2011-04-13
Иракские солдаты оцепили лагеря, в которых содержались депортированные барзанцы, погрузили всех мужчин и вывезли в неизвестном направлении. По той же схеме, но гораздо более масштабно действовали иракские власти во время собственно «операции Анфаль», которая проводилась армией с 29 марта 1987 по 23 апреля 1989 под общим руководством генерального секретаря Северного Бюро партии Баас, двоюродного брата Саддама Хусейна Али Хасана аль-Маджида, получивший прозвище «Химический Али» (из-за использования им химического оружия). Всего в результате геноцида погибли или пропали без вести, по подсчетам организаций Human Rights Watch и Международная амнистия, около 182 000 курдов. Судьба большинства из них оставалась неясной вплоть до свержения Саддама Хусейна, когда по всему Ираку начали находить массовые захоронения казненных.
В рамках плана «Анфаль» широко практиковалось уничтожение курдских деревень, жители которых выселялись или угонялись. В то же время на территорию иракского Курдистана, особенно в город Киркук, целенаправленно переселялось бедное арабское население из южных районов страны, чтобы изменить этнический состав региона. Многие курдские районы были полностью опустошены, находившиеся в них селения и городки (до 4000) снесены с лица земли, а население переселено в «образцовые поселки», напоминающие концлагеря.
Аудиозаписи выступлений Али Хасана аль-Маджида перед партийным и государственным руководством региона во время «Анфаля» были захвачены курдами в Киркуке во время неудачного восстания 1991 года . Подводя итоги операции, Али Хасан говорил:
«В апреле 1987 года (…) мы решили депортировать всех сельских жителей, чтобы изолировать подрывные элементы. Мы сделали это в два этапа. первый начался 21 апреля и продолжался до 21 мая. Второй этап проходил с 21 мая по 21 июня. После 22 июня все, кого арестовывали в этих районах, подлежали немедленной казни без всяких разговоров в соответствии с директивой, которая все еще остается в силе».
В других выступлениях Али Хасан аль-Маджид так описывает суть «Анфаля»:
«К следующему лету в этом регионе не останется сел, будут одни лагеря… Отныне я не позволю провозить в села муку, сахар, керосин или воду, запрещу проводить электричество. Пусть они приходят сюда и послушают, что я им говорю. Почему я должен позволять им жить там как невежественным ослам? Ради пшеницы? Мне не нужна пшеница. Мы уже 20 лет импортируем пшеницу, давайте увеличим импорт…
Я объявлю большие территории закрытыми зонами и запрещу всякое присутствие на них… Давайте посчитаем доходы и убытки от этих областей. Сколько хороших граждан среди тамошнего населения и сколько плохих!…
Мы вышлем их из Мосула безо всякой компенсации. Мы разрушим их дома… Это собаки, и мы их раздавим. Мы прочтем им обязательство: Я, такой-то, понимаю, что должен жить в Автономном районе. В противном случае я готов принять любое наказание, вплоть до смертной казни. Затем положу это обязательство в карман и скажу начальнику службы безопасности отпустить его на все четыре стороны. Через некоторое время спрошу: где он? Мне скажут, вот он. Тогда партийный секретарь должен будет дать справку о местожительстве этих лиц. И я скажу: уничтожьте его…
Мы начали показывать по телевидению, как сдаются подрывные элементы. Я что, должен был о них заботиться? Что я должен был делать с ними, с этими козлами?… Нет, я закопаю их бульдозерами… Куда я должен девать такое огромное количество людей ? Я стал распределять их по провинциям. Мне приходилось посылать бульдозеры то туда, то сюда…
Когда я приехал туда [в Киркук], доля арабов и туркмен не превышала 51 % населения Киркука. Несмотря ни на что, я потратил 60 миллионов динаров, чтобы достичь нынешней ситуации. Арабы, которых привезли в Киркук, не могли поднять их долю в населении больше, чем до 60 %. Тогда мы издали директивы. Я запретил курдам работать в Киркуке и окрестностях, за пределами Автономного района».
