США перешли от конфронтации к союзу с радикальными исламскими силами. Этот шаг Соединённых Штатов был вполне предсказуем, учитывая тенденцию исламизации Ближнего Востока. Вероятно, что основным идеологом данных изменений является Збигнев Бжезинский. В своей книге "Ещё один шанс. Три президента и кризис американской сверхдержавы", изданной в 2007 году он намекал на то, что США, в случае если эта страна реально желает стать лидером политического обновления современного мира, необходимо возглавить своего рода борьбу за ислам. Именно в сцепке американизма и исламизма, той сцепке, которая в союзе с Китаем некогда похоронила СССР, и коренится залог успеха Америки, ее «второго шанса" стать глобальным лидером "прогрессивного человечества". Бжезинский отмечает: "В сегодняшнем значительно усложненном глобальном контексте многое зависит от того, удастся ли Америке восстановить некоторую степень доверия в ее отношениях с исламским миром». В арабских революциях, инициаторами которых, вероятно, были Штаты, активное участие принимали сторонники и участники многих террористических организаций, таких как "Аль-Каида" и "Братья мусульмане".
Безусловно, США ведут очень тонкую и хитрую дипломатическую игру на Ближнем Востоке. В этом отношении ни одна страна мира не может сравниться с ними.
Помимо этого у Соединённых Штатов существует другая жизненно важная цель в регионе – контроль над энергетическими ресурсами в условиях скорого краха США и её союзников, вызванная следующими причинами: во-первых, рождаемость в западных странах снижается, в то время как в азиатских странах она увеличивается; во-вторых, "облик" западных стран становится всё больше азиатским; в-третьих, уже сейчас только в одной Индии средний класс, на котором зиждется «цивилизованное» государство, составляет 300 млн. человек, что больше численности населения США и всех европейских стран вместе взятых; в-четвёртых, международный финансовый кризис продемонстрировал всю слабость американской экономики и мощь экономик развивающихся стран, таких как Китай и Индия; в-пятых, практически вся мировая продукция производится в развивающихся странах (главным образом, Китай и Индия), в то время как западное общество лишь потребляет данную продукцию. Всё это и многое другое, в конечном счете, предопределит крах Америки и западного мира. "Экономический двигатель" человечества переместится в Юго-Восточную Азию и Индию.
В этих условиях, дабы в будущем обезопасить себя и своих союзников крайне необходимо контролировать энергетические ресурсы. Вторжение в Ирак, свержение М. Каддафи – всё это являются одним звеном в реализации именно данной цели. На сегодняшний день именно западные компании контролируют огромную часть энергетических ресурсов Ирака и я глубоко убеждён, что такая же ситуация будет и в Ливии. Контролируя энергетические ресурсы, западные страны не только обезопасят себя в будущем, но и поставят в зависимость Китай, который так остро нуждается в углеводородах.
В этих условиях было бы целесообразно рассмотреть, какое же место в данных процессах займёт Ирак, рассмотреть будущее Курдистана и в этой связи оценить перспективу развития религиозных меньшинств.
На сегодняшний день Ирак находится на грани распада. В связи с этим актуальны слова отца-основателя независимого иракского государства короля Фейсала I (1921-1933): "По-прежнему не существует иракского народа. Есть только трудно вообразимые массы человеческих существ, лишённых какой-либо патриотической идеи, вдохновлённых религиозными традициями и вздором, не связанных какими-либо общими связями, склонных к пороку и анархии, постоянно готовых восстать против вообще любого правительства".
В условиях существования многочисленных "вождей", которые обладают собственным "ополчением", иракскому руководству крайне необходимо обеспечить безопасность граждан и постараться договориться с этими лидерами. Помимо этого, стране необходима мощная государственная идеология, которая была бы свободна от религии. Необходима такая идеология, которая объединила бы всех, независимо от их религиозной и этнической принадлежности. Нужно бороться с коррупцией, предоставить равные права абсолютно всем и постараться построить справедливое, демократическое и светское государство. Лишь в этом случае можно сохранить Ирак. Однако, на самом деле, это вряд ли произойдёт. Анализируя ситуацию, которая происходит в Ираке необходимо отметить, что страна, скорее всего, доживает свои последние дни. В Ираке нет лидера, который смог бы сохранить государство путем демократических реформ, а не силой. Другим признаком скорого распада Ирака является то, что в Багдаде девять месяцев не могли сформировать правительство с учетом «интересов всех общин страны".
