличались невероятной, просто фантастической продолжительностью: каждый из них правил от 18000 до 29000 лет!!! А вот после Потопа эти сроки стремительно сократились до обычных (от 8 до 35 лет на каждое правление)… 
     Свою версию этого удивительного факта мы приведём ниже; пока же скажем, что в настоящее время светская наука решила считать, что Всемирный Потоп произошёл где-то между 4000 и 3000 лет до н. э., а христианская церковь предпочитает вообще не называть никаких дат. 

О Ковчеге 

Куда же пристал Ковчег Ноя? Где искать его останки? 

     Большинство из нас уверенно скажет — на горе Большой Арарат (5165м.), находящейся сейчас в Турции (местное название Агри-Даг), к юго-западу от озера Севан. 
    Впервые эту идею выдвинул монах Винсент де Бове в 14 веке н.э. Он полагал, что гора Ковчега расположена где-то поблизости от реки Аракс и предпринял паломничество в этот регион. Величественный Агри-Даг, возвышающийся над всеми окружающими его горами, подходил как нельзя лучше к библейской легенде и получил от монаха название горы Арарат. Эту мысль подхватили и последующие христианские паломники: брат Уильям Рубрук и брат Одорик. Затем и Марко Поло (1234-1324гг.) признал, что Агри-Даг и есть гора Арарат, к которой причалил Ноев Ковчег. Он сообщил, что сам видел Ковчег на этой горе. В последующие столетия многочисленные паломники, как право славные, так и турки, не раз посещали святую гору и описывали Ковчег, как большой корабль с отсеками, забитыми льдом. А в Армении, в Эчмиадзине, духовной резиденции Католикоса всех армян, в кафедральном музее любой может увидеть принесенный с Арарата крупный (почти 1 кв.м.) кусок борта Ноева Ковчега, фрагмент от которого армяне когда-то даже подарили Екатерине II. 
     В 1915 году русский пилот Роковицкий, пролетая над Араратом, обнаружил Ковчег на северном склоне. После этого царское правительство России направило на его поиски экспедицию. Она вернулась с подтверждающими находку документами как раз к Февральской революции 1917 года. Отчёт попал к премьеру Керенскому, и далее следы отчета затерялись. В сороковые годы XX века уже советский военный лётчик доложил, что видел большой корабль на склоне этой горы в Ахорском ущелье. Сенсация произошла в 1955 г., когда французский альпинист Фернан Наварра нашёл ковчег на северном склоне Арарата вмерзшим в озеро на высоте 4500 м. Радиоактивный анализ куска обшивки судна, доставленного Наваррой, проводился в разных странах и результат был один: возраст постройки — 5000 лет. После этого ещё несколько экспедиций приносили фотографии и фрагменты Ковчега с Арарата, но в 70-х годах турецкое правительство запретило подъём на гору. 
     Однако, существует и другая версия. Ведь в Библии сказано, что Ковчег пристал к <горам Араратским>, а не к горе Арарат. И многие раннехритианские паломники поклонялись совсем другому месту, расположенному несколько южнее. Речь идёт о северном, курдистанском участке гор Загрос, расположенных к северо-западу от озера Урмия. Это древний регион Урарту, где располагалось и шумерское царство Аратта, и библейские горы Араратские. 
      Ещё иудейский историк Иосиф Флавий (1век н.э.) сообщает, что священная гора, по книгам Ксенофонта (435-354гг. до н.э.) находилась в Курдистане. Да и упоминавшийся Бероссус пишет, что Ковчег пристал в горах Кордуайан (юго-запад древней Армении, ныне — турецкий Курдистан). 
     В древнеиудейских легендах, собранных в книге Луиса Гинцберга, есть история о безжалостном ассирийском царе Синахерибе, разрушившем Вавилон и совершившем набеги на князей Загроса и Курдистана. На обратном пути в Ассирию царь нашел древнюю доску-идол, которая некогда была частью Ноева Ковчега. Сыновья убили его из-за этой святыни и убежали в землю Араратскую. Этот факт подтверждается и в Библии (4-я книга царств 19: 36-37). 