Геноцид курдов был проигнорирован как СССР и странами советского блока, так и странами Запада и прежде всего США, поддерживавшими Ирак против иранских исламистов. Ответственность за Халабджу ЦРУ возложило на Иран. Один из ведущих экспертов ЦРУ Стивен Пеллетье, во время ирано-иракской войны занимавшийся анализом ситуации в Ираке, утверждает:
«Иракская армия действительно применяла химическое оружие в сражении за Халабжу, но использовалось оно отнюдь не против мирного населения города, а против наступавшей иранской армии, и все удары наносились именно по позициям войск неприятеля. Иран, в свою очередь, осуществил ответную химическую атаку, а жители города просто попали под перекрестный огонь и стали очередными случайными жертвами десятилетней войны. Сразу после катастрофы в Халабже ЦРУ провело экспертизу собранных в регионе образцов отравляющих веществ и подготовило засекреченный отчет, в котором однозначно резюмировалось, что причиной массовой гибели курдов стал вовсе не иракский, а иранский газ. По характеру поражения специалисты установили, что жители пострадали от газа из группы цианидов, ранее неоднократно использовавшегося Ираном. В 1988 году в распоряжении армии Саддама Хусейна таких реагентов не было, в битве за город иракская сторона применяла иприт и зарин».
Эти выводы, как подчеркивает Пеллетье, ЦРУ сообщило американской администрации. Они находятся в полном противоречии с курдскими данными, данными международных правозащитных организаций и данным доклада комитета Сената США по иностранным делам, однозначно утверждающими, что Саддам преднамеренно подверг химической бомбардировке чисто гражданские цели с целью «показательного коллективного наказания мирных жителей за оказываемую ими поддержку повстанцев». Согласно собранным правозащитниками показаниям свидетелей, «оставшиеся на улице люди ясно видели, что это иракские, а не иранские самолеты: они летели так низко, что можно было видеть их опознавательные знаки (…) основной удар наносился по северной части города, подальше от военных баз». Организация по запрещению химического оружия, также обвиняя в применении газа Саддама, отмечает, что в Халабдже был применен именно иприт (горчичный газ), находившийся на вооружении Ирака.О целенаправленном использовании химического оружия против курдов свидетельствуют те же аудиокассеты выступлений Али Хасана аль-Маджида. На встрече с членами Северного бюро Баас 26 мая 1987 года он в частности заявил:
В тот вечер я отправился в Сулейманию и атаковал его с применением спецсредств Это был мой ответ. Мы продолжали депортацию. Я предупредил милицейских командиров, которые не хотели никуда уезжать из своих сел, что села все равно будут уничтожены. Против них будут предприняты химические атаки, и они погибнут… Я уничтожу их химическим оружием, и кто мне что скажет? Международное сообщество? Да плевать на него! И на тех, кто к нему прислушивается!».
Комитет Сената США по иностранным делам дал следующую оценку положению в Курдистане на момент его освобождения от власти Саддама осенью 1991 г.
«Курдистан представляет собой разрушенный регион. Иракский режим систематически проводил кампанию по уничтожению курдских поселков: они взрывались и сносились бульдозерами — всего было уничтожено 3900 поселков. В результате более 2 млн человек из четырех миллионного населения Иракского Курдистана были принудительно выселены в другие районы. На востоке были взорваны города Чварта, Хадж Омран, Саид Садик и Калат Диза. Город Халабджа разрушен более чем наполовину и почти обезлюдел. Десятки тысяч людей, ранее насильственно переселенные в «образцовые поселки», скорее напоминающие концентрационные лагеря, живут на развалинах своих городов».
После свержения режима Саддама Хусейна президент и ряд его соратников предстали перед судом по за преступления совершённые в годы правления партии Баас. Среди обвинений фигурировали дело Анфаль и Халабджы. Процесс Анфаль проходил с августа 2006 по июнь 2007 гг. Суд признал ряд бывших чиновников виновными в преступлении против курдского населения Ирака.