Удивительно, но большинство стран в решении тех или иных проблем обращаются напрямую не к Багдаду, а к Эрбилю. Это свидетельствует о многом, но в большей степени о деградации ситуации внутри Ирака. Необходимо подчеркнуть, что многие страны (Турция в том числе), вопреки протокольным нормам, принимают президента Региона Курдистан Масуда Барзани как главу государства. Это говорит о том, что фактически Курдистан является самостоятельным игроком.
Безусловно, следует отметить успехи, которых добился Курдистан, а именно: обретение реальной автономии (де-факто независимости); создание профессиональной армии «Пешмарга»; экономический рост; удалось привлечь инвестиции (по некоторым данным около 4 тыс. иракских и иностранных компаний действуют в Курдистане); огромные деньги инвестируются в инфраструктуру; рост уровня образования и многое другое.
Безусловно, что это, прежде всего, заслуга Демократической Партии Курдистана (ДПК) во главе с Масудом Барзани и Патриотического Союза Курдистана (ПСК) во главе с Джалалем Талабани. На протяжении многих лет рейтинг данных партий на высоком уровне среди курдов. Именно они боролись с режимом Садама Хусейна и приобретение автономии их заслуга.
Вместе с тем следует опровергнуть мнение многих учёных о том, что Курдистан идёт по демократическому пути. Безусловно, что это не так. Режим, сложившийся на данном этапе в Курдистане можно охарактеризовать как авторитарный. С 1991 года у руля власти находятся две партии: ДПК И ПСК, а если говорить откровенно, то племена Барзан и Талабан. В Курдистане, к сожалению, сложилась порочная система управления, которая характеризуется высоким уровнем коррупции. Фактически из-за родственных отношений коррупционеров покрывают сверху и это, безусловно, вредит популярности ДПК и ПСК. Помимо прочего, доходы от продажи нефти, скорее всего, делит между собой элита.
В данной системе ведущее место занимают представители племён Барзан и Талабан. Именно они занимают многие государственные посты, и именно они являются крупными бизнесменами в Курдистане. В этой системе не могут появиться «новые лица» и способные менеджеры, в этой системе руководители могут лишь меняться креслами (Н. Барзани с Б.Салехом и наоборот; М. Барзани с Дж.Талабани и т.д.).
Особо следует подчеркнуть, что рост уровня образования привёл к тому, что появилась образованная молодёжь, которая недовольна своим положением в современном Курдистане. Это поколение, которое родилось в 1985 г. и позже. Поколение, которое знает о «химических атаках» против курдов и о Садаме Хусейне только из книг и телевидения. Это поколение, которое выросло в новом Курдистане. Несомненно, это мина замедленного действия. Если эти силы придут в движение, то правящей элите мало не покажется и их уже вряд ли спасет то обстоятельство, что они сыграли важную роль в приобретении автономии. Удивительно, но после столкновений в Сулеймании в 2011 г. власти приняли закон, по которому выпускники ВУЗов получают «пенсии».
Вместе с этим, вероятно, рейтинг ПСК и ДПК с каждым годом будет снижаться. Это ещё обусловлено тем, что до сих пор не исполнена 140 статья Конституции Ирака.
Всё это и предопределяет радикализацию курдского общества и существует вероятность исламизации курдского движения. Неслучайно, что многие исламистские организации внимательно смотрят в сторону Курдистана. Рассмотрим некоторые из них.
Одним из радикальных исламистских организаций является Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами – партия панисламистского толка, которая отстаивает идею возрождения исламского халифата.
Дабы привлечь курдов на свою сторону, сторонники этой партии в своих периодических изданиях приводят примеры приверженности известных курдских лидеров исламу, под знаменами которого якобы развивалась значительная часть курдских движений. Например, в качестве одного из основных сторонников сохранения халифата выделяется курдский шейх Саид Бейрани, возглавивший в 1924–1925 гг. восстание курдских племен, целью которого было достижение независимости Курдистана. Авторы этих материалов опровергают национально-освободительный характер движений и опираясь на архивы пытаются доказать, что якобы эти движения имели панисламскую направленность.
Безусловно, это может привести к радикализации курдского движения и его эволюции в сторону движения исламистского. Такая перспектива выглядит вполне реальной хотя бы потому, что все остальные формы курдских «светских» движений показали свою низкую эффективность.