Но, если Ковчег пристал не к горе Арарат, то тогда к какой горе? 

     В северных нагорьях Загроса живет небольшое курдское племя йезидов. Об их истории и культуре написал в своей книге <Колыбель человечества> Уильям Э. Уиграм. В 14-й день сентября йезиды ежегодно совершают кровавые жертвоприношения на вершине горы Джуди-Даг (2000м). В Курдистане считают, что именно в этот день Ной вышел из ковчега на вершине данной горы и принес жертвы Богу за спасение всего живого на земле. 
    И упоминавшийся Иосиф Флавий также сообщал, что гора Джуди является тем местом, где причалил Ноев Ковчег. И Коран говорит: <Вода отступила и всё окончилось. Ковчег пристал к горе Джуди, и Слово прозвучало вновь: <Да погибнут творившие злые дела!> (Сура XI: 44). 
    Епископ Евтихий Александрийский (IX век н.э.) пишет, что Ковчег пристал именно к этой горе. А епископ Медзпинский, под именем Яков Нисибский, в конце IV века н.э. совершил паломничество на вершину горы Джуди-Даг. 
    Раннехристианская секта несториан основала на вершине Джуди несколько своих монастырей. Именно на скалах Джуди-Даг высек своё изображение ассирийский царь Синахериб, т.к. именно отсюда он привёз доску от Ковчега. 
    В 1959 г. опять летчик, только теперь турецкий, сделал снимки склонов горы Джуди-Даг для института геодезии, на которых профессор Бранденбург из Огайо обнаружил контуры, напоминающие погребенный корабль. Первые осмотры на месте никакой конкретной информации не дали и факт вроде бы забыли. Но, в 1978 г. в этом районе произошло сильное землетрясение, после которого на высоте 6300 футов над уровнем моря обнажилось какое-то странное образование. Известный археолог и исследователь библейских легенд Рон Вьятт, изучив его, заявил, что это знаменитый корабль-ковчег Ноя. 

Итак, человечество имеет две спорных версии: Ковчег Ноя пристал либо к Арарату, либо к горе Джуди. 

     Если на карте провести линию между этими горами, то её длина составит всего 20-30 километров! Так ли уж принципиален этот спор? 
   Оказывается — да. Дело в том, что в этом маленьком регионе схлестнулись политические и религиозные интересы нескольких стран и народов. Не утихает территориальный спор между Турцией, Арменией и Ираном, требуют государственности курды. Вспомните книгу Пикуля и телевизионный сериал о Баязете, и вам многое станет понятным. Баязет, или Догубейазит (турецк.) находится как раз в долине между Араратом и Джуди. А религиозные споры ещё острее. Чей Ковчег настоящий? Православно-армянский (на горе Арарат), или исламо-католический (на Джуди)? 