Религиозное мировоззрение курдов, усиленное пропагандой Хизб-ут-Тахрир вполне может стимулировать халифатистские настроения в курдской среде. Подобные воззрения, связанные со стремлением к изменению ситуации в регионе Ближнего и Среднего Востока, можно считать экстремистскими, хотя бы в силу того, что подобное изменение невозможно без применения широкомасштабных насильственных мер, связанных, в частности, со сменой правящих режимов, уничтожением их лидеров и сторонников и т. д.
В этой связи я невольно вспоминаю «арабскую весну», а также участников и сторонников многих террористических организаций, которые принимали в этих революциях активное участие.
Справедливости ради нужно отметить, что и в Курдистане оппозиционеры пытались провести революцию. В какой-то степени они прозондировали почву. Если это произойдёт во второй раз, то, скорее всего, произойдёт смена режима.
К курдскому вопросу проявляют интерес и другие исламистские организации, такие, как "Джунд аль-Ислам" ("Воины Ислама"), которая еще не так давно достаточно активно действовала в Иракском Курдистане, планируя создать на его территории "исламскую республику". Данная организация активизировала свою деятельность в Курдистане ориентировочно в период 2001–2002 гг., когда в Иракский Курдистан стали проникать арабские наемники, бежавшие из Афганистана, во главе которых стоял, по некоторым данным, личный представитель Усамы бин Ладена Абу Абдулла аш-Шафии.
В задачи организации входило постоянное ведение джихада против «неверных» и построение исламского общества на курдских территориях. В прокламациях "Джунд аль-Ислам" указывалось, что члены этой организации "…много лет заняты подготовкой джихада в Курдистане для его нравственного и духовного очищения». Авторы прокламации пишут о своей деятельности: "Мы осуществляем эту задачу, открывая лагеря исламского обучения и готовя оружие для этой святой цели. После того, как люди поймут, что область (т.е. Курдистана — автор) нуждается в защите и сохранении ислама, они должны подняться на святую борьбу против богоненавистных атеистических политических, социальных и культурных учреждений. С их помощью стремятся покорить и эксплуатировать мусульман Курдистана; таким образом, грязные евреи и христиане стремятся уничтожить ислам в Курдистане".
Являясь сторонниками салафизма, члены названной организации "терроризировали не только тех, кого подозревали в недостойной "светскости", но и тех, кто придерживался неодобряемых ими обычаев в исламе. Они осквернили чрезвычайно чтимую у местных мусульман могилу шейха Османа Биира, усмотрев в ее почитании акт язычества; они также пытались запретить суфийский орден "какайи", чтобы заставить его членов отказаться от своих традиций".
В связи с игнорированием местных исламских традиций данная организация не добилась своих целей и была разгромлена вооруженными отрядами ПСК.
Подтверждением того, что исламский радикализм вполне может стать основой для курдского проекта, является факт существования Исламской партии Курдистана, которая хоть и не является, по мнению некоторых специалистов, экстремистской и террористической организацией, несет в своих доктринальных установках ряд элементов, которые могут эволюционировать в сторону экстремизма. Причём нужно отметить, что за последние годы рейтинг ИПК существенно вырос.
Следует подчеркнуть, что неслучайно многие исламистские организации манипулируют курдским обществом с целью создания «исламской республики». Справедливости ради нужно отметить, что будущее Ближнего Востока будет именно за курдами. Это связано со многими причинами. Во-первых, регион проживания курдов богат энергетическими, водными и другими ресурсами. Во-вторых, темпы естественного прироста курдов очень высоки, в то время как во многих региональных государствах они снижаются. Например, ещё лет 30 тому назад город Урмия (Иран) был заселен наполовину курдами и наполовину азербайджанцами, а на сегодняшний день он практически полностью заселен курдами. В Турции уже всерьёз обеспокоены данной проблемой и неслучайно, что за последние годы на самом высоком уровне проводятся совещания, посвященные данной теме. В-третьих, наличие де-факто независимого Иракского Курдистана подтверждает, что курды способны управлять государством. Наконец, наличие многочисленной курдской диаспоры во многих западных странах, определяющих мировую политику. Безусловно, что в какой-то степени они будут воздействовать на свои государства в принятии тех или иных решений.
Уже сейчас только в Германии проживает около 1 млн. курдов.
Вместе с тем нельзя не отметить и отрицательные моменты. Самым главным отрицательным моментом является то, что попадая в мусульманский мир вне этнографического Курдистана, курды теряют свою самобытность. В результате этого, по некоторым данным, около 3 млн. курдов в Турции стоят на грани ассимиляции.
Анализируя историю курдского народа, следует отметить, что курды, придя к власти в той или иной стране, проводили политику дискриминации по отношению к собственному народу. Достаточно отметить Азербайджан, где президент и, по некоторым данным, около 31% представителей власти являются курдами, но вместе с тем в этой стране наблюдается так называемый «белый геноцид» курдов.
Какое же место в этих процессах займут религиозные меньшинства Курдистана? Если к власти придут исламисты, то это будет означать, что в течение нескольких лет христиане и езиды будут либо истреблены, либо депортированы, либо жёстко ассимилированы. Также не совсем понятна судьба тех, которые исповедуют различные течения ислама. Вероятно, что некоторые из них разделят участь езидов и христиан.
В этой связи следует отметить Египет, где после свержения режима Мубарака к власти пришли происламски настроенные люди. После этого начались массовые столкновения мусульман с коптами (христианами). Безусловно, что в Курдистане столкновения будут куда более кровавыми, чем для коптов в Египте, учитывая религиозное многообразие Курдистана. Многие исламисты вообще считают, что езиды «поклоняются Шайтану» и «не имеют право на существование».
Конечно же, никакому Шайтану езиды не поклоняются, так как они отрицают персонификацию зла и считают, что в мире все создано Богом из противоположностей. Почему же появились эти слухи? Каждая религия – это, прежде всего, философия и образ жизни. Дело в том, что в Средние века езидская философия была более привлекательна для народных масс, чем другие религии. Именно поэтому после того, как Шихади явил себя народу, практически все соседние племена, курды, арабы и ассирийцы встали на Его путь. Безусловно, что слухи о Шихади распространялись по Ближнему Востоку, и была вероятность того, что огромная часть людей присоединится к Нему, отказавшись от ислама. Именно поэтому, чтобы дискредитировать последователей Шихади в глазах обычных людей, пустили слухи о том, что они якобы поклоняются злому духу.
В Курдистане слаба националистическая идея, которая бы противопоставляла курдистанцев всем остальным по принципу "свой-чужой". Например, для некоторых курдов-мусульман ассирийцы и курды-езиды являются чужими, в то время как другие мусульманские народы являются своими.
Отношения между национальными и религиозными меньшинствами внутри государства или внутри области строятся снизу, а сверху должны создаваться все условия для этого. Несмотря на то, что сверху в той или иной степени пытаются создать условия, некоторые курды-мусульмане негативно относятся к езидам и христианам. В этом отношении необходима некая революция в сознании большинства курдов. Следует отметить, что на данном этапе курдский народ нуждается в жёстком руководителе, который сможет отодвинуть религию на второе или даже на третье место и поставить на первое место этничность и идею создания курдского государства, которое впоследствии трансформируется в государство всех курдистанцев.
Безусловно, режим, который сложился на данном этапе в Курдистане, несмотря на изъяны можно, в какой-то степени, назвать благоприятным для религиозных и национальных меньшинств. Конечно же, на современной политической арене Курдистана нет силы, которая бы проводила более активную политику по отношению к меньшинствам, но зато есть силы, которые придя к власти, могут использовать политику жёсткой ассимиляции с использованием армии.
Курдистан и курдский народ стоит перед историческим выбором, который определит всю дальнейшую судьбу курдов. С одной стороны, это путь построения демократического «государства» с гражданским обществом, с равными правами для всех курдистанцев, а с другой стороны – путь, по которому идут многие региональные державы; путь угнетения своих религиозных и национальных меньшинств. Первый путь превратит Курдистан в процветающую, мощную региональную и мировую державу. Второй же путь превратит Курдистан в «чёрную дыру» на Ближнем Востоке с многочисленными этническими и религиозными конфликтами. Безусловно, что многие на Ближнем Востоке не заинтересованы в первом сценарии развития Курдистана, поэтому они мастерски используют религиозные чувства большинства курдов и пытаются навязать им второй путь, пытаются создать второй Афганистан на Ближнем Востоке. Однако последнее слово будет за курдами.
http://kurdistan.ru/2011/11/26/articles-13212_Tendencii_razvitiya.html