Об Арарате

      Турецкая сторона жестко ограничивает посещение этого района иностранцами, а на издаваемых ею картах идет постоянная путаница. Публикуемые же материалы крайне противоречивы. Даже известный британский археолог и писатель Дэвид Рол в вышедшем бестселлере <Генезис Цивилизации> (ЭКСМО.2002) почему-то <перепутал> гору Большой Арарат с горой Арагац и поместил ее с другой стороны от оз. Севан; а гору Джуди-Даг <задвинул> далеко на юг, к границе с иракской Месопотамией. 
     Так что, отправляясь в этот сложный регион, мы имели перед собой непростую задачу: постараться посетить обе горы и уточнить месторасположение Ковчега. Команда Приключений <Альпиндустрия>, вылетела в Стамбул в сентябре 2003г. по специальной визе. Трансфер через всю Турцию до Догубейазита, а затем и деревушки Эли (500м.) у подножья Арарата, на южной его стороне, по которой и был намечен наш маршрут. Турки сняли запрет подъёма на Арарат только в этом году и мы были третьей альпинистской экспедицией на святую гору и первой российской. Из трёх турецких проводников, приданных нашей команде, двое явно не являлись профессиональными альпинистами. И всё же они не смогли уследить за бородатым русским мужичком, который взялся неизвестно откуда и перехватил одного из нас в районе базового лагеря, представившись <паломником и представителем православной церкви>. С жаром, убеждая нас в том, что Ковчег находится на Арарате, он рассказал, что еще его дед с сотоварищами <заготавливали по мешку сухарей и тропинками тайными, неведомыми от стражи, из Грузии шли к Ковчегу, бывали в нём и возвращались>. Мужичок сообщил, что Ковчег находился на северном склоне горы, но турки по частям начали перетаскивать его на южную сторону, в ущелье у ледника и просил нас попытаться осмотреть это ущелье. 
     Арарат — явный вулкан, не имеющий особых предгорий и отрогов. До первого лагеря (3200м.) еще была чахлая трава, покрывающая кое-где шлаковую поверхность, и груз тащили муллы, обходя многочисленные вулканические бомбы. На следующий день был акклиматизационный выход по морене до 4200м., во время которого мы и попытались уйти вправо, к ущелью под языком ледника, о котором говорил странный соплеменник. Однако, на этот раз турецкие <проводники> были начеку: две наши попытки были пресечены самым решительным образом, под угрозой снятия с маршрута. И все же мы успели немного приблизиться к ущелью и, хоть и издалека, но четко увидеть какие-то темные конструкции, напоминающие балки и торчащие у края ледника с противоположной стороны ущелья, на высоте 4000 метров. 
     На следующий день, во время установки штурмового лагеря (4200м.) горняшка неожиданно свалила двух казахских альпинистов (кстати — мусульман) и они спустились вниз. А к вечеру густая облачность, плотно закрывавшая вершину все эти дни, неожиданно полностью рассеялась. То, что мы затем увидели, иначе, как чудом не назовешь: над вершиной Арарата образовался круглый нимб из белого облака. Косые лучи заходящего солнца золотили его, делая объемным и живым. Удивительный нимб слегка вращался вокруг вершины по часовой стрелке и постепенно растаял в черноте наступившей ночи. 
     Подъем на вершину начали в 3 часа утра. Сначала шли по морене вдоль ледника, а с высоты 4800 м. вышли на жесткую ледяную шапку, покрывающую всю вершину горы. При температуре воздуха — 20 градусов дул такой сильнейший боковой ветер, что если бы не провешенные веревки, то ни наши кошки, ни ледорубы не позволили бы удержаться на ледяной поверхности. 
     К 10 часам участники экспедиции были на вершине горы. Павел Нургалиев, московский альпинист, теперь по праву может считаться первым россиянином поднявшимся на вершину библейского Арарата. 
     Седловидная вершина горы представляет собой подковообразный кратер с двумя гребневидными возвышениями. Заполняющий его ледник языком спускается по ущелью южного склона. В сторону же Армении (северный склон), ледник обрывается крутой стеной в Ахорский каньон. Где-то там внизу, на высоте 45000 м. и находится озеро, в котором русский пилот заметил останки Ноева Ковчега. Спуститься туда с вершины невозможно. Можно лишь попытаться обойти на этом уровне гору, по траверсу с западной стороны. К сожалению, жесткая опека турецких проводников не позволили нам этого сделать. 

О Джуди-Даг

     К склону горы Джуди, где находится второй претендент на звание Ковчега, можно проехать хорошей дорогой от посёлка Догубейазит. В мае 1989г. турки построили здесь небольшое здание Визит-центра, от которого открывается панорама на довольно странный объект, расстояние от смотровой площадки до которого около 300 метров. Отсюда мы увидели ладьевидную каменную коробку с довольно четкими контурами, размером с футбольное поле и высотой с двухэтажный дом, стоящую на обширном плоскогорье и как бы вросшую в него. Возле объекта копошились какие-то люди. Ближе допускаются только сотрудники научных экспедиций, и нам пришлось довольствоваться их информацией. 
    Итак: 25 ноября 1978г. жители близлежащей деревушки увидели необычное сияние в небе, а затем произошло землетрясение, во время которого данный Ковчег приподнялся из земли на 20 футов. С тех пор его изучали 34 экспедиции! 
     Кроме упомянутого Рона Вьятта здесь работали американские профессора Дж. Баумгартнер, В.Бранденбургер, Морис Д.Розетта, Вилл Шеа, Орхан Базер, Дэйв Фазолд. Турецкие группы возглавляли Шекет Экинси, Экем Акургал, Баёрак Тутам. Проводились фотосъёмки и сканирования, в том числе из космоса, радарная томография объекта и спектральный анализ составляющих его материалов, археологические раскопки и множество других современных исследований. 
      Результаты работы показали, что данный объект представляет собой окаменевший корабль сделанный из металла и обшитый деревом. Длина его 515 футов, ширина 139 футов и водоизмещение 32000 тонн. Он имеет три палубы и более 120 больших кают, в которые могли бы вместиться 424 двухэтажных автобуса! Остов корабля, его шпангоуты, перегородки, стойки и клёпка сделаны из сложных сплавов особо прочных металлов: титан (75%), ванадий, хром, молибден. Корабль имеет мощный металлический балласт, каменные якоря и высокие мореходные качества. Один борт его помят от сильнейшего удара. 
     В пользу версии о том, что это может быть Ковчег Ноя, говорят не только его наружные параметры, совпадающие с библейскими. На нашей планете примерно 1 млн. видов животных, из них наземных — 20% (около 20 000 видов). Средним размером для животного считается домашний кот. Так вот, если взять по паре от каждого вида, то они займут только около половины объёма этого гигантского корабля. Кстати, последние заборы из шурфов внутри корпуса показали наличие там останков биологической массы. 
     На вопрос, почему же этот Ковчег находится не на горе, как написано в Библии, а под горой, его сторонники говорят следующее. Исследования известного геолога д-ра Сайлих Байрактутан показали, что во время Всемирного Потопа уровень воды был на высоте 7800 футов и покрывал, как сообщает Библия, вершины всех гор земли. Высота же, к примеру, Эвереста — 29000 футов, а Арарата-17000 футов. Значит эти вулканические горы, как и многие другие, возникли уже после Потопа. Поэтому-то данный корабль и был погребён потом под слоем шлака. Да и в Библии говорится, что Ковчег остановился в горах Араратских в седьмом месяце, а вершины гор из под воды показались только в десятом. Вышел же Ной из него только к концу второго месяца следующего года. Т.е. полгода Ковчег стоял на якорях, медленно опускаясь вместе с падающим уровнем воды. 
     Но, есть факт, которому исследователи не могут дать никакого объяснения. Возраст минерализованного окаменевшего дерева на обшивке корабля составляет 6-8 тысяч лет, а возраст его металлических конструкций — 100 000 лет!!? 
     Нынешний человек стал выплавлять первый металл (бронзу) только 5000 лет назад. Да и вообще, причём тут металл? Ведь Бог повелел Ною сделать Ковчег из дерева гофер (Бытие, 6:14). Да и больно уж сложная конструкция судна получается для такого строителя, как Ной, жившего в конце каменного века. 
     Однако, что-то опять у нас со временем странное происходит (помните фантастическую разницу в сроках правления шумерских царей?). 

Об уроках истории

     А объяснение всей этой библейской истории, по мнению участников нашей экспедиции, может быть следующим. 

      Несколько тысяч лет назад на планете Земля произошла Великая катастрофа. Сначала её опалило страшным огненным смерчем (под слоем ила Леонард Вулли обнаружил свидетельства ужаснейшего жара), а потом залило всемирным потопом. А главное — изменилась скорость течения времени: побежало оно для нас быстрее, укорачивая все сроки, отпущенные ранее Создателем как царям, так и простым смертным. Даже удивительный корабль из будущего забросило к нам, на Джуди-Даг. 
    Спасался тогда всякий — кто как мог. Предания разных народов сохранили через века имена спасшихся <Ноев>. Все они, независимо от веры и национальности, заслуживают уважения и почитания, как сохранившие семя жизни на Земле. 
    Так давайте не будем искать единственный Ковчег и воевать за его останки. Гораздо важнее всем нам не забывать, почему произошла эта катастрофа: <И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время. И раскаялся Господь, ибо земля наполнилась от них злодеяниями. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков… > (Библия. Бытие 6: 5,6,7).
Не будем же забывать уроков истории, чтобы потомкам не пришлось тратить свои жизни на поиски наших Ковчегов. 

А. Редько
www.panterra.com.ua
http://www.magik.ru/interesno/kovcheg.php

журнал "Загадки истории" 
http://www.kamenobr.ru/zagadki_002.html

С некоторыми сокращениями…

О Потопе и Ноев Ковчеге также см. Древняя мифология и курды. Арарат или Джуди?// www.kurdist.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=12

Аналититические обзоры.

Столетие антикурдского расизма

Опубликованный

вкл .

Автор:

ЭРБИЛЬ, Курдистанский регион — Когда высказывания турецкого бизнесмена Рахми Коча о курдских женщинах недавно вызвали публичную дискуссию, на первый взгляд, казалось, что спор касается лишь одного заявления. Однако интенсивность реакции указывала на нечто более глубокое. Публичные споры такого рода редко вращаются вокруг отдельного комментария. Скорее, они обнажают слои памяти, унаследованные представления и социальные иерархии, которые существовали задолго до того, как человек их сформулировал. В такие моменты всплывает не просто личное мнение, а устойчивость нарративов, которые формировали отношения между курдами и окружающим их обществом на протяжении поколений . Более века курды занимают особое место в политическом воображении Ближнего Востока. Будучи крупнейшим безгосударственным народом в регионе, они подвергались не только военным кампаниям, насильственному перемещению, политическим репрессиям и культурной изоляции, но и постоянному процессу определения со стороны других. Их язык, история и​​​​​​​​​​ идентичность неоднократно интерпретировалась через нарративы, изображавшие курдство не как легитимную форму коллективного существования, а как отклонение от доминирующих национальных проектов.

Таким образом, курдский опыт — это не просто политическая история. Это также история о предрассудках, расизме, власти, памяти и долгой жизни идей после распада Османской империи. Возникновение современных национальных государств после распада Османской империи превратило курдский вопрос в одну из центральных нерешенных проблем Ближнего Востока XX века. В то время как турецкие, арабские и персидские национальные движения стремились создать нарративы единства, суверенитета и исторической преемственности, существование большого курдского населения осложняло эти амбиции. Национальная идентичность редко формируется исключительно путем включения. Часто она определяется путем идентификации тех, кто находится за пределами воображаемого сообщества. Линия, разделяющая «нас» и «их», может казаться естественной, но обычно она является продуктом политической и культурной работы. Курдский случай иллюстрирует этот процесс с необычайной ясностью.

         В Турции целые поколения выросли под официальной выдумкой о том, что курды — всего лишь «горные турки», — ярлыком, призванным не описывать реальность, а стирать её. Курдская идентичность отрицалась, курдский язык подвергался цензуре, а курдская история отодвигалась на периферию общественной памяти. Аналогичная динамика наблюдалась и в других местах. В Ираке кампании по арабизации стремились изменить демографическую ситуацию во имя национального единства. В Сирии сотни тысяч курдов были лишены гражданства, фактически превратив коренное население в чужаков на собственной родине. В Иране курдские устремления часто представлялись как угроза территориальной целостности, а не как проявление политической активности. Хотя эти политики различались по форме , их объединяла общая логика: существование курдов рассматривалось как проблема , которую нужно решать, а не как историческая реальность , которую нужно признавать. Однако политическое господство требует большего, чем административные меры или военная сила. Оно также требует легитимности. Долгосрочные системы власти зависят от нарративов, объясняющих причины.

         Одни группы правят, а другие подчиняются. Со временем курдов часто изображали скорее как племенных, чем современных, эмоциональных, а не рациональных, отсталых, а не прогрессивных, неспособных управлять собой. В некоторых частях региона стереотипы изображали их как необразованных , нецивилизованных или социально отсталых . В некоторых местах фольклор и народные мифы шли еще дальше, изображая курдов как менее утонченных, менее чистых или менее полноценных людей, чем окружающее население. Сегодня такие истории могут показаться абсурдными, но они выполняли важную политическую функцию. Они превращали неравенство в здравый смысл . Литературовед Эдвард Саид описал подобный процесс в своем анализе ориентализма. Доминирующие общества часто создают образы маргинализированных групп, которые больше говорят о тревогах и амбициях тех, кто их описывает, чем о самих описываемых людях. «Другой» становится зеркалом, через которое общество определяет себя. В этом смысле антикурдские предрассудки никогда не касались исключительно курдов. Они также касались того, как формирующиеся национальные государства представляли себя.

Курдский «другой» стал частью зеркала, через которое несколько государств понимали свою собственную идентичность. Именно в этот момент предрассудки начинают двигаться в сторону расизма. Современный расизм редко проявляется через биологические теории превосходства. Чаще он действует через культуру. Определенные группы изображаются как по своей природе менее цивилизованные, менее демократичные, менее образованные или менее способные к прогрессу. Различие трансформируется в недостаток. Словарь меняется , но иерархия остается. Социолог Альберт Мемми заметил, что системы господства требуют именно этой логики. Подчиненное население должно изображаться как нечто неполноценное; в противном случае господство становится трудно оправдать. Аналогично, философ Ахилле Мбембе утверждал, что современные системы власти часто зависят от определения того, чей опыт признается полностью человеческим, а чей остается на периферии политических и моральных интересов. С этой точки зрения курдский вопрос никогда не касался исключительно территории, языка или суверенитета. Это была также борьба.

Речь идёт о признании. Кто имеет право определять народ? Кто решает, является ли язык легитимным? Кто определяет, должна ли культура находиться в центре истории или оставаться на её периферии? Американский социальный психолог Гордон Олпорт предложил одно из самых влиятельных объяснений того, почему такие взгляды сохраняются из поколения в поколение. В своей книге «Природа предрассудков» он утверждал, что предрассудки — это не просто следствие невежества. Они выполняют важные социальные функции. Они создают символические границы между группами, обеспечивают определённость в сложных условиях и помогают стабилизировать социальные иерархии, делая их естественными . Проницательность Олпорта помогает объяснить, почему антикурдские настроения часто сохранялись даже при изменении политических обстоятельств. Проблема никогда не заключалась только в фактах. Она заключалась в идентичности. Другой влиятельный социальный психолог, Музафер Шериф, подошёл к проблеме с другой точки зрения. Шериф, родившийся в поздней Османской империи и впоследствии ставший одним из основателей современной социальной психологии, продемонстрировал, как быстро может возникнуть враждебность.

Когда группы воспринимают себя как конкурентов. Его знаменитый эксперимент в Пещере Разбойников показал, что даже обычные группы могут развить сильные предрассудки, как только они поверят, что на кону стоят статус, признание или ресурсы. Выводы Шерифа остаются весьма актуальными для этнических отношений на Ближнем Востоке, где вопросы власти, безопасности и принадлежности часто рассматриваются как борьба с нулевой суммой. В истории Шерифа есть поразительная ирония. Один из самых важных в мире исследователей межгрупповых конфликтов вышел из самой Турции, однако на протяжении десятилетий критические дискуссии об этнической принадлежности, правах меньшинств и социальных корнях предрассудков занимали непростое место в турецкой общественной жизни. Работа Шерифа получила международное признание, но его идеи редко становились частью широкого общественного обсуждения механизмов, посредством которых порождаются предрассудки и расизм. Поколения узнали гораздо больше о национальном единстве, чем о социальной психологии исключения . Расизм выживает не только благодаря тому, чему учат общества. Он также выживает благодаря тому, чего они предпочитают не признавать.

         Когда в системе государственного образования отсутствуют дискуссии о меньшинствах, дискриминации и исторической несправедливости, унаследованные представления часто остаются без внимания. Предрассудки больше не нуждаются в постоянной пропаганде. Они воспроизводятся через молчание. Главная мысль Шерифа заключалась в том, что враждебность между группами не является ни естественной, ни неизбежной. Она возникает в определенных социальных условиях. Однако, когда обществам не рекомендуется изучать эти условия, старые предрассудки сохраняются, маскируясь под традиции, здравый смысл или национальную память. Трагедия в том , что такие процессы редко остаются внешними. Со временем они начинают формировать сознание тех, кто их испытывает. Это была одна из главных идей Франца Фанона, чьи работы о колониализме исследовали психологические последствия господства . Фанон утверждал, что власть становится наиболее эффективной, когда категории, созданные сильными , усваиваются слабыми. Люди начинают видеть себя глазами тех, кто их определяет. Позже Пауло Фрейре описал аналогичный процесс, предположив, что угнетение достигает своей глубочайшей стадии.

Формирование происходит, когда мировоззрение угнетателя становится частью сознания угнетённых. Немногие наблюдения столь важны для понимания курдской истории. Курдское общество никогда не было однородным. Различные диалекты, регионы, религиозные традиции, племенные структуры и политические культуры веками формировали курдскую жизнь. Сунниты, алевиты, шииты, езиды, общины какаи, христиане, светские движения и многочисленные местные идентичности — все они внесли свой вклад в богатство и разнообразие курдского общества. Само разнообразие никогда не было проблемой. Проблема возникла, когда разнообразие переросло в иерархию. Поскольку курды были разделены между несколькими государствами и лишены общих политических институтов, более мелкие формы принадлежности часто становились важнее, чем более широкие коллективные идентичности. Семья, племя, регион, религия и политическая принадлежность часто имели больший эмоциональный вес, чем общий национальный проект. В то же время эти различия неоднократно использовались правительствами. Османские власти, а затем и сменявшие друг друга правительства в Турции, Ираке, Иране и Сирии, часто опирались на различные варианты.

         Древняя стратегия: разделяй и властвуй. Определенные элиты были включены в государственные структуры, в то время как другие были исключены. Одни общины получали привилегии, другие были маргинализированы. Политическая фрагментация часто служила государственным интересам лучше, чем единство.

Последствия выходили далеко за рамки политики. На протяжении поколений в самом курдском обществе возникало взаимное недоверие. К религиозным меньшинствам иногда относились с недоверием. Региональные идентичности стали ассоциироваться со стереотипами. Политических оппонентов иногда рассматривали не просто как соперников, а как предателей. Исторические обиды накапливались и передавались из поколения в поколение. Опыт исключения не автоматически порождал солидарность. В некоторых случаях он порождал новые формы конкуренции и новые формы иерархии . Британский социальный психолог Анри Таджфель помогает объяснить это. Его теория социальной идентичности показала, что людям требуется удивительно мало для создания групповых границ. Как только эти границы существуют, часто следуют лояльность и исключение. Люди стремятся к принадлежности, признанию и позитивной идентичности. Один из самых простых способов укрепить группу — это …

Статус заключается в том, чтобы сравнивать себя с другими в выгодном свете. Парадокс состоит в том, что сообщества, пережившие дискриминацию, сами могут начать воспроизводить аналогичные модели исключения. Иерархия не исчезает. Она меняет направление. Именно это делает расизм и предрассудки такими устойчивыми. Их наиболее сильное воздействие не всегда проявляется в законах или институтах. Они укореняются в повседневном восприятии реальности. Пьер Бурдье описал это явление как символическое насилие. Власть становится наиболее эффективной, когда она больше не требует принуждения, потому что ее предположения стали восприниматься как норма. Иерархии выживают не потому, что их постоянно защищают, а потому, что они перестают выглядеть как иерархии вообще . Курдский опыт также раскрывает еще одно измерение этой истории: роль коллективной травмы. Двадцатый век оставил глубокие шрамы на курдских общинах. Массовые убийства в Дерсиме, кампания «Анфаль» , химическая атака на Халабджу, геноцид езидов в Синджаре и неоднократные волны репрессий по всей Турции, Ираке, Иран и Сирия оказали долговременное влияние на коллективную память. Травма редко заканчивается на тех, кто непосредственно её переживает. Истории о насилии, перемещении, предательстве и выживании передаются из поколения в поколение. Они создают стойкость и солидарность, но также могут сохранять страх и недоверие. Память становится одновременно источником силы и источником уязвимости. В цифровую эпоху эта динамика стала ещё сложнее. Курдский подросток в Берлине, Стокгольме, Лондоне или Штутгарте может в режиме реального времени следить за событиями в Диярбакыре, Эрбиле, Махабаде или Камишли. Исторические раны больше не ограничиваются местной памятью . Они постоянно переосмысливаются, обсуждаются и эмоционально переживаются за пределами границ. Прошлое не просто запоминается; оно переживается многократно. Возможно, это помогает объяснить, почему курдский вопрос оказался настолько устойчивым к политическим решениям. Границы можно обсуждать. Правительства можно менять. Конституции можно переписывать. Но истории, которые общества рассказывают о себе, гораздо сложнее изменить.

Более века мы курды жили не только с последствиями политической изоляции, но и с последствиями того, что нас воспринимали другие. Поэтому самая глубокая проблема сегодня может быть не территориальной и не конституционной. Возможно, это проблема замены унаследованных иерархий иным пониманием принадлежности. Каждое общество в конечном итоге сталкивается с одним и тем же вопросом. Укрепляются ли идентичности благодаря изоляции, или они становятся сильнее , когда им больше не нужен враг? Курдский опыт не дает простого ответа. Тем не менее, он раскрывает нечто фундаментальное о природе предрассудков и расизма. Их наибольшая опасность заключается не просто в том, что они дискриминируют людей. Их наибольшая опасность заключается в том, что в конечном итоге они начинают казаться естественными. В этот момент неравенство воспроизводится само по себе, не нуждаясь в постоянном оправдании, а унаследованные иерархии становятся частью социального ландшафта. Поэтому самая глубокая форма освобождения не является просто политической. Она начинается, когда отдельные люди и сообщества возвращают себе право определять себя, а не быть определяемыми другими… Только тогда народ сможет выйти за рамки навязанных ему категорий и представить себе будущее, которое больше не будет сковано длинной тенью унаследованных предрассудков.​​

Автор:  Джан Ильхан Кизилхан

Rudaw

https://rudaw.net/english/categories/opinion/1077843

Продолжить Чтение

Аналититические обзоры.

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ КУРДСКОГО ВОПРОСА

Опубликованный

вкл .

Автор:

Кубашев Aлибек, докторант
КазУМОиМЯ им. Абылай хана
(Алматы, Казахстан)

https://www.elibrary.ru/download/elibrary_43022480_66572396.pdf

Продолжить Чтение

Популярные публикации